168 часов

«I'm a bad boy doin' good things» «Come on, follow along feel the groove And get yourself to move Get your ass to the dance floor I said, get your ass to the dance floor» Yung Bae feat. bbno$ & Billy Marchiafava — Bad Boy.

      После моего странного ответа, Хосок резко меняется в лице. Он медленно берет из вазочки клубнику и поворачивается ко мне. С хищной улыбкой, парень плавно приближается и шепчет в ухо:       — Открой рот.       Я послушно делаю это, и он кладет ягоду внутрь, аккуратно отрывая хвостик.       — Good girl, — Хосок расплывается в улыбке.       Рот наполняется кисло-сладкой жидкостью, а парень, не отрываясь, смотрит на мои губы. Обстановка накаляется. «Действительно, почему? Может, не нужно, как обычно ляпать что попало».       — Х-Хосок.       — М-м-м-м? — мурчит парень, кладя руку на мое бедро.       — Ты… Это… Облился чем-то.       Хосок останавливается в десяти сантиметрах от моего лица. Я уже чувствую его дыхание на своей щеке.       — Чего?       — У тебя рубашка грязная.       Парень быстро переводит взгляд на область живота. И, вправду, возле пояса красуется заметное пятно от чего-то красного.       — О, это вино. Да ладно, все равно скоро не понадобится.       — Надо застирать, — говорю я, икая.       Хосок не улавливает, что происходит. Он вроде и пытается соблазнить, но почему-то все идет в какой-то тупик.       — Я пьян, — парень обворожительно ухмыляется, — помоги, раз тебя так волнует моя рубашка.       «Я и свои вещи забываю постирать, а тут парень явно с причудами хочет меня прачкой сделать. Но как мне еще найти чертового Юнги?»       — Я застираю, но с тебя причитается.       Парень видимо неправильно понимает, что я вкладываю в это «причитается» и игриво соглашается. Он ведет, а, точнее, я помогаю ему провести меня в ванную.       — Ого… — протягиваю я, осматривая ее.       Комната поражает своими размерами. Взгляд тут же натыкается на джакузи.       Хосок, недолго думая, снимает рубашку и подает мне, все еще заигрывая. Мое лицо ничего не выражает. Замочив и нанеся на пятно мыло, я с усилием начинаю тереть. Хосок подозрительно притихает. Когда я наконец-то оттираю и поворачиваюсь, чтобы показать свою работу, то осознаю, что парень уже давно нежится в джакузи. Он приподнимается на локтях у края и смотрит на меня.       — Отличная работа, залазь уже, — нетерпеливо говорит он.       — Да блин. Хосок. Мне нужна твоя помощь, — я твердо смотрю на парня.       Парень приподнимает бровь.       — Ты ведь знаешь Мин Юнги?       Он недоуменно смотрит на меня.       — Ну знаю, а что?       Хосок не может понять к чему я клоню.       — Можешь познакомить?       — Зачем он тебе? Тебе что, травка нужна?       — Какая травка, мне нужен Тэхен.       Хосок окончательно теряется. Парень вылезает из джакузи и тут же понимает, что зря это сделал. Однако мое постное лицо не выражает никакой заинтересованности. Членом студента медицинского университета не удивить. Парень поспешно заворачивается в полотенце.       — Я могу его набрать, но он тот еще ёж.       — В смысле?       — Так, а что ты конкретно от него хочешь?       Я заминаюсь. Хосок хватает из моих рук рубашку.       — Мне надо узнать, когда Тэхен будет в городе.       — Зачем? Ты сталкер? — парень поднимает бровь, изучающе осматривая меня с ног до головы.       — Ну нет, я фанат, — как-то неуверенно мямлю я.       Хосок серьезно рассматривает меня.       — Перепил я, а бредишь ты, — отрезает он.       Парень уже успевает натянуть свои штаны и накинуть рубашку, несмотря на то, что она остается насквозь мокрой. Он уже собирается выйти из ванной.       — Хосок, постой, да не сталкер я. Да мне надо его в фонтан столкнуть, — отчаянно кричу я ему в спину.       Парень от этого вообще в осадок выпадает.       — Ты у психиатра давно была? — он уже распахивает дверь, тут же сталкиваясь с Лин.       Подруга грозно смотрит на Хосока, уперев руки в бока.       — Лин, твоя подруга чокнутая.       — Хосок, какого черта ты творишь?       Они произносят это в унисон. Сзади Лин появляется голова Чимина, и я вижу его одновременно злое и грустное лицо.       «Цирк-шапито, а я главный клоун», — проносится у меня в голове.       Через полчаса громких споров, Хосок начинает уже заводиться. Сдавшись, он выходит из комнаты и набирает Юнги. Через какое-то время он возвращается и произносит:       — Я сказал Юнги, что приеду за травкой. Ты едешь со мной, а вы, — он кивает Лин и Чимину. — Делайте, что хотите, короче.       Лин хочет что-то возразить, но я останавливаю ее, сжав запястье.       Чонгук скорее всего неправильно понимает то, что я быстро покидаю квартиру за Хосоком. В голове проносится, что когда-то нужно будет это ему объяснить, а потом я понимаю, что ему нет до этого никакого дела.       Хосок успел уже вызвать такси. Когда оно отъезжает от дома, парень наклоняется ко мне и произносит:       — Только, пожалуйста, не говори чуши при нем.       — Слушай, я не чокнутая. Так просто получилось…       — Получилось так, что либо ты слушаешься меня, либо я остановлю машину, — предостерегает меня Хосок.       Я смотрю на него.       — Вот это ты доминировать любишь.       Парень недолго сверлит меня взглядом, а потом внезапно подмигивает.       Район Юнги, мягко говоря, непрезентабельный. Хотя после жилья Чонгука все может показаться блеклым.       Хосок заходит в один из подъездов и поднимается на второй этаж. Дверь открывается спустя какое-то время. На пороге стоит Юнги в трусах и длинной майке. Мне сразу же в глаза бросаются ярко-голубые волосы парня.       — Сексуальный вид, — задумчиво протягивает Хосок.       — Ты пришел доебаться? Это еще кто? — недовольно шепелявит парень.       Юнги устало рассматривает меня с ног до головы. Хосок что-то бурчит про то, что в ногах правды нет и протискивается внутрь. Я быстро следую его примеру. Юнги не похож на гостеприимного хозяина, да и мы приперлись в час ночи. Хосок о чем-то треплется с парнем, доставая деньги из кошелька.       — А эта твоя будет брать? — Юнги вопросительно смотрит на меня.       — А… ага, — бездумно говорю я, и вижу недовольный взгляд Хосока.       Юнги протягивает мне пакетик, и забирает последние деньги, которые у меня были.       — Раз пришли, может раскурим? — говорит Юнги, почесывая затылок.       Мы проходим внутрь кухни. Мягко говоря, кухня в минималистичном стиле: обшарпанные обои, гора грязной посуды в старой раковине, остатки какой-то неопределяемой еды и переполненная окурками пепельница.       Юнги быстро садится за стол и мастерски делает самокрутку. Хосок напряжен и настороженно посматривает на меня. Мне же уже все равно, что происходит. Я решаю просто плыть по течению. «Вот помню говорили на лекции про плюсы травки…» — проносится у меня в голове.       Мы сидим и курим. Молча. А потом нас раскумаривает. И почему-то быстрее всех накрывает Хосока. Он начинает безудержно смеяться, изучая пальцами все, что видит. Когда первая волна немного отпускает, парень отправляется искать по кухне еду. И все, что попадается ему — он тут же поглощает.       Юнги ржет с него и продолжает делать затяжки. Я чувствую как все вокруг стало до боли ярким, а тело невероятно расслабилось. Все цвета усиливаются в тысячу раз, приобретая расплывчатый ореол. Если бы не было стола, я, наверное, скатилась бы и растеклась по полу.       Юнги по-очереди перетаскивает нас в спальню, кидая на кровать. Хосок продолжает ржать, Юнги тоже. А меня почему-то тянет трогать все, что находится вокруг.       Юнги устраивается между нами с Хосоком и смотрит в потолок. Я рассматриваю его профиль в полумраке; яркие голубые волосы разметались по одеялу. Мне дико хочется почувствовать, какие они на ощупь и я беру прядку, накручивая на палец.       — Какие мягкие-е-е волосы, Юнги, — протягиваю я.       Хосок заинтересованно поворачивается на бок, закидывая ногу между ног Юнги, и повторяет за мной.       — Ребят, вы что обкурились, я вам кот, что ли, — ржет парень. Его смех прокатывается электрическим током по моему телу.       Я наклоняюсь к его голове, вдыхая аромат волос.       — Ты пахнешь как ментол, — я хихикаю.       — Шампунь с ментолом, — парень переворачивается на живот, упираясь ладонями в матрас, слегка нависая надо мной. Хосок откатывается на край кровати, не переставая смеяться.       Юнги нагибается ближе ко мне, дотрагиваясь носом до волос.       — О нет, не принюхивайся. Я сегодня переодевалась в туалетной кабинке, — я пытаюсь отодвинуть лицо Юнги.       Оба парня разливаются в приступе смеха.       — Юнги, она спец по презервативам, — внезапно выдает Хосок, придвигаясь к парню.       — Чего-чего? Ты ее поэтому привел?       — Не-е-е-е. Она просто чо-о-о-окну-у-утая, — протягивает Хосок. — Она хочет…       Кажется, начинается фаза болтливости, и я, с неимоверной ловкостью и быстротой для моего положения, затыкаю рот Хосока. Парень продолжает что-то бубнить, лизнув мои пальцы. Юнги заинтересованно прищуривает глаза, не обращая никакого внимания на перекинутую через него руку.       Видимо, трава слишком странно подействовала на меня. Все, что происходит начинает возбуждать меня: пристально смотрящий сверху Юнги, красиво смеющийся Хосок, его горячее дыхание на моей ладони. «Эх, если бы тут был Тэхен», — мечтательно ловлю мысль я, продолжая гладить волосы Юнги свободной рукой.       — Юнги-и-и-и-и, ты был когда-нибудь в Париже? — мечтательно говорю я.       Парень, устав опираться на руки, падает на кровать. Его лицо совсем рядом с моим.       — Я выгляжу как человек, который побывал в Париже? — Юнги внимательно смотрит на меня.       Я думаю о том, что нужно сказать что-то еще, другого шанса не будет. Но все вокруг расплывается, и я не могу никак сосредоточить свое внимание и собрать мысли в кучу. Вдруг тишину прерывает сопение со стороны Хосока.       — О, ну все. Этот готов, — весело говорит Юнги, двигая тело парня на край кровати.       Я приподнимаюсь на локтях, наблюдая за ним. Юнги возвращается на свое место и тут же ловит мой внимательный взгляд.       — Чего ты на самом деле хочешь от меня? — внезапно серьезно говорит он.       — Юнги… Мне нужно как-то пересечься с Тэхеном.       Парень хватает мои руки и, оседлав, нависает надо мной. Травка еще работает, и я даже не пытаюсь остановить то, что происходит. А стоит.       «Божок оказывается приносит не благословение, а неприятности на попу, — проносится у меня в голове. Юнги сидит в такой позе и изучает меня. — Это травка работает или это просто сексуально?»       — Что ты от него хочешь?       — Поговорить.       — О чем?       — Ни о чем и обо всем… — от такого странного ответа меня аж саму передергивает.       Юнги беззвучно ржет и опускает свою голову на мое плечо. Но, не рассчитав усилие, он придавливает меня к матрасу.       — Ты его не знаешь, — шепчет парень, задевая губами шею.       — Но я хочу узнать…       — Бля, да от тебя правильностью за версту тянет, — как-то зло протягивает он, нависая надо мной.       Я хватаю его за волосы и притягиваю к своим губам. «Эх, а начиналось все так хорошо… Божок явно меня не в то место поцеловал. Его поцелуй в лоб, как отправление в последний путь покойника».       Поцелуй длится, как будто целую вечность. Но Юнги отстраняется и почему-то кусает мою губу.       — Если ты думаешь, что это что-то поменяло, то ошибаешься.       — Пфф. Не буду я тебе ничего доказывать. Бесишь, — сквозь зубы пропускаю я, толкая парня в плечо.       Это звучит резко. И я не могу точно понять почему это сказала. Какая-то часть меня ноет из-за того, что близость прервалась. Юнги слезает с меня, и устраивается на край кровати, вытаскивая откуда-то снизу сигарету.       Я тоже сажусь на кровати, поджимая под себя ноги. Мы сидим молча. Юнги смотрит в пустоту, затягиваясь и медленно выпуская дым. Я смотрю на его ссутулившуюся спину и худые плечи.       Молчание прерывают звуки уведомлений на телефоне Юнги. Парень лениво поднимает телефон, и свет экрана отражается на его лице. Я замечаю, что мой телефон тоже светится. Юнги резко подскакивает, и пепел с сигареты падает на его ступню, но он не обращает на это никакого внимания.       Я быстро проверяю свою почту. Сообщения летят, не прекращаясь, как бешеные. Я открываю первую же ссылку от Лин. Заголовок гласит:

«Ким Тэхен, недавно ставший популярный парень-модель, внезапно удалил все аккаунты из социальных сетей».

      Я перевожу взгляд на Юнги, а на нем нет лица. Его телефон падает рядом со мной, и я не могу сдержаться, чтобы не посмотреть на экран:

«Юнги, мне хуево. Приедь, я оплачу. Я не хочу никого видеть… Ебаные репортеры и фанаты. Ты мой последний шанс выйти из этого снова».