Наследники

— Если что-то надо будет, ты кричи, я услышу, — сказала я перед тем, как спуститься в свою комнату. Я действительно была рада, что с сестрой всё в порядке. Я часто жалела, что получилось именно так. Мы с ней не очень дружили и общались нечасто, но где-то внутри мне хотелось узнать её получше. Я хотела, чтобы мы стали настоящими сестрами. Чтобы делились счастьем и горечью. Ведь когда папы не станет, она останется единственным родным человеком. Джерен, Джерен. «Что же случилось с тобой в тот день?» Я села на кровати, смотря на тихо сопящих двойняшек. Они действительно самое прекрасное, что случилось со мной. Я не представляю, какую боль испытывает сейчас Джерен. Я бы не смогла дышать, жить, существовать без своих детей. Смотря на них, я пыталась вспомнить тот день. Я была ещё беременна, так что Дженк не разрешил мне поехать с ним в суд. Говорил, что мне нельзя волноваться, а ему будет нужна поддержка, он мне напишет. Я действительно хотела быть рядом с ним. Мне не верилось, что Недим убил его мать. Это так тяжело осознать, что у тебя больше нет мамы. Просто ты никогда больше не сможешь её обнять или же поделиться радостью. Это трудно, но Дженк хорошо с этим справляется. Или же не хочет мне показывать, насколько ему больно. Всё случилось совсем скоро после начала суда. Я ждала от него сообщение, чтобы узнать, как всё проходит, когда мне пришло сообщение от него, что Недим, который до этого утверждал, что это не он, убил Шениз, во всём сознался после того, как из коридора раздались крики о помощи. Потом добавил: «Джерен стало плохо, её увезли в больницу. Не волнуйся, с ней твой папа». Я сильно и не волновалась, ведь она же была беременна, мало ли там переволновалась и давление скакануло. Я тогда позвонила папе, чтобы убедиться, что с ней действительно всё хорошо. Он не ответил, но отправил сообщение, что занят, но с Джерен ничего страшного не случилось. Это меня успокоило. Папа всегда мне рассказывал всё, так что не было повода усомниться. Месяц. Месяц я об этом вообще не думала. Времени не было. Но одним утром ко мне подошла Нуртен. Она спрашивала про сестру. Я в начале не знала, что ответить. Я не думала, что Нуртен прям так подружилась с Джерен, чтобы та скучала по ней. Тогда я и узнала, что сестра подружилась с её дочерью — она до неё дозвониться не может уже несколько недель. Тогда я и заволновалась. Раньше, когда я узнала, что Джерен в опасности, я хотела её похитить, чтобы спрятать на некоторое время. Она бы меня не послушала. После того как Недим встал на ноги, я уже не волновалась за её безопасность. Он точно её убережёт от всех и вся. У него глаза горят, когда он смотрит на Джерен. Такой же жар я каждый день вижу в глазах моего мужа. От этой мысли я заулыбалась. Дженк действительно оказался хорошим мужем и отцом. Как он любит своих дочек знаю только я. — О чём же ты там думаешь? — спрашивает он, открывая шире дверь. — Ты рано сегодня, — заулыбалась я ещё шире. — А у меня для тебя новость есть. — Да? Давай рассказывай, — он подошёл ближе, поцеловал в лоб и сел рядом, обняв по-хозяйски. — Джерен пришла в себя, я её привезла сюда. Она сейчас наверху, отдыхает. — Джерен? Здесь? — он был удивлён. — Столько времени прошло, врачи вообще говорили, что она больше не проснётся. А если проснётся, то только как овощ. — Я тоже так думала, — я положила голову ему на грудь, и он прижал меня к себе ещё крепче. — Но ты бы видел, как она на меня смотрела, когда просила меня её оттуда забрать, — я сделала паузу и продолжила. — Она почти никого не помнит, но ты знаешь, что самое странное? Она говорит, что, когда она проснулась, то пообщалась с доктором, а потом тот сделал так, чтобы она опять уснула. — Джемре, — он поднял мою голову, чтобы я посмотрела в его глаза. — Ты же не думаешь влезть в новую авантюру? Да? — Но… — Никаких «но» Джемре. Это к добру не приведёт. — Я знаю, но… — я отпустила его и легла на кровати, смотря в потолок. — Меня не покидает мысль, что здесь вмешан мой папа. Как-то слишком хорошо сложилось. Перед тем как Джерен приехала, мы были на крае разорения, а сейчас папа подписывает самые выгодные контракты, хотя деньги, которые он получил после свадьбы Джерен, он вернул после их развода. Скажи мне, — я повернулась к нему. — Откуда он мог взять деньги на всё, что у него сейчас есть? — Ну не знаю. Нашёл где-то. Заработал. Наследство деда получил, откуда мне знать? Я встала. Ну да, конечно, как я могла об этом забыть. — Наследство! — закричала я. — Для начала, давай потише, а во-вторых, это шутка была. — Нет, ты не понимаешь. Мой дедушка, когда был ещё жив, оставил маме Джерен восемьдесят процентов своего наследства. Так как она исчезла пару лет назад с дочкой, перед смертью дед переписал всё на Джерен, — что там дальше было? Мама, Джерен… ребёнок. — Я вспомнила. Это всё перейдёт к Джерен, когда она родит ребёнка. — Что за условие такие? Родить, чтобы получить наследство? Твой дед был с прибабахом? — Нет, он хотел, чтобы она и её дети никогда ни в чём не нуждались. Дед обожал её мать и хотел, чтобы она стала частью нашей семьи, так как на тот момент мамы уже не стало. Но она убежала, взяв с собой дочку. Дед долго искал её, но так и не нашёл. Остальные двадцать процентов оставил мне, потому что он не простил отца за то, что тот не удержал бедную женщину. — Я слышал, что твой дед был богат, но, если вы жили все эти годы на эти двадцать процентов, сколько же получит Джерен? — Дженк, ты не понимаешь. Ребёнок сестры должен быть жив. — Доктор же сказал… — Мало ли что он сказал. Если я найду подтверждение своим догадкам, мы сможем всё вернуть сестре. — Тебе-то зачем это? Проблем с папой не хватает? Помнишь, как он тебя из дома выгнал, когда узнал, что мы поженились? — Я папу люблю, но и сестру тоже. Да, мы разные и часто не можем найти общий язык, но я помню, как мы играли в детстве, как бегала вместе из дома, чтобы прятаться в парке. Мы тогда дружили, а потом мы повзрослели и забыли. Я хочу, чтобы она была счастлива. Я хочу, чтобы она нашла своего ребенка. — Ладно, будет по-твоему. Но обещай мне всё рассказывать. — Обещаю, — я прыгнула на него и начала целовать. Всё-таки мне повезло с мужем. Через несколько часов я была дома. Я здесь не появлялась так долго, что почти отвыкла от привычного запаха этого дома. Даже если здесь прошло больше половины моей жизни, я больше не считаю его домом. Отношения с папой испортили всё. Я не понимаю, почему ему проще отказаться от меня, чем принять мой выбор. Отправила свои чувства подальше и зашла в дом. Я здесь, чтобы помочь Джерен. В гостиной было тихо, непривычно тихо. Обычно дома всегда горничные ходят, сплетничают, повар что-то готовит, охранники ходят туда-сюда, а сейчас — никого. Услышала голос из кабинета и хотела было туда направится, как услышала звук почты. Почтальон письма принёс. «Интересно, мне сюда письма ещё приходят?» Открывая, нахожу два письма. Первое письмо папе, поворачиваю, из больницы, где была Джерен, наверное, счёт. Второе — Джерен, из лаборатории. «Странно это». Положив всё в свою сумочку, подхожу к кабинету. — Как это она пришла в себя? За что я вообще тогда вам плачу, идиоты?… Что она вспомнила?… Если из-за вашей оплошности, я пойду ко дну, я потащу вас с собой. Поняли! — звук разбивающего телефона. — Как может это девица быть так важна и так опасна одновременно? «Значит это всё же он». Тихо возвращаюсь к передней двери и шумно делаю вид, что только что пришла. — Папочка! Ты дома? — делая как можно больше шума наплавляюсь в гостиную. — Папочка?! Есть кто дома?