Ну, это мы попали... или Курс на Валинор

Феаноро и Нэрданель жили хорошо. А вместе с ними тоже жили хорошо наши брат с сестрой, женой, Мелькором и Автором, а так же семерыми Феанорычами. Правда, жили они хорошо недолго, потому и привыкнуть к разного рода странностям сожителей не успели. Поэтому и посмотрели очень удивленными взглядами на ввалившуюся в стены крепости блестяще-шуршащую кучку. Кучка потопталась какое-то время, отряхивая снег, и разделилась на более мелкие кучки. - А чего это у вас так не празднично? - тоскливо протянута одна из кучек голосом Сейди. - Не порядок, - подтвердила голосом Хьюго вторая кучка. Третья и четвёртая согласно закачались. Феанор прокашлялся, отложил в сторону свежий выпуск "Мой Валинор" и продолжил смотреть очень удивленным взглядом, просто потому, что не нашёл нужных слов для вопроса. - Новый год на носу, а вы тут в серых стенах, - девушка скинула на пол мишуру, поправляя шарф и шапку.- Мы уже и снежную крепость построили, чтобы потом взятие Нарготронда, Гондолина, в конце концов, Ангбанда разыграть! Хьюго подозрительно посмотрел на сестру. - Мы ж Гондолин не строили. - Это вы не строили, а я строила, - гордо вскинув нос ответила Сейди, которая, к тому времени, благодаря Маглору умудрилась вникнуть в основы Средиземской истории. Хьюго ей втайне гордился. - А ещё у снеговика носа нет! - Лио, тоже кинувшая мишуру в кучку Сейди, обратилась к Нерданель.- У вас морковки не найдется? Нерданель испуганно помотала головой и пожалела, что в своё время прогуливала занятия у Йаванны по биологии. Авось бы знала, какая морковка сгодится этому загадочному «снеговику» вместо носа. Лио задумчиво оглядела присутствующих и просочилась на кухню. Вернулась быстро с пучком вяленького укропчика, гордо всунув находку в руки Хьюго. Парень потенциальный нос снежного стража оценил, опробовав на вкус и придя к выводу о том, что это - петрушка. Вызванный в роли эксперта Маэдрос догадку подтвердил, значительно ощипав многострадальный пучок. Сейди же, не теряя даром времени, вместе с Шелоб начали развешивать гирлянды по серым потолкам и стенам. Нерданель убранство оценила и, после того, как невестка и сестра Саурона пару раз навернулись с камина, пытаясь прицепить очередную гирлянду, решила им помочь. Феанора же, как вещь самовоспламеняющуюся выпихнули вместе с зятем и автором на улицу. А вот о том, что творилось на улице, стоит рассказать поподробнее. Во-первых, там шел снег. Нет, не Северус Снегг, а обычный, белый такой, холодный снег. Огромные снежинки хлопьями падали на ошарашенных эльфиков, так что некоторых спасательная бригада находила только по торчащим острым пушкам. Доставали эльфов, тем не менее, крайне довольных жизнью. Они сразу же залпом выпивали предложенный горячий напиток и, с радостными воплями, неслись лепить снеговиков, кидаться снежками и просто валяться на снегу. Спасательная бригада подобного себе не позволяла по двум причинам: во-первых, с каждой секундой засыпанных эльфиков становилось все больше, а во-вторых, бригада в основном состояла из тех, кто прошёл через Хелкараксэ и подобное явление наблюдал так же и в Средиземье. Посему Галадриэль, которая, к слову, руководила спасательными операциями, к снегу относилась нормально. Правда, были и те, кому снег был уж очень не по нраву. Бедные телери в панике бились головами о лед, так как их гавань заледенела, и массивные деревянные корабли, обитые листами железа, застыли. Некоторые из мореходов, неудачно поскользнувшись, впечатались губами в эти листы, да так и не отпечатались. А так как скользко было везде, прилипших телери становилось все больше и больше. Паника в их рядах была и из-за того, что Ульмо, решивший вздремнуть на дне морском, проснувшись, оказался под толстенной коркой льда и выбраться, увы, не может. Те е, кто прошёл через Хелкараксэ( для удобства назовём их Хелкараксянцы) и дальше него не ушёл, в панике тырили крупу и баррикадировали дома. Редкие выходили на улицу, но предварительно одев пару десятков пар носков и варежек. Шубы и завязанные по самые ясные очи шарфики были как само собой разумеющееся. А в основном, та масса эльфиков, что всю жизнь прожили в Валиноре, снегу очень даже радовалась, как и Валар. На вершине Таникветиль сидел... ан нет, не Манве, а Мелькор и творил снежные тучки разных форм и размеров. А вот рядышком пристроился его младший братец, сосредоточено щелкающий спицами и вяжущий очередную партию свитерков для перворожденных, ибо некоторые камикадзе уже успели подхватить простуду. Над ними сейчас трудились Эсте, Ирмо и Йаванна. Эльфы, в общем-то, как существа устойчивые, выздоравливали быстро, но, боясь растерять весь свой энтузиазм, тут же выпрыгивали на заснеженную улицу. Спустя несколько минут их, состоящих из замерзших соплей и концентрированного кашля, приводила бригада, и лечение начиналось снова. Больных становилось все больше и из-за того, что мануфактурное производство свитерков налажено не было, да и работник был всего один – Манве. Владыке Ветров, к слову, помогали Вайрэ, Намо и Ниэнна, отвечающие за эстетическую составляющую одежды. Как только Король Всея Арды связывал очередной свитерок, его тут же подхватывал Эонве и, пробираясь через кучу мини-Карадрасов, отдавал изделие орлам. Те несли их в Мандос, где уже известная троица принималась за вышивку. И только потом раскрасневшиеся эльфы получали свитера и вновь бежали резвиться в снегу. Вот именно такую картину и увидел ошеломленный Феаноро, выйдя за порог собственного замка. Хьюго и Автор поправили шарфики, которые им лично связал Сулимо и потащили мастера играть в снежки против гномов. Увидев, что его верные нолдор проигрывают, в Куруфинвэ вспыхнул его пламенный дух, и он тут же вклинился в игру, забрасывая наугрим снежками просто с бешеной скоростью. Когда же очередная битва за Среди… Валинор была окончена победой нолдор, все побежали в замок пить чай. Гномы вежливо отказались, сказав, что они попьют горяченького у Ауле. Подойдя поближе к Форменосу, Хьюго, Лио и Феанор, ахнули. Крепость была похожа на новогоднюю вафельную елку, переливающуюся блеском тысяч гирлянд. Почему вафельную? Да потому что Сейди сосредоточенно приклеивала на дверь вафли с помощью шоколада. Дождавшись, пока девушка, перемазанная в шоколаде, закончит свое благородное дело, наши победители зашли в теплый дом. Внутри крепость тоже была поистине сказочной. Тут и там подмигивали огоньки гирлянд, шуршала мишура и звонко бряцали новогодние шарики. Вот только одного не хватало – огромной пушистой новогодней елки. На вопрос, где она, Нэрданель ответила незамедлительно: - Сыновья пошли искать. - А Шелоб где? – обеспокоенно спросил Хьюго, опасаясь, чего бы этакого не натворила его женушка. - А она с ними ушла. Все про какие-то подснежники говорила. Ох, какие вы все сырущие! – воскликнула эльфийка, оглядев основательно вымокших победителей. – Ну-ка, быстро раздевайтесь и сушитесь! Сейди, принеси им чаю, а я пока достану сухую одежду. Переодевшись, Хьюго, Автор и Феанор присели у камина, взяли по кружке теплого чая и только собрались отпить, как вдруг… - Феанор, не вели казнить, вели слово молвить! – Мелькор, основательно запыхавшийся, с размаху влетел с улицы в камин. Благо, он существо огненное, ему так даже уютнее. - Чего тебе? – Куруфинве отставил кружку в сторону. Моргот ее незамедлительно приватизировал. - Я нашел свою старую заначку. Ну, как заначку, так маленький диверсионный план-перехват. Ну, как маленький, размер вполне себе стандартный… - Короче! - Лио тоже отодвинула свою кружку. Моргот ее вновь приватизировал, так как чай в предыдущей закончился. - Да-да. Я уже и забыл о нем, и о сигнале активации забыл, обо всем на свете забыл. Ох какой я забывчивый-то… -Мелкор! – Хьюго уже просто отдал в руки Темному свой чай. Моргот благодарно кивнул, но варежки парня все же приватизировал. - …но тут прибегает ко мне Саурон и начинает кричать, трясти меня за руку, паниковать всячески, тащит еще куда-то. Ну, я и пошел за ним, а там… - ДРАКОН! – бедные феаноринги вбежали в замок, спешно подпирая дверь огрызком, который ранее был стволом той самой пушисто-пышной новогодней елочки. Феанор подавился, Мелькор с видом « вот о чем я хотел вам сказать» указал на дрожащих нолдор, а Лио и ее попаданцы радостно захлопали в ладоши и кинулись к двери. На уговоры Маэдроса они никак не отреагировали. Даже панический имперский марш, сыгранный Маглором, не отрезвил наших героев. С улицы доносились визги эльфов и тихое порыкивание, характерное огнедышащему существу. Но, отворив дверь, драконолюбы не закричали и не бросились бежать, а лишь засмеялись. Перед ними стоял обыкновенный барашек с позолоченными рожками. Эльфики радостно визжали потому, что затеяли взятие Ангбанда, а некоторые радовались, что нашли Гондолин, старательно спрятанный Сейди за табличкой « Там ни в коем случае нет Потаенного Королевства Эльфов». Барашек заблеял и гордо прошествовал в крепость, звонко цокая копытцами. - И это ваш дракон? – сквозь смех спросил Хьюго, поглаживая мягкую шерстку животного. Братья-феанорычи смущенно закашлялись, а Мелькор так же смущенно отвел глаза. Барашек же, увидев Вала, радостно проблеяв что-то среднее между «Батя» и «Мама», резво поскакал к нему, выпуская из ноздрей небольшие пламенные всполохи. Феанор вежливо прокашлялся. - Это, кхм, и есть твой диверсионный план-перехват? – Куруфинве поднес ко рту ладонь, чтобы Мелькор не заметил его улыбки. - Вполне милый барашек, что вам не нравится, - возмутилась Шелоб. Саурон, нагруженный мешком подснежников, лишь согласно крякнул и спустил мешок на пол. - Это как с мопсами. Хотел как лучше, а получилось как всегда, - Майрон обнял животинку. – Ух ты мой маленький! Феанорушка, радость моя! Скучал по мне? Барашек довольно потерся своими золотыми рожками о не менее золотую шевелюру Гортхаура. Где-то на заднем плане Феанор-эльф подавился воздухом и злобно посмотрел на Мелькора. Айну лишь пожал плечами и шепнул: «Это была идея Майрона». - А что теперь с елкой делать? – грустно протянула Сейди, глядя на обугленную палку в руках Куруфина. – Без елки Нового года не бывает. - Это роханцев без лошадей не бывает, а в Новый год возможно все! – появившийся в дверях волшебник Митрандир приветливо всем улыбнулся. – Вот вам мой Новогодний подарочек. С этими словами он достал из складок плаща цветочный горшок с землей, поставил его в середину залы и, проведя несколько раз ладонью над землей со словами «Нюхай мои пальцы, нюхай! Я шаман – Маклай Миклуха!», отошел. Тут же на земле проклюнулся росточек, который в мгновение ока вырос в великолепную ель. С радостными воплями Хьюго, Сейди, Мелькор, Саурон, Шелоб и Автор бросились наряжать это чудесное создание Йаванны. Спустя несколько минут, в ходе которых команда успела передраться из-за красивой зеленой гирлянды, к ним присоединились братья-нолдор во главе с папой. Барашек Феанор радостно скакал около ног эльфа Феанора, так что тот, примерно раз в пять минут, запинался о животное и падал. В это время Нерданель и остальные нолдор притащили в холл большой стол вместе с кучей еды. Когда же елка была украшена, все обернулись, чтобы пригласить мага за стол, но его и след простыл. Хьюго печально вздохнул. - Ох уж эти волшебники. Все куда-то спешат, торопятся, - его прервал вежливый стук в дверь. Переглянувшись с сестрой, парень вместе с Феанором-барашком пошли открывать. И на пороге их встретил не кто иной, как Гендальф вместе с пятью хоббитами! - We wish you a Merry Christmas! – начал Мерри, протягивая ошарашенному парню гору подарков. - And the Pippin New Year! – закончил за него Пиппин, протискиваясь поближе к столу. Хоббитов Феанор-эльф встретил спокойней, чем гномов. Грубо говоря, он уже было начал кричать, но подзатыльник вежливости от Нэрданель заставил его заткнуться на пару октав раньше. Остальные же обитатели и гости замка встретили полуросликов радостно, тут же усадили их за стол и начали расспрашивать и кормить, так как хоббиты решительно отказывались говорить, пока их не накормят. Как оказалось, нолдор многого не знали о хоббитах. Бильбо рассказал о своем путешествии к Одинокой Горе, о лесном королевстве Трандуила, о величии Ривенделла и о том, как погиб последний дракон ( Мелькор и Саурон, обняв Феанора-барашка и Феанора-эльфа, синхронно рыдали). Фродо и Сэм, поведали о том, как нелегко было добираться до Мордора, как сильна была власть Кольца и хитрость Голлума, извинились перед Сауроном за то, что зашли к нему в дом без разрешения и навели там небольшой бардак ( майа, еще не отошедший от смерти Смога, их великодушно простил), а Пиппин и Мерри наперебой рассказывали о том, как, не без помощи энтов, был разрушен Изенгард ( где-то за дверью послышалось бормотание Сарумана « Нелюди!»), как храбро сражались люди против полчищ Мордора и как погиб Ангмарский Король-Чародей ( в это время бедняга Майрон взахлеб пил уже десятую баночку валерьянки, утирая слезки). Гендальф же не стал ничего рассказывать, а просто сунул в руки нолдор десяток газет с политическими и прочими новостями Средиземья Третьей Эпохи и закурил трубку. А потом Хьюго сбегал до их с сестрой дома, притащил оттуда радио и, под звон Курантов и радостное блеяние Феанора, наши герои встретили свой первый Средиземский Новый год.