Внутри моей обшарпанной комнаты

Стук длинных красных каблуков разносится эхом в пустой тишине коридора. Стены белоснежные: видимо, совсем недавно покрасили. Ни подтеков, ни пятен. Голубые глаза парня, спешащего за женщиной на длинных красных каблуках, бегают то к потертому полу, то к потолку, затянутому трещинами. Вырывается тихий тяжелый выдох. Это место совсем не похоже на ту клинику, где Хадсон проходил практику почти шесть месяцев после университета. То заведение было престижным, аккуратно обустроенным. Оно имело много спонсоров и впрочем довольно пациентов из богатых семей. Место психотерапевта там обещало блестящее будущее. Но весомые обстоятельства изменили курс дела, словно по щелчку пальцев. Размышления опять пролезли в голову Чейза, заставляя нахмуриться. Мысли развеялись холодным голосом женщины на каблуках: -... Так что, мистер Хадсон, - она открыла железную дверь, своим скрипом разорвавшую тишину. - Добро пожаловать в самое пекло. Она неоднозначно улыбнулась и зашла первая. Чейз странно посмотрел ей вслед, но зашел внутрь вторым, закрыв за собой противную дверь. К женщине на красных длинных каблуках подбежала небольшого роста санитарка, о чем-то раздраженно сообщая и косо поглядывая на Чейза. -Миссис Дин, оставьте это. Сейчас я расскажу новенькому что к чему, с него и спросите... - женщина отмахнулась от санитарки, даже не глянув на неё. Та самая миссис Дин цокнула языком и начала недовольно бурчать что-то себе под нос. Хадсон прошел мимо неё, из вежливости кивнув. "Надо, наверное, налаживать отношения с персоналом... " - пронеслось в мыслях. За поворотом Хадсон увидел приемную отделения. Вот тут, вероятнее всего, краски не хватило. Стены далеко не белоснежные, а скорее неестественно бежевые. Подтёки от потолка до пола, тёмные пятна, где-то не удивляющие Чейза счищенные места. Уже отсюда он начал слышать голоса из самого отделения. Смутно, но уже более отчетливо. -Хадсон, сейчас сразу покажу тебе кабинет, а потом подойдешь к мистеру Коллинсу. Он принимает новых больных... -женщина равнодушно махнула рукой в сторону приёмной. Чейз кивнул, задержав взгляд на регистратуре. -Учти, тебе досталось самое неблагополучное отделение, - проворачивая ключ в замочной скважине очередной железной двери, продолжила его спутница. - Будь максимально холоден с ними и, мой тебе личный совет, - она сжала ручку двери и посмотрела в глаза Чейза, - не пытайся им помочь. Все они - обречены. Хадсон приоткрыл рот от удивления, но не успел возразить, ибо женщина отперла дверь. Уши стали резать крики, писк пациентов. Кто-то истерично смеялся кто-то громко рыдал. Хадсон поморщился и наконец зашел в отделение. В нос тут же ударил резкий запах медикаментов, которым будто старались перекрыть вонь сигарет и... Гнили? Чейз кашлянул и нахмурился, осмотревшись. Стены коридора обшарпаны, очевидно, благодаря стараниям больных. Плитка на полу покоцана, стерта, разбита. Потолок покрыт трещинами, непонятными желтоватыми разводами, в углах висит паутина. Хадсон заметил странные бурые пятна и мысленно понадеялся, что это не кровь. -Не стой на месте, нужно успеть всё тебе показать до окончания тихого часа... - женщина спешно пошла вперед по узкому коридору. Чейз пошел следом, всё ещё бегая глазами по отделению. Возле очередной палаты он увидел мужчину в костюме санитара. -Ривз, твою мать, ещё один выпад и ты ближайший месяц не оторвешься от койки! - рявкнул мужчина. Чейз заглянул в палату и увидел растрепанного парня. Тот улыбался, отчего на его щеках выступали ямочки. Рядом с ним стояли ещё два санитара, заломавшие его под руки. -Чаки, это всё потому что твоя жена трахается со всеми, кроме тебя? - Ривз хихикнул и постарался извильнуться. Мужчина сжал руку в кулак и выпучил глаза: -Привязывайте его! -Миссис Дин каждый день обсуждает тебя со всем отделением! - не унимался пациент, даже когда его положили на койку. - Да-да, жена Чаки - шлюх-а-а-а! Кстати, красивые глазки твоей дочки достались ей от соседа-пенсионера! Санитар оглянулся на Чейза. Он был явно разъярен, зол так, что вена на его лбу была отчетливо видна. Санитар быстро отвел взгляд и зашел в палату, хлопнув дверью. Звонкий смех Ривза в один момент сменился истошным криком, скоро сорвавшимся на хрип. Хадсон обернулся на женщину: -Я должен вмешаться... -Нет, не сейчас, - она раздраженно бросила через плечо. -Успеешь ещё. И вновь поспешила вперед. Будто ничего не случилось. Чейз неуверенно отошёл от палаты, откуда до сих пор был слышен визг, смешанный с хрипом. Хадсон сжал челюсти и быстро пошел за спутницей.

***

-...С расписанием тебя познакомит миссис Дин, - женщина ещё раз бегло оглядела кабинет, на удивление, не заросший пылью, и вручила Хадсону ключи. - Располагайся. Она с неким сочувствием посмотрела на него и, вздохнув, ушла. Испарилась. Хадсон остался наедине со своей новой обшарпанной комнатой. Парень с тяжелым вздохом кинул свой кожаный портфель на потертое кресло. Нужно будет навести здесь порядок: Чейз брезглив. Недовольно он проводит пальцем по столешнице, касается связки ключей. Хадсон невольно вспоминает свое прежнее место работы. Сейчас оно кажется Раем на земле, да, Чейз? Но мрачные мысли не должны сейчас напрягать его. Нужно срочно отвлечься. На лице появляется легкая улыбка, когда он берет в руки одну из папок. Окинув взглядом остальные, он отмечает, что их не так уж много. "Наверное, отобрали избранных... "-мысленно усмехнулся Чейз. Он садится в кресло возле стола. Звукоизоляция ужасная: слышны все крики и прочие звуки. Но делать нечего. Хадсон открывает первое дело. -Авани Грегг... - читает парень. - Возраст, показания, диагноз... Биполярное расстройство, фобия клоунов... Чейз усмехнулся и потер подбородок. Он недолго подумал и перелистнул, надеясь увидеть любимую страницу с симптомами и особенностями. В прошлой клинике Чейз обожал читать данные пункты: у каждого из больных свои ебанутые симптомы. Порой абсолютно разные, но всегда чертовски занимательные. Но в папке Авани Грегг от этой страницы остались только кривые пожелтевшие корешки. Хадсон нахмурился и взял следующую папку. -Брайс Холл, - пробурчал шатен, поправляя волосы, упавшие на глаза. - деллюзия Капгра, психоз... Интересно... Хадсон в предвкушении перевернул страницу, но опять ничего. Только корешки. Чейз нервно усмехнулся и отложил вот уже вторую по счету папку. Не унимается и берет третью. -Гейдж... - Чейз вновь бегло пробежался по содержанию первых страниц. - Анорексия, просопагнозия... Неплохо. И... И, конечно, ничего. Страницы нет. Опять. Чейз откидывает папки в сторону. И берет новые. -Эбби Робертс. .. - парень листает дело, часто поправляя волосы. - Синдром Дориана Грея, депрессия... Интересно, были ли попытки суицида... Да, страницы нет. -Энтони Рииииивз, - Чейз посмотрел на фотографию и узнал того самого пациента. - Синдром Туретта, - врач усмехнулся, будто заранее знал, - эпилепсия, галлюциноз. Ясно. Чейз мельком посмотрел, есть ли следующая страница, но уже не надеялся. Её и не оказалось. Хадсон усмехнулся, обнажая длинные белые клыки. Он немного нервно поправляет волосы, улыбается и задумчиво смотрит на оставшиеся папки. "И чьих рук это дело? Папки должны были проверить, значит это было сделано незадолго до моего прихода... "- Чейз, задумчиво глядя на аккуратную папку, прикусил губу. Врач провел пальцем по шершавой обложке и легко открыл дело. Взгляд голубых глаз тут же упал на фотографию. Хадсон замер. Он убрал руку от подбородка и выпрямился, с интересом притягивая папку к себе. Убрав мягкие локоны за ухо, Чейз пристально посмотрел на фотографию пациента. Он смотрел на его белоснежные ухоженные волосы. На его идеальные, чуть потрескавшиеся губы бледно-розового цвета. Кожа без единого изъяна светлая, только под глазами немного покрасневшая. Но это не страшно. Это только подчеркивает его чистые небесно-голубые глаза, словно гипнотизирующие Хадсона. Что этот парень с ангельской внешностью забыл среди этих душевнобольных? Но Чейз вновь смотрит в глаза парня-ангелочка, замершего на фотографии, и видит пустоту. Глаза пациента пустые и выражают ничего. Взгляд в камеру даже не холоден, он просто равнодушен. Его красивые глаза - кукольные. Хадсон хмыкнул, не отвел задумчивый взгляд от фотографии. Не смог. Его завораживает изящная шея пациента, симметричные черты лица, опущенные уголки красивых губ. Он абсолютно отличается от остальных больных: он не растрепанный, без синяков и ссадин, полностью спокойный. Но Чейз хороший специалист, и он не судит книгу по обложке. Врач остановился на имени. -Ноен Юбэнкс... -погрузившись в мысли, хмыкнул он. Парень в белом халате опустил взгляд на строку с диагнозом, но его внимание отвлекли шумящие за дверью голоса. Чейз нахмурился, когда не смог разобрать слов, но, судя по всему, происходит что-то важное. Опять задержав взгляд на фотографии, психиатр поднялся и поспешил к коридору. Он не успел открыть тяжелую дверь, как на него налетела уже знакомая санитарка. Миссис Дин тяжело посмотрела на врача с ног до головы, явно неуверенно и далеко недоверчиво. -Что-то случилось? -Чейз закрыл за собой дверь и выглянул в коридор откуда доносился шум. -Юбэнкс опять затянул петлю, - голос донёсся за углом. Хадсон обернулся и прищурился, увидев парня с пышными вьющимися волосами. Он был худой, с синяками под глазами, скорее всего, от медикаментов. Но на лице сияла измученная улыбка. Блестящими глазами он смотрел на Чейза. -Мурмайер!-рявкнула миссис Дин. - В палату, быстро! Она схватилась за швабру, отчего Пэйтон рефлекторно дернулся и пошел в комнату, с усмешкой взглянув на врача. Чейз нахмурился и убрал ключи в карман. -Миссис Дин, что случилось и причем тут Юбэнкс? - Хадсон бросил через плечо и направился в коридор. -Этот чертов Юбэнкс опять... -санитарка хмуро выдохнула и раздраженно отмахнулась. - Скоро сами поймете... Чейз поднял брови, но отвечать не стал. Сложив руки за спиной, он пошел к главному коридору, откуда и исходил шум. Толпа бирюзовых костюмов окружили силуэт. Хадсон нахмурился. Пара санитаров загоняли больных в палаты, громко ругаясь и грубо толкая. Среди некоторых Чейз заметил Авани, недовольно брыкающуюся. Он увидел Брайса, кричащего на все голоса: -Я не виноват! Это не я! Я знаю, я знаю, что это мой близнец! Он заставил Ноена это сделать! Один из мужчин толкнул пациента в сторону Хадсона, двое схватили больного и заломали руки, выгнув в локтях. Холл взвизгнул от боли и попытался дернуться, но только больше наносил вред суставам, выворачиваясь. Он захныкал от пульсирующей боли и постарался не делать хуже. Чейз нахмурился, смотря, как Брайса уводят в палату. Ему следовало вмешаться, но он успеет. Нужно закрыть вопрос, который затаился среди этой толпы работников больницы. Гул голосов не утихает. Санитары склонились над кем-то, повисло раздражение. Чейз прищурился, стараясь разглядеть с расстояния. Среди ног он видит человека, но очень плохо. Однако лужица крови отчетливо блестит под светом блеклых ламп на потолке. Хадсон склонился к миссис Дин, не отводя взгляд: -Что тут происходит? В тот же момент один из санитаров сел на корточки возле силуэта. Чейзу удалось увидеть только белёсую макушку пациента, прежде чем санитар сжал его волосы в кулак и с силой ударил об стену. Хадсон поднял брови и спешно пошел к толпе. Чем ближе он подходил, тем разборчивее слышал слова санитаров. -Ох, Юбэнкс, если бы была разрешена лоботомия! -Если бы была, тут все отделение овощами ходило бы... -Доиграется он скоро, недолго ему осталось. -Ага, а пока он жив - все должны его проблемы расхлёбывать? -Его накачать транквилизаторами и дело с концом... Чейз с интересом наблюдал за ними. Какой-то санитар взял длинную палку, похожую на рукоять швабры, и грубо сунул под руки пациента. Резко подняв вверх, мужчина кивнул остальными, чтобы подхватили больного. Но тот подогнул под себя ноги и вновь приземлился на холодный плитчатый пол. Мужчина в бирюзовом костюме стиснул челюсти и выхватил палку из рук первого санитара. Он замахнулся на него, и Хадсон наконец протиснулся через толпу, опомнившись. Но было поздно. Санитар треснул рукоятью по хребту Юбэнкса так, что тот рвано схватил воздух ртом и кашлянул, опустив голову вниз. Чейз видел только соломенные сухие волосы, закрывающие лицо. Пациент смотрел в пол, и Хадсон заметил тянущуюся с губ алую ниточку. Ноен кашлянул и на плитке осталось красное пятно. Чейз нахмурился: -Что случилось? Услышав новый голос, пациент медленно поднял голову и вальяжно откинулся к стене спиной. Прижавшись затылком к холодной поверхности, парень смотрел на врача. Чейз замер. Санитары старались что-то донести до мистера Хадсона, но тщетно, ибо он их не слушал. Он пристально смотрел вперед, не моргая. Это же тот самый парень-ангел с фотографии. Правда Чейз едва узнал его. Вместо идеальной внешности он видит лохматые нерасчесанные волосы, подбитые, искусанные до кровавых подтеков губы, садины на впадших щеках. Следы от ушибов покрывают всё тело: где-то новые, багровые, а где-то серые, уходящие. На шее видна розовая полоса: скорее всего, от удушения. На кистях рук четкие отметины, словно от наручников, которые вонзились в кожу холодным металлом. Под глазами темные, красные синяки. Они придают парню вид мертвеца, не иначе. Хадсон не видит ничего общего между этим больным и тем парнем с картинки. Сейчас, когда от искусанных губ тянется нитка крови, смешанная со слюной, когда волосы топорщатся во все стороны, когда на худощавом лице появляются новые царапины, Чейз не видит ничего общего. Кроме одного. Глаза. Как бы ни было изуродовано тело этого парня, его глаза, светлее неба, остаются прежними. Они такие же пустые. Ноен смотрит на Чейза, но равнодушно. Ни негатива, ни надежды. Там нет ничего. Перед Хадсоном кукла. Она идеальная, просто попала не в те руки. Эта кукла хрупкая, аккуратная. И у неё стеклянные глаза. Какой бы реалистичной она ни была - всё та же безжизненная кукла, которая априори не может иметь души. Потому в его глазах её и нет. Ноен смотрит в глаза врача и слабо приподнимает уголки губ в усмешке. Чейз хрипло выдыхает и медленно отводит взгляд в пол. -... Так что, если хотите, то можете потратить свое время на эти глупости... -Хочу, приведите мне его и Брайса Холла. И Хадсон развернулся с тем же холодным видом. Он врач, все эмоции должны быть глубоко спрятаны. Огибая санитаров, он чувствует взгляд на себе.