Души демонов

Равенна больше не появилась в этот вечер. Никто не спрашивал о ней, и, видимо, она часто вот так не появляется на собственном балу. Лишь Джозелин однажды поинтересовалась, куда же делась их госпожа, и Мина ответила, что та просто устала, и веселье и быстрота жизни не для неё. Она предпочитала быть со своим мужем наверху, иногда в компании детей, которые сейчас веселились здесь. Мина сказала, что у Равенны восемь детей – пять девочек и три мальчика, и Джоз разглядывала их по несколько минут каждого, пытаясь найти хоть что-то общего с Равенной. Но ни один из тех демонов ни капли не был похож на свою мать. Наверное, это должно угнетать? Почему так? Джозелин потом смотрела на Паркера и видела в нём Себастьяна. Хотя глаза… вот её частичка. Хоть что-то от неё, поэтому она не впадёт в отчаяние. У Мины всего трое детей, но женщина не собиралась останавливаться на этом. Мина всегда любила деток, таких маленьких гукающих созданий, всегда, даже будучи человеком, любовалась ими, этими розовыми щёчками, маленькими ручками, совсем крохотными пальчиками. Но вместе с мужем они часто путешествовали и не задумывались о ребёнке. Вопрос о детях впервые в жизни Мины встал уже тогда, когда она стала демоном. Собственно, ради этого её и обратили. Тут были и её дети, одна из которых крошка Поппи, маленькая девочка, которая играла с Паркером и остальными детьми. Они даже называли их «молодняк». Странно, но демоны любят своих детей. Да, Джозелин, глядя на Скарлетт, тоже хотела родить девочку, милую куколку. Но мысль о том, что лишь Себастьян может стать отцом её детей, угнетала её. Это несправедливо! В отеле, ночью, обнимая Паркера, Джозелин думала только об этом. Что же ей дороже? Она знала, что Равенна была права, говоря, что ей станет спокойнее, появись Себастьян в её жизни снова. Да, пусть он узнает! Может, тогда она сможет разрешить ему… О, нет! Прикрыв лицо одной рукой, Джозелин сползла с кровати на пол и обняла колени. Нет, представить такое просто страшно. После случившегося она не подпустит к себе этого мужчину близко, да вообще никакого мужчину! Этим, собственно, и объясняется тогда отсутствие её страсти к Рику. О, бедный-бедный Рик! Его так жаль… Она никогда не сможет полюбить его. А ведь казалось, что она его уже любит, так тепло на сердце, когда он рядом. Но, да, это совсем не то, чего хотелось бы. Это чувство несравнимо с тем, что было почти четыре года назад. И её сердце всё ещё разбито. Рик не сможет заставить Джозелин забыть о том, что случилось в прошлом. Только отложить страдания на несколько мгновений, а они обязательно вернутся. Встав, девушка отправилась в ванную и поглядела на себя в зеркало. Сколько в глазах мучений… Уходят они когда-нибудь? Пропадает ли из них грусть? Видел ли Рик когда-нибудь её счастливой? Хотя, да, несомненно, видел. Лишь единожды она была счастлива по-настоящему. Но Рик не имел к этому никакого отношения. Тогда он был лишь свидетелем… Это день, когда она испуганная проснулась, не веря в то, что её малыш мёртв. Это день, когда Рик опроверг это, и когда Джоз робко и неловко подняла своего малыша на руки. Да, это именно тот день. Сколько тогда было счастья в её глазах? Как долго она любовалась своим мальчиком, которого всем сердцем любила? Прикрыв глаза, девушка улыбнулась, вспоминая тот момент. Как же он был мил и мал. Совсем хрупкий. Позже читая книги Джозелин узнала, что дети, рождённые на шестом месяце, ещё не могут самостоятельно дышать. И ей опять же повезло, ведь Паркер – не простой ребёнок. Мина ответила на её вопрос, сказав, что в утробе матери ребёнок демона развивается быстрее, чем человеческий. Поэтому, именно поэтому Паркер сейчас жив и здоров. И теперь Лин всегда будет его любить. С того момента, как подтвердилось, что внутри неё маленький комочек жизни. Она любит его всем сердцем и несуществующей душой, она его мать, она защитит его ото всех. Несмотря на то, кто его отец. Открыв глаза, девушка равнодушно взглянула на себя. А что тогда мешает ей родить ещё детей от Себастьяна и любить их точно так же, как и Паркера? Чёрт, сколько противоречий! Джоз повернулась спиной к зеркалу и облокотилась на раковину. Думать об этом было мучительно. Ведь как представить можно, что она вообще заговорит с Себастьяном, как коснётся его, как простит. Можно ли вообще простить за подобное? Как же можно поступить в таком случае? Он вообще сможет заслужить это прощение, ведь он совсем равнодушен к ней, к её жизни? Он за три года ни разу не написал. Кроме… того подарка на Рождество, но ей гораздо легче принять то, что кто-то поиздевался над ней, чем то, что это всё-таки он. Вспомнил о ней вдруг. Может, расскажи она ему обо всём, о Паркере, он будет снова-таки равнодушен? Ему ведь безразлично… Выдохнув, девушка подняла глаза к потолку. Мысли путались, сердце разрывалось. Джозелин снова вышла в комнату и присела в маленькое кресло у окна и уставилась в небо, такое чёрное, без звёзд. — Мам? — Паркер пошевелился и присел, не открывая глаз. — Ты где, мам? Странно, ещё никогда он не просыпался ночью без неё. — Я здесь, милый. — Она подошла к кровати и положила руку ему на голову. Мальчик улыбнулся и плюхнулся на подушку снова, зевнул, потом вновь засопел. Девушка улыбнулась, любуясь сыном. Какой красивый малыш у неё родился. И он похож на отца. Какие красивые дети у них могут быть. Девушка хотела было притронуться к сыну, но тут же отдёрнула руку. Нет, никаких мыслей о детях! Подумаешь, чёрт возьми, правила! Джозелин так и не легла в постель. Сон совсем не шёл, и лишь мысли заполнили голову. Как спать после того, что она узнала? Одновременно ей завладели такие чувства, как облегчение и смятение. А также страх. И, наверное, неверие. С рассветом Джозелин вновь отправилась в ванную и просидела там добрых два часа, наслаждаясь горячей водой и пеной, такой ароматной. На время она успокоилась и позабыла обо всём. Когда девушка вновь появилась в комнате, Паркер ещё спал, а было уже почти десять часов утра. Наверное, устал на балу. Переутомился. Джозелин не стала его будить и снова упала на кресло. Пока её не было, принесли утреннюю газету, и, закинув ногу на ногу, Джоз принялась её читать. Вдруг она вспомнила о чём-то и оторвалась. Телефон стоял рядом, и она подняла трубку. Номер она помнила, осталось только дождаться, когда соединят, но девушка обладала невиданным терпением. Поглядывая то в окно, то на сына, Джоз слушала шуршание и помехи, пока, наконец, не застыла в шоке от обычной фразы, произнесённой слишком вежливо. — Алло. Голос этот заставил Джозелин вздрогнуть, и по телу пробежали мурашки. На секунду девушка убрала трубку от уха, но сказала себе быть сильной. Это был не Сиэль, это… его дворецкий. Вздохнув пару раз, девушка сглотнула и произнесла: — Сиэля Фантомхайва, пожалуйста. Узнает ли он её голос? Конечно, нет. Он изменился, ведь она теперь не маленькая девочка, а женщина. Чёрт, а если вдруг узнает? Он ведь не так глуп. Но… — Позвоните позже, мисс, — проговорил Себастьян. — Господин ещё спит. Джозелин взглянула на часы, потом на светлое серое небо. — Он не спит, господин дворецкий, — проговорила она вежливо, а потом усмехнулась. — Слишком долго для такого, как он, господин дворецкий. Джозелин помнила, что называла его так, когда они только познакомились. И что?.. Она ему неважна, он даже не задумался об этом. — О. — Себастьян тоже усмехнулся. Девушка буквально услышала эту ухмылку. — Так вы осведомлены, мисс? Хорошо-о… Каким тоном он с ней разговаривал? Игривым? Что это за заигрывания такие? П-почему? Он что, флиртует с ней? Сжав ручку кресла и продрав когтями обивку, Джозелин поглядела в потолок, не давая потоку слёз хлынуть из глаз. Да как он смеет? Он, бросивший её так давно, снова начал флиртовать, будто ничего не происходило? Но тут её осенило: он даже не подозревает, с кем говорит! Он флиртует с какой-то чужой девушкой… А, собственно, чего она ожидала? Он демон, очень красивый мужчина. Он, наверное, имел не одну любовницу за всё это время. Он имеет на это право. Но почему же так больно? Почему гнев и ревность в сердце? Джозелин ведь всё понимает, всё знает, но, чёрт, это так обидно. Он её забыл… Будто ничего и не было. — Мисс, вы меня слышите? — спросил этот игривый красивый голос, и Джоз всхлипнула, слёзы всё-таки текли по щекам. — Да, я слышу вас, господин дворецкий. — Я его сейчас позову. Как вас представить? — Мисс Стрейкер. — Это имя проститутки, её первой жертвы. Иногда Джоз подписывала так письма Сиэлю, и если что могла так представиться. — Да, мисс Стрейкер… Джозелин выдохнула, надеясь больше не услышать этого голоса. Она еще не готова к тому, чтобы разговаривать с ним, а знать его жизнь в эти годы она вообще не желает! Кучи любовниц, ведь так он узнаёт информацию – через женщин, которых соблазняет. Мерзавец. Как он мог забыть о ней. Решимость рассказать ему обо всём рушилась. Хотя одновременно с этим появлялась и другая идея. Рассказать ему о ней, о сыне. Заставить вспомнить, а потом, если он вдруг заинтересуется, просто… прогнать. Он всё ещё не будет иметь права ни на что. И простит она его совсем нескоро. Джозелин положила трубку на стол и позволила слезам течь по щекам. Снова сердце болело, и девушка встала, задыхаясь от боли. Нет, успокойся, Джози, говорила она себе. Но почему она называет себя этим именем? — Джоз, ты чего так рано звонишь? — спросил Сиэль, и девушка выдохнула. Джо подхватила трубку. — Хочу настоять на прогулке, — улыбнулась она, стараясь скрыть истинные чувства. Пальцами она вытирала слёзы. — Допустим, в полдень, в парке около моего отеля. Он был виден из окошка. — Идёт. Я буду вовремя. Ты… — Сиэль смолк, — говорила с Себастьяном? — Да, так вышло. — Я слышу, ты плакала. Тебе снова больно? Он что-то не так сказал? — Он снова не узнал меня, только и всего, — произнесла она непринуждённо, хотя сама была напряжена. — Как и всегда, но я кое-что решила. Кое-что очень важное, Сиэль. Расскажу тебе при встрече. И расскажу о вчерашнем бале. — Хорошо. Тогда встретимся там в полдень. — Увидимся. Девушка положила трубку и встала, шумно выдохнув. Что это сейчас было? Ей пришлось так быстро перестроиться на разговор с Сиэлем, что всё волнение резко ушло, но вот и оно вернулось вновь. Сердце быстро и громко застучало в груди, словно вот-вот выскочит, и Джозелин схватилась за ручку кресла, чтобы не упасть, когда коленки подкосились. Чувства вдруг разом захватили её, и стало так больно. Почему же? Давно забыты все обиды, она не помнит толком, что испытала, когда проснулась вот так одна… — Кому я вру, себе? — спросила девушка, опустив голову. Голос её был ниже из-за слёз. Она сглотнула комок в горле и подняла голову, вытирая влажные дорожки со щёк. Она почти задыхалась. Конечно, Джозелин всё помнила. Чтобы забыть такое, понадобится много времени. И время научит её жить с этой болью. Ей всё так же больно, как и в первый раз. Почему тогда она не умерла? Ведь Паркер был ещё слишком мал, чтобы спасти её… он тогда ещё не сформировался в её чреве. Лучше бы было так, и не пришлось бы страдать никому из-за неё. Семья бы вскоре перестала грустить о ней, ведь смерть это покой. Задыхаясь, девушка издала непонятный стон, больше похожий на скуление. Прикрыв рот, Джозелин заметила, как начал поворачиваться в кровати Паркер, и поняла, что будит его. Мальчик пошевелился, потом потянулся, и Джозелин поспешно выбежала в коридор, но столкнулась с кем-то. Это был Рик. Он как раз занёс руку, чтобы постучаться. — Извини, — проговорила Джо и опустила голову, чтобы мужчина не заметил её слёз. Но он, взявшись за подбородок, быстро поднял её лицо и поглядел в блестящие глаза. Её красивое лицо ничто не могло испортить. — Что-то случилось? — спросил мужчина, вытирая рукой слёзы, он достал из кармана платок и провёл им по её щекам. — Мне просто приснился кошмар… — солгала девушка и всхлипнула, покраснев. — Снова одно из воспоминаний? — Его брови изогнулись, и Энрике улыбнулся, притягивая к себе девушку. — Это всего лишь воспоминания. Не больше. Когда-нибудь всё пройдёт, я уверен. — Я на это надеюсь, — кивнула Джоз и подняла голову. Рик быстро поцеловал её в губы и потом в лоб. — Я, кстати, зачем пришёл-то… — Он провёл пальцами по её волосам. Джозелин никак не отреагировала, не испытала ничего, кроме благодарности за утешение. У Рика была другая цель. — Хотел позвать вас с Паркером пройтись по магазинам. Слышал вчера от Мины, что Равенна одобрила твоё платье, и попросила прийти в не менее красивом. Думаю, мы должны такое найти. — Конечно, — кивнула Джоз, вытирая последнюю слезинку и снова всхлипывая. — Только в полдень мы с Паркером отправимся в Парк, я договорилась с Сиэлем о прогулке. — Когда ты успела? — Ещё вчера, — быстро солгала Джоз. Если он узнает, что она только что с ним разговаривала, он может что-то заподозрить. — Я встретила его в магазине сладостей. Так что… думаю, после этого, если успеем, мы можем пройтись. — Мы можем оставить Паркера… — пожал плечами Рик. — С Сиэлем. Всё равно тебе с ними будет крайне скучно, насколько я помню. Они нечасто посвящают тебя в свои разговоры. — Да, можно и так. Я спрошу у Паркера. Наверное, разбудила его своей вознёй. Я пойду, проверю. — Она указала на дверь. — Доброе утро, кстати. — Доброе… Рик улыбнулся ей и пошёл дальше по коридору к своему номеру. А Джозелин зашла к себе и увидела Паркера, который, откинувшись на подушки, ждал её. Выражение его лица было… неприветливым. — Я всё слышал, — сказал он сразу, — ты идёшь с ним за платьем? — Я пока не решила. Он пригласил нас обоих. — Я не пойду с ним, — помотал головой мальчик, и Джозелин закатила глаза. Она подошла к кровати и села рядом с сыном. — И не надо, милый. — Девушка убрала пальчиками прядь с его лба. — Я позвонила Сиэлю, и он ждёт нас через два часа в парке, что напротив отеля. Ты можешь прогуляться с ним, если он согласится, конечно. — Это гораздо лучше, чем ходить с Риком, — кивнул мальчик и улыбнулся. — Ладно, иди с ним. Мальчик сел на кровати и потянулся, и губы Джоз растянулись в улыбке. Она привела сына в порядок и подхватила на руки, чтобы поцеловать. В половине двенадцатого они вышли в коридор, и когда Джозелин закрывала дверь номера, Рик выглянул в коридор, и Джозелин кивнула ему. — Я вернусь через полчаса, — сказала она ему и взяла за руку Паркера. Тот старался не замечать ничего. Он просто пошагал по коридору к лестнице, игнорируя Рика. Быть с этим демоном дома было для него трудно, но сейчас… Джозелин шла следом за ним, собираясь подхватить в любую секунду. По лестницам Паркер шагал аккуратно, а на улице поскальзывался. — Ты точно не обиделся? — спросила Джоз, подхватив его в очередной раз. — Конечно, нет, мам. Всё, как обычно. Ты куда-то уходишь с Энрике, словно любишь его больше всего на свете. — Знаешь что, молодой человек! — крикнула девушка. Впервые она кричала на своего сына. — Не смей так говорить. Рик мой друг, просто хороший друг, и он относится к тебе, как к родному сыну! А ты не уважаешь его. Знаешь, он пытается сделать для тебя и для меня всё! И поверь, я не полюблю никого, кроме тебя и твоего отца! Она вдруг замолчала, приложив руку к губам. Что она только что сказала? — Ты любишь папу? — спросил Паркер, выпучив глаза. — Нет, — помотала головой девушка, присаживаясь на корточки перед сыном. — Он мне сделал очень-очень плохо ещё до твоего рождения. Поэтому мои чувства к нему совсем не такие, какими были. Я любила его, правда. Когда-то любила. Но теперь… Я даже не видела его с тех пор. Поэтому тебе не стоит расстраиваться из-за Рика, не думай вообще об этом. Меня у тебя никто никогда не отберёт. — Хорошо. Лин улыбнулась и встала, взяв Паркера за руку. Ей не понравилось, что она ему что-то раскрыла, но он должен был когда-то узнать. Она только надеялась на то, что мальчик не станет расспрашивать об отце у Сиэля. — И не говори с Сиэлем по этому поводу, — попросила девушка. — Хорошо, — повторил мальчик. — А он что-то знает? — Я не уверена в этом, — помотала головой Джоз, хотя большая часть всей истории была ему известна. Сегодня он узнает ещё кое-что. И это приведёт его в шок, как и Джозелин. Сиэль сидел на скамейке прямо у высокой арки на входе в парк. Рядом с ним сидела старушка и кормила голубей, что-то приговаривая. Наверное, не будь Сиэль демоном, он был бы сейчас того же возраста, что и она. Наверное, поэтому его взгляд такой задумчивый. Он обернулся и помахал им, как только они вошли и подошли ближе. Паркер побежал по расчищенной дорожке к юноше и обнял его, когда тот присел. Здесь было много детей, и они веселились на детской площадке. Наверное, железные карусельки и качели чем-то смазывали. Маленькая девочка смотрела в их сторону и улыбнулась Паркеру, показывая на своего плюшевого зайца. — Иди, покачайся с ней, — подтолкнула его Джозелин. Она хотела поговорить с Сиэлем. Паркер посмотрел на юношу и тот кивнул, и когда мальчик убежал, поглядел на Джоз с любопытством. — Как всё прошло? — спросил он быстро. — Довольно необычно, но меня представили их самой старшей женщине. Её зовут Равенна, и она уверена, что все демоны мужского пола, кроме, может быть, тех, кого они давно знают или сами воспитали, деспоты и тираны. — Джоз заметила, как глаза Сиэля округлились. — То есть как – воспитали? — Ах да. — Девушка шагнула по дорожке в сторону детской площадки, где Паркера и девочку на каруселях катал папа малышки. — Все демоницы могут рожать детей. Абсолютно все, было бы желание. — Какое ещё желание? Джоз вздохнула и хотела было всё рассказать, но вспомнила, что ей нужно возвращаться. Она поглядела на часы и перевела взгляд на Сиэля. — Я расскажу тебе чуть позже. Я хотела попросить тебя… Не мог бы ты погулять с Паркером немного? — Она взглянула на мальчика. — Пытаешься сбагрить мне ребёнка? — усмехнулся Сиэль, наклонив голову. — Нет-нет, что ты, конечно, нет, — быстро замотала головой девушка. — Я шучу. И знаешь, это впервые за три года его жизни, когда я буду один гулять со своим правнуком. Я согласен. Но… что ты будешь делать? — Мне нужно сходить за платьем к сегодняшнему ужину. Я не знаю, сколько времени это займёт, но… мы можем встретиться здесь через пару часов? Мне хватит этого времени. — Отлично, тогда через пару часов встретимся тут, а потом… можем пообедать у меня дома, — предложил Сиэль. — Я, ты, Паркер. — У… тебя? — Да. Не бойся, Себастьяна не будет. Точно не будет. Он весь день провозится с документацией. Будет разъезжать по городу. Но мы с Паркером будем гулять по достопримечательностям, так что не встретим его. Лучше вы с Риком будьте осторожнее. — Не беспокойся за меня. Он меня всё равно не узнает… — Она горько вздохнула. — Да, скорее всего, не узнает. Хотя вчера о Паркере он сказал… Девушка напряглась. — … что мальчик показался ему странно знакомым. Видимо, он давненько в зеркало не смотрелся. Не просто знакомым, его копией. — Сиэль покачал головой. — Он идиот. А когда-то Себастьян поражал всех своим умом. Что с ним случилось? Джоз снова посмотрела на часы и остановилась. — Прости, мне пора. Через два часа я буду тут, а потом пообедаем у тебя. Всё, удачи. — Тебе тоже. — Сиэль махнул ей рукой с лёгкой улыбкой, и когда она скрылась, обернулся к Паркеру и посмотрел на то, как он с любопытством слушает чужого папу. Надо что-то с этим делать, подумал юноша и отправился к ним. Джозелин прибежала к отелю как раз вовремя и увидела Рика у входа. Он стоял около машины, сложив руки на груди. Он улыбался. — Всё хорошо? — Да лучше не бывает, — кивнула девушка и подошла к нему. Мужчина открыл ей дверь, и Джоз легко скользнула внутрь, плюхнула сумочку на заднее сиденье и откинулась на спинку. — Мы могли бы пройтись, конечно, — сказал Энрике. — Нет-нет. Отлично. У нас всего два часа. — Она улыбнулась. — Я договорилась с Сиэлем, что пообедаю с ним и с Паркером. — Понял. — Рик вежливо улыбнулся, понимая, что его никто там не ждёт. Они быстро поехали по городу, и Рик показывал ей достопримечательности, которые они проезжали. Он знал город очень хорошо и объяснил, что жил тут пару лет. Только с того времени уже многое изменилось… И вот они подъехали к одному бутику, на витрине которого стояли самые красивые платья, которые Джоз только видела. — Раньше твоё было одним из них, — сказал Рик и улыбнулся. — Там красиво. Тебе понравится. — Я уверена в этом. Джозелин, схватив сумочку, быстро выскочила из машины и пошла к двери, озадачив Рика. Ему пришлось ещё парковаться, и когда он всё-таки вошёл в магазин, Джоз уже была в одном из платьев и рассматривала себя в зеркале. Это было прекрасное кашемировое платье бежевого цвета. Оно подчёркивало прекрасную бледность её кожи, яркий цвет глаз и волос. Оно шло до пола, а сбоку был соблазнительно длинный разрез. Платье скрывало её шрам, и это было, несомненно, хорошо. — Мне кажется, оно замечательное, — проговорила Джоз, нервно разглаживая складки юбки. — Правда, оно идеальное? — Да, — кивнул мужчина. Женщины тут смотрели на неё, как на богиню. — Какая удача, — проговорила Джозелин, радуясь по-детски. — Оно первое, которое я тут увидела. И я… влюбилась в него. Только… у меня нет под него туфель. — Мы… мы вам подберём, — с благоговением проговорила одна из сотрудниц и покраснела, когда Джозелин перевела на неё взгляд. — Обворожительно, — прошептал Рик, осматривая девушку. Платье обволакивало её фигуру, подчёркивая талию, бёдра, грудь. — Я… я сейчас вернусь, — крикнул Рик девушке, и та перевела на него взгляд. — Ты куда? — спросила она, убирая волосы от лица и прикидывая, какую причёску сделает. — Буду через пятнадцать минут. Только никуда не выходи. Если что, жди у машины. Она на углу. — Ладно, — пожала плечами девушка. Она снова повернулась к зеркалу и взглянула на себя. Тут же ей принесли коробку с туфлями. Обычные чёрные туфельки на высоком каблуке, довольно удобные, не отвлекали от шикарного платья. Через десять минут Джо уже переоделась, оплатив покупки. Рик всё не подошёл, и девушка выскочила из магазина и огляделась. И куда он поставил машину? И вот девушка увидела её и улыбнулась. Рика не было рядом, но он обещал подойти… Вдруг по тротуару в дюйме от неё проехал велосипед, и девушка вскрикнула, роняя пакеты. — Аккуратнее, — проговорили ей, и подали пакеты. Девушка неловко закусила губу и улыбнулась, но улыбка сошла с её губ, когда она увидела, кто подал ей пакеты. — С вами всё в порядке? — Да, — пискнула она. Но Сиэль же сказал, что Себастьян будет занят весь день… Девушка уставилась на него, открыв рот. Руки её задрожали, когда она потянулась к пакетам. Что он тут делает? — Я заметил вас, ещё когда вы примеряли платье, — улыбнулся дворецкий. И не узнал. Он сейчас смотрит на неё и не узнаёт! Собственно, чего она ожидала? — Вы очень красивы, — улыбнулся дворецкий, и Джоз заморгала, пытаясь не заплакать. О чём он ей говорит. — Я хотел бы дать вам кое-что, — сказал он и засунул руку под пальто. Он секунду порылся во внутреннем кармане и протянул ей часы, крышка которых была украшена самыми разнообразными камушками. — Меня попросили передать их именно вам. — Кто? — Некая Мария, мисс. Вы её не знаете, но она просила передать. — Вы ошиблись. Джозелин резко оттолкнула его и пошла к машине, но он вдруг схватил её чуть выше локтя и развернул к себе. — Выслушайте, мисс, — попросил он. — Выслушать? — переспросила она и рассмеялась. Ей казалось, что ничего этого не могло бы быть. Это ей кажется. Это сказка! Но, чёрт подери, вот он перед ней. Он схватил её и пытается что-то сказать. Но обращается он не к Джозелин, которую когда-то знал. Он говорит с незнакомкой. Красивой незнакомкой. И ещё говорит о какой-то Марии, которую она не знала. — Я не знаю, кто вы. Извините, меня ждёт мой жених. — Ну, выслушайте же! — попросил он. Но Джозелин уже разозлилась, она посмотрела на него алыми глазами и схватила за грудки. — Ты меня достал, дворецкий! — проговорила она, рыча. Голоса своего она не узнала. — Отвали от меня. Она откинула его в стену и побежала к машине, кладя часы в карман. Всё-таки они предназначались ей. И вместе с ней к машине с другой стороны подходил Энрике. — Что-то случилось? — спросил он, беря её пакеты и сваливая их на заднее сиденье. — Нет. Просто меня чуть не сбил велосипедист. — Она пыталась улыбнуться. — В такой гололёд ездить… — Тут скорее он бы пострадал, чем ты. — Рик улыбнулся ей и открыл дверь, чтобы Джоз села. Она посмотрела вперёд и сморгнула слезинку, и пока Рик не заметил, вытерла её со щеки. Через мгновение он присоединился к ней и завёл мотор. — Я немного задержался, извини, — проговорил он. — Эти люди такие медлительные… Он повернулся к ней и вытянул руку, на которой стояла маленькая синяя бархатная коробочка. Джоджо вздрогнула, надеясь, что это не то, о чём она подумала. Протянув руку к коробочке, она открыла её и выдохнула с нескрываемым облегчением. — О, это серёжки, — улыбнулась она. — Да уж, — кивнул Рик. — Для кольца рано ещё. Мы совсем недавно начали встречаться. Они встречаются? Джозелин закусила губу, осматривая золото с бриллиантами. — Они замечательные, очень красивые, Рик. — Хотелось, чтобы тебе было приятно. И ты в них будешь ещё красивее. — Рик повернулся к рулю. — Давай отвезу тебя в отель, кинешь вещи. И отправишься к Сиэлю. — Да, — улыбнулась девушка. Но весь путь она не могла забыть этой странной, пугающей короткой встречи.