медовый пряничек

— Ну, моя лакричная конфетка, успокойся, — просит Тэхён, совершенно не заботясь о том, что его широкую улыбку и хихиканье, вообще-то, видно и слышно. — Я — песец! И это — песец! — истерит Чонгук, хватаясь за голову. Внутри него проснулся белоснежный зверёк, который пока не окреп и требует большого внимания и любви. — В твоём роду были песцы, так что всё нормально. Теперь даже понятно, почему малыш никак не хотел просыпаться. Он просто не чувствовал никого, кто бы хоть отдалённо напоминал его самого. Ты — большая редкость, мой яблочный леденец. Чонгук воет белугой, пряча голову под подушку. Ким призвал его звериное начало всего неделю назад, а уже столько проблем и эмоциональных потрясений, что на год вперёд хватит. — Разве это плохо? Тебе он не нравится? Чонгук прислушивается к себе. Щенок маленький совсем, скулит, спрятав чёрный нос-пуговку в передних лапах. Его белоснежная шёрстка топорщится на загривке, а хвост виляет из стороны в сторону. Чон тянется к нему, прикрыв глаза. Касается лишь слегка, боясь спугнуть. Показывает свою признательность и восхищение. Песец приподнимает мордочку, с интересом уставившись на него в ответ. Это так странно, ощущать кого-то внутри себя. Чонгук закусывает нижнюю губу, нервничая. — Нравится, — наконец-то отвечает он. — Вот видишь! А ты боялся. Всё будет хорошо, мой кленовый сиропчик. — Фу. — Неудачное сравнение? — У тебя они всегда такие. — Ну что же… Придётся тебе мириться с этим. Всё ещё торчащую задницу Чонгука обжигает хлёсткий удар. Он подскакивает, отбрасывая подушку в сторону, воззрившись на Тэхёна поражённым взглядом. — Всегда хотел это сделать, — пожимает плечами тот. — Ах так?.. На кровати начинается настоящая войнушка. В ход идёт всё: подушки, одеяло, перья, которые вылетают из них. Но всё заканчивается как обычно: обновляемым укусом на шее.