Демоническая любовь

«Я оставила вам письмо. Завещаю его сжечь…»       Сердце продолжало биться в том же, неизменно спокойном ритме. Если бы захотел, Томиока мог бы и вовсе его остановить. Вокруг всё плыло или действительно тряслось — трудно было определить. Незуко, беспокойно мотаясь из стороны в сторону, периодически с усердием его тормошила. С потолка посыпались мелкие камни, и стало совершенно очевидно, что долго это конструкция не протянет. — Тут опасно оставаться, Госпожа! — Юширо закрывал её голову от камней и щебёнки, пока она складывала в ящик все свои принадлежности — Выходите скорее, я сам соберу тут всё!       Не смотря на то, что демоны чрезвычайно живучи, их ждала бы мучительная смерть, окажись они погребены под завалом. Смерть от боли и голода, невыносимой тоски от безвыходности — они могли бы прожить без воздуха, пищи и движения около месяца. Тамаё медлила — каждая склянка была ценным образцом, и ими раскидываться она не могла ни при каких обстоятельствах: — Юширо, немедленно уходи отсюда! В любой момент всё обвалится! — Я уйду только с вами!       Наконец, осознав, что к чему, Томиока с силой схватился руками в железные прутья, которые тут же стали прожигать его кожу, но его это уже не волновало: — Незуко не сможет выйти отсюда сама! Нужно выломать клетку! — На это нужно слишком много времени! — Юширо не успокаивался — Идёмте, Госпожа! — Нет, Юширо, мы должны им помочь… — Тамаё подошла к клетке и встретилась с Томиокой взглядом — Ты можешь поклясться в том, что сможешь сдержать свой голод?! — Клянусь! — Гию спешно искал выход из ситуации. Он нашёлся в виде клинка на поясе Юширо — Дайте мне клинок!       Тамаё осторожно протянула вещицу сквозь прутья клетки, и Томиока, впервые в своём обличье, занёс его над головой. Будь что будет! Водный поток…       Клинок, хоть и был короче его катаны, оставался клинком Ничирин. Острый поток буквально раскрошил в щепки одно из брёвен, отбросив на пол стальные прутья, которые не позволяли выбраться, до сей поры. Тамаё и Юширо уже выбрались на поверхность. Незуко быстро переступила порог клетки, и уже была готова выбежать из подвала — Томиока стоял внизу, не решаясь сделать и шага.       Он снова решил лишить себя жизни. Короткая надежда на то, что жизнь в новом обличии возможна, улетучилась вместе с тишиной — всё на поверхности тряслось и грохотало. И отлично зная, чем это может кончиться, Незуко поспешила вернуться назад. Но попытки вытянуть его были полностью безуспешны: — Что ты творишь?! — он отнял руку — Выбирайся сейчас же!       Короткий рык вырвался из её груди. Почти животный, полный отчаяния, он вывел Гию из оцепенения: — Ты оглохла?!       Медлить больше было нельзя. И повинуясь чувству долга, он вцепился ей в ладонь, от неумелости вогнав в неё когти. Короткий визг девушки, и он уже выволок её на поверхность. Ночь встретила их своей окутывающей тьмой, совсем иной, чем была в подвале. Ночь… Он перепутал время! Мгновение спустя, подвал шумно обвалился, и перед глазами предстала чёрная яма с камнями, которую уже припорашивала вьюга. Запах гари бил в нос, но он не обратил на это внимания: — Ты могла погибнуть! Твой брат не простил бы мне этого, ты понимаешь?!       Вместо этого, она лишь рассматривала его когти, которые он вогнал ей под кожу. Капельки крови медленно стекали по чёрным пластинам, падали в снег, пропитывали его бордовым цветом… — Прости… — он спешно убрал руку, и раны Незуко мгновенно затянулись — Я не сумел иначе.       Новый толчок выбил землю у них из-под ног. Сквозь мрак было видно, что главный корпус… Превратился в щепки и пепелище: огромный дом Убуяшики стал грудой обугленных досок, расшвырянных по округе, сад глициний был полностью уничтожен, от лазарета остался лишь каркас, а уцелел лишь обеденный корпус. От оружейного же не осталось ничего, кроме валяющихся на снегу обломков мечей и тесаков. Вьюга почти полностью заглушала голоса вдалеке, и только запах костра говорил о случившемся яснее: — Высшая Луна… — Тамаё вынула шпильку из причёски, отчего аккуратный пучок волос медленно развалился — Нет ни одного охотника… — Когда я вышел на поверхность, тут всё полыхало! — Юширо с беспокойством смотрел на тлеющий дом, в ту сторону, откуда сильно тянуло человеческой кровью — Сначала здание охватило огнём, затем всё было разгромлено льдом. Вы сами видели. — Демон сам явился в штаб? Какой в этом смысл? — Гию выискивал взглядом хоть один уцелевший меч подлиннее, но всё тщетно — Столпы не дадут ему добраться до главы, большинство охотников сейчас на миссиях или в маленьких домах семьи Убуяшики, расположенных по стране. Если бы они хотели лишить организацию верхушки — устранили бы всех поодиночке. Такие действия разумны лишь при условии того, что они на время хотят лишить верхушку организацию связи с низшими чинами. — Они переходят в наступление, — Тамаё с силой вонзила шпильку в руку, делая уродливый надрез — Уцелевшим охотникам нужно уходить. Слишком много раненых. Столпы не смогут защитить всех.       Сладковатый запах крови наконец добрался и до Томиоки. Смешанный с маслом глицинии, он стал медленно, но верно дразнить органы чувств. Гию мог ощущать, как белые рога удлиняются. Со стороны, со своим мраморным лицом и затуманенным взглядом, он больше походил на `Они из древних легенд, чем на обезумевшего от голода демона. И Тамаё вовремя узнала этот взгляд: — Перестань дышать! — её кровь сочилась из раны, но не капала, а была густой, напоминая желе — Если ты потеряешь контроль с оружием в руках, то принесёшь не меньше бед, чем тот демон!       Это вновь отрезвило. Гию затаил дыхание и замедлил сердце — оно охотно поддалось, и организм смог полностью ощутить температуру воздуха. Лютый мороз не жёг его, не причинял вреда, и изо рта перестал выходить пар. Наконец, на глаза ему попалась гарда от меча, воткнутого в сугроб. Он выхватил её прежде, чем Юширо успел до неё добраться. В отполированной стали отражаться почти пылающие синим цветом глаза. Тамаё приготовилась пустить в ход магию крови, но перед тем, рискнула спросить: — Что ты собрался делать?!       Небо озарило зарево пламени. Всю гору едва ли не сотрясло, а спустя мгновение сквозь метель пробился чей-то вопль. Гию ощутил языком увеличившиеся клыки, из-за которых стало не по себе. Незуко стояла рядом, в любой момент готовая вцепиться в него, дабы сдержать. На её лице не таял снег, а на коже не было румянца, как это бывает у людей. Она такой маленький демон, по сравнению с ним — ни рогов, ни катаны в руке… Томиока задержал на ней взгляд, не спеша отвечать: — Убивать демонов…