Принц тени

      Алекс ждал на парковке у своей машины. Лицо его было таким же разбитым, как и у Рона. Альфа, несмотря на летнюю жару, был одет в толстовку. Когда Адам подошел ближе, брат, морщась, выпрямился. — Ты ужасно выглядишь, — сказал Адам, но крепко обнял альфу, слушая, как быстро стучит его сердце. — Да, омеги теперь обходят стороной, — хмыкнул Алекс, нехотя выпуская брата из объятий.       Братья направились в тот же парк, где Адам встретил Рона. Алекс больше ничего не говорил, только смотрел под ноги и сжимал в руке ладонь омеги. Они уселись на первую попавшуюся скамейку и опять не произнесли ни слова. Алекс боялся делать первый шаг. Все тело трясло, как при ознобе, а в горле застрял горький ком. Все те дни, что альфа просидел дома, он обдумывал слова извинений. Разговоры по душам с Адамом были редкими, и старший Кинг не знал, как лучше начать.       На телефон пришла смс-ка от Сэма: "Если пошел в магазин, то купи еще обезжиренный йогурт". Адам проигнорировал и отложил гаджет в сторону. Сейчас он ждал, что скажет брат. Омега пообещал, что простит в любом случае, ведь кроме этого оболтуса у него никого нет. — Когда нас только отдали в детский дом, — начал Алекс, голос его был неуверенным, дрожащим. Альфа не поднимал взгляда от своих рук и сидел сгорбившись. — Ты постоянно звал папу и спрашивал, когда он придет за нами. А я все повторял: "Скоро, Ами". Я надеялся, что ты быстро забудешь об этом уроде. Но ты все спрашивал и спрашивал изо дня в день, а я все повторял: "Скоро".       Адам этого не помнил. Все воспоминания из детского дома были смутными. Омега путался в годах, не мог вспомнить ни одного лица или имени. Да и не говорили они никогда с Алексом об этой ступени в их жизнях. Когда Адам стал постарше и видел, какими бывают родители, он хотел посмотреть на своего папу. А потом омега просто забыл про него. Дядя Карл и дядя Билл были прекрасными людьми, и Адам был уверен, что дыра в груди от недолюбленности залечилась. — Потом были разные неприятности в виде травли, — продолжал Алекс. — И ты сам как-то забыл про папу. Я стал для тебя центром мира, а ты стал моим. Мы жили так столько лет, и я забыл, что люди меняются. Ты вырос, стал таким умным и красивым. Все хотят быть рядом с тобой. И эти люди... Они могут причинить тебе вред. Я боюсь, что тебе снова будет больно. И боюсь, что стану ненужным для тебя. Ведь ты мой центр мира.       Адам улыбнулся и положил голову на плечо Алекса. Сколько заботы было в этих словах. Все же, каким бы психом остальные не считали его брата, Лекси навсегда останется для омеги храбрым защитником. Его центр мира. Но нельзя было все так оставлять. — Все причиняют боль, — тихо сказал Адам. — Даже родные люди. Я не запоминаю ни лиц, ни имен своих обидчиков. Мне все равно на них. Но когда причиняешь боль ты... Это невыносимо. Ведь тебя забыть я никак не могу. Ты мой центр мира.       Потом Адам немного подумал и сказал: — Хотя, нет. Мы не должны жить только ради друг друга. Это неправильно. Каждый должен найти свой смысл жизни. Я не всегда буду рядом, Алекс. Это не значит, что я брошу тебя. Я просто захочу уехать куда-нибудь или выйти замуж. Тогда что ты будешь делать? Алекс, ты должен принять изменения и идти дальше без меня. — Я не хочу... — Я прошу тебя, — Адам сжал руки брата и посмотрел тому прямо в глаза. — Я тебя понимаю. Понимаю твой гнев. Иногда я становлюсь таким же. Мне страшно и я злюсь. И я боюсь, что в таком состоянии могу навредить кому-то, особенно тебе. И я знаю, что это можно вылечить. — Я не псих. — Я тоже. Но я пойду к психологу. И если ты хочешь жить спокойно, свободно, ты пойдешь со мной.       Братья держали друг друга за руки и думали каждый о своем. Адам о том, как сложно сказать правду. А Алекс о том, как сложно правду принять. — Рон сказал, что у вас перемирие, — решил сменить тему омега. Алекс дернулся и сморщил нос. — Он уже говорил с тобой? — Он смелее. — Я пока не решил, что делать с Коброй... — Его зовут Рон, — Адам сменил тон разговора. — Он твой друг больше десяти лет. Вы знаете друг друга лучше кого-либо. Не называй его безликой кличкой. А еще, он мой парень. — Он не твой... — Мой! — перебил Адам. — Я люблю его. Любил еще будучи мелким прыщавым уродцем с брекетами. И если мы расстанемся когда-нибудь, то это будет моя воля или его. Но не твоя. Построй свое будущее, но не убивай мое возможное. Пожалуйста, Лекси, пожалуйста, сделай как я прошу.       Алекса разрывало на части. Сложно отказаться от своих принципов за пять минут. Но эти глаза. Голубые бездонные глаза Адама. Им нельзя было врать. Альфа и так успел испортить жизнь своему младшему брату. Пусть и хотелось запереть Адама в самый прочный сейф и никому не показывать, пусть и понимая, что это его убьет.       Альфа расплел волосы и зарылся в них руками, что-то судорожно обдумывая. Было видно, как напряглось его тело, как тяжело он дышит. Адам боялся, что сердце снова не справится. Омега только сейчас подумал, какой это стресс для брата. Он ведь так быстро выходит из себя, если что-то идет не так. А сейчас ничего не находится под контролем Алекса. Что делать, когда он взбесится? — Дай мне время, — Алекс тяжело дышал. — Пока при мне вам лучше держаться на расстоянии друг от друга. Ни прикасаться, ни целоваться, ничего. И вместе не ночевать...       Адам обнял альфу быстрее, чем он договорил.

***

      Адам в первый раз был в церкви. Высокие своды, витражи, иконы и вездесущий запах ладана. Ему не нравилось. Чарли пригласил на крестины маленького Ноя только пару человек. Святой отец держал в руках красного, голого, ревущего младенца и называл его даром божьим. Дар орал, захлебываясь в слезах, пока его голову поливали святой водой, надевали крестик на маленькую шейку и заворачивали в белоснежные пеленки. Чарли все это время восхищенно наблюдал со скамьи, будто в жизни ничего прекраснее не видел. Сам Адам так не думал. Хотя он и не был отцом.       Тай Корбут тоже присутствовал на первом важном событии родного сына. Сидел со старшим братом Чарли и безразлично наблюдал за представлением. Кроме него, Адама и Чарли в церкви сидело еще человека четыре, если считать двух телохранителей. Адама посадили подальше от Акул. Хотя он и не стремился сблизиться с теми, кто чуть его не убил.       Чарли пригласил на крестины ребенка еще до того, как этот самый ребенок появился на свет. У омеги тогда начались схватки и он позвонил Адаму в час ночи, когда тот только вернулся после разговора с Алексом. Чарли натужно дышал, хныкал и умолял прийти. И как такому отказать?       Святой отец отдал Ноя счастливому папе и, произнеся очередную молитву, поблагодарил всех присутствующих. Адам встал, поднял с лавки букет для Чарли и небольшой подарок для новорожденного. Он впервые за последние лет семнадцать зашел в магазин игрушек и долго топтался рядом со стеллажами. Что можно подарить младенцу? Ведь, по сути, ему ничего, кроме свежего подгузника и соски, не нужно. Консультант сперва решил, что Адам сам ждет ребенка, но после красноречивого взгляда заткнулся и предложил посмотреть на полку с погремушками. Кинг выбрал парочку подороже в виде китов и попросил сразу упаковать. — Поздравляю, — Адам улыбнулся Чарли, вручая подарки и неловко обнимая одной рукой, чтобы не задеть только-только успокоившегося Ноя. — Спасибо! — тихо воскликнул Чарли. Его глаза горели той незнакомой Адаму отцовской любовью. Будто не было в мире дороже этого красного комочка. — Правда он красивый?       Адам впервые видел младенца так близко. Маленькое личико было недовольно. Крохотные губки кривились, показывая беззубые десны. Голубые, как у всех детей, глаза смотрели рассредоточенно, а ручки дергались, как при конвульсиях. Сложно было назвать это красивым. Но Чарли нельзя было расстраивать. — У него твой нос, — констатировал Адам, решая, что это сойдет за комплимент. — Да? На самом деле, он копия Тая, — Чарли кинул короткий взгляд на альфу, стоящего с остальными. — И по характеру тоже. Крикливый и упрямый.       Адам промолчал. Попрощавшись, омега покинул церковь под зоркими взглядами Акул. На парковке уже ждал Рон. Альфа весь изнервничался. Ему все казалось, что омегу схватят и начнут мстить прямо в церкви у всех на глазах.       Адам сел на переднее сидение и пристегнулся. Сразу почувствовалась усталость, хотя в этой церкви он ничего не делал. — Ну, как выглядит наследник Акул? — спросил Рон, выруливая на дорогу. — Как в таком маленьком существе помещается столько крика? — удивился Адам. — Казалось, у меня перепонки лопнут.       Рон посмеялся. Они уже месяц официально встречались и все об этом знали. При Алексе, как и было обещано, пара держалась порознь, но пожирать глазами друг друга им никто не запрещал. Много вернулось к прежнему ритму, но и многое поменялось. Сэм снова стал секретарем Шпиталя, но теперь уже не боялся высказывать свое мнение в открытую и больше не скрывал своего происхождения, из-за чего получил прозвище "Граф острый язычок". Рон и Алекс, пусть пока и перекидывались оскорблениями, но помирились. Альфы разделили обязанности пополам, чем привели в шок всех остальных. Адам мог больше не сидеть в гараже, а занялся раскручиванием и расширением бизнеса. Рядом с городом еще столько заброшенных интересных мест, где можно устроить гонки и клубы. Сейчас Рон как раз вез омегу на новый участок, где собирались устраивать трассу, только уже для машин.       Адам не верил, что жизнь перестала напоминать ему клетку. Теперь он мог делать все, что захочет, не раня при этом дорогих людей. На ближайшие полгода были запланированы путешествия, новые знакомства, новые воспоминания. Омега готовился встретить Рождество в настоящих Альпах вместе с Роном, а Новый год вместе с Алексом и дядями, впервые за последние пять лет. Душа наполнялась трепетом, а губы сами расходились в улыбке.

***

      Алекс лежал на кушетке и скучающе разглядывал потолок. Белый, с тяжелой кованой люстрой посередине. Он ненавидел этот кабинет до глубины души, но уйти не мог. — Что ж, — сказал спокойным голосом психолог мистер Фирс, — я вижу прогресс, Алекс. То, что Вы не орете на меня, большое достижение. Уверен, к концу года Вы даже начнете со мной здороваться. — Очень рад, — прошипел Алекс.       Этот врач был типичным бетой. Низкий, лысеющий, без запаха, чувства юмора и вкуса в одежде. Но при этом этот гад был очень проницательным и умел давить на больные точки. В первый же сеанс он довел Алекса до истерики за пять минут. А потом этот ушлепок долго рассказывал Адаму, что именно не так с его братом. И глупый омега верил ему! Верил больше, чем самому Алексу. Кинг скрипел зубами, но пообещал продолжить ходить на сеансы каждую среду, потому что это успокаивало Адама. Сам брат тоже посещал психолога и его приступы заметно сократились.       Мистер Фирс дал Алексу задание на неделю: пояснять все свои действия. Альфа должен как дурак объяснять людям, почему он поступил именно так. Это, якобы, поможет лучше понимать окружающим его самого.       Кинг вышел из кабинета, где его уже ждал Сэм. Секретарь вежливо поздоровался с врачом и спросил, куда они поедут теперь. — На пустырь, где бы я смог спокойно застрелиться, — пробурчал альфа и направился к выходу.       Сэм поспешил следом. Он все еще побаивался своего начальника. Альфа только при Адаме строил из себя паиньку, как только брат отворачивался, на свет выходила другая личность. — Где Адам? — спросил альфа. — Они с Коброй направились на новый участок, — отчитался Сэм, уже задыхаясь. Один шаг Алекса приравнивался к его двум. — Ясно, значит, до вечера его не ждать. Поехали в Шпиталь. — Да, сэр.

***

      Новый участок был большим и просторным. Раньше тут располагалась ферма, где выращивали лошадей и коров. Адам планировал снести все заборы и устроить огромную трассу практически на всей территории, оставив под клуб старый дом фермера. Здание было двухэтажным, с большой верандой и садом. Тут предстояло построить гараж, но это не займет много времени.       Адам прогуливался по большому полю, вдыхая сладкий запах цветов. Сегодня было жарко. Сентябрь только начинался и температура не спадала, а наоборот росла. Омега был все в том же костюме с крестин. Пиджак остался в машине, а рубашка была расстегнута. Волосы Адам завязал в высокий хвост. Где-то в кустах стрекотали сверчки, пели птицы. Рон шел следом, щурясь от яркого солнца и отмахиваясь от мошек. — Место чудесное! — воскликнул Адам. — Тут будет такая трасса, я все продумал. Нам принадлежит еще и немного леса. Запетляем дорогу. Нужно столько сделать. Ты ведь уже нашел рабочих?       Рон улыбнулся и кивнул. Примирение с Алексом и посещение психолога помогло омеге. Он стал спокойней, веселее и улыбчивей. Не боялся говорить, чего хочет, и высказывать свое мнение. Да и авторитет, который он приобрел, придает уверенности. Все хотят дружить, общаться. Адам, не привыкший к такому вниманию, сперва просто стоял рядом с горящей толпой и молчал, а потом научился ею управлять.       Адам подошел к своему альфе и обнял. Глупо, наверное, каждый раз говорить, как он счастлив, но это так. — Ты мой центр мира. — Что? — не расслышал Рон. — Ничего. Тут такая красивая поляна. Ты когда-нибудь занимался сексом на поляне? — Адам поиграл бровями и потянул альфу к цветам. — Как я могу сопротивляться Принцу, — усмехнулся Рон, стягивая с себя футболку. — Да, я всегда добиваюсь своего.       Адам был уверен в своих словах. Он получил все, что хотел.