Принц тени

      Алекс и Адам Кинг были родными братьями. Кроме друг друга у них ничего и никого не было, что сплотило мальчишек в раннем возрасте, когда родной отец написал отказ от детей. Это частая практика в заводских районах. Бедные омеги, которые не в состоянии выкормить огромный выводок детей, просто отказывались от них, отдавая в социальные приюты. Там редко оказывались простые мальчики. Обычно отдавали маленьких тиранов, садистов и воришек. Остаться целым довольно сложно, особенно маленькому омеге. Хорошо, что у Адама был старший брат.       Адам плохо помнил время в приюте, но на его левой руке до сих пор оставались еле заметные шрамы от тушения окурков. Старшие альфы и беты частенько поглядывали на маленьких омег. Алексу приходилось спать с братом на одной койке и каждый раз караулить его у туалета. Драки тоже были почти каждую неделю. Воспитатели поражались, как можно так сильно избивать Алекса, но еще больше они поражались, как Алекс избивал старших. Одного альфу пришлось отправлять в больницу, чтобы ему вставили металлический штырь в руку — оказалась раздроблена кость.       Алексу было тринадцать, а Адаму девять, когда их взяли в новую семью. Это оказались простые работяги из тех же заводских районов, которые потеряли своего сына в аварии. Милые и добрые люди. Адаму, во всяком случае, они понравились. Алекс же, взращенный неприязнью и насилием, никому не доверял. Изначально усыновить хотели только Адама, но старший брат устроил настоящий разгром, отказываясь расставаться с омежкой. Он просил директора приюта оставить мальчика с ним, утверждал, что детей продают на органы или в рабство именно такие люди. В конечном итоге его тоже взяли в семью. Адам до сих пор не знал, было ли это планом Алекса или он действительно переживал за него. Сейчас омега вообще стал замечать, что мало чего знает о брате.       В семье оказалось хорошо. Дядя Билл и дядя Карл — так звали опекунов, были хорошими родителями. Они жили в одном из самых благополучных заводских районов и работали на заводе по производству машинного масла. Жили скромно, по понятию большого города, но для маленьких братьев наличие своей комнаты, вкусного ужина и не ношенной никем одежды было достаточно. Адам пошел в школу, Алекс пошел туда только потому, что приглядывать за младшим братом было его первостепенной обязанностью. Так он сказал дяде Биллу и дяде Карлу. Но Адам подозревал, что брат тоже очень хотел наконец-то нормально учиться, а забота — просто отговорка. В приюте была школа, но учителя там не заботились о знаниях, отмахнувшись от "потерянных" детей.       Опека Алекса никуда не делась. Привыкший к вечной опасности, он каждую перемену навещал брата и резко относился к любой насмешке. Дети бывают очень жестокими, особенно с теми, кто не похож на них самих. Братья Кинг были усыновленными и это стало главной темой для подколов.       Именно там, в школе, братья Кинг и познакомились с ним. Его привел домой после школы Алекс, потому что альфы оказались одноклассниками. Рональд Гарсиа был высоким, красивым и невероятно спокойным. Его ничто не могло вывести из себя. Рон сразу вписался в жизнь братьев и стал чем-то неизменным. Он стал первым другом для старшего брата Адама. Мальчишки большую часть времени проводили вместе. Зависали в комнате, что-то мастеря и выгоняя любопытного Адама, гоняли на велосипеде Рона по району, зарабатывали первые деньги, раздавая газеты. Маленького омегу они не брали с собой никуда. "Это слишком опасно для тебя" — заявляли друзья, когда Адам просился с ними.       Когда Адаму стукнуло тринадцать, все резко поменялось. Все меняется, когда растут дети. Омега еще не приобрел типичное для его пола изящество. Он был нескладным лягушонком, с длинными руками и выпирающими коленями. Длинные пшеничные волосы всегда были заплетены в растрепанный хвост, лицо покрывали сотни веснушек и пара прыщиков. Больше всего Адама бесили брекеты, которые против его воли установил знакомый зубной дяди Карла. Верхние клыки омеги неправильно росли, не давая встать остальным зубам как надо. В купе с подростковым максимализмом, Адам считал себя самым уродливым человеком на земле. Подливал масла в огонь Алекс. Ему было уже почти восемнадцать и он как раз таки стал настоящим красавцем. Высокий, подкаченный, с пронзительными голубыми глазами и приятными ямочками на щеках. На фоне брата Адам выглядел еще ущербней. Дяди успокаивали как могли. Они старались объяснить юному омеге, что переходный возраст не длится вечно. Скоро и мальчик превратится в прекрасного лебедя. Жаль, что одноклассники этого не понимали. У некоторых омег уже проявился свой запах и начались первые течки. А вот Адама вечно сравнивали с Алексом и насмешливо спрашивали, точно ли те братья.       Но хуже всего было именно из-за Рона. Тот, конечно же, никуда не пропал. Парень тоже изменился. Вытянулся еще больше, разросся в плечах, накачал мышцы. Темные волосы были коротко стрижены и не мешали смотреть на загоревшее лицо с пухлыми губами, прямым носом и вечно спокойными янтарными глазами. Рон все также оставался лучшим другом Алекса. Они вместе учились в колледже на юристов и были заинтересованы исключительно своими "взрослыми" делами. Адам уже не пытался привлечь их внимание. Наоборот, прятался, когда те приходили, чтобы Рон не видел его уродств. Альфа был таким красивым, взрослым и так вкусно пах, Адам просто не мог себе позволить увидеть и на его лице гримасу отвращения.       В это непростое время Адам открыл для себя гараж дяди Билла. Тот увлекался починкой старых машин и мотоциклов. Привлечь внимание Алекса к старым ржавым развалюхам у стареющего альфы не получилось, а вот младшему брату возня в масле с гаечным ключом очень понравилась. Это первым делом прятало его от брата и Рона. Еще это единственное, что выходило у Адама хорошо. Дядя Карл пытался научить омегу готовить, но после сожженного в пух и прах цыпленка попытки закончились. Больше, чем чинить, парню понравилось ездить. За городом, когда у дяди Билла был выходной, они вместе заводили старенький Indian и гоняли по заброшенной взлетной полосе. Скорость опьяняла. Адаму всего пару раз разрешили проехаться самому и не сильно разгоняясь, но это было незабываемо. Когда Алекс узнал, чем занимается его брат, то был настоящий скандал. "Это слишком опасно для омеги! Он может пораниться! Да как вы могли позволить ему заниматься таким!" — орал альфа, потеряв контроль на замерших в шоке опекунов. Успокоить его смог только Рон. Парень выбил компромисс: Адаму можно играть в гараже, но до 16, кроме как на велосипеде, ездить ему нельзя.       Время шло. Брекеты были сняты, веснушки с лица исчезли. Адам становился привлекательным омегой, приковывавшим внимание противоположных полов. Но было одно но. Алекс. Наверное, уже тогда можно было понять, что с альфой что-то не так. Все ухажеры были либо избиты, либо подкуплены, чтобы избивать других. Любовь к наблюдению за драками пугала Адама больше всего. Он не мог спокойно пойти гулять с друзьями, если среди них был бета или альфа. Алекс читал нотации, запирал в комнате, орал, но не давал Адаму свободы. Сам альфа уже был полностью взрослым и не зависел от дядь. Алекс работал и разрабатывал идею "Шпиталя". Рон убедил друга, что на любви Адама к мотоциклам можно хорошо заработать. Омега был рад наконец-то принимать участие в их делах. После школы парень несся либо в гараж, либо в квартиру, которую снимали Рон и Алекс. Они могли до ночи сидеть перед картой в поисках идеального участка, разработкой гонок и мечтами о том, какого цвета будет барная стойка.       После того как Алексу исполнилось восемнадцать, он стал опекуном Адама. Дяди лишь молча согласились. Они, наверное, давно поняли, что не стали для старшего Кинга семьей. Тот обращался с ними на Вы, слушал в пол уха и игнорировал семейные праздники. Адам же относился к этим уже старикам с теплотой. Он до сих пор частенько навещает их.       Личной жизни не было. Адам и не хотел никаких отношений. Он уже давно понял, наверное, когда Рон впервые появился на пороге из дома, что влюблен. И это убивало. Альфа смотрел на него только как на младшего брата своего лучшего друга. Даже когда появился Шпиталь и они втроем были заняты раскруткой заведения, а Адам стал полноправным совладельцем в восемнадцать лет. Он не пошел учиться дальше, полностью отдавая себя любимому делу. И молча наблюдал, как Рон меняет парня за парнем.       Сперва в успех Шпиталя никто не верил. Старое заброшенное здание было подчинено только наполовину, на гонки приезжали человек тридцать. Этого было катастрофически мало. Великой удачей было, когда Шпиталь выходил в ноль по убыткам и прибыли. Адам сидел в гараже практически один, потому что на найм рабочих не хватало бюджета. На баре стоял Рон, он же участвовал и в гонках. Алекс занимался всей бумажной волокитой и раскруткой заведения. Им повезло познакомиться с Морфием. Адам плохо его знал, брат не позволял разговаривать с незнакомыми альфами. А этот был не просто незнакомцем, он был настоящей загадкой без имени, адреса, прошлого. Но зато с огромными связями по всему городу. Он помог, не потребовав денег, только бесплатно выпивать, когда приходит, и пару раз поучаствовать в гонках.       Мода на клички пошла от Морфия. Тот так часто заваливался в Шпиталь и привлекал внимание, что некоторые начали придумывать себе вторые имена для поддержания авторитета. Алекс и Адам лишь отмахнулись от этого. Их фамилия и имя стали брендом заведения. А вот Рон решил поэкспериментировать. Морфий тут же взялся думать, он провел в размышлении почти весь вечер и заговорил только после окончания очередных гонок. "Кобра", — заявил альфа, довольный собой. Все тут же спросили, в первую очередь Рон, почему именно Кобра. На что Морфий сказал: "Он только с виду спокойный. Кобра никогда не покажет клыков просто так". Кличка прижилась так быстро, что люди, только пришедшие в Шпиталь уже и не знали настоящего имени. Кинги же продолжили называть парня по имени.       Все изменилось, когда Алекс уехал из города на неделю. Рон как обычно зашел к Адаму обсудить что-то. В гараже было пусто, только омега копошился над пострадавшим байком одного из гонщиков. Слово за слово, и вот они сидят на втором этаже ангара в мягких креслах-мешках и вспоминают прошлое. Адам часто сравнивал себя маленького и настоящего. Мог ли предположить мальчик с брекетами, сидящий в гараже у дяди Билла, что через пару лет будет командовать десятком альф и бет, а также иметь в доступе все байки, которые только пожелает. Добиться участия в гонках он так и не смог, но для себя с удовольствием катался.       Рон как-то внезапно его поцеловал. Просто в какой-то момент его лицо оказалось так близко, а губы коснулись губ Адама. Омега ответил, подчиняясь. Любовь никуда не делась. И то, что на него наконец-то посмотрели как на равного, прибавляло сил. Было великолепно. Адам еле отстранился от желанного альфы, вдыхая его пряный запах и заглядывая в потемневшие глаза. Они только целовались, в любой момент кто-то мог заглянуть в гараж. Но Адаму казалось, что бояться нечего. Это же Рон. Все было правильно. Жаль, что так думал только он.       О том, что в Шпитале стоят камеры, Адам знал. Только вот ему никто не сказал, что они расставлены буквально на каждом шагу. Кастор - друг Морфия, снабдил Алекса техникой на кругленькую сумму, сам все установил, а потом смылся. И все это происходило зимой глухой ночью, так что Адам его не видел. Старший Кинг, узнав о том, что произошло в ангаре, слетел с катушек. У него часто случались срывы, Адам уже привык и знал, что надо делать. Но он не был готов, что альфа кинется на лучшего друга и примется избивать его прямо на глазах у гостей. Растащить их смогли не с первого раза. Алекс плевался кровью и проклинал Рона, не желая ничего слышать. Адам пытался утихомирить брата, но его слова о том, что все было взаимно, не действовали. "Ты больше никогда не ступишь на порог этого места!" — орал Алекс. Глаза его обезумели, он полностью потерял контроль и теперь не различал, кто стоит перед ним.       Рон правда ушел. Ушел, не прощаясь, даже не взглянув на Адама. Стало как-то пусто. Он не пытался отстаивать своего мнения, не боролся. Просто сдался и свалил в закат. Вот чего стоят все альфы. Алекс отошел быстро, правда, здоровье его ухудшилось. Адам знал, что у Алекса сердечная недостаточность, тот пил какие-то таблетки и, вроде, ему помогало. Брат стал слишком нервным. Он уволил всех альф-механиков и на их место нанял бет. Кастор обогатился еще больше, устанавливая десяток новых камер. Обстановка в Шпитале резко поменялась. Адама перестали замечать. Даже взгляд на него приравнивался Алексом ко флирту, а за это наказывали. Больше альфа в драки не лез. За него это делали бугаи-охранники, а он сам наблюдал с садистским удовольствием.       Уговорил Алекса позволить Рону участвовать в гонках Морфий. Этот тип прекрасно мог заговаривать зубы и заставлять делать все, что он хочет. Насколько Адам знал, парень открыл свой собственный бар. Только вот названия его никто не знал, как и адреса. Человек-загадка в чистом виде. Но, главное, что Алекс согласился. Он приказал своим людям написать "Кобре". По имени старший Кинг больше его не называл. А еще не говорил с ним и яростно следил, чтобы Адам даже не смотрел в сторону бывшего друга.       Так и зажили. Все притворялись, что ничего не было, никто ничего не знает и не помнит. Адам наблюдал, как Кобра приезжает на гонки, выигрывает, а после снова уезжает. Ходили слухи, что он нашел себе богатенького жениха и теперь работает на его папочку. Адам не хотел в это верить. Он помнил Рона с детства и прекрасно знал, что это не тот человек, что гонится за деньгами.       Алекс слабел на глазах, но упорно игнорировал слова брата о лечении. Не слушал даже сладкие речи Морфия, что появлялся все чаще, чтобы следить за упрямым другом. Алекс кашлял кровью, плохо ел и спал. Он превращался в живую мумию и плевал на мольбы брата остановиться. Жизнь превратилась в каторгу и омега не представлял, как выдерживает это. Он просто молча соглашался с очередным закидоном Алекса и терпел, терпел, терпел...

***

      Адам открыл глаза и сладко потянулся. Солнце светило в окно, слепя своими лучами. Рядом кто-то пошевелился. Омега посмотрел на вторую половину кровати и разочарованно вздохнул. — Почему ты все еще здесь? — хмуро спросил парень. — А что такого? — сонно пробурчал альфа, не открывая глаз.       Адам встал и принялся натягивать боксеры. — По-утрам Алекс заезжает за мной, чтобы отвезти в Шпиталь, - спокойно проговорил омега и тут де услышал быстрые копошения. Одна фраза: "мой старший брат", — приводила всех в ужас. Все знали Алекса Кинга, и знали, что он делает с людьми, когда в ярости. — Выходи через черный ход.       Через пять минут ночного любовника уже не было. Адам спокойно оделся, позавтракал и принялся читать новости. Прошел год с поимки Коллекционера и убийства Ко-Ко. Это была большая потеря для всей тени города. Только Ко-Ко мог достать самые правдивые и свежие сплетни. Информация так дорого стоит, а если она не точная — это это большая проблема.       Адам не удивился, когда напротив него за обеденный стол уселся Алекс. Тот выглядел как всегда плохо. Бледный, с запавшими безумными глазами. Альфа намазал на тост варенье, откусил небольшой кусок, а после скривился. — Как ты можешь есть сливовое? — мужчина поднялся и пошел плеваться к мусорке. — Я же просил тебя не врываться ко мне в квартиру, — проигнорировав вопрос, устало сказал Адам. — А что, ты тут не один? — Алекс стал принюхиваться. Адам лишь усмехнулся, уж что-что, а прятать запахи любовников он научился великолепно. Иначе брат передушил бы половину своих гонщиков. А это такие убытки! — Сегодня ты обещал поехать ко врачу, — напомнил Адам, снова игнорируя вопрос. — Боюсь, что нет. Много бумажной работы, я должен быть в Шпитале. — Почему ты не наймешь секретаря? — Адам спокойно отнесся к тому, что Алекс зашел в его спальню и обнюхивает постельное. Его он сменил в первую очередь. — Ты начальник и не обязан вести бухгалтерию. — Я не люблю чужих на моем месте, — прохрипел альфа и закашлялся.       Адам и этому тоже не удивился. Помимо проблем с сердцем, Алекс еще и частенько болел бронхитом. Здоровье его абсолютно не интересовало. Зато на каждый чих Адама брат реагировал молниеносно. Ну что за человек.       Омега спокойно ушел на кухню и вернулся со стаканом воды. Ему предстоял длинный и сложный день...