Holding hands

Домой Юнги приходит поздно, видимо, прямиком со съемочной площадки, уставший, но такой довольный. С теми же укладкой и шрамом, что были на нём во время съёмок, он пахнет костром и пылью, а на его лице кое-где осталась грязь от каких-то финальных сцен. Он не замечает ничего подозрительного, когда заходит в собственный дом. Падает на первый попавшийся диван и, лишь поворачивая голову в сторону окна, отличает ещё один силуэт, символизирующий, что он тут не один. Тэхён включает свет. — Привет, — тихо начинает парень, осторожно подкрадываясь к хёну. Он устало улыбается в ответ. — Я даже не буду пытаться узнать, как ты сюда попал. Это, знаешь ли, похоже на проникновение со взломом, но я не буду звонить в полицию лишь потому, что мы знакомы уже почти декаду и я знаю, что ты не способен на воровство большее, чем кража моих йогуртов. - Тэхён приятно и так привычно улыбается в ответ, пальцем тычет в Минов шрам. — Как съемки? — ловко маневрирует он между темами, и Юнги лишь прикрывает глаза, позволяя одурманить себя. — Отлично, если не учитывать, что ты на них даже не пришёл. — У меня были дела, — пожимает плечами младший, пальцами зарываясь в чужие смольные волосы, ощущая под пальцами влагу и песок. — Зато приехать в другой район Сеула и взломать мой дом у тебя времени хватило, — беззлобно подстрекает хён, снова прикрывая глаза. Он надеялся, что, приехав после съёмок, примет душ и увалится спать, но оказывается совсем не против такой компании. В конце-концов, из-за сложившейся ситуации они все сейчас видятся меньше. Всё меньше времени они уделяют тому, чтобы просто сесть и поговорить, вот так, без камер, по душам. Не спеша, тихо упиваясь каждым словом, обсуждая планы на будущее или просто прошедшие дни. Это, в конце-концов, приятно. Тэхён давно перестал быть человеком, в чьей компании Юнги не желает находиться. — Хосок отправил мне фургончик с кофе, а Джин-хён и Чонгуки даже снялись, как актёры. Ты бы тоже мог занять какое-нибудь место Хварановца около Короля. — Я обязательно приду на следующие твои съёмки, хён. Обещаю, — для подкрепления своих слов Ким быстро накрывает Минову ладонь, сжимая. Но тот только шипит в ответ. — Хён, как же так? Почему твои руки покрыты ранами? Юнги ненадолго стопорится. — Ах, это. Я подумал, что было бы круто, если в одной из сцен король выполнит танец с мечом. Я практиковался всего два дня, так что мне не сильно удалось углубиться в это искусство. — Юнги пожимает плечами, рассматривая свои руки, и Тэхён вплетает свои длинные пальцы в его волосы снова. — Думаю, ты всё равно выглядел очень круто, делая это. Я уже начинаю жалеть, что не посетил твои съемки. Хотя в таком случае я бы пропал ровно на время съемочных дней, находясь на площадке и воздыхая каждый раз, когда ты находишься в кадре. — Я был бы совсем не против таких зрителей. Хочешь увидеть некоторые фотографии, что мы сделали за дни съемок? Тэхён кивает и льнёт ближе, когда Юнги тянется за телефоном. — От тебя пахнет алкоголем, — осторожно подмечает Ким. Он знает, что хён любит выпить, чтобы заглушить свои проблемы, потому осторожно поднимает на старшего взгляд, отшучиваясь: — Очень непрофессионально, мистер Мин. Юнги в ответ только тихо смеётся, а на экране появляются первые фотографии, когда он плечом прижимается к Кимову. Это ощущается как дом. От Тэхёна приятно пахнет его любимым одеколоном и синтетически приторным паром, и это возвращает во времена концертов, туров и подготовок, которых сейчас так не хватает. Как не хватает всех ребят, в частности Кима. Его тёплой души, мягкой улыбки и спокойных глаз, что всегда смотрят преданно, так же, как и он сам. К Тэхёну хочется тянуться, он — уют и мягкость, та, которую могут дать только самые близкие, вкладывая в это частичку души. Младший с этим справляется на отлично. Его душа бездонная, он готов делиться своим светом со всеми, и Юнги точно не эгоист, но так чертовски счастлив получать эти лучи в данный момент. Тэхён сейчас светит только для него. Деликатно, тихо, как солнце на закате, и Мин довольно жмурится, когда Ким кладёт ему голову на плечо. Юнги даёт младшему право листать фотографии самостоятельно, рассматривая каждую столько, сколько потребуется, но тот не перенимает телефон из рук — лишь придерживает своей ладонью Минову, прожигает аккуратным теплом кожу, молча смотрит и изредка увеличивает, чтобы рассмотреть что-то. Смеётся с чего-то, но не говорит ни слова, заставляя Юнги обеспокоится. — Очень красиво, хён. Ты очень ответственно подошёл к истории и её переплетении с сюжетом. Место хорошо подходит под общую заданную атмосферу, картинка приятная. И ты очень красивый, хён. — Говорит Тэхён чуть тише. — Что Королём, что другим Агустом Ди. — Он заставляет Юнги скромно улыбнуться, и добавляет едва слышно: — Что самим собой сейчас. — Спасибо, Тэхёни, — совсем раскисший от лести, мурлычет Мин, потупив глаза в пол. Младший едва кивает в ответ, и затягивается небольшая пауза. — Но почему твой Король носит кроссовки? Юнги, на самом деле, теряется, тут же поднимая глаза на Кима, напоминая Хосоков любимый эмоджи, отчего хочется только рассмеяться. Но оба берут себя в руки: Тэхён всё же не смеётся, а Мин деловито отвечает, пожимая плечами: — Модерн, что с него взять. Он Король, думаю, он в праве носить, что ему заблагорассудится. — А почему тогда Агусту Ди благорассудится всегда быть связанным? Я клянусь, я знаю три клипа с участием этого парня, и точно в двух из них он связан. У него что, фетиш? Тэхён звучит совершенно серьёзно, заставляя Юнги тихо рассмеяться. — Аллегории, Тэ. Всё дело в аллегориях. Младший смиренно кивает, наконец отстраняясь от хёна. Его тепла мгновенно начинает не хватать, оттого оставляя только лёгкое напыление грусти. Хочется просто обнять его, получать его любовь и дальше, но взамен Мин только молчит, ведь он слишком смущён, чтобы говорить о таких вещах. Поэтому они просто молчат. Тэхён, наверное, разочарован этим, он наверняка надеялся, что Юнги расскажет ему что-то ещё, но тот лишь углубляется в свои мысли, создавая в тишине напряжение, о котором даже не догадывается. — Расскажи мне лучше, как у тебя дела, — это всё, о чём мог просить Мин, наблюдая за тем, как Кимова уверенность в правильности своих действий меркла. Его лицо тут же проясняется, и он робко улыбается, показывая ту самую, коронную и всеми любимую улыбку. Без преувеличений. Конечно, у каждого из них бывают моменты, когда никакие слова не помогают. Когда уверенность в том, что это — твоё призвание, то, чем ты желаешь заниматься, меркнет. Когда настигает только ненависть к себе и к аспектам, приобретённым с приходом популярности. Но, Юнги уверен, Тэхён в себе эту боль носит каждый день. Пристально прячет её из разу в раз, лишь улыбаясь и тихо наблюдая за остальными. Ким, наравне с Хосоком, как когда-то подметил Гуки, на деле очень депрессивен, и застаёт Мина врасплох каждый раз, когда показывает это. Юнги пытается подобрать к нему подход слишком долго. Но так и не понял, чем ему помочь. Тэхён ожидаемо рассказывает, как дела дома, с Ентаном, как там поживают его братики и сестрички. И Мин, несомненно, заинтересован и в этой информации тоже, но это не то, что он хотел услышать. — Нет, Тэхён. Я спросил, как дела у тебя. — Он говорит это как можно увереннее, стараясь сделать акцент на последнее слово, отчего парень приходит в замешательство и улыбается куда слабее. — Очень тяжело в эти дни, когда, ну… Знаешь. Когда никого нет вокруг. Я привык перебивать свои мысли, обращая внимание на то, как Чимин с Хосоком пытаются наскучить Гуки. Или глядя на то, как вы с Мони-хёном что-то высматриваете в экране ноутбука, заговорчески шушукаясь. Но сейчас мне легче. Видеть хотя бы кого-то из вас, это действительно то, что греет мне сердце. Речь Тэхёна под конец становится всё тише, заставляя Юнги стушеваться. — А приди ты ко мне на съёмки, встретился бы ещё с Хоби. Или с Чонгуки и Джин-хёном. Тихий Кимов смех отбивается от стен гостиной, рассеиваясь где-то в темноте. Это позволяет Юнги аккуратно взять младшего за руку, трогательно сплетая пальцы. — Ты же знаешь, что я всегда открыт для тебя, у меня есть телефон, и ты можешь в любой момент позвонить мне, когда нужно. Тэхён мягко улыбается снова, опуская глаза на их ладони. — Иначе я снова буду писать тебе многострочные сообщения, от которых ты будешь плакать, — не унимается хён во время небольшой возникшей паузы. — Угрожаешь мне? — смеётся Ким, вздыхая. — Боюсь, это то, с чем я должен справиться сам, но, если мне станет хуже, я обещаю, обращусь к вам. Мин неодобрительно мотает головой. - Я могу сделать что-то ещё для тебя? - спрашивает тихо, дрогнувшим голосом, будто боясь, что младший его засмеёт. - Ой, ну разве что обняться со мной. Я приехал в другой район Сеула и взломал твой дом не для того, чтобы ты отделался держанием за руку, знаешь ли, - причитает Ким, заставляя старшего искренне рассмеяться и позволить сгрести себя в самые крепкие Тэхёновы объятья. Это ощущается как дом.