ПТСР

Сначала был крик Макгонагал. Потом закричали остальные. Я стою позади всех, смотрю из-за теснящихся спин: громила Хагрид, слезы текут ручьём на бороду, на руках безжиненное тело. В этот момент моя голова дергается влево, словно я пытаюсь отбросить волосы с глаз. Потом еще раз. И еще. В груди у меня печет, хочется плакать, но не получается, и я все стою и дёргаю головой, как лошадь. После того, как этот идиот Лонгботтом выпрыгивает со своим пафосом на Лорда, стоит и горит заживо (это так страшно, что мне хочется исчезнуть отсюда немедленно), неизвестно откуда взявшимся мечом срубает голову змее, все как-то резко спутывается. Толпа оттесняет меня внутрь Хогвартса, в Большой зал. Я понимаю, что не хочу больше сражаться. Никогда. Ни с кем. Как последний трус... А кто я? Трус и есть. Прячусь в дальнем углу, пока воздух вокруг кипит от заклятий, зажимаю голову руками и тихонько подвываю. В таком состоянии меня и находят родители - я слышал сквозь шум боя, как они звали меня по имени. Они пытаются поднять меня, но ноги трясутся, и встать удаётся далеко не сразу. Эпическое противостояние Поттера и Лорда мы проводим, стоя у самой дальней стены, и я рад, что далеко сейчас от них. Тело Лорда выносят из зала, я бы просто бросил его в Запретном лесу, пусть лежит и гниет под дождями и ветрами, там ему самое место. Посреди суматошного победного пира мы сидим за одним из столов, испуганные и настороженные. Отец наклонился так низко, что, кажется, вот-вот упадёт. Мать держит спину очень прямо. Как и я, она смотрит на Поттера, который стал центром водоворота, бурлящего радостью: объятия, рукопожатия, счастливые возгласы, смех. Сам Поттер не улыбается и выглядит опустошенным. Умер и воскрес. Только Поттер так умеет. В волосах у него запутались травинки, поперёк лица идет широкая грязная полоса, мантии порвана. В какой-то момент он смотрит прямо на меня. Я цепляюсь руками за столешницу, но ничего не могу поделать, голова снова - ррраз - и поехала влево. Мама кидает на меня странный взгляд. "Если она сейчас спросит, что со мной, то я закричу, - лихорадочно мечется в голове, - если она сейчас спросит, то я...". - Он сегодня спас мою жизнь, - говорю хрипло. Что-то мелькает в ее лице. Сочувствие? Понимание? - Слава Мерлину. - отвечает она спокойно. - Значит, я не зря спасла его.