Комета

Последняя моя миссия заключалась в сопровождении корабля и в уничтожении монстра, нападающего на проплывающие корабли, но расправился мы Наруто с ним еще до отплытия корабля. Монстром оказалась подвергнувшаяся опытам в лаборатории Орочимару девочка Исариби. Вся она была покрыта бинтами, скрывающими зеленую чешую, что для людей деревни стало весомым признакам считать (и верно) ее за монстра и сделать ее «местным отбросом», дальше ее существование стало хуже из-за нападений морского чудища. И, если раньше девочку терпели, старались лишний раз не смотреть и в принципе забыть о ее существовании, то теперь ее начали прогонять с места, а дети видели веселье в оскорблениях и бросании в нее всего тяжелого. Я даже слегка прочувствовалась, понимая, какого быть отбросом общества просто потому, что ты кому-то не нравишься, но вот судили правильно. Ее знакомый ученый был нами повержен, а она сама пройдет с нами. Всё равно тот придурок излечить ее не мог, а вот наши врачи во главе с бабулей Цунаде во главе могут и придумать способ вернуть ей прежний облик. Местным сказали, что проблема с морским монстром решена, и Исариби была ни в чем не виновата, а потом забрали ее и двинули домой. Сейчас же я выбивала нашей команде два дня выходных — в конце концов имеем право, сначала эта девчонка, старик Генно, навеявший переполоха в Конохе, потом вообще сущий кошмар: девочка из клана Курама, которую очень давно обучала Куренай — наставница команды Кибы, Хины и Шино. У малышки было довольно слабое тело и вообще проблемы со здоровьем, но она была старательной, и невозможность использовать тело, не имея нормальных объемов чакры, компенсировала своим старанием в гендзюцу. Она привязалась к Куренай, та, в принципе, тоже, и активно помогала Якумо развиваться в той отрасли, которая ей была доступна. Но однажды девочка в ходе какого-то внешнего раздражителя не удержала под контролем свою силу и в доме главного рода случился пожар, не тронувший её, но убивший её родителей. Как мы выяснили, пусть и не четко, пожар устроил «демон», которым не могла управлять Якумо. После чего к власти пришел её дядя, который изначально хотел убить ее еще в младенчестве, и пришёл с просьбой к Каге запечатать её силы, чтобы та была обычным человеком. Тут я уже не вникала, но вроде и для Якумо, и для Курейнай это было ударом, и вот Якумо со своим демоном пошла дебоширить своими гендзюцу по Конохе. Что до выходного? Дали, безусловно, один день, а потом нам — привычной команде номер семь, но без Саске — выдали следующую. Уж не знаю, насколько у нас теперь всё тихо, раз отправили целого Копирующего Ниндзя Какаши на обычное сопровождение вельможи — наследника престола, в стране которого никаких проблем не было. Предполагаю, что просто нехило заплатили, а, может, нас опять ждёт подстава как с принцессой из страны снега Коюки. Лучше бы первое, так проблем не будет. По крайней мере, не должно быть. — В дорогу отправимся завтра с утра пораньше, так как клиент назначил встречу в пустыне, — делюсь я планами на завтра с Нейджи, которого встретила после посещения оружейной. Хьюга предложил обменяться накопленным опытом в бою и я решила не отказывать себе в удовольствии набраться новых сил, — Просто представляю какой там солнцепек — уже хочу написать отказную. Твои планы? — Гай-сенсея отправили на отдельную миссию, сейчас мы без наставника… — парень делится со мной бутылкой воды, оперевшись спиной о ствол дерева, — …так что у нас только самые что ни наесть низко ранговые миссии. — Понимаю — когда самому заказчику влом это делать, но у него есть деньги. Хоть бы в этот раз все прошло тихо. Честно, я б с удовольствием пошла б с тобой грядки полоть. С Неджи мы проговорили почти полдня, захаживая в ближайшие оружейные или кафетерии — никто из нас этого не признавал, но мы оба явно старались отсрочить мысли о своих неудачливых миссиях. Копать грядки он не хочет — не королевских рук дело, а я не хочу тащиться по жаре и, упаси Рикудо, встрять куда-нибудь. Чует моя задница, что ей не поздоровится.

***

Жара стояла невыносимая — Суна, что сказать? Единственная отрада — клиенты прибыли вовремя. Нанимателем оказался полный молодой мужчина, принц Станы Полумесяца, Цуки Мичиру. Охранять следовало его вместе с сыном — в идеале, с караваном, заполненным его покупками и, скорее всего, со всем его добром из его дома. Какаши вежливо представился заказчику, а потом по-быстрому назвал наши имена. Явно удивился, что мы с Сакурой тоже ниндзя. За комплимент о красоте, конечно, спасибо, но малость грубовато. Еще и удивился, почему это я не рада — я не настолько глупа, чтоб радоваться очевидному. Я вежливо улыбнулась, сцепив руки за спиной и сказала, что, не смотря на молодость, у меня достаточно навыков для защиты принца — в этот момент ловлю игрушечную стрелу с присоской вместо острого наконечника, которая грозилась попасть Наруто в лоб, и отправляя ее в полет к ближайшему камню — ныне, его остаткам. — Я бы хотела попросить, чтобы ребенок так больше не делал. У шиноби так заведено, если стреляют в тебя — стреляешь и ты, вот только в ответ на игрушечную стрелу может полететь настоящий кунай. К сожалению, трудно различить, когда это шутка, а когда — опасность… можно и дырку во лбу получить. Не хотелось бы ссориться, с Вами, оджи-сама, верно? Хикару, дите королевское, тут же стремился показать свой характер, но все, что получил — диалог команды с его отцом. По лицу понятно, что свои игры тот не прекратит, но это не значит, что я не могу пульнуть в него что-нибудь — не кунай, конечно, например леденец на палочке, а потом списать всё на неосторожное желание подарить ребенку сладость. На радость, миссия оказалась мирной и тихой, если не считать единственного минуса в лице ее высочества жары. Караван мирно шел к своей стране вечного лета, и никаких проблем, кроме пары разбойников без чакры, не было — но с ними мы без проблем справимся без помощи Какаши-сенсея. За всё время ни принц, ни его сын на нападения не реагировали, я так решила, что нападения на королевскую особу — что-то из разряда плана на текущий вторник, так что тоже не засоряла этими мыслями голову. С другой стороны, мальчишка как уткнулся носом в свой прибор, так оттуда и не вылез. С далека я заметила, что это небольшой компактный механический прибор для игр в войнушки, но удивление скрыла — до такого наш технический прогресс еще не дошел, мы пока остановились на старых добрых телевизорах. В целом всё шло как по маслу. Разве что, ночи холодные были, дни — жаркие. Спали стабильно отдельно от заказчика на собственных матрасиках, питались отдельно — наварила я еды на весь этот караван, а в свитках под печатями они хранятся долго. Когда песок сменился зеленым пейзажам идти стало легче, и почти половина минусов пропала, а Какаши уже потихоньку разговорился с принцем — мол, трон займете иль нет? Наруто от него не отставал, расспрашивал мальчишку про тот самый приборчик. Хикару только нос воротил, фыркал и хамил. Я не могла тихонько посмеиваться с них: один пыхтит, другой сипит и так по кругу и с новыми звуками. Сказать мальчонке или нагрубить в ответ Наруто не спешил — отлично понимал, что не по статусу, хотя и успел придумать кучу оскорбительных диалогов по дороге. Смех мой не остался без внимания — Хикару спрятался в повозке с папочкой и скрыл красные уши. С каждым шагом же миссия казалась мне абсурдной. Копирующего Какаши обычно нанимают для более…изощренных миссий, а здесь чисто попантоваться — это я поняла, когда оджи-сама без лишних мыслей купил своему ребёнку цирк, в котором тому приглянулся какой-то редкий тигр с выделяющимися передними клыками, который где-то в глубине души хотел бы кем-нибудь из присутствующих перекусить — по глазам вижу, делает, интересуется, но все-таки терпит как может. — Слушай, Курама, а ты язык животных не понимаешь случаем? — раздается на периферии моего сознания разговор. — С чего вопрос? — Всегда были интересны мысли животных из цирка. Явно они понимают, в какой заднице оказались и как могли бы жить. Не то чтобы Курама понимал их язык, но по повадкам и рычанию они сойтись в диалоге могли. И счастливыми из всех животных казалась только обезьянка Кики. И вот. Стоим мы такие, стоит владелец цирка такой, и стоит весь цирк, а принц ставит подпись рядом с циферкой с девятью нулями. — Вот транжирство… — не сдержалась я таки, хотя никто и не услышал вроде. — Видишь, тут ребенку целый цирк покупаешь, а ты жалеешь мне рамена на неделю накупить, — вставляет слово мой любитель доширака. — Цыц, харя треснет. Краем глаза смотрю на тигра, из-за которого и произошел весь сыр бор, — тот спокойно дремал на коробке, а рядом с ним на ведёрке с яблоками самозабвенно уплетала их Кики, делясь с тем самым тигром. Ох ты ж, но это действительно то зрелище, на которое стоит посмотреть. Отвернувшись к рассказывающему о цирке мужчине, я как-то проглядела момент, когда Хикару без чувства самосохранения полез к тигру. Схватив его за шкирку, подняла на руки и отошло от животного. — Совсем дурак?! Это тебе не игрушка! — говорю я, тряся его за шкирку как нашкодившего котенка. Пару минут смотря за кричащим Мичиру, качала головой. Это не с тигром надо что-то делать, а с его ребенком, пугливо жмущемся ко мне. Это я и озвучила. Так, совет на будущее, чтоб руки у всех остались на месте. Животное само по себе спокойное, не то, чтобы приветливое, но, если не лезть — и внимания на тебя не обратит. На нас, шиноби, он не нападает, скорее всего чувствует, кто тут сильнее, а может — это животное влияние Курамы, мол, хозяин прайда, не знаю. Лайнеры с острова Миказуки не прибыли, так что на приготовления спецрейса для огромного каравана, так еще с цирком в придачу, потребуется время, которое принц решил потратить на дела сердечные — мы отправились небольшой кареткой вдоль узких улочек, рассматривая привлекательные виды бескрайнего синего… кхм, точнее, были на чеку и охраняли принца. Мать у Хикару оказалась красивая и темпераментная женщина из обычной деревушки. У нее свой домик с милым садом и огородом, и она вполне счастлива. И если к своему ребёнку она радостно бежит обниматься, то на кучу цветов принца и его счастье от встречи она ответила холодным: «а ты кто?», не узнав растолстевшего бывшего любовника. Ну да, такая красотка вряд ли бы стояла рядом с таким толстячком, даже если он и принц. Но это сугубо мое мнение. Любовь зла. По итогу мы теперь сидим недалеко от Хикару, умостившегося на заборе, и смотрим в окно за разворачивающейся сценой: Мичиру ходил кругами за Амайо, уговаривая ее вернуться к нему, но женщина была непреклонна, даже заявила, что, если бы не брачный контракт, оставила бы любимого сына у себя. Повторяя наши действия, родители Амайо так же тихонько поглядывают на бывших влюбленных из соседней комнаты. Ох, какая смачная пощечина. Мичиру искренне любил ее, но, кажется, не понимал, что его деньги Амайо не надо. Она хотела искренней любви, а не того, что он пытается купить эту любовь всем Королевством полумесяца, которое он ей предлагал. Жаль, конечно, что он не понимает, но это не мои проблемы. Стоит доставить их в королевство, и мы наконец сможем искупаемся на пляже знаменитого курорта и вернуться домой. Уже плывя по морю, я не могла нарадоваться этой безмятежности. Надо будет сказать Нейджи, что я забираю слова обратно, — я считай, в отпуске. Где-то на периферии слышу, как Хикару старается своеобразно подружиться с Наруто: «будь моим слугой, и я завалю тебя всем, чем захочешь» — один в один его отец, но меня это не колышет, Какаши дал десять минут на отдых, и я им пользуюсь. К вечеру тут по всюду царило веселье, так что мы спокойно обедали за столиком на палубе — даже нам досталась роскошь, повезло. Мясо их повара готовят просто отменное, а этот гарнир — ммм, объедение. Просто чудесно, что может пойти не так? Например, шторм. Корабль явно не перевернется, но проблема в животных на палубе — чуть меньше проблем с теми, кто в клетках, чуть больше — с жирафом и слонами, те просто привязаны и могут выпасть за борт или смыться водой. Спасать животных…у людей не было энтузиазма — ясное дело, их тоже могло смыть за борт — но все-таки делали, что могли. И если были те зверьки, кто готов был спасаться, были те, кого в трюм не запихнешь, и те, кто не желал спасения от людей. По дороге успела перехватить и Хикару, который, вообще-то, не мусор и может делать, что хочет, — явно тут Наруто успел постараться; и в комплекте с ним и обезьянку, которую чуть не смыло, и тигра. Который вовремя успел ухватить малыша за шиворот, благодаря чему мне не пришлось прыгать в воду. Мальчик не противился — отрубился, тигр тоже — молчаливое признание почему-то несколько грело душу. Шторм со временем стих, так что люди расслабились и вышли из кают. Немного повеселились, выпили, а мы вместе с Хикару и тигром клялись в вечной дружбе. Не скрою — дружба с принцем актив выгодный, но, если рассматривать это с другой точки зрения, ребёнком он оказался не таким уж и высокомерным, просто дружить хотел, и наконец нашел способ. А потом бегал вместе с Наруто по кораблю, смотрел, как тот лазает по мачтам, да и вообще радовались жизни как пятилетки. Меня с собой таскали, в конце концов одному я сестра, второму — герой, который под ливнем тащил его обратно в каюту. Ну и еще сфоткались всей командой и Хикару с Чамом — это имя тигра и малышкой мартышкой. Где еще я такой сувенир раздобуду? — Земля! — кричит кто-то из работников корабля — в должностях их я не разбираюсь, и вроде не надо. На горизонте же были видны очертания острова, который в идеале должен выглядеть как полумесяц. Сойдя с палубы напрягло…отсутствие народа. Этот остров — популярный курорт и то, что тут перекати-поле катится, совсем не вяжется с ожидаемым видом. Из «активного» тут остался лишь огромный экран с динамиками, на котором проецировались все прелести курорта и вон тот следящий за нами недо-ниндзя. Ну, Какаши пока не реагирует, ребята тоже, так что и мне нет смысла колыхаться и спугивать добычу. Какаши-сенсей парой жестов приказал перейти в режим повышенного внимания, и мы невзначай подобрались по ближе к карете. Я переглянулась с Наруто. — Давай так, под шумиху бахаешь клонов, накладываешь на них Хенге заказчиков, Сакура защищает «лже-принцев», потому что Сакуру мы не предупредим, а ты — уводишь настоящих, идет? — Да, идея огонь. Подсобишь для сокрытия ветерком? — Без вопросов. В тяжкой ситуации — на всех клонов по Хенге и пускай играют в угадайку. — Молодца. В городе на нас так и не напали, хотя следили. И в лесу тоже, через который пролегал путь до дворца, в котором так же была абсолютная тишина, сравнимая с МОРГом. Встретив некого «Шабадабу» — ну и имечко — принялись драться с рыцарями в доспехах. Не смогла скрыть свои закатывающиеся глаза — ну серьезно? Как в этих железках они будут ловить быстрых и ловких шиноби с кучей взрывоопасных техник? Это им повезет, если техника будет взрываться рядом, а не в них самих. Когда место заполонили железные вояки и клоны Наруто, последний успешно заменил собой принца и сына, а оригиналов увел их куда подальше, а кто там из них настоящий — это еще определить надо. Мы с Какаши и Сакурой во всю раскидывали противников вместе с прибывшим подкреплением — кажется, не все рады, что во главенстве станет тот дед с именем, похожим на заклятье. Напоследок Какаши-сенсей разворотил всю мостовую перед дворцом техникой, устроив нехилое такое препятствие сразу за проехавшей каретой, за которой помчались и мы. Появившийся помощник смело вел карету к их укрытию, а мы следовали рядом. — Кто вы такие? — Телохранители, — отвечает Какаши-сенсей и добавляет: — Шиноби из Конохи. История переворота оказалась как нельзя проста: был король, и короля был советник «Шибидабубами» (клянусь, не злорадствую, просто не могу запомнить), который, как знал король, хотел забрать трон себе. Долго ждали, пока тот образумиться, а тут хрен вам на все лицо — вот и решили казнить по-быстрому, а сыночку с внучком подальше отправить — мало ли. Старика принялась осматривать наш ниндзя-медик — король превращается в камень, и даже не поверхностно, а изнутри. Его трансформацию остановить несложно — но это надо было делать тогда, когда его ранили, так что сейчас некоторые из его органов или наполовину окаменели, и полностью. И, если она может временно остановить окаменение, то вылечить его в состоянии либо наша бабуля, либо тот, кто это сделал с королем — ну то есть убрал свою технику, но на это нужно время, а его у нас нет — почти все жизненно важные органы короля уже не функционируют. Я же тут тихонько ходила рядом, «качала» ребенка на руках — опыт есть, я про Конохамару. Хикару явно был опечален потерей любимого дедушки так же сильно, как и не отлипающий от последнего Мичиру, но смотреть на старика не мог. — «В идеале, надо было бы свозить короля в нашу больницу — там самые опытные врачи, которые явно смогли бы что-то сделать. Ну либо все так же заставить вражеских ниндзя снять с него технику, но тут уже не ясно, что будет дольше. (P.S. от Курамы: Могу навскидку предложить несколько способов убеждения. Например, пытки.) И в Коноху его везти долго и вредно для его здоровья, и не ясно, как долго мы будем выбивать дурь из нанятых Шбабабу — ну как там его — ниндзя. Выплыть отсюда тоже проблематично — с какой бы стороны мы не проплыли — нас заметят, а другого выхода нет (только если у нас нет подводной лодки, а у нас ее нет)». Король у них кстати поразительный — искренне желает, чтоб его страна была озарена улыбками, счастьем и мечтами. Он хотел создать страну полную миролюбия и милосердия, но тут под бок его пырнул его друг. Жалко, конечно. Правитель он явно отличный. С такими мыслями мы проводили его в последний путь и принялись успокаивать Хикару. — …Покойный Хокаге очень заботился о нас с сестрой, — объясняет смысл слов почившего короля Наруто на своем примере, — но и деревня, и каждый в ней дали нам что-то важное. Я обязательно стану Хокаге и тогда смогу защитить их всех. Я уверен, что твой дедушка хотел сказать тебе и твоему отцу о защите именно этих важных вещей. — «Защищать дорогое тебе»? — переспрашивает ребенок, — Боюсь, что я не смогу. — Сможешь! Я уверен, что сможешь! — лучезарно улыбается Наруто, — Давай, когда я стану Хокаге, а ты — королем, сделаем так, чтоб наши страны были в дружеских отношениях. И каждый раз, когда у тебя будут трудности я как на крыльях прилечу на помощь, так что и ты мне помогай. Ладно? — Да! Это клятва! Наруто сидит неподвижно, ссутулившись, с отстранённым взглядом, словно потерявшись в лабиринте собственных мыслей, когда мальчонка уходит проводить деда в последний путь. С тихим шорохом ткани я опустилась на траву рядом с ним, поставив локти на колени и подперев подбородок рукой. Слегка прищурившись, образовав между бровями едва заметную морщинку, изучала мрачное выражение лица Наруто. — Ты что, записался в психологи? — дразняще спрашиваю я, коснувшись его руки, — Или ты просто направляешь своего внутреннего Хокаге, играя роль консультанта по горю сегодня вечером? Несмотря на дразнящие слова, в моем взгляде была мягкость, понимание того, что побудило Наруто поддержать принца. — Дело не в этом! — огрызнулся Наруто с слабым смешком, — Он потерял своего дедушку. Я должен был… Я должен был как-то помочь ему пережить это. К тому же я не хотел, чтобы он чувствовал себя одиноким, понимаешь? Мне остается лишь кивнуть. Не могу сказать, что познала сия опыт так же хорошо, как и Наруто, — Хирузен не был мне кем-то, по кому я бы лила горье слезы несколько ночей, но неприятный осадок остался. Возможно, оттого, что осознаешь человеческую недолговечность. Мы сидели бок о бок, слегка касаясь друг друга плечами, и смотрели в чернильно-чёрное небо. Полная луна висела низко над головой, и её серебристый свет мягко озарял наши лица. Никто из нас и слова не сказал, но невысказанное понимание связывало в безмятежной ночной тишине. Тишина между нами не была неловкой, а скорее свидетельствовала о нашей нерушимой связи — две половинки целого, довольные обществом друг друга. В ночной тишине мы находили утешение, которое не выразить словами, — безмолвный, невысказанный язык близнецов, выросших вместе. … А теперь к нашим баранам. Той же ночью решили укрыть принца и Хикару в соседней стране. Вообще — не умно бежать так в открытую, но выбора, как такого нет. В любом случае, чтобы покинуть остров, надо уплыть, и остается только надеется, что никого в этой стороне острова нет. Надежда лишь посмеялась над нами, когда враг пульнул в нас кунай с взрывной печатью. Противники встали перед нами и, не скрывая высокомерия, улыбнулись. Их было трое — белокурая миниатюрная девушка с лохмой на голове, темноволосый амбал с точно такой же прической и непропорционально большими губами и маленькими глазами, и, скорее всего, главарь этого лохматого сборища — выглядит он презентабельное своей свиты, но всё равно ему не помешала бы расческа. Наруто смело послал их на хрен, за что почувствовал себя на месте футбольного мяча, но отбился. Сражение было донельзя странным, без признаков иллюзии мои движения были замедленны. Как бы мне не казалось, что я уклоняюсь или попадаю, для них я была как в замедленной съемке. Ну, по крайней мере до того момента, пока Курама не выжег из меня яд, который выпустила та девчонка. Я наблюдала, как удары и пинки Наруто наносятся с ослепительной скоростью, отбрасывая тяжеловесного Конго противников во все стороны по побережью, будто он бросал «блинчик» камешком по воде, а потом группой своих же клонов малость притоптал того. Какаши носился с Чидори за Ишидате, выкручиваясь в невероятных пируэтах, чтоб техника окаменения врага не коснулась его. Сакура защищала Хикару с Мичиру, отбиваясь от слабых, по сравнению с шиноби, военными, а я в буквальном смысле таскала за волосы ту девч… женщину «мне вообще-то уже 22» — она пыталась скрыться в своем ядовитом тумане, но запах ее духов настолько резкий, что можно без проблем до нее добраться. Расправится с этими колхозниками не было проблемой, разве что их главарь малость насолил нам, но в общем-то все прошло прекрасно. Принцев вернули во дворец, Шабудабаби и его приверженцев заточили под стражу и оставили их судьбы на усмотрение здешней власти, а сами, пока Какаши зализывал раны — явно вранье, выглядит он целым, — мы решили пару дней использовать под отпуск и отдохнуть на курорте. Такого шикарного дня у меня еще не было: я лениво растянулась на шезлонге, чувствовала, как лёгкий морской бриз колышет волосы. Лежа там, я не могла не испытывать укол зависти, наблюдая за беззаботным смехом и играми мирных жителей, резвящихся в прибое. Они ничего не знали о постоянной борьбе за выживание, о том, каково это — быть ниндзя. Солнце продолжало восходить, отбрасывая мерцающие лучи на колышущиеся воды, и свет танцевал и мерцал, словно море бриллиантов. Тепло проникает под кожу, согревая до самых костей. Это было ощущение чистого, неподдельного удовольствия. Как жаль, что счастье не вечно.