От дозорного до преступника

      Святая Земля Мариджоа. Совет королей. Люди, прибывшие на Святую Землю, так себе и представляли её. Все здания, деревья, да даже камушки были начищены до блеска. На этой земле даже воздух был чище, чем во всем остальном мире. Он пах свежестью и морским бризом. Улицы кишели Тенрьюбито, катавшимися верхом на рабах и имея личную свиту в виде агентов, к которым относились также, как и к «лошадям». Еще они держали на поводке нескольких рабов, которых выгуливали, словно собак. Рэйджу это не шибко нравилось, так что на такие «караваны» она предпочитала не смотреть.       Они плыли сюда на корабле с надежной защитой множества дозорных, голоса которых иногда порядком раздражали. Девушка даже чувствовала редкие приливы энергии на одной только мысли о желании заклеить им рты. Впрочем, так ни разу и не проронила ни слова против, проявляя недюжинное терпение. Сойдя на берег, они сразу отправились в замок.       Всех глав государств собрали в уютном садике с идеальным зелёным газоном, дорожками, ухоженными фонтанчиками и лавочками. От всего этого так и веяло благородством и холодом. Короли не слишком тепло общались из-за количества разномастных разногласий, фраза «сколько людей — столько и мнений» как нельзя лучше подходила для описания ситуации, однако большинство сходилось к выводу, что на этом собрании так ничего и не решат, всё закончится очередным скандалом и объявлением бессмысленной войны.       Здесь присутствовали главы всех признанных государств, даже королевства Джерма. Её представителями выступали Рэйджу, Джадж и Ичиджи. Все люди уже знали про неудавшуюся свадьбу с одной из дочерей Большой Мамочки и косо посматривали на них, на первых порах держа язык за зубами, но после до ушей то и дело долетали различные комментарии. В толпе можно было услышать довольно неожиданные фразы, некоторые из которых походили на сонный бред.       От безобидного и почти незначительного искажения правды…       — Вы знали, что свадьбу сорвал новый адмирал?       — Я слышал про него. Делает, что ему вздумается, часто ведёт себя как ребёнок и никого не боится.       — Главное, чтобы знал своё дело.       … до глупостей.       — Да он точно один из Джермы. Иначе зачем ему спасать этих отбросов? — спросил полушёпотом представитель одного многочисленных королевств, озираясь по сторонам в надежде, что никто лишний его не услышал. Вышло это у него, мягко говоря, плохо.       — Да какая Джерма? Он имеет связи с Тенрьюбито, иначе с рук ему все выходки не спускали бы, — сказал уже его товарищ таким же полушёпотом, но из-за его грубого голоса получилось ещё хуже, так, что на него обернулись десятки людей.       Рэйджу, достаточно наслушавшись всей этой отборной каши, решила уйти и побыть в одиночестве, так как непонятно от чего устала. Ей захотелось отдохнуть от своего высокого статуса и дурной славы, напрочь забыв про это, давая волю мыслям о своей личной жизни. Порыскав по округе, она наконец нашла свободную лавочку, находящуюся поодаль от скопов людей. Сев на нее и осмотрев пустующие рядом с собой места, Рэйджу все-таки смогла расслабиться.

В том же замке.

      В огромном зале, сокрытым дверьми, находились люди. Человеку, прильнувшему к двери, показалось, что они приклонили колено перед кем-то. Через пару секунд, послышались шаги ещё одного человека.       — Им-сама, мы ждём ваших указаний. — Это был грубый мужской голос, полный уважения и покорности к тому человеку, к кому обращался. Любопытство от такой интонации у человека за дверьми возросло и он, нахмурившись и приставив руки в форме рупора, прислонился еще ближе, надеясь расслышать дальнейший разговор более четко.       — Вы уже начали подготовку к Великой чистке? — Обладатель такой весьма пренебрежительной и очень высокомерной манеры говора вызвал у нагло подслушивающего отвращение. Вообще удивительно, ведь это был только голос, а, как известно, по нему человека не судят, да и кто бы осмелился, если бы знал его в лицо?       — Да, Им-сама, — серьёзно отозвался еще один. По интонации можно было понять, что у него слишком серьезное лицо и хладный нрав — Целью станет Охара и все её жители, как вы и приказывали.       — Им-сама, свет свечи, что должен быть задут ветром истории, вновь… — сказал басистый мужской голос, судя по говору он принадлежал очень старому человеку. Откуда там такое разнообразие?       — Вы решили, кто? — прервал его речь мужчина, обращаясь тихо и пассивно. Человеку пришлось приоткрыть дверь, так, чтобы никто не заметил, но быстро бросил эту затею, ложась на пол, ибо через щёлку звуки проходили громче.       — Если да… назовите нам имена… — поддержал его еще кто-то.       Каждый высказался, по интонациям можно было понять, что они обращаются к уважаемому человеку, стоящему на несколько голов выше них самих. Человек даже задумался над тем, знает ли он его, ведь имел обширные связи и наверняка мог запомнить, как вдруг его из мыслей его вывел тот же высокомерный голос.       — Монки Ди Луффи…       Услышав это имя, человек побледнел и, сам того не заметив, заскрипел зубами. После минуты лежки на полу без дела встал и, погрузившись в глубокую думу, направился к выходу из замка.

***

      Ночь у Луффи выдалась вполне спокойной, он был полностью погружён в свои мысли, которые в основном крутились вокруг Рэйджу. Он даже не заметил, как к нему подлетел ворон и, наматывая круги, с интересом поглядывал на человека, занявшего его место. Монки вытянул руку, птица чуть отшатнулась, но спустя минуту вспорхнула на его плечо и продолжила рассматривать лицо адмирала. Пошарив в кармане, он нашёл несколько орешков и протянул их на открытой ладони. С недоверием она съела первый орешек и, не почувствовав подвоха, быстро расправилась с остальными.       Луффи вяло улыбнулся то ли от усталости, то ли от сомнений, что терзают его.       — Хотел бы я узнать, что ты видел в своей жизни… счастлив ли ты быть свободным?.. — он вздохнул, понимая, что вопрос останется без ответа.       — Конечно.       От такой неожиданности Монки потерял дар речи и прожигал взглядом ворона, сидящего на руке. Он ещё несколько часов пытался повторить произошедшее, но всё, что издавала птица, было обыкновенное карканье, словно издеваясь над ним.       — Кажется, я схожу с ума…       Утром адмирал уже разбирался с бумагами, дабы отвлечься от произошедшего ночью, и ему помогло. Работы было так много, что кроме неё подумать о чём-то ещё не давалось возможности. Зоро решил зайти к нему, когда тот пропустил свой любимый завтрак.       — Лу, ты живой тут? — Ророноа без стука вошёл в комнату и увидел спящего за столом друга. Он ещё раз окликнул его, тот подскочил от неожиданности, к его лицу прилип лист бумаги, а глаза были полны усталости и желания мирно поспать.       — Что?.. — сонно спросил Луффи, не замечая листка и оглядываясь по сторонам, желая понять, что произошло.       — Нам нужно сойти на берег за продуктами, провизия кончается и… — Зоро пальцем указал на свою щёку, желая привлечь внимание друга к листку. Через пару минут он стал понимать где он и кто он. Чуть тряхнув головой, всё-таки снял листок, после чего кивнул головой, мол, закупим на следующем острове. Как только Ророноа вышел, он продолжил работать с бумагами.       Через пару часов они причалили к одному из островов Нового Мира, который находился под защитой Шанкса. Сойдя на берег, Монки отдал указания команде, а сам решил немного развеется и прогуляться. Идя по улице и увидев его флаг, Луффи остановился и снял шляпу, подаренную пиратом.       — Король Пиратов… — произнёс он с некой досадой и отчаянием. В его голову невольно полезли давние воспоминания, от чего он грустно усмехнулся. Настроение от мысли об обещании, которое имело очень большую ценность для него, сперло, а сердце защемило.       Простояв так несколько минут, адмирал вернул шляпу на свою голову и пошёл дальше по улице. Деревня была не слишком богата, но очень мила и уютна, ухоженные дорожки, зелёная травка, массивные деревья. Каждый домик был окружён ухоженным заборчиком и имел свой небольшой цветущий садик. Воздух был очень приятным, Луффи особенно наслаждался им после пребывания на территории Большой Мамочки. Дети бегали по улицам, играя в свои игры, женщины сидели на лавочках и наблюдали за ними, болтая о своём. Один из разговоров привлёк его внимание. Он проходил за группой женщин, сидевших на скамейке, как вдруг услышал…       — Говорят, что Охара признана опасной для общества и будет уничтожена сильнейшим орудием дозора… Вызовом Пяти… — женщина говорила шёпотом, чтобы никто из детей не услышал и слова, но её голос был полон опасения и страха.       Одна из сидящих ахнула и тут же прикрыла рот рукой.       — Не может быть… а что, если наш признают опасным, нас тоже уничтожат?.. — взволнованно спросила девушка.       — Да не говори чепухи, мы же ничего не делаем плохого… — произнесла девушка с тенью сомнения.       — Я больше, чем уверена, они также думали… — Девушки отвели друг от друга взгляды и стали смотреть на своих детей.       — Неужели дозор так опустится, что станет убивать детей… Раньше было понятно: пираты плохие, а дозор хороший… но теперь… — Между ними повисла гнетущая тишина.       — Вы слышали, что говорят про дочь Джермы? У нового адмирала с ней роман, — вдруг прозвучал голос её подруги, девушка решила прервать затянувшуюся и давящую паузу.       Луффи хмыкнул, чем заставил посмотреть на него тех девушек, на их лицах показался румянец, они склонили головы в знак приветствия и уважения, он сделал тоже самое, после чего Монки развернулся и пошёл обратно на корабль. Вся команда уже была на борту с покупками и ожидала лишь его. Он быстро отдал приказы, и корабль отплыл.       Как только корабль адмирала доплыл до Маринфорда, Луффи сошёл на берег и направился к своему деду и Сэнгоку, чтобы разобраться со слухами, которые не на шутку разволновали его.       — Луффи-сан, вас вызывает главнокомандующий, Гарп-сан уже у него. — Отдав честь, перед ним встал солдат в форме капитана.       — Не волнуйся, Коби, я их и искал, — произнёс он серьёзным голосом и пошёл дальше.       — Луффи-сан, а откуда у вас медаль? — Капитан побежал за ним и никак не унимался, что вызывало явное раздражение у Монки.       — Не сейчас, мне нужно торопиться. — Он махнул ему рукой и продолжил путь. Тот никак не отставал и продолжал задавать вопросы.       — А это правда, что у вас иммунитет к любому яду?       Адмирал остановился и стал массировать виски.       — Да, никогда не выясняйся, кто сильнее ты или Магеллан, а теперь дай мне пройти к Сэнгоку. — Он обошёл Коби и зашёл в кабинет главнокомандующего, закрыв за собой дверь.       В кабинете висело напряжение, которое давило на каждого присутствующего в нём. Что больше всего встревожило Луффи, не было и следа прежней беззаботности его деда, он сидел с непривычно серьёзным лицом и смотрел на вошедшего в комнату.       — Нам предстоит серьёзный разговор… — холодным голосом произнёс Сэнгоку, те, кто его знал достаточно хорошо, могли с уверенностью сказать, что голос наигранный, а он сам взволнован.