Однажды...

      Джотаро чертовски устал. Он не был в их доме около полутора месяца. Кто же мог подумать, что вместо двухнедельной экспедиции в индийский океан, ему пришлось лететь из Индии в Польшу, чтобы выполнить задание Фонда. Благо, он озаботился сувенирами, купленными еще в Порт-Луи* для всех своих родных.       Хоть и он не особый любитель (да и знаток в целом) ходить по магазинам и выбирать сувениры, но матери он все же мог найти и купить красивый набор состоящий из кашемирового шарфа и перчаток** небесно-голубого цвета. Деду и Сьюзи Кью, он купил набор чая и специй (а также бутылку местного белого рома, но он вручит ее Джозефу без ведома Сьюзи). И оставался последний человек, которому нужно было выбрать что-то такое, чтобы глаза сияли после долгой разлуки. Джотаро надо было выбрать что-то особое для Нориаки.       Его муж был очень грустен, когда они расставались. И это было неудивительно: Куджо не успел и неделю пробыть в Японии, как вновь срывался с места в пучину неизвестности морских вод. Но Нориаки не сердился. Понимал то, из-за чего тянуло Джотаро к воде. Он и сам пару раз бывал с ним в экспедициях и занимался дайвингом. Его это впечатлило. Поэтому он всегда провожал его со светлой, но немного грустной улыбкой. Куджо мог бы даже сказать, что Какёин ревновал его к экспедициям и морским глубинам.       — Глупый, — всегда тихо, с еле заметной нежной улыбкой и теплотой во взгляде, говорил Джотаро своему мужу. Убирал кудрявый розовый локон челки со лба, заправляя его за ухо и целомудренно целуя в лоб.       — Я никогда не променяю тебя, нас на океан. Я всегда буду возвращаться к тебе, в наш дом.       И Нориаки отпускал всегда. Ожидая его в их доме.       Вспоминая столь светлые и теплые моменты в их семейной жизни, мужчина наткнулся на прилавок со склянками. В них причудливо, слоями лежал разноцветный песок пастельных оттенков. Позже он узнал, что это шамарель*** и, недолго думая, купил один сосуд для Нориаки. Также к этому сосуду прилагался кашемировый шарф бежевого цвета. Мужчина давно говорил, что его шарф, который все еще хранился с путешествия в Каир, износился. Но хранил его, как память о тех событиях.       Он был немного удивлен тем, что сувениров оказалось немного больше, чем он планировал. Благо все влезло в его дорожную сумку, и доплачивать за перевес не придется. Джотаро хотел бронировать билеты в Японию, как «неожиданно» ему позвонили из Фонда и попросили съездить в Польшу. В последнее время там была замечена активность одного станда связанного с погодными стихиями.       Куджо наивно полагал, что пробудет там неделю, изыщет и изловит нарушителя порядка и спокойствия, но нет. Обладатель станда, почуяв неладное, в испуге сбежал из страны. И нашел его Джотаро лишь через две недели на тихом греческом острове. Передав нарушителя людям из Фонда, он наконец-то мог выдохнуть. Пора возвращаться домой.

***

      Перелет был долгим и утомительным. Джотаро толком не спал, лишь прикрывал глаза на пять — десять минут для того, чтобы дать передышку организму. Япония встретила его ласковым ветром и ярким, теплым солнцем.       Решив для себя, что работа на данный момент стоит на первом месте, он отправился в исследовательский центр. Садясь за свой рабочий стол и сгрузив дорожную сумку, мужчина открыл ее, вытащил шарф и сосуд с песком. Остальные сувениры он может и потом вручить родственникам. Положив подарки для Нориаки в небольшой бумажный пакет, Джотаро начал перебирать бумаги. Часть из них отправлялась в портфель, постепенно заполняя все свободное место. Что-то пришлось взять в руки из-за нехватки места (он не думал, что слишком много напишет для отчета и для исследовательской работы), что-то он вложил в картонную папку.       Мужчина дождался вызванного такси, сгрузил все в салон автомобиля и расположился на заднем сидении. Устало прикрыв глаза, он незаметно для самого себя задремал. Его разбудил краткий, но громкий гудок от соседнего автомобиля. Увидев, что он почти приехал, мужчина попросил водителя остановиться. Джотаро захотел сделать сюрприз любимому мужу, неожиданно позвонив в дверь. Но для этого нужно пройтись пешком, чтобы звук тормозящей машины у дома не привлек его внимание раньше времени.       Пройти лишние метров сто у Куджо не заставило никакого труда. И не такое приходилось превозмогать через усталость. Стоя перед дверью, он не решался нажать на дверной звонок. И так было всегда. После каждой поездки он топтался на одном месте от волнения. Из-за того, что его долго не было, мужчина боялся, что после каждой последней поездки его будет встречать другой человек. Вместо счастливой и лучезарной улыбки он столкнется с поджатыми губами и взглядом, полного разочарования.       Он всегда может открыть дверь своими ключами, но он не хочет. Если он сам откроет дверь, его могут не услышать, и соответственно не встретить. Поэтому каждый раз он стоит перед дверью, будто окунаясь в прошедшие пять лет с момента первой экспедиции.       Глубоко вдохнув и выдохнув, он звонит. И через долгие десять секунд, дверь широко распахивается перед ним. Вот он его муж. Его Нори. Все так же счастливо улыбается ему, а прекрасные фиалковые глаза наполняются светом после долгой разлуки. Джотаро на одну секунду кажется, что в глазах Нори слезы.       Нориаки кидается на шею мужа белым вихрем, чуть не сшибая его. Джотаро роняет сумку на асфальт, нежно обвивая руку вокруг талии розоволосого мужчины, чуть сжимая белую ткань плаща. Выносливость, которая подпитывалась желанием поскорее расправиться со всеми делами и увидеть Нориаки, окончательно иссякла. Джотаро навалился на своего возлюбленного, уставши закрыл глаза.       Нориаки шепотом призвал Hierophant Green, и появившиеся зеленые щупальца подняли с асфальта сумку Джотаро, а также пакеты и бумаги. Розоволосому мужчине досталась ноша в виде здоровой туши своего мужа. Обвив Куджо руками за торс, Какеин со счастливой улыбкой понес свою драгоценную ношу, тихо шепча ему в волосы:       — С возвращением домой, ДжоДжо.