Принц тени

      Шпиталь начинал работать в полдень. Работники убирали мусор, оставленный предыдущей вечеринкой, пополняли бар, проверяли дронов и камеры. В ангаре тоже кипела работа. Адам, переодевшись в удобный джинсовый комбинезон и свободную футболку, расхаживал по своим владениям и контролировал, как идет отладка мотоциклов. На постоянной основе в Шпитале было двадцать гонщиков. К каждого был свой байк и свое расписание заездов. Гонки проходили три раза в неделю: одни в среду, обычно любительские, и большие в субботу и воскресенье. На них собиралась куча народу, заполняя собой все здание. Обычно за один уикенд полностью или наполовину осушался бар, а кто-то обязательно решался пьяным прокатиться на байке. В последнее время дела пошли на спад. Все из-за Алекса и его пугающего состояния. Адам не глухой и прекрасно слышал шепотки своих ребят. Некоторые подумывали уйти в другое место, но чего-то похожего на Шпиталь пока никто не придумал. Может, только закрытые собачьи бои.       Вечер начинался точно также, как и во всех обычных клубах. Люди приезжали, заходили в Шпиталь и заказывали себе выпивку. На огромных экранах, развешанных по стенам, транслировались клипы и песни. Гости рассаживались на первом этаже, а те, кто хотел уединиться, заранее резервировали комнаты второго этажа. В семь вечера, когда большая часть народа в пьяном угаре уже успела поставить все свои деньги на какого-нибудь гонщика, начиналось представление. К этому моменту в ангаре закончили проверять мотоциклы, а все гонщики нацепили экипировку и стоят у старта. Алекс разогревает толпу, дроны поднимаются в небо. Гонки начались. Адам редко выходил на улицу. Ему хватало экранов в гараже, чтобы увидеть, как десяток мотоциклов обгоняют друг друга на лесной трассе.       Адам молча наблюдал со второго этажа ангара, как психует один из гонщиков. В последнем заезде он умудрился не вписаться в поворот и пролетел несколько метров по лесополосе. Альфа-то остался цел, только в синяках весь, а вот его железный конь напоминал пережеванное корыто. И сейчас этот чудо-гонщик требует компенсацию у Ларри — мощного беты-механика, что проверял его байк. — Ты не заметил неполадку и я опозорился перед сотней людей! — кричал неудачник. — На меня тогда пришли посмотреть потенциальные спонсоры! Я потерял кучу бабла из-за тебя! — Я еще раз повторяю, то, что ты не умеешь тормозить — твоя личная проблема. Байк не при чем. И не я один его осматривал, нас тут бригада, и каждый проверяет друг за другом. — Да ты знаешь, что я с тобой сделаю!? — взревел альфа, но вовремя остыл. На него смотрели десяток хмурых бет, не уступающих ни в росте, ни в массе.       Адаму можно было не волноваться. Такое происходило часто и все его работники прекрасно могли постоять за себя. Омега обычно вмешивался только когда дело шло к драке. И то, он успевал только со своего этажа спуститься, как уже прибегали охранники. Камеры были развешаны не просто так.       Вообще, только для гостей единственным правилом было отсутствие правил. Они могли свешиваться из выбитых окон, кричать, танцевать, пить и курить что угодно. Но вот для работников существовал свод законов, за нарушение которых те могли либо лишиться зарплаты, либо места, либо нарвутся на наказание от Алекса. В первую очередь, никто не должен принадлежать к бандам, коих в этом городе было пруд пруди. Шпиталь имел политику нейтралитета и не поддерживал никого. Это было большим плюсом, потому что богатенькие клиенты не боясь приходили сюда, вкладывались в гонки и приносили заведению значительный процент прибыли. Но с другой стороны, Шпиталь был лакомым куском для теневого мира. Одной наркоты можно было сбыть за вечер пьянчугам. Никто не лез только потому, что Алекс Кинг зарекомендовал себя, как не очень дружелюбного и сговорчивого предпринимателя.       Адам пробежался глазами по списку гонщиков на сегодня. Пока пять постоянных, но ближе к вечеру подтянутся любители. Среди знакомых имен был и Кобра. Теперь он во всех бумагах, кроме документа на владения Шпиталем, значился только кличкой. И обращаться к нему иначе запрещалось, даже если знали настоящее имя. Адам сложил бумажку в самолетик и запустил со второго этажа. Ему было дико скучно. Он мог бы сидеть дома еще полдня и приехать ближе к гонкам, но Алекс нервничал, если не видел его на одной из своих многочисленных камер. Омега, как пленник, сидел в одиночестве под прицелом десятков объективов. Ну разве это жизнь?       Адам пролистывал на планшете страницы интернет-магазина. Выставлялись подержанные мотоциклы за смешные деньги. Его больше всего привлекали чопперы* и классические** мотоциклы. На спортбайки он уже нагляделся в Шпитале, а вот раритетные старички на глаза попадались не часто. Руки чесались разобрать их по винтикам, а потом собрать обратно и вдоволь покататься по пустынному шоссе. Он редко ездил один, но если такое случалось, то Адам просто сходил с ума от восторга. Ветер бьет в лицо, руки сжимают руль, а впереди только линия горизонта и бесконечное небо. Красота.       Внизу поутихло, а после снова скрипнула дверь и послышалось радостное: «Кобра!». Адам не сдвинулся с места. В отличие от брата, у него с альфой проблем не было. Они просто делали вид, что ничего не произошло пару лет назад. Сначала это бесило Адама, а теперь он смирился. Конечно, иногда хотелось спросить у этого придурка с каменным лицом, чем он думал, когда целовал. Прекрасно же знал, какая будет реакция у Алекса, и все равно полез. А теперь из-за этого поступка страдает куча народу, и Адам в первую очередь.       Мучительно ожидать вечера помешал взбежавший по лестнице бармен Кирк. Альфа был напуган и загнанно дышал. Адам вопрошающе поднял бровь. Кирк еще ни разу не разговаривал с ним. По понятным причинам. — У Алекса приступ. Очень сильный.       Дальше можно было не продолжать. Адам кинулся к зданию Шпиталя, заставляя всех в ужасе отпрыгивать. Обычно все закрывали глаза на состояние Алекса. Альфа мог легко завестись от любого косого взгляда. Значит, дело обстоит очень плохо, раз позвали Адама, прекрасная зная о последствиях.       Кинг старший лежал на диване в своем кабинете. Адаму было больно смотреть, как кривится лицо брата от боли, а по бледному подбородку размазана кровь со слюной. Руки сжимали рубашку в области сердца, а из груди вырывались рваные всхлипывания. Такого омега еще не видел. Тело сковали страх и паника. — Скорую вызвали? — позади послышался обеспокоенный голос Кобры.       Адам рефлекторно глянул на альфу: тот был весь растрепанный и задыхался — бежал. Его присутствие немного успокоило. Кобра, в отличие от Адама, мог думать холодной головой.       Алекса выкручивало. Он не переставая кашлял, а потом хватался за грудь и скулил. Адам осмотрел его кабинет: блистер таблеток валялся на полу с разлитым бренди из граненого стакана. Запивал лекарства алкоголем и тело не выдержало. Захотелось треснуть глупого альфу, но тот уже и так мучался.       Адам вспомнил про гонки. Их придется отменить. Без надзора брата гости все тут разнесут. Убытки будут существенными, гонщики потребуют свои деньги в любом случае. Взгляд омеги метнулся на часы: пять часов. Скоро должны появиться первые посетители и участники. Если сказать, что Алекс валяется при смерти, могут возникнуть проблемы побольше упущенной выручки.       Кобра, видимо, почувствовал, о чем думает Адам. Он дождался, когда Алекса погрузят в карету скорой помощи, а потом отвел омегу в сторону. — Гонки должны состояться, — серьезно проговорил он. — Без Алекса не получится, — покачал головой Адам. Он и сам понимал, что отменить заезд означает подставить всех и привлечь нежелательное внимание. Алекс был не просто хозяином Шпиталя, его присутствие означало полную безопасность. Не даром сюда не совались не полицейские с "внезапными" проверками и чистками, и группировки не устраивали побоищ. — Получится. Это не первая ночь без Алекса, — Кобра смотрел Адаму прямо в глаза. От этого стало неуютно, полезли старые воспоминания. — Я поеду с братом, а ты делай что считаешь нужным, — омега уже направился к скорой, когда вспомнил: — Почисти камеры и удали этот разговор.       Омега указал взглядом на парочку камер, прикрепленных к фонарному столбу. Если Алекс увидит это, одним избиением Кобра не обойдется. Да и Морфий больше не появится, чтобы спасти.       Алексу надели кислородную маску и что-то вкалывали. Адам замер в нерешительности. Медики что-то быстро проговаривали и хлопали брата по щекам, чтобы тот не отключался. — Он принимал лекарства? — спросил медбрат как только Адам уселся на краешек каталки.       Омега вытащил из кармана блистер таблеток и протянул врачу. Горло сковало и Адам не мог толком что-то сказать. — Боже, какое старье. Он него несет алкоголем, он пил и принимал лекарства, которые ему не подходят? Вы ему кто? — Б-брат. — Брат, значит, — хмыкнул медбрат, оглядывая Адама с ног до головы. — Что ж Вам так наплевать на родственника? Чудо, что он вообще так долго жил с таким отношением к своему телу.       Адам не смел возражать. Его взгляд был прикован к хмурящемуся Алексу.       Скорая тронулась и уже выезжала на дорогу к городу. Адам только раз глянул на удаляющийся Шпиталь и все еще стоявшего у входа Кобру. Все стало неважным. Врачи правы, что он за брат, раз игнорировал состояние единственного родного человека. Чем можно было заниматься, чтобы не замечать, как Алекс превращается в живую мумию? Было же сразу понятно, что этот человек не пойдет лечиться по своей воле, сколько не проси. Когда был Морфий, Адаму было немного легче. Человек-загадка умел заставлять Алекса нормально питаться и спать на пару часов больше. Но теперь он исчез, и когда объявиться — никто не знал.       Адам много думал об Алексе в последнее время. Брат мог в таком плачевном состоянии удерживать Шпиталь на плаву, не позволяя превратить его в притон. Он пугал не мощью или наемниками, всех приводил в ужас его слегка поехавший ум и полное отсутствие тормозов. Кто захочет связываться с человеком, который любит смотреть на насилие? И теперь, когда старшего Кинга могло не стать, что будет?       Машина подъехала ко входу частной больницы. Раньше лучшими считались клиники Таковски, но после того, как их владелец перерезал под сотню людей, они закрылись. Алекса выгрузили на каталку и быстро увезли в направлении кардиологии. Адам направился следом, готовясь к худшему.       Минуты превратились в часы. Адам сидел на лавке и ждал, когда брата закончат обследовать. На телефон то и дело приходили сообщения от механиков. Кобре удалось провести заезд без происшествий. Вопросов у гостей было много, но все обошлось. Один вечер — это не критично. Но Адам прекрасно понимал, что если Алекс не останется в больнице, то вряд ли долго протянет на чистом упрямстве. Придется на какое-то время взять все заботы на себя. Омега невесело усмехнулся. Ему двадцать четыре, а он только сейчас начнет делать что-то сам.       Ближе к восьми вечера, когда Алекса полностью осмотрели, привели в чувства и перевезли в палату, Адам смог спокойно выдохнуть. Старший Кинг был все еще бледен, из его руки торчала игла с капельницей, но умирать он не собирался. Брат на Адама старался не смотреть, но как только в палате появился врач-альфа, вздернулся и взглядом указал Адаму отойти в сторону. — Не буду скрывать, все плохо, — тут же начал мистер Стелман, проглядывая листы с анализами. — Помимо сердца и затяжного бронхита, есть запущенная печень. Вам нельзя столько пить, мистер Кинг. — Но это же можно как-то исправить? — тут же подал голос Адам, игнорируя шипение Алекса. Сейчас тот не в состоянии спорить. — Долгое лечение с выполнением всех указаний врача, — пожал плечами тот самый врач. Ему было немного не по себе от испепеляющего взгляда Алекса, но он повидал и не такое на работе. — Я бы посоветовал остаться тут под наблюдением. Возможно, понадобится операция, но можно и обойтись. Все зависит от выносливости организма.       Адам кивнул, а после попросил оставить его с братом одних. Будет сложно. На пару минут воцарилось молчание. Алекс уперто сопел, глядя куда-то в потолок, а его младший брат наоборот смотрел на него. Оба понимали, что серьезного разговора не избежать. — Ты останешься тут, — первый заговорил Адам. — Нет. — А я говорю, что останешься, — повторил омега, присаживаясь рядом, и начал поглаживать ладонь брата. Так делал сам Алекс в детстве, когда Адам болел. Это успокаивало. — Не хочешь думать о себе, меня пожалей. Мне больно, Лекси, больно смотреть как ты чахнешь. Я плохой брат, не спохватился раньше... — Я тебя не оставлю одного, — упирался Алекс. Болезненная краснота глаз никуда не исчезла, но взгляд стал спокойнее и нежнее. Таким альфа был только наедине с Адамом. — Да, не оставишь. Доведешь себя до могилы. Нет ничего приятнее, чем хоронить единственного родного человека. Останусь один и сопьюсь.       Адам говорил тихим печальным голосом, не отрывая взгляда от руки. Он решил избрать тактику нытика. Алекс не посмеет ему отказать. — Ты будешь один в Шпитале... — замялся Алекс, отступая. — Ты не справишься. Кто будет разгребать всю бумажную волокиту и вести гонки? Кто вообще прямо сейчас этим занимается? — Кобра, — и прежде чем брат успел хоть что-то сказал, Адам продолжил, — он такой же владелец, как и мы с тобой. Мои парни пишут, что все прошло нормально. А твою работу я возьму на себя. — Ты ничего не понимаешь в бумагах. — Буду учиться. Давно пора.       В конечном итоге Адаму удалось убедить брата слушаться врачей и полежать в больнице пару недель. Он заверил, что будет приезжать каждый день до открытия Шпиталя, звонить каждый вечер, советоваться и ни в коем случае не говорить с Коброй.       Выходил из больницы Адам в смешанных чувствах. Появился глоток свободы. Но в то же время страх за Алекса и за себя самого. Он справится?

***

      Первый день Адама в роли начальника. Омега основательно подготовился. Надел зауженные брюки и свободную белую рубашку, волосы завязал в высокий конский хвост вместо привычной косы. Даже нанес немного румян на осунувшиеся от переживаний щеки. А переживания были и еще какие. Во-первых, здоровье Алекса. Слова врача об операции не выходили из головы. Во-вторых, ему предстояло выполнять кучу доселе неизвестной работы. Сидеть в кабинете брата и читать непонятные бумажки с кучей цифр и графиков — это не гайки в гараже закручивать.       Кингу пришлось встать пораньше, чтобы успеть заскочить в квартиру Алекса и собрать его вещи в больницу. Потом нужно было поехать к самому брату, и уже после направляться в Шпиталь. Сегодня гонок не было, половина рабочих отдыхала, но Адаму предстояло вникать в суть работы основного корпуса и не забывать про свой гараж.       В палату брата Адам буквально влетел. В руках его увесистая сумка с одеждой, предметами гигиены, личным компьютером и еще кучей всего. Комната встретила его гробовым молчанием. Алекс полусидел на своей больничной койке и хмуро размазывал по тарелке больничную еду. Сегодня подавали отварные овощи и куриное филе. Скудный рацион для альфы. Волосы Кинга были причесаны и заколоты привычной китайской палочкой. Выглядел брал уставшим, но уже не хрипел и не кашлял каждые пять минут. Рядом, на мягком диванчике для посетителей, сидел незнакомый омега. В деловом костюме, тонкий, с ничего не выражающим лицом и короткими черными волосами. Он сжимал в руке деловую папку и, когда Адам появился в дверях, тут же обратил на того цепкий взгляд каре-зеленых глаз.       Адам прошел в палату, поставил сумку на прикроватную тумбочку и чмокнул брата в висок. Тот улыбнулся, отпихнул поднос с обедом и спросил: — Ты же принес мне сигареты? — Нет, — Адам все еще чувствовал буравящий взгляд незнакомца. — Врач запретил алкоголь и сигареты, а ты обещал его слушаться.       То, что с ним обращались как с маленьким на глазах чужих людей, заставило Алекса нахмуриться. Но скандалить он не стал. — Познакомишь нас? — спросил Адам, принимая свое обычное невозмутимое состояние. Он присел рядом с братом и устремил взгляд на омегу. — Это Сэмуэль Данти, — представил парня Алекс, небрежно махнув на него рукой. — Твой новый помощник.       Сэм встал и поклонился. Адам, оставаясь все таким же невозмутимым, все прекрасно понял. Алекс нанял ему няньку, чтобы продолжать контролировать его жизнь. Обида кольнула в груди. — Я бы мог и сам нанять себе помощника, — спокойно проговорил Адам, прикидывая, сколько брат отвалил за "няню". — Ну, а я решил сделать тебе сюрприз. Нравится? — Алекс спрашивал, будто купил игрушку или раба. Это почувствовали оба омеги, но все так же молчали, разглядывая друг друга.       Адам и Сэм обменялись приветствиями под четким надзором довольного Алекса. Младший Кинг старался больше не смотреть на обузу и полностью обратил свое внимание на брата. Тот заверил, что чувствует себя лучше и скривился, когда Адам направился из палаты на поиски врача.       Всего в больнице Адам провел около двух часов. Он рассказал в деталях последний заезд, расспрашивал о нюансах бумажной работы и на что обратить внимание в первую очередь. Алекс рассказывал нехотя. Было заметно, что перспектива самостоятельности младшего брата ему не нравится. Но он уже дал обещание не возникать, а новенький смотритель Сэм придавал ему уверенности. Из больницы омеги вышли в половину третьего, когда Алексу полагались процедуры и сон. Парни молча сели в машину и также молча поехали в Шпиталь.       Адам не знал, как лучше поступить. Он не мог уволить Сэма, потому что не он наниматель. Но и не мог позволить следить за собой. У него и так шаткое положение, а если кто-то узнает, что братец не доверяет ему, то о спокойной жизни можно было и не мечтать.       Уже подъезжая к Шпиталю, Адам остановил машину. Он прекрасно знал черту, где начинаются камеры, и понимал, что Алекс будет следить за каждой из них. Может, он уже сейчас этим занимается. — Сколько он тебе платит? Я дам в два раза больше, — решив не церемониться, спросил омега. — О чем это Вы? — наигранно удивленно спросил Сэм. Вид он имел довольный. — Не прикидывайся, я не люблю такое. Я прекрасно знаю своего брата. Мне не нужна нянька. Ты должен понимать, что я не собираюсь как дурак подставляться и выдавать свои секреты, и предлагаю тебе сделку. Ты доносишь Алексу обо мне, но только то, что я тебе скажу, умалчивая некоторые аспекты. И за это получаешь вдвое больше хрустящих купюр. Как тебе?       Сэм не разочаровал. Он улыбнулся самой мерзкой улыбкой. что только видел Адам, после достал из своей папки договор и протянул Кингу. Подготовился, значит. Адам мало чего понимал в бумагах. Обычно за него все проверял Алекс, имеющий юридическое образование. В документе было указано, что Сэмуэль Данти обещает хранить молчание и выполнять любую работу, исключая убийства и действия сексуального характера. Цена его работы Алекса поразила, но торговаться он не мог. Подписал бумажку, омега удостоился довольного кивка, и машина снова тронулась.       День первый Адама Кинга в роли большого начальника.