Возвращение
28 мая 2020 г., 16:03
I'm tired of the city Scream if you're with me If I'm gonna die, let's die somewhere pretty Troye Sivan — Take Yourself Home
Юнги встревожено сверяется с геоданными, чуть ли не переходя на бег. Тэхен сказал, что просидел все время после новостей в отеле. Но сейчас: из-за кошмаров, — не мог больше оставаться за стенами. Скрыв как можно сильнее свое лицо, парень решил ждать друга в парке. Найти его оказалось довольно легко, несмотря на то, что он спрятался в глубине парка за кустами. Тэхен сидит рядом с небольшим фонтаном. Точнее сидит нечто: в панамке, очках, маске и закутанное в пальто. Казалось, парень даже не двигается, больше напоминая пугало. Юнги зовет его, и Тэхен тут же оборачивается к нам. Он резко встает и подбегает, впечатываясь в друга крепкими объятиями. — Господи, как я рад, что ты приехал… — голос дрожит. Юнги кладет свою ладонь на макушку Тэ, гладя его по голове, и терпеливо ждет, когда его отпустят. Я стою недалеко от них и не могу поверить своим глазам. Это настоящий Тэхен. Настоящий в прямом смысле. Мое сердце бьется как ненормальное. Я думала об этом почти каждый день последние полтора года. Но не так представляла нашу встречу. Наконец-то Тэхен отстраняется от друга и замечает меня. Сквозь очки и маску непонятно, что у него на лице. — Юнги, кто это? Юнги чешет затылок и, не смотря на меня, отвечает: — Да так… знакомая одна. Я смотрю на спину Юнги. Его слова почему-то отражаются тянущей болью внутри. Но кем как ни просто знакомыми могли бы мы быть. Он совершенно не знал меня, а я насильно влезла в его жизнь, заставив вывернуть наизнанку свои воспоминания. Тэхен доверчиво здоровается, и я делаю тоже самое. Я замечаю, что парень держит руку Юнги в своей. — Я дико хочу кушать, Тэхен, — улыбаясь говорит Юнги, поправляя панамку друга. Тэхен определенно улыбается. Наверное впервые за последнее время. — Я… Я кое-что взял с собой. Идем. Идемте сюда. Парень тянет Юнги за собой, и я неуверенно следую за ними. На скамейке, где Тэхен отпугивал ворон, стоит небольшой пакет. Юнги сразу же заинтересовано заглядывает туда. Мой живот предательски урчит. Тэхен оборачивается и смотрит на меня. — Бери тоже. Тут хватит. Я нервно смотрю внутрь и достаю круассан. Мы с Юнги поглощаем еду как не в себя. Тэхен сидит рядом и, не двигаясь, смотрит на фонтан. Вокруг тихо, и доносится только наше с Юнги чавканье. Еда быстро заканчивается. — Тэ, я не твой психотерапевт. Но я всегда буду рядом и помогу, если тебе нужно, — говорит Юнги. Тэхен кладет голову на плечо друга, вцепляясь пальцами в его руку. Я точно уверена, что слышу его приглушенный плач. Мы сидим какое-то время в тишине, пока дыхание Тэхена не выравнивается. Я все больше чувствую себя лишней здесь, как будто это было не очевидно с самого начала. Внезапно, Тэ подходит к краю фонтана и присаживается на него. По воде плавает стайка утят. Парень рассматривает их и крошит хлеб, кидая его на воду. Я неуверенно подхожу, держась поодаль, и начинаю наблюдать за ними. Парень ломает оставшийся хлеб пополам и протягивает мне одну часть, безмолвно предлагая присоединиться. Сзади налетает стая голубей, учуяв запах еды. Я испуганно отступаю, пытаясь увеличить расстояние между нами, и спотыкаюсь об край фонтана. Тэхен пытается схватить меня и предотвратить падение, но падает вместе со мной. В холодную воду. В холодную воду фонтана. И вместо того, чтобы быстро вылезти, он продолжает там лежать, смотря на лениво плывущие облака. Мое тело словно пронзают ледяными иголками, а изнутри обжигают слова Джина. «Ты получишь Тэхена только в том случае, если искупаешь его в фонтане». Но нужен ли мне действительно Тэхен, а уж тем более нужна ли ему я. Я уже ни в чем не уверена. Юнги подходит к нам. — Вы долго там отмокать собрались? — Присоединяйся, — говорит Тэхен. Я вылезаю из воды и думаю о том, что это первое купание за эти дни. В парижском фонтане. Тэхен вылезает следом. Мы стоим, как два мокрых пугала: вода ленивой струйкой стекает по одежде, облепившей тело. Я вздрагиваю от порыва холодного ветра, обхватывая себя руками. Юнги лишь тяжело вздыхает, качая головой. В отеле Тэ просит номер для меня. Я думаю о том, что мне нужно будет вернуть деньги Лин, потому что мои последние сбережения улетели в карман Юнги за траву. Подруга успела скинуть мне небольшую сумму перед тем, как пропала без связи. Я хочу быть рядом с ней, чтобы поддержать. Но Чимин поможет лучше. Наконец-то я могу покупаться. Приятное чувство чистоты. Но сколько бы я ни натирала свое тело, внутри все испачкано и только время могло очистить это. Чимин тоже перестал отвечать. Я пишу ему, но он даже не заходит. Зато написал Джин. «Вы нашли его?» Я смотрю на это сообщение. «Что же внутри него? Он все же беспокоится о брате или продолжает быть заложником своей ненависти?» «Да» Джин прочитал, и что-то пишет. Но не отправляет. Пишет и стирает. Не дождавшись его ответа, я выхожу из сети. На город опускается ночь. Юнги в номере Тэхена. Я лежу на кровати и думаю: о них, о Лин, о Джине. Каждый приоткрывает двери своих шкафов со скелетами. Тяжело видеть поломанных людей. Через открытое окно доносятся отдаленно уловимые звуки ночного города. Начинает снова сосать под ложечкой. Начинаю погружаться в сон, но неожиданно слышу стук в дверь, и лениво иду встретить незваного гостя. На пороге стоит Юнги. Он смотрит на мои все еще не высохшие волосы. — О… Ты из душа. Я устала и вымоталась настолько, что безэмоционально смотрю на его лицо. Мы молча стоим какое-то время. Тишину прерывает нерешительный голос парня. — Я… — Зайди, — я отодвигаюсь, приглашая его внутрь. Парень послушно прикрывает дверь и проходит в номер. Из-за ограниченного количества одежды, а, точнее, полного его отсутствия, мне пришлось остаться в халате и застирать комбинезон. В зеркале напротив входа, я замечаю свое отражение. Какая-то маложизненная биомасса. — Как Тэхен? — спрашиваю я, отходя от зеркала. Юнги присаживается на край кровати, опираясь локтями в колени. На нем новая одежда, явно не его размера — видимо, Тэхена. — Он заснул. — А что теперь будет? Юнги смотрит на меня и разводит руками. — Вернемся домой, и пусть его брат затыкает желтую прессу. Когда-то все забудут об этом. — Но не мы… — тихо говорю я и ощущаю щемящее чувство внутри после того, как произношу это «мы». — Не мы. Мы сидим рядом на кровати и смотрим в окно. Я перевожу взгляд на него и вспоминаю о том, что происходило вчера под травкой. «Интересно, а что он думает об этом», — проносится у меня в голове, но тут же испугавшись своей мысли, я слегка качаю головой. Юнги, как будто замечает это: он поворачивается ко мне и начинает рассматривать мое лицо. Видимо, я краснею, потому что уголки его губ ползут вверх. Под травкой я не чувствовала смущения, но на трезвую голову я снова стала собой. Парень аккуратно касается моей щеки, от чего я заливаюсь краской еще больше, но не останавливаю его. Он не пытается поддеть мое смущение, а только медленно продолжает, как будто ожидая, что я попрошу его остановиться. Я чувствую его губы на своей шее. Во мне просыпается желание. Вчера я подумала, что это было из-за травы. Сегодня найти другие причины сложно. — Юнги, — тихо говорю я. — Я не хочу переспать с тобой и разойтись. — О… ну мы же еще не занимаемся сексом, — шепчет парень, слегка прикусывая мою губу и я ощущаю, что он улыбается. Все внутри полыхает. Но парень снова резко отстраняется и опускается на спину, раскидывая руки вдоль постели. — Здесь такие удобные кровати. Я улыбаюсь. Юнги смотрит в потолок и молчит. — Я это… — начинаю говорить я. — Я не тот, с кем можно построить безоблачную жизнь, — почему-то серьезно говорит он. Мне хочется снова почувствовать его на себе. Его прикосновение или поцелуй. За стеной тот, ради которого я проделала весь этот путь. Но, кажется, цель перестала иметь такое большое значение. Разве не всегда так в жизни. Дорога важнее точки прибытия. Во мне так много мыслей. О том, что произошло, происходило и будет происходить. Я ложусь рядом с парнем, и теперь мы оба смотрим в потолок. Его рука лежит свободно рядом с моей. И я беру ее, и сжимаю. Второй перелет за такой непродолжительный период вызывает тошноту. Я смотрю на облака через иллюминатор и думаю о том, что не знаю, как вернуться в свою прежнюю жизнь. Я не знаю, как посмотреть в лицо подруге. «Если бы она могла мне открыться. Почему она продолжала скрывать от меня? Неужели не доверяла. А может просто хотела скорее забыть об этом. Жить нормально… А как это?» Мысли плывут в моей голове, пока я не засыпаю, облокотившись об окно. Я просыпаюсь от того, что мое тело замерзло. Холод проходит по всему телу, проникая гораздо глубже тонкой кожи. Я чувствую, как горячая рука Юнги касается моей ладони. — Ты воду будешь? О черт, ты вся как ледышка. Я расфокусировано смотрю на него, силясь собраться с мыслями и очнуться окончательно после сна. Парень быстро снимает свою куртку, укутывая меня. — Не облокачивайся на поверхность самолета, — говорит он, собирая мои волосы в хвост и освобождая их из-под куртки. Я все еще сонно принимаю его заботу и неосознанно кладу свою голову на его плечо. Погружаясь в сон снова, я лишь слышу его слегка недовольный голос: — Но это не значит, что нужно засыпать на мне. Господи, Тэхен, почему ты тоже лежишь на мне… В аэропорту все же пасутся поодинокие репортеры. Я вижу Джина сразу же, как только мы выходим из зеленого коридора. В моей голове все еще никак не укладывается история Юнги. Джин, увидев нас, сразу же подходит и, обняв брата за плечи, быстро уводит его к машине. Все, что он говорит нам с Юнги — сухое «спасибо». Я не могу даже посмотреть на его лицо. — Все такой же придурок, — процеживает сквозь зубы Юнги. — Еще б сто лет его не видел. Выйдя из аэропорта, мы садимся в такси, но разъезжаемся в разные стороны. Дома мне приходится долго объяснять родителям: почему я так быстро уехала, что я делала и где была. Конференция. Медицинская. В Париже. Для меня звучит как ебанутость. Для них — прекрасный повод для гордости. Переодевшись, я отправляюсь к Лин. Дверь открывает Чимин. — Лин дома? Парень говорит пройти и я понимаю как глупо выгляжу со стороны. В квартире очень тихо и пусто. — Она у Чонгука, — говорит он спокойно. Я сажусь на стул в кухне, парень тем временем ставит чайник. — Как она? — спрашиваю я смотря на спину Чимина. Он пожимает плечами. — Слушай, я не хочу говорить плохо о мертвых, но он реально кретин был. И сам виноват, что передознулся. Конечно, такое Лин не стоит говорить… Говняно, что с телом так обошлись. Ну этот Тэхен — тоже пиздец. Я громко сглатываю, закусив губу. «Не уверена, что стоит рассказывать всю правду. Или рассказать? Жалко, что нельзя стереть себе память». От чая немного мутит. Я беру со стола печенье, чтобы не вырвать. Чимин рассказывает о том, что Чонгук нормальный парень, и что он сможет позаботиться о Лин. — Надеюсь, пиар Чонгука — это не часть твоей работы. Чимин смеется и машет рукой, отрицая. — И что, ты видела этого Тэхена? — внезапно спрашивает он. — Да и что там было, после того, как ты уехала с Хосоком? Я пытаюсь придумать хоть что-то менее странное, но все заканчивается тем, что я отвечаю: — Курила траву. Чимин прыскает и, видимо, не верит моим словам. Но от дальнейших расспросов воздерживается. Хотя я и ловлю его слегка обеспокоенный взгляд. Лин я вижу в конце недели на паре. В ней словно ничего не изменилось. В отличии от меня. — И что, ты теперь будешь смотреть на меня, как на несчастную девушку, которая потеряла своего одного-единственного? — спрашивает она, подкуривая сигарету. — Я… нет. Но я не могу тебя понять, потому что ты для меня как закрытая книга. Лин серьезно смотрит на меня. — Я такой человек. И все, что я хочу сейчас, чтобы мы общались так же, как и до этого. Я приобнимаю подругу, которая никак не ожидала этого. Кажется, я никогда не показывала свою привязанность таким образом. Она отвечает на объятия. — Чонгук хочет устроить посиделки, кстати. — Посиделки? Может скорее вечеринку? — с сомнением переспрашиваю я. Лин улыбается. — Ну да, именно. Хосок точно припрется. Он на тебя зуб точит, чувствую. Я вспоминаю его. И то, как он безудержно ржал несколько часов после травы. Думаю, этот тип точно обиделся на то, что его выгнал Юнги с самого утра на улицу и даже не дал выспаться. С Джином я стараюсь не сталкиваться до конца года. Только однажды я замечаю его спину в коридоре больницы и тут же меняю свое направление. Скандал с Тэхеном утихает спустя какое-то время. Он так и не восстанавливает свои профили. Чем он занимается — неизвестно. А Юнги просто исчез. И найти его невозможно. Словно его не существовало. Из-за этого Хосок не прекращает ругаться, ведь пропал его поставщик травки.
