Сад сломанных бабочек

- Что значит не можете найти!? - кричал в трубку злой, как тасманский дьявол Юнги. Сжимая со всей силы несчастный телефон, слушал объяснения Госпожи Чхве, что на территории не могут найти Чимина и Чонгука. Дождливое утро только показалось за горизонтом, а врачу уже испортили настроение, он ходил из стороны в сторону, замотанный в одеяло, глаза пылали пламенем. - Охранник уснул что ли в этот момент? - голова разболелась от собственной злости и мужчина осел в кресло, прижимая телефон к уху. - Нет, тут ещё Хан Ен... - начала рассказывать женщина, от чего Юнги снова подскочил, проклиная всё на свете, виня себя за то, что уехал, дал шанс двоим сбежать, другому нанести себе увечья. На эти крики проснулся Намджун, он спустился на первый этаж, наблюдая, как Юнги словно объят огнём, мечется и шипит, как змея. - Что случилось? - спросил сонно, подходя ближе, Юн уже закончил разговор, утыкаясь лицом в свои ладони. - Чонгук и Чимин сбежали, Хан Ен в тяжелом состоянии, - только и смог сказать он, поворачиваясь к младшему, - нам нужно вернуться, - мужчина уже метнулся в сторону лестницы, как тяжелая рука остановила поперёк талии. Такого взгляда от Юнги Намджун ещё не видел, полный злобы, ненависти и читалось, что "если сейчас не отпустишь, в тебя полетит уже стол". Мин был похож на сгусток темноты, которая потеряла что-то важное для себя, поэтому его тянуло обратно, не только из-за чувства вины. - Ты болеешь, - начал было Ким, но мужчина не собирался его слушать, в груди горело похлеще, чем в котле ада. - Не смей мне сейчас об этом говорить! Мы едем сейчас же! - прошипел мужчина, одернув одеяло, освобождаясь от груди, смерив товарища презрительным взглядом. - Это ты не вздумай сейчас ехать куда-то в таком состоянии! Там опытные врачи Ену помогут, а полиция найдет тех двоих! - не выдержал Ким. - Я никому не доверяю, поехали! - Юнги! - Намджун! Оба замолчали, Юн недоверчиво сжимал кулак, а младший вдруг для себя понял, что его эта темнота не пугает, как бы старший не кричал и не ругался, он понимал, что плохого не сделает. Его не отталкивала тьма Юнги. Поэтому сократив между ними расстояние, Ким обнял старшего, раз на словах слушать не хочет, парень покажет поступками. И он поцеловал.

***

Другие же, проснувшись в объятиях друг друга не переживали ни о чём. Чонгук удобно расположился на младшем, который гладил медленно по волосам, что-то рассказывая на ушко. Дождь усыплял, мелкие капли, что попадали на окно, создавали свою особую мелодию. Вставать из тёплой кровати никому не хотелось. Чонгук нашёл ладонь, теперь уже своего парня, переплёл пальцы, его успокаивал этот жест, они беседовали друг о друге. - Так, а когда ты понял, что тебе всё равно на пол партнёра? - спросил Чимин, кончиками пальцев уже поглаживая спину старшего. - Ну, если я его даже не увижу, то какая мне разница? Если этот человек будет мной дорожить, будет рядом, то разве не это главное? С остальным разобраться можно, ну и конечно, чтобы я его тоже полюбил, ни разу не увидев, - коротко ответил парень, поднимая голову, завораживая своими глазами Чимина вновь. Лёгкий поцелуй, растягивал время, превращая его в песок, они могли провести так весь день, если бы не урчащий живот старшего. - В твоих словах есть истина. Давай перекусим, - улыбнулся мягко Чимин, помогая встать, усадил старшего на кровать, начиная рыться в сумке, думая, что можно приготовить. - А ты, как это понял, Чим? - поинтересовался, свесив ноги. - Да, практически также, как у тебя. Я же тоже болен, Гуки. Если рядом будет тот, кто сможет усмирять эту гадость каждый раз, то я всё сделаю для этого человека, - тепло улыбнувшись, достал ещё немного фруктов в виде яблок и бананов, отдал парню, - ммм, нужно в магазин сходить. - Можно с тобой? - Давай я сам, не хочу тебя лишний раз тревожить, - хотел было продолжить он, но старший закончил за него. - Да и быстрей, я понимаю, но мы же ещё погуляем по городу? - Обязательно. Через полчаса Чимин стоял и оплачивал продукты. Мысли всё крутились, как воронка, столько всего произошло, а он не успел это толком обдумать. Ещё же совсем недавно он сидел в своей комнате, лишь мечтая о такой любви, которой пишут в романах, а теперь сам стал главным героем. Ему это нравилось. Однако мысли о матери не давали покоя, но оборвались, когда подошла его очередь оплачивать, протянув смятую купюру иена, мило улыбаясь и забирая большой пакет. Проверил его перед выходом, парень почувствовал жуткий запах алкоголя где-то рядом, выйдя, он нахмурился, ведь запах был от рядом стоящего незнакомца, пройдя вперёд на пешеходный переход, поморщился. Но он не ожидал того, что случилось через несколько секунд. Молодой и совсем нетрезвый парень, резко схватил Чимина за свободную руку и потянул к себе, движение его были размытыми и заторможенными, поэтому младший быстро отдернул руку с отвращением, прижал к себе. - Не трогайте меня, - прошипел сквозь зубы, сжимая кулак для удара. - Да ты хоть знаешь кто я, и как меня зовут?! - на это Чимин ничего не ответил, радуясь, что загорелся зелёный свет, быстро перебежал переход и обернулся, осматривая странного типа, который остался стоять на месте. Одет он был, словно дрался с бомжом за эти лохмотья неделю, а потом отбивался от медведя в лесу, лицо немного грязное, сам худой и помятый. А его сальный взгляд очень не понравился Паку, поэтому он быстро отвернулся и поспешил обратно.

***

Пациент, благодаря неимоверным усилиям открыл глаза, осматривая окружение. Тело тянуло, в некоторых местах жгло, дышать было затруднительно, поэтому переведя взгляд, он увидел и после почувствовал у себя во рту трубку для подачи кислорода прямо внутрь. Ен попробовал пошевелить рукой, но та отказывалась ему подчиняться, поэтому глубоко вздохнув, закрыл глаза. "Клянусь, я убью этого мелкого засранца", - подумал про себя и вдруг услышал давно забытый голос вместе со своим. "Тогда тебе следует убить их всех и съесть, как свою собственную мать", - Ен замер, вмиг холодный, прилипающий страх окутал тело, он зажмурился, начиная трястись. "Ты...", - только и пронеслось, как ему ответили в ту же секунду. "Да, это я", - парню мгновенно поплохело, голова начала кружиться, кожа бледнеть, как выцветшая бумага. "Я так давно тебя не слышал, почему ты пришла только сейчас...", - безумие продолжило с ним беседу, как ни в чем не бывало. "Мы оба понимаем, почему", - она была права. Парень знал, что если слышит этот убаюкивающий голос, значит его состояние ухудшилось, и шизофрения набирает свои обороты. Только он не понимал, что послужило толчком в пропасть. Никакого стресса же не получал... "Получал, но запрятал очень глубоко, ты же всё знаешь", - вновь она права, эта мысль бесила, он начинал злиться. Постепенно стали всплывать осколки со дна, которые были туда сброшены, медленно подниматься и вонзаться обратно в его окровавленное тело. Измученную и растерзанную душу, которая искала покой. Ен вспомнил всё, что случилось между ним и Юнги. Вспомнил, как его держали в подвалах. Сколько боли и слёз он проливал в холодные ночи. Теперь они снова спускаются по его алым щекам, обжигая, словно это не вода, а лава. Внутри жгло сильнее, глотая комок обиды, он заглушал боль в себе, однако она только росла, набирая силу через воспоминания. Обратилась во что-то материальное и проталкивала, крутила осколки в теле Ена. Отпихнул от себя трубку, сплевывая её, как кровь. Спина вывернулась под неестественным углом, голова запрокинулась назад, а рот и глаза широко открылись. От такой картины, даже у опытного врача встали бы волосы на теле. Пациент не мог кричать, словно подвешенная кукла, он завис так над кроватью, испытывая фантомные боли, получая увечья, от той, которая обещала не предавать. Это стало окончательной точкой, даже его болезнь подвела и сделала в несколько раз хуже, чем любой человек. Больнее, чем Юнги. Хан Ен понял для себя, что его уже не спасти.

***

Щёку жгло, словно её обдал ледяной мороз, вместе с веткой от дерева. Намджун потирал её, стоя напротив Юнги. А тот, напуганный до смерти, не мог даже при всём своём контроле эмоций, сказать и слова. Залез. Без спроса. В его личное. Как тот тогда. Это всё, что проносилось в голове врача, его не на шутку трясло, а Ким не понимал такой реакции, неужели он ему так противен? Парень протянул руку, чтобы коснуться мужчины, показать, что всё нормально. Но Юнги резко ударил по ней, закутываясь в одеяло и убегая в спальню, закрыл дверь на замок, на одном адреналине нашёл силы и передвинул старый комод, подпирая дверь. Руки трясло, тело не слушалось, а слёзы уже непослушно скатывались по щекам, внутри было холодно. Ему по-настоящему стало страшно рядом с тем, кому он доверял. "Как ты посмел...", - думал врач, падая на кровать, продолжая биться в дрожи и беззвучно плакать. Всё, как тогда. В той проклятой ванне. Он зажмурился и закрыл лицо руками. Намджун, стоял в гостиной, опустошенный и бесконечно злой на себя. "Его взгляд..." - он не знал, нужно ли сейчас трогать друга. Если его ещё можно таковым называть. Котёнок, словно чувствуя настроение хозяина, стал тереться об ноги и мяукать, это вывело врача из ступора. Наклонившись, он подобрал животное и прижал к себе. - Пойдём, наверное прогуляемся, чтобы ему хуже не сделать, - котёнок будто всё понял, лишь прижимаясь ближе и затихая. Ким набросил на себя ветровку, глубоко вздохнув, вышел из дома. В это же время Чонгук хмурился от рассказа Чимина, набивая щёки дополнительным бананом. Младший же ярко жестикулировал и возмущался очень громко, что не могло не вызвать улыбку. - Хорошо, что он за тобой не пошёл, - улыбаясь, ответил Чон, пересаживаясь на удобные колени своего парня и обнимая за шею - Ты прав, хотя я быстро бегаю! - взъерошенный Чимин резко успокоился, приобнимая за талию, усаживая удобней на бёдра, целуя в щёчку. - Я не сомневаюсь, - закусив губу, парень провёл вдоль плеча младшего, - чем сегодня займёмся? - он прищурил глаза, игриво улыбаясь. Младший наблюдал за этим, ведясь на это, как школьник. - А что ты хочешь? - улыбнулся в ответ, уже зная. Чонгука долго расспрашивать не приходилось, он уже сам наклонялся, затягивая в нужный для обоих поцелуй, слегка покусывая и оттягивая нижнюю губу. Чимин выдохнул в приоткрытые губы, спиной опираясь об кровать, усаживая Чона на свои бедра, чувствуя, как он развёл свои ноги, устраиваясь плотно к нему. Ладонями изучали тела друг друга, забираясь уже дальше, давая немое согласие на это. Чонгук руками залез под футболку парня, поглаживая торс, слегка царапая, а Чимин оглаживал бёдра, наслаждаясь их упругостью, несмотря на худобу парня. - Поверить не могу, что ты весь мой... - сказал тихо Чонгук, потираясь об младшего, ему правда хотелось сейчас только одного - проводить с ним всё время. - Это взаимно, - ухмыльнулся в поцелуй, слегка сжимая ягодицы, - но давай ты потерпишь до вечера, - младший был готов каждый раз оттягивать такой момент, слушая хныканье себе в губы, улыбнулся и крепче обнял парня, укладывая на себя. - Ты что-то задумал, извращенец. - И я надеюсь, тебе это понравится. Днём они решили посвятить себя чтению вслух и выяснению куда пойти, Чонгук совсем забыл город, его тихие улочки, с завораживающей архитектурой, а после, как мегаполис Токио оживал, звуки машин, запах кофе у каждого второго в руках. А Чимин напротив, город особо его не манил, он настаивал посидеть в номере, но против просьб старшего пойти не мог, особенно, когда тот сразу целовал. - Может быть в "Императорский дворец"? - листая ленту со списком интересных мест, предлагал Чимин. - Нет, я всё равно ничего не увижу там, - если бы Чон мог, то закатил бы глаза сейчас. - Хм, тогда "Сад Хаппоен"? - подсел ближе, обнимая за талию, - пишут что, это уголок спокойствия и нетронутой природы, ого, там даже водопады есть. Думаю там не только звуки потрясающие, но и запахи, - Чон смутился, что его парень так внимателен и учитывает такие детали, он взял его ладонь. - А тебе там будет интересно? - Кончено, я же с тобой. Будет укромное место тебя полапать, - нагло ухмыльнулся парень, получая прямо в бок. - Извращенец! *** Прошло некоторое время, Юнги удалось взять себя в руки и перестать для начала дрожать. Он провёл холодной ладонью по лицу и вздохнул, встал с кровати, на ватных ногах подошёл к окну и открыл его. Страх и паника, так сильно сковали его, что тело не слушалось, немного шатало в стороны. Врач повёл головой и отодвинул комод от двери, распахивая её резко, не замечая «предателя» спустился вниз, налил себе стакан воды и залпом выпил. - Соберись, надо вещи собрать, - сказал сам себе и поднялся обратно. Спустя полчаса, он уже сидел на сумке, анализируя случившееся. «Зачем этот придурок меня поцеловал? Заткнуть так решил? Идиот!» - мужчина опустил лицо в ладони и тяжело вздохнул. Собрав остатки сил, взял сумку и спустился вниз, но его тело ослабло, и он не смог удержать его, покатился кубарём вместе с ней вниз. Раздосадованный, с шишкой на голове, он вдруг почувствовал себя настоящим ребёнком, слёзы сами вернулись и он разнылся, сидя на лестнице и потирая ушибы. В это же время, открылась дверь, и прошёл Намджун с котёнком на руках, он услышал громкий плач и ругательства. Забежав в комнату, даже не разувшись, застал друга в страдальческом положении, посмотрел на него с сочувствием, сердце начало ныть. Ким отпустил котёнка и хотел только сделать шаг навстречу. - Стой, где стоишь! И не смей меня трогать! - младший выставил руки вперёд в доброжелательном жесте. - Я стою, смотри. Что случилось? - Что случилось? Что, блять, случилось, ты серьёзно?! - закричал на весь дом. В ушах зазвенело, Мин быстро вскочил на ноги, с опаской смотря чёрными глазами на парня, сглатывая. - Юнги, успокойся…- Ким сделал шаг вперёд, осторожно и медленно. - Заткнись! Заткнись! Во что, ты меня превратил этим поступком? - не унимался врач, обхватил себя за плечи, ему удалось ненадолго вернуть контроль над своими эмоциями, поэтому, сделав тон, настолько, насколько можно ледяным, сказал, - дай мне пройти. - Нет, ты напуган. Я хочу помочь и объясниться, - медленно ответил парень, большими глазами наблюдая за товарищем, делая к нему поступательные шаги. - И как же ты это объяснишь?! - Это…был порыв… - Порыв чего? Желания?! - Да… Мужчина замолчал, уставившись безэмоциональным взглядом, сжимая свои плечи, тихо хмыкнул, - желание. В штанах твоих тоже желание появилось? Захотелось меня силой взять?! - Нет…ты что… - Заткнись, ты влез в моё пространство без разрешения, честное слово, ещё один твой шаг и я выколю тебе глаза, - это сработало, и Ким остановился. Он опустил виновато глаза в пол и закусил губу. - Позволь помочь. - Я. Не. Нуждаюсь. В твоей. Помощи, - проговорил каждое слово врач, взял снова сумку за ручку и спустился, потирая ушибленный бок. Намджун только грустно проводил его взглядом. Быстро собрав свои вещи, он выбежал за врачом и проследовал на поезд. Через некоторое время, мужчины стояли на платформе. Мин нервно стучал каблуком по асфальту, а Намджун делал вид, что пейзаж перед ним очень интересный. Загремели колёса, и через пару секунд появился стальной монстр, двери его распахнулись и оба врача зашли внутрь, проходя к своим местам. Юнги не отрывался от экрана специально, чтобы сделать вид занятого. Ким закинул бережно их сумки на полку и присел с громким вздохом. Чувство вины прожигало изнутри. Рядом он поставил переноску с котёнком, который на удивление крепко спал и тихо сопел. Поезд тронулся, младший откинулся на спинку мягкого кресла и взглянул в панорамное окно, думая о том, что они даже по городу не погуляли. Омраченный состоянием товарища и своим соответственно, парень решил занять себя книгой. Юнги же отложив телефон, поправил на плечах пиджак и прикрыл глаза, отправляясь в царство морфея.

***

Тем временем, Чонгук пытался разобраться, где лицевая сторона футболки, чтобы одеться, пока Чимин был в душе. Сложные переплетения горловины мешал и путал. Наконец-то разобравшись, парень с довольной улыбкой оделся и начал искать носки, быстро справившись и с этим, присел на кровать, свесив ноги. Губ коснулась глупая, счастливая улыбка, в целом, он заметил, что стал чаще улыбаться, все благодаря младшему. Солнце приятно пригревало спину, мысли текли неспешно и спокойно. «Спокойствие» - именно это и давал ему его парень. То, чего Чон очень давно не чувствовал. За такой короткий промежуток времени. Ему казалось даже, что Чимина он себе придумал в виду болезни и одиночества. Однако эти мысли растаяли, стоило только теплым ладоням накрыть его. - О чем задумался? - спросил бархатный голос. - О тебе, на самом деле, - закусив губу, ответил парень. Чимин улыбнулся и мягко, очень по-домашнему накрыл его губы своими. Вечерело. Чимин закрыл дверь от комнаты, взял крепко за руку Чонгука и повёл вниз, вечер незаметно опустился на город, давая волю уличным фонарям проявить свой свет, шумному городу давал отдыхать от наплыва людей. Лишь изредка проезжали машины, были слышны переговоры. Все эти звуки очаровывали Чона, настолько они казались ему живыми и интересными. Сжав немного тёплую ладонь Пака, проследовал вслед за ним. Младший старался держать его ближе к себе. - Отсюда парк далеко, - расслаблено сказал, заходя на остановку. - Надо ехать? - Да, надеюсь, людей мало будет, - Чимин поцеловал нежно парня в щеку и прижал за талию к себе. Чонгук смотрел перед собой, прислушиваясь к давно забытым звукам дороги. Транспорт подъехал быстро, парни зашли и присели. Чимин сразу заметил несколько взглядов устремлённых на них. Как было ему всё равно на чужое мнение, так и сейчас ровно, только он не знал, как старший к этому относится. Отвернувшись к окну, стал тихо напевать себе под нос, кончиками пальцев поглаживать талию парня. Гук же удобно расположил голову на мягком плече и прикрыл глаза, отчасти для того, чтобы на них не смотрели, кожей, он ощущал эти взгляды. Двадцать минут спустя, молодые люди уже стояли на входе в парк. - Тут очень красиво, Гук - тихо сказал на ухо Чимин, - я хочу найти водопад, он где-то в глубине самого парка, - Чон лишь согласился и улыбнулся. Прогулка проходила неспешно, под рассуждения о будущем. - Как думаешь, Юнги уже узнал, что мы сбежали? - спросил Чон, садясь на лавочку. - Мне кажется да, потому что охранник сразу же увидел Хана, сделали проверку и обнаружили, что нас нет, - ответил тот и сел рядом, целуя в висок. - Интересно теперь, что он делать будет. - Искать нас конечно. - А ему не все ли равно? - перебирая пальцы, размышлял Чон. - Он несёт за нас ответственность, думаю, если явится проверка и что-то обнаружат, он же первый и получит, как заместитель главврача. - Ты прав. Хотел бы я увидеть его лицо в этот момент, - улыбнулся старший. - А я послушать трехэтажный мат на нас, - поддержал Чимин, - ты отдохнул? Чонгук кивнул, и они отправились дальше на поиски водопада. Который к слову старался скрыться за ветками высоких деревьев, только не получалось из-за своего размера и выдавал шум воды. Парни быстро его обнаружили и подошли поближе. - Он такой громкий, - вслух подумал Чон. - Он такой большой и красивый, - улыбнулся Чимин и присел, трогая воду, - холодная очень. Чонгук потрепал его по волосам и закрыл глаза. Ему нравился звук воды, такой быстрый и ровный, поэтому, не удержавшись, сказал: - Чимин, ты, как этот водопад. Тоже живой, шумный и внутри тебя такая…энергия, - смутившись, парень закусил губу. А младшему понравилось его сравнение. - Ты тоже водопад Гуки, только спокойный, - юноша притянул того за талию и поцеловал вновь. Он был готов это делать всегда, пока им это позволено, а Гук был готов всегда ему отвечать. Руки скользили сами собой, залезали под одежду, путались в волосах, или обжигали щеки. Пак отвёл парня в безлюдное место, где им бы не мешали. Ему нужна была интимная обстановка, чтобы пить сладкий мёд с губ Чона. Чимин ценил те эмоции, которые давал ему старший, поэтому хватался и дышал ими. - П…подожди, ненасытный, - с глупой улыбкой на красных губах сказал тихо Чон, оторваться Чимину было трудно, но он поддался, - дай подышать… - Гуки, я хочу тебя, - сжимая талию, произнёс парень в самые губы, получая, то ли стон, то ли хнык в ответ. - Чимин…- внизу живота приятно заныло от этого обращения горячим дыханием в губы. Младший опустил ладони и сжал бёдра, ощущая тяжело дыхание любимого. Ловкие руки уже забрались под футболку Чона, исследуя и трогая с такой нежностью, от чего парень отвечал взаимностью, борясь с густым смущением, которое отражалось на щеках. Поцелуи стали более жадными. Чимин легко и громко посасывал губы напротив, оттягивая нижнюю, резко прижал парня к себе, утыкая в свою шею и улыбнулся, чувствуя тёплое дыхание. - Почему остановился? - спросил Гук, прячась в шее. - На нас нагло пялят, - сказал тихо на ухо, Пак давно увидел парня, он показался ему знакомым, - давай лучше в номере продолжим, - старший спорить не стал, взял крепко за руку и они двинулись обратно в отель.

***

- Про то, что выколю тебе глаз - я не шутил, - грозно сказал Мин, уже кожей чувствуя виноватый взгляд друга на себе всё время поездки. - Прости, - закусив губу, сказал тихо Намджун, - что ты будешь делать, когда приедешь? - ему хотелось говорить с другом, лишь бы не тишина, она давит на уши, напоминая про вину. - Что, что. Главврачу звонить, полиции и прочим службам, лишь бы нашли, - нехотя ответил, накидывая лучше на плечи куртку, - и не говори... - Конечно, я буду с тобой это делать. - Мне твоя помощь не всралась, помощник, - нахмурившись, съязвил тот. - Я хочу всё исправить и снова вернуть твоё доверие. - Хер тебе в хуй. - Да перестань! - возмутился младший, его щеки пылали, то ли от вины, то ли отчего-то другого. Они замолчали. Юн уставился в окно, наблюдая за сменяющимися за ним картинкам, Намджун сжимал свои пальцы. Внутри старшего все пылало, чёрный ураган захватывал сердце в плен и не давал простить. Воспоминания были слишком свежими, переплетались с прошлым, крепкой паутиной в сознании. - Как хочешь, но я хочу помочь. Ты ещё болеешь, явно один не сможешь вывезти это всё, Юнги, - твёрдо сказал младший, на что тот лишь фыркнул. - Ты даже не представляешь через, что я проходил. Через некоторое время они уже стояли на станции, перекидывая сумки за плечо. Намджун вызывал такси, которое Юн называл «хер на колесиках». И спустя час их встречали родные ворота клиники. Радости врача не было предела, которую он не покажет конечно. Первым делом, ему хотелось сломать шею охраннику, который допустил травму Ена, а потом сломать руки и ноги за побег тех двоих. Но, надев маску серьёзности, сдержанности, он вышел и направился прямо к будке, зашёл в неё вальяжно и посмотрел самым тяжёлым взглядом. - Так, как вы такое допустили? - голос был жёстче стали, пронзал, заставлял рану ещё долго кровоточить. - Господи Мин, вы вернулись! Я не знаю, как объяснить. Это всё они спланировали! - от этих оправданий у врача сразу заболели уши, он бросил короткое «уволен» и вышел. Кашель пробрал лёгкие, быстро выпрямившись, прошёл внутрь больницы. Запах медикаментов ударил в нос, поэтому тот вздохнул поглубже и подошёл к стойке регистрации. - Господин Мин! Повторив всё то же самое, врач прошёл к себе в кабинет, все это время Ким ходил рядом, не издавая ни звука, только наблюдая за холоднокровием друга, затем также зашёл в кабинет, голос хрипнул. - Кхм, мне найти нового охранника и администратора? - Да. Холодно. То, что почувствовал Ким, даже без слов понял «уходи, пока не попал под эту льдину», поэтому пока оставив Юна, удалился в свою комнату. На следующий день, в больнице уже всем было известно, что врач вернулся и явно не в лучшем настроении. Словно все это чувствовали, старались не шуметь и выполнять очень качественно свою работу. Юнги с одной стороны это уже забавляло, а с другой нет. Он отправился в палату к Ену на осмотр. - И где он? - нахмурившись, врач вышел и столкнулся лицом к лицу с Ли Хинчолем. - Доброго утра, Господин Мин. - Где мой пациент? - Ваш? А…вы про Хан Ена, так под моим присмотром. - Видимо вы слепой, раз допустили такое и не досмотрели, - нить натянулась. Чёрные глаза прожигали зелёные, спокойные и равнодушные, - не вынуждайте меня повторять. Второй врач лишь глубоко вздохнул и снова добродушно улыбнулся. - Он в моей палате. - Что значит в «вашей», его палата здесь, - твёрдо сказал Юнги. - Я вам его приведу, идёт? - что-то в этом парне очень сильно не нравилось старшему, а он не прислушивался к ощущениям, думал всегда рационально. Но сейчас, даже рациональность ему твердила, что здесь что-то не так. Махнув рукой, он удалился проверить остальных пациентов. Младший в свою очередь сидел в своей комнате. Его пациенты пока ещё были под присмотром, ведь им с Юнги ещё дней пять надо было быть в городе. Ким винил себя, настолько сильно, что у него болела голова, последние слова врача в поезде его зацепили. Что такого может пройти человек, чтобы так реагировать? Страшные и пугающие догадки лезли в голову, от насилия, до избиений. Намджуну хотелось выслушать друга, помочь, сделать хоть что-то. А тот, как ледяная стена, не подпускал к себе ни на шаг. Вздохнув, встал и начал бродить по комнате. - Может дать ему сигарет, хоть немного спокойней будет, - рассуждал вслух Ким. Так он и сделал через несколько минут, когда нашел старшего на улице, тот стоял и тяжело дышал, хмурился и кусал нижнюю губу, погруженный в свои мысли, даже не сразу услышал младшего. - Юнги, - подошёл ближе, протягивая пачку, на это врач только хмыкнул. - Вернул, что украл, - сделал он заключение. Достал долгожданный наркотик, поджег и втянул никотин, ощущая себя намного лучше, мышцы на лице расслабились. - Получше? - Да. - Я… - Даже не начинай, Ким Намджун, - обычно Мин так к нему обращался, когда тот очень сильно накосячит, поэтому сглотнул. - Юнги тебя изнасиловали? Хан Ен проснулся от яркого света, удивительно, как он смог проникнуть в его темницу. Тело не слушалось, выдавая резкие судороги. «Неудивительно», - подумал он про себя, воспоминая случившееся, голова была налита железом, потребовалось время, чтобы различать предметы в комнате. Через усилия он смог встать и сесть на кровать, взял голову в руки. Только он начал собираться с мыслями, как звук противной скрипучей двери разбросал их по углам комнаты, как тени. - Доброе утро. Вернулся Господин Мин и хочет тебя осмотреть, оденься и рот на замок, что ты находишься тут, - сказал Хинчоль, потирая переносицу. Его план может сорваться, если тот начнёт болтать. Увольнение выйдет ему боком. - Что так боишься? - ухмыльнулся Ен, с трудом вставая напротив и прожигая разноцветными глазами. - Вколю тебе большую дозу морфия, если не будешь слушать, - врач уступал в росте, поэтому его угрозы не выглядели столь убедительно. Ен хрипло засмеялся и выдал. - Мне бы это понравилось. С помощью одного санитара ему удалось подняться на нужный этаж, к своей палате. Ноги не слушались, то и дело подкашивались. Открыв дверь, взялся за голову, громкие звуки его раздражали, он осмотрел родную палату и прошёл внутрь. Ему не нравился солнечный свет, поэтому взялся за край штор и только хотел дернуть, как увидел Юнги… Что-то внутри оборвалось, рухнуло с высокой башни, врач стоял и обнимал кого-то, Ен не сводил глаз с пары врачей. Не веря своим глазам, второй парень наклонился и поцеловал его. «Нет! Не может быть…», - принеслось в голове. Он сжал до боли кулак и дернул штору, срывая её с петель. Голова гудела, тело не слушалось, а самое любимое было занято другим. Сердце лихорадочно билось, в висках стучала кровь, а в сердце бездонная пустота, он не мог отвести взгляда от поцелуя. Мерзкое скользкое чувство ныло внутри, а голос начал говорить. «Ты никому не нужен. Так закончи», - горько ухмыльнувшись, Ен взглянул на любимого врача. Несмотря на то, что он сделал тогда, он все простит, он забудет, продолжит любить. Может в другой жизни, Ен будет здоров, может он заслужит любовь, заслужит поцелуи и объятия. Кусок ткани в руках подал идею, прямо сейчас он уйдет из этой никчемной жизни и ступит на порог обновлённой, без страданий, без боли. "Подожду там, мы переродимся, а потом, обещаю, я найду тебя вновь..." Хан, как в тумане направился к двери, обмотал ручку и свою шею. Ткань медленно стягивала горло, сначала было не так уж больно, но спустя какое-то время кислород закончился. Невозможность сделать вздох причиняла обжигающию боль, хрупкое тело дергалось и скользило по полу, а потом всё утихло. Больше не было ни единой мысли, Темнота с ухмылкой отступила. Последнее, что видел парень с такими прекрасными глазами, но такой страшной душой, был Юнги в объятиях другого. Последнее, что он произнес, сопровождаемое скупой слезой и сухой улыбкой. - Прощай, Юнги.