Два сапога - пара, или как приятно убивать

Дадада, я знаю, я самый худший автор, который забил на своих читателей, но держите, котаны :3 Дебора Смит. ___________________________________________________________________________________________________________________________ POV Роза - Самым крутым банком является "Женерал Оушен Паблик Анлимитед банк", - пояснял Дмитрий во время полёта на самолёте в Нью-Йорк. - Сокращенно, ЖОПА банк. Я глупо захихикала. Очень смешно смотрелся Дмитрий, со всей своей серьёзностью произносящий это название. - А слоган у них - "ЖОПА Банк: у нас всё в шоколаде", да? - Чёрт, Роза, у нас важное дело, а ты снова веселишься, - устало пробормотал Дмитрий, и на лице его отразилась злость. Это меня ещё больше раззадорило: - А мы в ЖОПу будем заходить с заднего входа? - Роза... - А мне вот вдруг стало интересно - что же мы такое там красть собираемся? - Роза. - Что? Меня волнует, что во время ограбления мы будем в ЖОПе. - Роза! - Дмитрий глухо зарычал, вскочил со своего места и, рванув меня резко за руку, потащил по проходу мимо заинтересованных лиц пассажиров. Когда мы дошли до туалетов, оказалось, что оба из них закрыты. Едва Дмитрий скорчил недовольно-злую гримасу, я вырвала руку и побежала обратно в салон. Пфф, напрасно... Я, став стригоем, до сих пор уступала Дмитрию в скорости и силе; от Пробуждения его дампирские способности только усилились, а мои, казалось, оставались на прежнем уровне. Обидно. Тут одна из дверей распахнулась, и какая-то женщина вышла из туалета. Дмитрий, грубо оттолкнув её, снова подтащил меня ближе и втолкнул в комнатку, так, что я ударилась головой. Захлопнув и закрыв на защёлку дверь, он сжал пальцами мою челюсть и прижал меня к стенке. - Твоя вечная игривость не к месту, Розмари. Серьёзно, это всё невероятно важно для меня. Для тебя. Для нас. Он спустил пальцы ниже, и я смогла говорить: - Ага, важно. Особенно, для Дэйва. Ты же ему угодить собираешься? - Я никому не собираюсь угождать. Это требуется для совершения ещё одного, более важного и серьёзного дела. - Да? Какого же? - Это не должно касаться тебя, Роза, - строго проговорил Дмитрий. - Почему? А, я поняла, у вас там чисто мужские разборки, в которые вы не хотите пускать баб? А вот хрен вам, я всё равно докопаюсь! - Попробуй, - уже с намёком на улыбку хмыкнул он. Я схватила руку Дмитрия и сорвала её со своей шеи. Затем, стараясь не медлить, потому что иначе просто облажаюсь, я вывернула её под особым углом и со всей дури заехала сверху локтём. Раздался неприятный хруст и - о, боже, - рука Дмитрия была сломана. - Ах ты ж... Роза! - Он схватился за место перелома, и я выпустила его руку. - Какого хера?! - А такого. Что ты о себе возомнил, Беликов? Решил стать крутым мафиози, а меня оставить в стороне? - Это не я так решил. Дэйв руководит делом. - Каким делом? - Я не могу тебе рассказать, но я поговорю с Дэйвом. Пусть он решит, втягивать ли тебя в это. - Тогда тебе придется терпеть ещё одну сломанную руку. На этих словах я потянулась к его целой руке, но Дмитрий вдруг сказал: - Нет, не придется. - Почему же? - Одернув руку, с любопытством поинтересовалась я. - Потому что та уже зажила... Неожиданно Дмитрий вскочил и прижал меня своим исцелившимся предплечьем к стене. - Что, Хэзевей, годы тренировок научили тебя только этому? С этими словами он взял в локтевой захват мою голову и прижал к себе. - Ну, и как ты будешь выбираться? Я хотела сказать, что ему конец, но лишь промычала что-то невнятное. Злобный смех заставил меня замереть. Он смеётся? Над кем? Над тобой, Роза. Ты слабачка. - Я не слабачка! - Крикнула я, как мне показалось, на весь самолёт, и со всей силы укусила его за бок, ударившись клыком о ребро. Дмитрий взвизгнул от неожиданности, как собачка, и ослабил хватку. Я вырвалась и уже хотела издать победный клич, как Дмитрий отошёл от шока и с грозным рыком ринулся на меня. Я хотела отскочить в сторону, но не успела - Дмитрий схватил меня за платье и дёрнул к себе. Раздался громкий треск, и вот уже мы оба уставились на обрывок ткани, сжимаемый в кулаке. Дмитрий с надменным взглядом, смотря мне прямо в глаза, разжал кулак, и, едва ткань коснулась земли, новый кусок был оторван и полетел за предыдущим. - Что ты, мать твою, делаешь?! - Наконец-то очнулась я от шока, пока моё платье понемногу разрывалось Дмитрием на части. Кусок, кусок, ещё кусок, - и вот оно прошелестело и упало к моим ногам. - Ничего, Роза. Он провёл ногтём по ложбинке на груди, затем резко схватил сосок и стал выкручивать его. От неожиданности и боли я застонала. Дмитрий шумно выдохнул и прижал меня к стене. Раз! И он подхватывает меня. Два! Он проверяет, разогрета ли я. Три! Он скидывает с себя, ставшую ненужной, одежду. Четыре! И вот он уже во мне. Пять, шесть, семь, двенадцать, тридцать два... Пятьдесят! Он хватает за горло, переворачивает меня и прижимает лицом к стене. Пятьдесят один! Засовывает кусок ткани от моего платья мне в рот, привязывая его лентой от того же платья. Пятьдесят два! Удар по щеке, за то, что попыталась выплюнуть "кляп". Пятьдесят три! И вот он с грозным рыком врывается в меня. Девять тысяч четыреста пятьдесят два - я падаю, не в силах стоять. Девять тысяч четыреста пятьдесят три - он прижимает меня к себе и ласково шепчет слова благодарности. Я счастлива. После ТАКОГО перелёта я согласилась пока что не лезть в "мужские дела" и не выяснять, зачем же Дмитрий целует задницу белобрысому гомогейскому уроду. Дмитрий, по пути в укрытие, вкратце поведал мне об их с остальными стригоями плане по ограблению ЖОПы, но, когда мы прибыли в отель, я захлопнула перед его носом дверцу номера и удалилась в комнату. Установив маленькую видеокамеру наблюдения - одну из тех, что будет использоваться в "операции" - на восточное окно номера, я плотно задёрнула все шторы, стащила с кровати покрывало и подушки и разместилась в ванной комнате. Взяв лэптоп, связанный с камерой, я улеглась в ванну, накинула одеяло и наблюдала наступающий рассвет на экране. Чёрт, как я по этому соскучилась.