Ешь, молись, дрочи

– Рик вас выебет, – Морти то хрипел, то переходил на фальцет. Щупальца присосались к горлу, как пиявки-переростки, – я не вру, вы можете проверить. Вы ж можете проверить? Типа, фишка в этом? Вы правда, как детекторы лжи, или выебываетесь? – Жизненные показатели выше среднестатистических для вашего вида, – фиолетовый слизень булькал сразу тремя отверстиями. Вшитый переводчик тоже транслировал английскую речь трижды, с небольшой заминкой – мозги потихоньку закипали. – Показатели выше, ну охуеть теперь, как так вышло, да? В-вы же… вы же держите нас в заложниках или, типа, пытаетесь убить! Вы хотите нас убить? Это... Это, ну, стресс для меня, я не знаю... Больше всего голоблопианец походил на желе с щупальцами, желе из фиолетового слизня, на скользкий, душный, очень неторопливый пиздец. Все здесь тянулось неспешно: допрос, пытки, неторопливая ноющая боль. Щупальца потихоньку стягивались на локтях, пытаясь соединить их за спиной, два отростка под подбородком лениво чавкали – замеряли среднестатистические показатели. – У вас э-э… тентакли приятного оттенка, в-вам когда-нибудь об этом говорили? То есть, я… я могу называть их тентаклями? Это политкорректно? И-или как сейчас принято… подвижные выросты? Они у вас прямо вау... – Морти решил сменить тактику. Слизень выразительно промолчал, поделился на две половинки и жопой двинул к Джерри. Очень практично – он мог сразу быть плохим полицейским, и хорошим. И истеричным детективом-алкоголиком с темным прошлым. – Рик вас все равно выебет. Прежней уверенности в голосе не было. Отделение по особо опасным преступлениям против местной галактики выглядело, как лофт шизофреника в Майами. Потолок таял и тек, как теплое мороженое. Высокие окна мутно переливались, будто облитые бензином. Снаружи курортный рыжий песочек и яйцеподобные бунгало. На горизонте из-за блестящих, будто облитых слизью, вершин выходил спутник. Рябил, как глитч на видосе со сраной любительской электронщиной, но выходил, вылезал, через силу. Морти задержался на нем взглядом, Морти планировал взять с него пример. – Морти, – булькнул Джерри. Посмотреть на Джерри значило признать его присутствие. Признать, что благодаря косяку Джерри, Джерри лежит в кольце фиолетовых щупалец с неестественно вывернутой ногой и собирается заплакать. – О блин, пап, я не знаю, что у вас за терки, но может, ты скажешь, что тебе, типа, очень жаль? Щупальца хорошенько взялись за него. Обвились вокруг шеи и задорно пульсировали. Морти казалось, шея синела и истончалась – потрясающе реалистичный визуальный эффект. Поймет ли мама, если из Джерри-приемника привести ей другого Джерри, чужого, без синюшных пятен на шее, с головой. – Мистер Смит, Вы готовы признать вину? Слизняк выглядел конченым социопатом. Бывает, смотришь на органику и понимаешь: этой луже откровенно поебать на жизнь двух розовых кожаных мешков. – Я ни в чем не виноват! – У нас есть ваша переписка. – Она не моя! – Вы Джерри Смит? – Кто? Не-еет. Пфф… Впервые слышу. – Ну вот опять, мистер Смит. Это преступление особой тяжести против галактического союза МK 9022, соединенных галактик м5 и М 13/5. Вы можете оценить масштаб? – Я гражданин Америки, вы не имеете права! – Закон галактического союза приоритетней других законов. – Скажи это конституции Соединенных Штатов, мудила! Извините... – Вы знакомы с концепцией святого Глаблапфлапла? – Нам жопа, – подал голос Морти. – Мне дали авторизацию на вашу казнь, мистер Смит. – Ох, боже ты мой. Морти, если мы выберемся отсюда, я должен сказать твоей маме, как люблю ее, – Джерри любил патетику и голос умирающего лебедя, но тут, нужно было отдать ему должное, ситуация располагала. – Если мы выберемся отсюда, я стану хорошим отцом для тебя и Саммер. Господи, помоги мне выжить, и я обещаю больше никогда не… ээ… никогда не говорить, что я не Джерри Смит… Я еще столького не сделал. Я не... я не… господи… Я всего лишь хотел развозить людям воду для кулеров! Изверги, Я ЧТО, О МНОГОМ ПРОСИЛ? “Если мы выберемся, я посмотрю межпространственное кабельное, а потом подрочу, – подумал Морти, мысль была привычной и приносила неясный комфорт. – Скажите, на вашей планете много случаев нарушения законодательства галактического союза МK 90221, соединенных галактик м5 и.. ? – тонкий отросток ослабил хватку на шее, скользнул по щеке Джерри и напрягся, целясь в глаз, Джерри взвыл. Морти тоже. – Блин, блин, о черт, РИИИК! На пару мгновений застыла тишина, слизень не булькал, Джерри не стонал, Морти замер. Портал разрезал фиолетовую массу прямо перед носом, в ноздри ударил знакомый озоновый запашок. Слизняк заклокотал, как закипающий чайник, раздулся и затвердел. Локоть неприятно треснул, и у Морти потемнело в глазах. Он зажмурился, заморгал: страшно хотелось посмотреть, как Рик выебет слизня и его вторую половинку. И всю их жаркую, дерганую, заторможенную планету. Не в прямом смысле, конечно, фигурально. Но перед глазами продолжали плавать цветные круги во мраке, пока щупальца не обмякли. Морти почувствовал рывок и вязкую прохладу портала, через который Рик выволок его, следом Джерри. Бетонный пол гаража был лучшим, что случалось с Морти за последнее время. – Вот з-забавно бывает, думаешь, что болит все, а потом коленками ка-ак шарахнешься, и, о блин, коленки-то раньше не болели, – поделился Морти. – Как же ваша семейка меня задолбала. Если есть вероятность сделать хуйню, Смиты никогда не пройдут мимо? – Я у тебя на автонаборе? Чип с р-распознаванием голоса? – Вставай, говнюк маленький. Я только пиво открыл. Загудел лазер, и боль в руке сменилась неестественной ватной легкостью. Рик калечил и чинил его одинаково легко. Травмы стали пугающей обыденностью. Морти не мог решить, нести эту проблему на прием доктору Вонг или удариться в какой-нибудь красивый экстрим, от которого девочки пищат. – У-у папы еще нога, Рик. – У меня все под контролем! Никто не просил тебя лезть в мою жизнь! Я в состоянии спасти себя и своего сына, Рик! – Ты чуть не угробил моего внука, Джерри. Знаешь, что случится, если из-за твоей тупости Морти открутят его пустую, но необходимую для некоторых функций голову? Рик возьмет нового внучка по талону или напрокат для особо рискованных ситуаций на таможне. Маме всучит андроида. Тот будет хвалить ее стряпню чаще Морти, но лагать после конца гарантийки, воображать себя настоящим мальчиком, короче, будет пара неприятных моментов. В цитадели памятку для таких случаев на каждом углу раздавали Морти с отупевшим стеклянным взглядом. “Это те голожопые с купола,” – сказал Рик, а Морти взял себе пачку флаеров. В конце концов на них было неплохое фото, и Морти мог с натяжкой считать его своим. – Он не сможет ходить в школу, и твоя жена огорчится, понимаешь, Джерри? Вас же это больше всего беспокоит? А вообще, смерть ребенка – жуткая штука, очень херово скажется на ваших херовых отношениях. Давно не разводился? – Ты подвергаешь его гораздо большим опасностям, Рик! – Это не тебе решать. Джерри, проваливай. Я что, зря вылечил твою ходулю? Могу сломать обратно. Это не угроза, Джерри, я просто поверну процесс вспять. Вот эта маленькая кнопочка, и под мышцами у тебя снова начнет ломаться кость. Как тебе перспектива? Дверь хлопнула. Морти поднялся на ноги, потирая локоть. Гараж начинало потряхивать, Морти или гараж – кого-то из них точно догнали запоздалые адреналиновые качели. Экспресс-сращивание костей тоже имело своеобразную побочку. Первый раз вылечив их обоих, Рик развалился на своей койке и, глядя в потолок, заявил: расслабься, Морти, ты пробовал мет? Не пробуй. – С-слушай, Рик… я хотел сказать спасибо. Это было очень вовремя. Ну… то, как ты наши задницы спас. Как только Джерри вышел, Рик сдулся. Сам замолчал и Морти не слушал, только хмурился и смотрел. Потом недовольно протянул: – Сюда иди, – но подошел сам. Взял Морти за подбородок и заставил задрать голову. От резкого движения Морти повело, он прикрыл глаза: так все выглядело лучше. Гараж не плыл, Рик не хмурился. Сухие пальцы, – подумал Морти, а у меня вечно ладошки потные. – Д-давай ты мне завтра расскажешь, какой я дебил? Рик регулярно втягивал их обоих в ситуации разной степени пиздеца, но на раз выходил из себя, когда Морти находил проблемы в его отсутствие. Забота, говорил себе Морти, здравый смысл подсказывал: самолюбие. – Достойные боевые раны, да, М-морти? – Ч-что? – Вся шея в ксенозасосах? – О блин, ну конечно! – Тебе как будто перепало, Морти. Будет над чем поразмыслить на ночь глядя, а? – Ри-ик! – На правую руку не налегай, только срослась. Кафель рябил и стучал об локти. Морти уперся руками в раковину, чтоб остановить свистопляску и посмотрел на свое отражение. Зрачки, как у торчка. Шея в засосах. Фиолетовые, желтеющие, красные в крапинку лопнувших сосудов. – Как будто мне перепало, – Морти подергал бровями, глядя на свое отражение с зеленцой. Его слегка замутило, но не настолько чтобы оставить идею в покое. Морти мог бы вести блог. Мастурбация vs ПТСР. А вы дрочили после пограничных ситуаций, где ты чуть не сдох, но еще жив и не слишком фатально покалечен? Вопросы в лс, ставьте лайки. Он повернул голову, приподнял подбородок. Одно фиолетовое пятно забиралось высоко. Как будто Морти запрокидывал голову, как будто Морти заставили запрокинуть голову, кто-то голодный до Морти и его тощей шеи. Кто-то, кроме фиолетовой скользкой массы. Рик заставил, вертел, разглядывал, язвил, напомнил себе Морти, но не купился. – Иди на хуй, Рик, – он вдохнул, выдохнул, посмотрел в глаза своему отражению, он был тверд в своем решении. – Иди на хуй. Мы так не договаривались, нет. Морти дрочил на что угодно, на что угодно, кроме Рика. Железный принцип, удобный. Морти слишком хорошо знал, как это работает. Дрочишь на сиськи Джессики – не можешь смотреть ей в глаза, дальше скользкая дорожка прямиком в ад. Джессика в курсе, вся школа в курсе, Саммер, родители, почтальон, зигерионцы в курсе – обтекай. Врал Морти хреново. Когда врешь хреново – даже не начинай. Он сосредоточенно помыл руки, без резких движений закрыл за собой дверь ванной. Скинул футболку, джинсы и лег под одеяло. Представил, как адреналиновая припадочная дрожь сходит на нет. Как пальцы ног расслабляются, и легкость растекается по телу вверх до самого затылка, голова становится легкой, как воздушный шарик. Как Джессика показывает сиськи, как показывает сиськи Тэмми, атлантическая русалка прямо в море стягивает с него трусы, а пусть бы даже и русал... – Так вот помрешь и ни разу на него не подрочишь. Он сказал это вслух, а потому сразу прочувствовал. Всем телом: спина покрылась холодным потом. Миры погибали оттого, что Рик Санчез нашел муху в соусе. Цивилизации в радиаторе зарождались и гибли. Каких принципов придерживался Морти? Не истреблять женских особей и детей? Не стрелять в разумных существ из турбобластера? Нет, Морти не дрочил на деда. О чем вы жалеете? Ни разу на деда не дрочил. Планетарное мышление, сказал бы Рик. Дрочи на здоровье, только не заляпай. Джессика и Тэмми закатили глаза, застегнули блузки и под ручку укатились в закат.