По ту сторону зеркала

Пробуждение было странным. Сушняк - как после похмелья, запах - как в саду, а ощущения в теле - как будто он заснул во время секса, но быстро пришел в себя. Миста открыл веки и увидел прямо перед собой зеленые глаза Джорно. Он зажмурился и вспомнил окончание вчерашнего вечера: Джованна внезапно засопел прямо у него на груди, а он сам был таким слабым, и удовлетворенным, и таким нуждающимся в теплом спящем теле рядом с собой… - С добрым утром. Гвидо застонал и был вынужден открыть глаза. Чтобы не проиграть в гляделки, посмотрел вниз – и да, он был голым, а бледные пальчики играли с его уже полностью вставшим членом. - Что ты делаешь и где мои трусы? - На минуточку - это моя кровать. И сейчас я хочу в этой кровати изучить тело моего любовника при дневном освещении. Лишнее пришлось удалить. - Ты не был вчера таким смелым. - А ты не был вчера таким скромным. Это не выносимо. Мальчишка рядом дразнился своими словами - острыми и насмешливыми; своими ласками – легкими, изучающими, воспламеняющими и не обещавшими облегчения; самим своим телом – очевидно голым под скрывавшей его простыней. - Можно воды? - Конечно. Извини, что не догадался раньше. Джорно отбросил простыню, встал, и - да! Предчувствие Гвидо не обмануло: на нем действительно ничего не было. Что ж, теперь я буду пялиться. Как только Джованна повернулся, Миста буквально кожей почувствовал, что инициатива теперь у него. Блондин лишь чуть запнулся, лишь на секунду отвел глаза в сторону – но Гвидо этих сигналов было достаточно. Черт, он совершенно не возбужден. Пока. Джорно протянул ему стакан, держа в другой руке бутылку с водой. Миста стакан проигнорировал, взял бутылку и выпил ее большими глотками. Не отрывая глаз от тела перед собой. Поставил бутылку на пол. - Теперь я понимаю тебя, - игнорируя вопросительно поднятую бровь он взял стакан, опустошил его и отправил к бутылке. – При солнечном свете виды здесь и правда потрясающие. А ты что думаешь? - Он большой. Эго Мисты буквально погладили по шерстке, почесали за ушком и дали косточку. - Ну… - И ты собирался это в меня засунуть? - Обычно я так и делаю. Пока никто не жаловался. - Почему? Никто не выжил? - Да ну брось, не такой уж он и большой. - Ты так гордо это говоришь, что явно сам не веришь. Есть такой грех. - Со сколькими у тебя было? – Да у Джорно талант давать ему повод похвастаться! - Я учет не веду. - Со сколькими мужчинами? - С тобой. - И? - И все. В голове у блондина повернулись какие-то колесики, он внезапно оседлал бедра Гвидо, положил руки ему на плечи и поцеловал в губы. С языком, но так быстро, что Миста успел только подумать: Господи, пусть той воды будет достаточно, чтобы запах изо рта не… - Тогда почему… - он поцеловал его снова. Похоже, дыхание в порядке. А еще кто-то явно стал целоваться лучше со вчерашнего вечера. Гвидо рискнул положить руки на бедра Джорно. - Тогда почему ты решил, что это вообще возможно? - Анал мне не часто перепадал, но, поверь, всегда проходил успешно. - А если меня это пугает? - Мы можем не спешить. - А если… - он присосался к нему еще раз и руки Гвидо так осмелели, что переползли на задницу Джорно. Тот разомкнул их губы и прошептал в самое ухо. – Если я хочу быть сверху. Неожиданный поворот. Миста думал совсем не долго, прежде чем произнес: - Тогда будь. Джорно отодвинулся от него на расстояние вытянутых рук, его глаза внимательно ощупывали лицо Гвидо. - Ты уверен? - Не слишком. Но массаж простаты — это ж всегда приятно. По эмоциям, проскользнувшим у Джованны, сложно было не догадаться: у него такого опыта не было. - Ты что, никогда не играл с собой там? - Нет. - Тогда если позволишь, - Гвидо положил два пальца себе в рот и обслюнявил их. Джорно молча смотрел на него, никак не останавливая. Он позволял. – Мне хватит и пары пальцев, чтобы показать тебе. Боли не будет. Не должно быть. Но останови меня, если что-то пойдет не так. И вот его пальцы уже обводят колечко мышц у входа. Джорно ощутимо сжимается, напрягая мышцы, сильней вдавливая пальцы рук в его плечи. Но пока они говорили, и целовались, его член уж немного привстал, и теперь его легко можно отвлечь, поглаживая второй рукой. Лишь после полного расслабления один его палец скользит внутрь и начинает медленно двигаться. Джорно по-прежнему так далеко от него, но Мисту это почти не расстраивает – ведь сейчас, при свете дня он может разглядеть каждую его эмоцию. Как плотно сжатые грубы сначала расслабляются, а потом округляются, раскрываясь. Как зарываются зеленые глаза и дрожат светлые ресницы. Он позволил себе добавить второй палец, а потом чуть согнуть их внутри и… - Ох.. Нашел. Глаза Джованны были по-прежнему закрыты, но дыхание сбилось. Член стал тяжелым и раскрасневшимся, и когда на его кончике выступил предэякулят, Гвидо понял, что больше не может быть зрителем. Он осторожно вытащил пальцы, преодолел сопротивление теперь уже слабых рук Джорно и сел в кровати, соединив их губы – и их члены - вместе. Его тело было мягким и податливым, и оно живо откликалось на движения руки Мисты, скользившей по их членам. - Но, если вдруг нам обоим это не понравится – у нас есть наши губы. И наши руки. Джорно согласно промычал что-то в поцелуе и накрыл его ладонь своей.