Алый Демон Конохи

      Будучи одним из анбу, Какаши предпочитал выполнять задания в одиночку. Не то чтобы он не доверял товарищам, он просто боялся, что сам подведёт их. Хотя в этом он никому и не признается. Зато довольно частым спутником на его миссиях становился верный призыв — пёс Паккун. Вот и сейчас, миссия завершена, но Какаши даже не думает отзывать пса, обычно тот сам уходит. А сейчас… Какаши оглянулся и заметил, что Паккун замер, вынюхивая что-то.       — Паккун? Что-то нашёл? — Заинтересованно спросил парень, невольно напрягаясь. Потому что пёс выглядел удивленным и очень сосредоточенным. Точно что-то интересное нашёл.       — Если бы я не знал наверняка, то сказал, что тут неподалёку Кушина-сан. — Пробормотал в ответ пёс, а Какаши замер. Что? Кушина-сан? Этого ведь не может быть! Она ведь мертва, как и Минато-сенсей! Что происходит?       — Я думаю это её родственник, запах хоть и перебит кровью, очень похож на Кушину-сан. Точно тебе говорю, и похоже это ребёнок и он ранен.        Не слушая дальше своего пса, Какаши кивнул ему, как бы справившая дорогу и они кинулись вперёд. Всего через пару километров они наткнулись на того, кого искали. А Какаши сначала решил, что это действительно Кушина-сан, ведь даже чакра маленькой девочки была похожа на её. Перед глазами всё начало двоится, а Какаши на секунду допустил мысль, что это и правда Кушина-сан, шаринган не мог ошибиться, уж слишком они были похожи.        Наваждение спало, стоило Пакун слегка боднуть его головой и Какаши сразу разглядел все остальное. Рваную одежду, пропитанную кровью, побитые руки и колени. Девочка внезапно споткнулась, падая, но не переставая передвигаться. Пошатываясь, она встала, делая ещё пару шагов и снова падая.       — Так и будешь смотреть? — Возмущённо спросил пёс.        И Какаши сразу очнулся, в последний момент успевая подхватить девочку на руки. Зелёные глаза, кажется даже не разглядев его, закрылись и она окончательно потеряла сознания.        Она действительно была очень похожа на Кушину-сан. Алыми волосами, овалом лица, чакрой и запахом. Вот только это была не любимая жена его сенсея, а маленькая раненая девочка Узумаки. И Хатаке не раздумывая подхватил её на руки и помчался в сторону Конохи, ему предстояло семь часов быстрого бега, чтобы добраться до деревни. Он на автомате развеял Паккуна, даже не подумав проверить девочку на наличие ран, слишком переволновался, уходя в свои мысли и почти не контролируя округу, скорее на автомате прыгая по веткам. Лишь через час, когда он почувствовал, как по его рукам стекает кровь, Какаши остановился. Он ужаснулся от открывшихся ему ран, начиная аккуратно перевязывать их. В память о Кушине-сан, раз он не смог позаботится о её сыне, то хоть об этой маленькой девочке он позаботится и не даст ей умереть. Уж её он сможет сейчас спасти, в память о прекрасной женщине. Какаши впервые за долгое время искренне верил, что сможет помочь.

***

       Третий Хокаге в одиночестве шёл по Конохе, направляясь в сторону госпиталя. Как ему успели доложить, Какаши Хатаке вернулся с миссии, вот только не один, а с ребёнком клана Узумаки, раненой девочкой.        Хирузен был удивлён. Скорее приятно, чем нет, потому что то, что Какаши решил позаботится о ком-то, радовало. Да и раз ему так уверенно доложили, что девочка Узумаки, то это просто прекрасно.       Сарутоби всегда с сожалением вспоминал этот великий клан. Со многими Узумаки он успел вместе вести бой, спина к спине, пока их деревню не уничтожили, а сами Узумаки не исчезли. Единственную девочку, Кушину, он тоже не уберёг, ни её, ни её мужа — Минато, который стал для него почти сыном. И Хирузен очень сожалел об этом, действительно сожалел. Вот только даже с этим сожалением он не смог достойно позаботится об их единственном сыне.        Сначала утечка информации о Девятихвостом, потом ненависть и оскорбления жителей деревни направленные на маленького ребёнка. А потом этот ребёнок, не понимающий, почему его так ненавидят, просто пытался привлечь к себе внимания, получить хоть чуть-чуть, но получал лишь ненависть и презрение. Но Хокаге не мог ничего с этим поделать. Только поселить его в квартире, которая находилась в бывшем общежитии джонинов и принадлежит клану Узумаки. Хоть там его никто не трогает.       Верные анбу тенью следовали за Хокаге, на случай опасности всегда готовые защитить его. Они тихо передвигались по высокому потолку больницы, с возрастающим интересом желая увидеть ту самую Узумаки. Все же представителей этого клана давно не видели, не считая непонятного полукровку Наруто.       — Какаши, что произошло на миссии? — Хокаге заметив в коридоре известного всем Копирующего Ниндзя, решил сразу выяснить всё из первых уст.       — Хокаге-сама, — Какаши по привычке анбу встал на одно колено, и начал с момента окончания миссии: — Я уже собирался возвращаться в деревню, когда Паккун, мой призыв, что-то учуял. Он сказал… Он сказал, что почуял запах очень похожий на Кушину-сан, и я решил проверить. Через пару километров от пограничного города Тору мы нашли девочку Узумаки. Она была похожа на Кушину-сан и внешне и чакрой, хотя немного и отличается. Я решил, что она её родственница и просто не мог оставить одну в лесу, она была ранена.       — Хм… — Хокаге был задумчив и сосредоточен. Могла ли эта девочка быть родственницей Кушины? Вполне возможно, у Узукаге было много детей, эта девочка вполне может быть племянницей Кушины. Даже если нет, Узумаки пригодится не только деревне, но и лично Третьему, чтобы успокоить собственное чувство вины.       — Покажи мне девочку.        Хатаке повёл Хокаге по коридорам больницы, придя к палате тринадцать, не стучась они вошли внутрь, врач хотевший возмутиться, сразу замолчал, стоило ему увидеть Хокаге. Все же страх и уважение перед Каге испытывали все ирьенины Конохи, пожалуй кроме парочки, что не стеснялись затаскивать Хокаге на лечение и не пускать его в палаты особо больных.       — Что вы успели выяснить о девочке? — Строго начал Третий, смотря на главного среди присутствующих ирьенинов.       — Хокаге-сама, девочка явно Узумаки, скорость её регенерации поражает. Ей где-то двенадцать-тринадцать лет, точнее сказать не могу. Последний раз ребёнка с такими ранами я видел во время войны. Самая серьёзная рана на спине от катаны, останется шрам, но она не угрожает жизни девочки. У неё было чакро-истощение, но она уже восстанавливается самостоятельно, действительно Узумаки! Девочка умеет держать оружие, это можно сказать по её рукам, и её явно тренировали, я бы сказал, что она точно уровня генина, если не смотреть на чакру, столько чакры и у джонинов не всегда есть. — Ирьенин задумчиво почесал свою бородку, таких шиноби он ещё не встречал. Маленький монстр, у которого всё заживает ещё быстрее, не в счёт.       — Многочисленные ушибы и царапины мы залечили, хотя их явно было больше, но черт, простите, скорость регенерации правда поражает!        Хокаге задумчиво пожевал нижнюю губу, и наконец перевёл взгляд на больничную койку, смотря на бледную девочку. Среди белых одежд, её бледность становилась особенно явной. Но когда он первый раз взглянул на неё, то правда подумал, что это Кушина! Собственный голос показался ему чужим, когда он тихо прошептал:       — К-Кушина?       Конечно же это была не Кушина, но выглядело точь-в-точь как та в детстве. Разве что была более… Худой и натренированной. Осталось надеятся, что теперь план Хокаге сработает, а он должен сработать, потому что Узумаки просто так своих не бросают, это он знал из личного опыта.       — Когда она очнётся?       — Она очень истощена, поэтому, наверное через пару дней будет уже в полном порядке и очнётся, хотя я всё же думаю, что первое время она будет слаба. Но я никогда не имел дело с такими пациентами, поэтому ни в чем не могу быть уверен, Хокаге-сама. — Немного растеряно ответил ирьенин, задумчиво почесывая свою бородку.       — Хорошо, Какаши, ты только вернулся с миссии, но я попрошу тебя прямо сейчас приступить к выполнению новой задачи.       — Хокаге-сама? — Где-то внутри Хатаке уже понял, ему предстоит веселое времечко.       — Останешься здесь и будешь следить за девочкой. Когда она очнётся, объясни ей, где она и что произошло, и проводи ко мне. Перед этим постарайся аккуратно выведать у неё все, что только сможешь. Потом предоставишь мне отчёт. Когда девочка очнётся и я с ней поговорю, я дам тебе следующие указания, пусть она ребёнок, мы должны быть уверены, что она принесёт деревне пользу, а не вред. — Хокаге говорил четко и серьезно, он был необычайно задумчив, хотя обычно напоминал всем хоть и властного, но доброго дедушку. Сейчас же никто даже не подумал бы ему перечить.       — Хай, Хокаге-сама.

***

      Я лежала в темноте, вокруг была лишь вода, но мне было спокойно. В первые минуты, когда я очнулась в своём подсознании, я просто сидела и рыдала. Потому что тут никто не увидит, не узнает о том, как я проклинала себя за слабость. За то, что не смогла спасти всех. У троих, близких мне людей не бились сердца. И если Аники и Сору-сан ещё можно было попытаться спасти, то Хана… мертва окончательно. И мне было чертовски плохо.       Мысли сменяли одна другую, и я все сильнее и сильнее увязала в них. Мне было страшно. Я думала, что сильная, но черт, меня выбили из строя почти в самом начале. Я чуть не умерла. Но то, из-за чего мне было страшнее всего, это осознание, что если я умру сейчас, если я сдамся и проиграю, то вся моя семья точно умрет. Потому что если я умру, никто кроме меня не сможет снять печати с моего тела, а через время, если они сами спадут, то все те, чью жизнь я пыталась удержать, просто умрут. А так у них есть шанс, маленький, но шанс.       Всё же в медицине я хоть что-то понимала и мне было ясно, что только медик вроде Цунаде спасёт их. Но я не представляла где её искать. Путешествовать одной было бы чертовски опасно, потому что если я наткнусь на достаточно сильных шиноби, я не справлюсь. К тому же Узумаки всегда были лакомым кусочком, и даже если бы я попыталась перекрасить волосы и спрятать чакру, меня бы скорее всего раскрыли. Черт, и что мне делать?        Сколько продолжалась моя истерика я не знаю, время в подсознание течёт иначе, чем в реальном мире, поэтому возможно истерика была и недолго. Ха, а когда я первый раз очутилась тут, рядом был Кано-сан и я даже не подозревала, какая участь ждёт его.        Вода приятно холодила горячее тело, и я ощущала почти спокойствие. Я же Узумаки, черт возьми! Я справлюсь. Не могу не справится. Придумаю что-нибудь. У меня есть лет тринадцать, пока свитки не развеется, так что, мне просто нужно не умереть и найти Цунаде. Жопная чуйка радостно повизгивала при мыслях о Сенджу, поэтому я была уверена, что если что смогу ей доверится. А вот другим медикам, даже первоклассным — нет. Может они и спасут, а может и нет. Вообще никто не должен знать, что моя семья жива, пока они полностью не восстановятся. Лишь Цунаде вызывает у меня доверие, родственники как никак.        Идеально было бы найти Цунаде в Конохе и потом если что остаться там, но проблема в Шимуро Данзо. Каких трудов мне стоило узнать у Кано-сана, что это были за безликие, которые убили мою маму… Но он все рассказал, а я вспомнила про корень анбу. И это проблема. Потому что в этот раз среди нападавших тоже были безликие с такими же холодными эмоциями. А вот другие шиноби были из Кровавого Тумана. И есть у меня такие большие подозрения, что они просто хотели отомстить за то, что взрослые разгромили лагерь работорговцев несколько лет назад. Эх, а Коноха всё ещё была бы идеальным вариантом, но как туда попасть? И что если что делать с Данзо? Одни вопросы и никаких ответов… Шинигами-сама, и что мне делать?        Темнота надо мной стала постепенно исчезать, значит тело достаточно восстановилось и я просыпаюсь. Значит первым делом нужно будет помыться (ненавижу грязь!) и найти себе еды. Планы на сегодня ясны, истерики больше быть не должно, а значит прорвёмся, я ведь Узумаки!

***

      Вместо ожидаемого мной лесного массива, я оказалась в больнице. Характерные запахи и больничная палата явно на это намекали. Таааак, какого черта?        Эмпатия верно доложила, что прямо сбоку от меня полыхает огонёк интереса, вот только он сразу сменился на обеспокоенный, а я увидела, кому он принадлежит.        Мать моя Орочимару, папка Тобирама, только не говорите мне, что это… Хатаке Какаши. Кажется я слишком некультурно разглядывала его, разинув рот, поэтому я поспешила захлопнуть его и отойти подальше от неожиданного наблюдателя.        Вот только стоило мне спрыгнуть с кровати, как голова взорвалась болью и я чуть не упала.       — Хей, не бойся, ты в безопасности! — Явно испугавшись моей реакции заговорил человек в маске, закрывающей нижнюю часть лица. Блин, реально Хатаке чтоли? Я что, в Конохе?       — Где я?       — Хм, — Шиноби на секунду словно задумался, окидывая меня странным взглядом, но все же ответил: — Ты в Конохе. Это деревня шиноби в стране Огня. Я нашёл тебя недалеко от границы, ты была ранена. Что с тобой случилось? Ты была одна, когда я нашёл тебя.       — Хм, —Настала моя очередь думать. И мозг с лихорадочной скорость пытался решить, что делать? — Я… — Так, начнём с неуверенности. Что. мне. бл*ть. делать? Я же только решила, что в Коноху пока не сунусь, потому что тут Данзо, чьи марионетки напали на нас! Черт, черт, ладно, будем импровизировать, призываем на помощь всю фантазию и актерское мастерство и вперёд, лишь бы не проколоться слишком сильно. На крайняк кончено есть сильнейшее оружие женщин и детей — слёзы… но блин, ладно, прости Хатаке, но я использую своё сильнейшее оружие на тебе.       — Я в Конохе? И погодите… вы сказали, что спасли меня? Это… Аники! Мой Нии-сан! — И я начала рыдать. Это было не так уж и сложно, потому что страх за брата все равно присутствовал, больше чем за других, потому что его сердце уже не билось. — Мой Аники, Аники, он, они убили его, и я, и Ба-сан, и мы, и я, я не хотела, но было поздно, и я не смогла, а потом, потом, он сказал идти и я шла, шла, а потом, потом, я…        Я самозабвенно разрыдалась, ощущая полную растерянность Хатаке. Ха! Всегда срабатывает, на всех кроме Кано-сана, он может это побороть. Кано-сан… и слёзы полились с новой силой…        Вот только я не учла того, что вбежавшая медсестра в колит мне успокоительное. Оно особо не подействовало, но я решила прекратить концерт, а то вдруг Хатаке смоется, а на его место придёт какой-нибудь Морино Ибики? Бррр, нет, нам лучше оставить Хатаке, поэтому не нужно слишком его травмировать. К тому же сценарий у меня уже есть, осталось его пересказать, и возможно остаться в Конохе будет реальным выходом! Найду Нарика, дождусь Цунаде и заживу тут вместе с семьей! Хех, осталось только воплотить это в жизнь… Мд-э, отстой.       — Какаши-кун, ну как так можно! Бедная девочка столько пережила, а ты доводишь её до слез! — Медсестра с уже проглядывающийся сединой начала отчитывать его, а я радовалась в душе! Вот-вот, нечего такую маленькую меня до слез доводить!       — Я, м-ма, постараюсь больше этого не делать… — Проблеял бедный Какаши. Медсестра удостоверившись, что я успокоилась, и получив от меня вымученную улыбку ушла, а я снова осталась наедине со своим надзирателем, и сразу заговорила тихим, срывающимся голосом:       — Мы с Аники жили у Ба-сан, не родной, но мы… Помогали ей, а она давала нам жилье. У меня были только они, но в тот день… на нашу деревню напали и… и… они убили Ба-сан, а Аники, я не могла его бросить, но… но не смогла помочь. А когда очнулась… вокруг только огонь… и я… и Нии-сан. — Я настолько погрузилась в образ, что снова как наяву видела эту картину. Пусть это происходило не со мной, последние бандиты, которых я успела убить незадолго до нападения на нас, как раз выжгли одну деревушку в стране Травы. Живых не осталось, поэтому… Если захотят проверить, то доказательств, что меня там не было они не получат. — И они похоже решили, что я мертва, поэтому… поэтому я пошла… Аники сказал мне, что нужно уходить, но я не послушала его сразу… и я… я шла… а потом… Простите. Вы меня спасли, спасибо Вам, Какаши-сан!       — А, да. Не за что. — Какаши похоже находится под впечатлением от моего рассказа, поэтому не сразу заговорил снова. В итоге мы сошлись на том, что меня сейчас накормят, проведут последнюю проверку и отпустят из больницы, а он проводит меня к Хокаге, который хочет со мной поговорить.       Последнее мне не очень понравилось… но делать нечего. Какаши сделал вид, что ушёл, но я уже настроилась на него и чувствовала, что далеко он не ушёл. Мне принесли куриный бульон, хлеба и воды. Во время еды я успела все ещё раз обдумать и решила не выдавать свои настоящие навыки, придерживаться придуманной истории и постараться остаться в Конохе. Рано или поздно Цунада же должна оказался здесь? Пока это лучший план из возможных. Мне было даже немного смешно. Из оговорок Кано-сана и остальных я поняла, что я должна была стать следующей главой клана Узумаки. И сейчас я реально ощущаю себя ею, потому что весь мой клан запечатан в моих печатях и только от меня зависит, выживут они или нет. Эх, а я так хотела спихнуть эту должность на Акиру-нии.        Мне вернули мою одежду, чистую и даже зашитую. Похоже, кто-то решил обо мне позаботится. Чёрная майка со знаком водоворота, тренировочные мешковатые штаны с кучей карманов и печатями; стандартные черные сандали шиноби и мое черно-красное хаори с водоворотом на спине. Собрав волосы в высокий хвост, я приготовилась к новым событиям в своей жизни и смело шагнула за дверь палаты.        Хатаке встретивший меня скучающей миной, пошёл к выходу. Стоило выйти из госпиталя, как вскоре мы оказались на оживлённых улочках Конохи. Я чувствовала себя неуютно, потому что за десять лет этой жизни совсем отвыкла от подобного. До шести лет меня вообще не брали с собой никуда, а потом мы заходили только в относительно небольшие деревеньки и города и я очень давно не была в таком скоплении людей, хах, с прошлой жизни.        Коноха напоминала мне двадцать первый век. Такие же суетящиеся люди, которые куда-то спешат. Шум и гам, воздух хоть и чистый, без газов, но перекрыт разными запахами с рынка и магазинов. Прямо мимо меня прошла женщина, явно в дорогом кимоно и от неё так несло духами, что я не удержалась и чихнула. Какаши впервые насмешливо посмотрел на меня. Ну да, у него-то маска, а мне мучаться надо.        Вообщем Коноха меня впечатлила, но я настолько отвыкла от этого, что завидовала чёрной завистью шиноби прыгающим по крышам, и не выдержав, подёргала Хатаке за рукав.       — М-м?       — Меня сейчас стошнит, можно наверх?        Какаши с радостью принял предложение, не мне одной не нравились оживленные улицы, так что я рассматривала Коноху сверху, но уже больше с целью запомнить округу. С учётом того, что многие здания отличались от соседних, это было не так уж и сложно сделать. Топографическим кретинизмом я никогда не страдал, а потому искренни не понимала людей, которые постоянно теряются и не могут запомнить дорогу.        К резиденции Хокаге (круглому красно-белому зданию с иероглифом огня) мы пришли быстро. Внутри здание было самым обычным, ничего особенного. Вот только некоторые шиноби провожали меня ну ооо-оо-очень удивлёнными взглядами. Так и хотелось фыркнуть и сказать: «Что, Узумаки никогда не видели?».       Парень, в бандане с проектором листа вообще увидев меня, выронил изо рта сенбон, потеряно пробормотав: «Кушина-сан?». Так, персонаж знакомый и раз он спутал меня с Кушиной… Хм… Точно! Его зовут Генма, но вот кто он? Ну, жопная чуйка молчит, значит важным персом он не был. Но красавчик.       Мы спокойной прошли мимо него, Какаши вообще по-моему было на всё пофиг, а я просто старалась не отставать. Мы в основном поднимались наверх, но было ощущение, что в этих коридорах легко потеряться. Эх, не люблю лабиринты, единственное место где я могла потеряться.        Слишком задумавшись я пропустила момент, когда дверь открыли и я оказалась прямо напротив Третьего Хокаге — Хирузена Сарутоби.       — Здравствуйте, Хокаге-сама. — Вежливость наше всё, жопная чуйка напряжена, так что да, вежливость и ещё раз вежливость.       — Здравствуй. Скажешь мне своё имя? — Что за улыбочка старик?! Брррр… Мда, а в госпитале имя же уже узнали. Не доложили ему? Ладно…       — Я — Намико Узумаки, Хокаге-сама.       — Намико-чан, мне рассказали, что с тобой случилось. Мне очень жаль. — Ага, жаль тебе, что только одного Узумаки можешь получить, хренушки тебе. Я бедная сиротка, никого у меня не осталось.       — Хокаге-сама, простите, я уже всё рассказала и не хочу вспоминать… У меня был только Аники и Ба-сан, а теперь их нет… и я…       — Ты не знаешь, что тебе делать? — Вклинился в мой печальный монолог Третий. Веяло от него легкой печалью и удовлетворением. Хм… что же будет дальше?       — Да, Хокаге-сама. Если бы Какаши-сан не нашёл меня, я наверное умерла бы… Я ведь слабая… — Глазки по печальней и смотрим в пол: — Мой Аники был сильный, он обучал меня тому, что знает, но… я не смогла ему помочь, когда была нужна. И…       — Намико-чан, то что ты смогла выжить, уже говорит о том, как ты сильна… — Начался длинный монолог старика, который я честно старалась слушать, но… блин, я половину не понимала. Я слишком привыкла, что взрослые общаются со мной на равных и говорят прямо, Узумаки же. Так, что он от меня хочет-то? — Как ты думаешь?       — Что? — блин, я прослушала о чем он говорит. Вот только что-то слишком довольный он.       — Ты правильно всё поняла, Намико-чан. Если наставника удовлетворит твой уровень, то ты сможешь стать шиноби листа, стать сильной и защищать тех, кто слаб. — Пара-пам-пам, он что, решил, что я ему не верю? Ну, мне же лучше. Таааак. Стать шиноби листа, это идеально вписывается в мой хиленький план.       — Я думаю, что ты сможешь получить звание генина, раз уж брат обучал тебя. В нашей деревне большинство как раз в тринадцать лет становятся генинами. Так что ты познакомишься со сверстниками и я надеюсь, Коноха станет для тебя домом. Так что ты думаешь по этому поводу?       — Я стану шиноби? С радостью! Я уже знаю некоторые техники и владею чакрой, Аники научил меня…        В какой момент исчез Какаши, я даже не поняла. Но осознала, что с Хокаге мы одни в кабинете только сейчас (забудем про анбу на потолке, я типо не чувствую их). Так, окей, а дальше то что?       — Прогуляешься со стариком? Я покажу тебе, где ты будешь жить и все расскажу.        И мы пошли. Вопреки моим ожидания эта прогулка оказалась приятной. Хокаге хорошо знал где находятся тихие улочки, поэтому шли мы спокойно, а Третий вещал мне про Коноху и Волю Огня. Я пытаюсь слушать, честно не отвлекалась, но все равно половину не поняла. Речь сводилась к тому, что Коноха теперь мой дом, обо мне позаботятся, а мне нужно будет заботится о Конохе и её жителях.        Из полезного я узнала, что чуть больше чем через месяц будет конец учебного года и в деревне появится новые генины. И как раз в одной команде не хватает человека, поэтому я стану третей, а наставник-джонин если что будет тренировать меня, если я окажусь слабее сокомандников. На мой вопрос про место для тренировок, мне указали куда-то на восток, сказав, что там есть свободные полигоны на которых могут потренироваться все желающие. Вот только как-то мимоходом, Хокаге попросил меня убирать все печати за собой, а я и пообещала. И тут поняла, что кажется прокололась, поэтому постараюсь быстро выкрутить:       — А откуда вы узнали, что я умею ставить печати?       — Раньше, ещё до того как ты родилась, клан Узумаки и Коноха были союзниками. Узумаки всегда славились своими печатями. И была у нас в деревне одна Узумаки… все время забывала убрать печати с полигонов, а другие потом страдали из-за этого, ха-х, поэтому я и предположил, что тебя учили им. — Он лукаво посмотрел на меня, а я продолжила изображать ребёнка:       — Ну да, Аники учил меня печатям. Но я не очень люблю их делать… долго-оо. Спина болеть начинает, гораздо круче кидать кунаи! — И улыбочку в стиле оранжевого апельсина. Ой, а что это старичок так дергается? Кушину чтоли вспомнит? Хе-Хе. Я ещё и ни так могу!       — Кхм, вот здесь ты и будешь жить, пойдём. — Мы оказались у старого трехэтажного здания, кажется стоявшего здесь ещё пятидесяти лет назад. Мд-ээ, спасибо старик. Мы поднялись на третий этаж по довольно крепкой лестнице, хотя опасения она у меня все равно вызвала. Мне протянули ключ и указали на обычную дверь, чтож, здравствуй моя квартирка.        Квартира оказалась ничего такой. Обычная однушка, с раздельным санузлом, спальней и кухней. Жаль балкона не было. Мне протянули конверт, в котором на удивление оказались деньги. Оп-па-чки! С чего такая щедрость? Или я чего-то не понимаю?       — В Конохе сиротам выплачивают пособие каждый месяц. Когда ты станешь генином, будешь получать деньги с миссий и оно уже не понадобится тебе.       — Спасибо, Хокаге-сама! — Ладно, возможно старик не так уж и плох. Посмотрим. Но деньги это хорошо, у меня конечно есть в печатях, но как я объясню если что откуда у меня деньги? Печатями я светить не очень хочу.       — Когда будет экзамен, тебе передадут письмо с точной датой и временем. Сейчас каникулы, а последние две недели занятия будут короткими, поэтому не вижу смысла отправлять тебя в академию. Но если что можешь пользоваться полигонами, туда часто ходят ученики, может и потренируешься с кем. И, Намико-чан, если что ты всегда можешь придти ко мне.       — Конечно, Хокаге-сама, большое спасибо, даттебоне!       — Кхм, я оставлю тебя.        Первым делом после ухода Хокаге я проверила окрестности. Пусть сенсор из меня так себе, зато я прекрасный эмпат. И кончено я нашла уже знакомого мне Какаши, где-то неподалёку на дереве. Логично, что ко мне приставили кого-то следить, хорошо. Тогда устроим ему концерт!        После обхода квартирки, я поняла, что тут давно не жили, пыли было много, хотя пакет с вещами явно показывал на то, что сюда кто-то приходил до меня, о, бытовые мелочи, отлично! Найдя в ванной ведро, проверила воду. Отлично даже горячая есть. И началась моя уборка. Без клонов было непривычно, но я решила пока не светить ими. Блин, я почти никакие свои навыки решила не показывать, обидно прям.        Уборку я не закончила, настроилась на Какаши, который заскучал и приготовилась. Замерла посреди комнаты, резко осела на колени и начала рыдать. О как удивлением повеяло! Лови ещё порцию!       — Аники, что же я буду без тебя делать? Я же такая слаб-ааа-ая, я хочу к тебеее-еее, мам-мочка… Хочу к мамееее! Поче-чеему? Я неее-ее хочу быть одна!        Концерт я закатила на десять минут, от Какаши веяло беспокойством, но двигаться он не спешил. Ничего, мне главное сделать так, чтобы они поверили, что я маленькая испуганная девочка, которая претворяется храброй. Хотя… наверное на самом деле я такой и была. Мне пиздецки страшно и плохо, а я пытаюсь веселится. черт!       — Я справлюсь, Узумаки я или нет? А мы не сдаёмся, даттебане! — Всё, Какаши в накауте… хе-хе. Но думаю концерт на сегодня можно закончить.        Дальнейший день прошёл в уборке и только под вечер я вспомнила об ужине. Живот издал жалобное урчание, я тяжело вздохнула. Обычно готовила Сора-сан, а я лишь изредка училась у неё готовить то или иное блюдо. Похоже придётся вспоминать.        Я нашла ближайший магазин и закупилась там… лапшой. Взяла конечно ещё всего по мелочи, но ужинать сегодня я собиралась именно ей родимой. Какаши верно следовал за мной на отдалении, мне даже жалко его стало. Скучно же, интересно, а он вообще есть собирается?        Уже когда я поднималась по лестнице на свой этаж, почувствовала, запах гари. Кто-то горит? И словно в подтверждение моих слов из соседней квартирки повалил дым, а оттуда выскочил мальчик.        Лет пяти, с растрёпанными желтыми волосами, странными полосками на щеках, в одной майке и шортах. Мы уставились друг на другу и я поняла. Мать моя… Короче, это Наруто! Голубые глаза смотрели испугано, в потом он неловко улыбнулся, почесал макушку и пробормотал:       — Я кажется горю…        Чёрный дым позади него смотрелся эффектно. Блять, что, горит?        Скинув пакет с лапшой на пол я забежала внутрь квартирки. Планировка была схожая с моей, поэтому я сразу нашла кухню и собственно причину возгорания. Я быстро сложила печати, вызывая водный шар, только после уже думая, что палевно немного. Ну, ладно, уже поздно. Потушила я все быстро, но квартирку нужно проветрить хорошенько. Пользоваться ещё и техникой ветра я не стала. Выгнала мальчонку, который попытался зайти. Надышатся ещё. Судя по всему он и так успел, явно готовил что-то, не уследил, а когда дым повалил пытался это исправить. Не ребёнок, а ураган.        Голубые глаза смотрели на меня с восторгом, в эмоциях было тоже самое. Техника понравилась? Похоже на то.       — И как зовут тебя, чудо? — Пацан удивлённо посмотрел на меня, но быстро ответил:       — Узумаки Наруто, даттебаой! — Чего?! — надеюсь удивилась я достаточно натурально. А пацан весь напрягся и сжался. Так, похоже жители его реально не любят, чтож, удивим парнишку: — Похоже ты полукровка, раз блондин!       — А? — Господи, какой милашка! Заверните и можно без бантика!       — Меня зовут Узумаки Намико и я чистокровная Узумаки! Видишь мои волосы? У всех чистокровных Узумаки они красные, а у полукровок могут быть как красные так и нет. Раз ты Узумаки, значит кто-то из твоих родителей был из нашего клана, а кто-то нет, поэтому ты полукровка.       — Клана? — Тупо повторило это солнышко. Кавай! Милее никого в жизни не видела, даже Мэй не такая милая была (главное ей об этом не сказать)!       — Ну да. Кстати, я тут первый день, а у тебя похоже ужин не получился… Хочешь я тебя угощу? Правда у меня только лапша…        Всё, Наруто в нокауте. Схватила не сопротивляющегося паренька за руку, захлопнула дверь в его квартиру, пусть через открытое окно все проветривается, подхватила пакет с ужином и потащила его за собой. Впрочем он особо и не сопротивлялся. В эмоциях был шок, неверие и радость. Черт, начинаю ненавидеть тех, из-за кого Наруто испытывает такие чувства к первому, кто ему помог. Хотя, может тут ещё роль играет то, что я тоже Узумаки?        Оставив Наруто за столом своей кухни, я принялась готовить лапшу. Вот кстати как интересно получается, Третий поселил меня прямо рядом с Наруто. Понадеялся, что мы подружимся? Интересно, может Хокаге не такой уж и гад.       — Ты давно живешь в Конохе?       — А? — Господи, похоже я слишком сильно шокировала его своим напором: — Я тут родился, так что я тут уже целых пять лет! Только… один. Мне сказали, что мои родители погибли. И я… не знал, что есть клан Узумаки! А твои родители где?       — Мои… тоже погибли, меня воспитывал старший брат, но и он недавно погиб. А я попала в Коноху. Теперь я буду жить тут и стану шиноби листа!        Мы проболтали с Наруто до самой ночи. Блондин реально был с моторчиком, тарахтел обо всем без остановки, наслаждаясь моим обществом. И нет, это не я такого высокого мнения о себе, это его эмоции. Из его оговорок я поняла, что друзей у него особо нет, а взрослые ненавидят.        Я плохо помню как было по канону, в основном те моменты о которых я помню, произошли когда он уже стал генином, нашёл друзей и завоевал уважение жителей. А сейчас это был маленький мальчик, который тарахтел без остановки, радуясь, что его слушают. В его эмоциях был затаённый страх, похоже он боялся, что поболтав с местными я тоже стану его ненавидеть. Вот только фиг им! Узумаки семья, и этот Узумаки тоже станет её частью. Уверена, в будущем Кано-сан меня похвалит!        Клюющего носом Наруто я отправила умываться и предложила переночевать у меня. Из окна его квартиры уже не шёл дым, но лучше бы проветрить.        Меня радостно обняли, а потом блондинчик испугано отстранился, господи, его что никто никогда не обнимал.        Аа-ааа! Пошли все к черту! Я покажу ему, что такое семья.

***

       Наруто испугался, что девочка будет недовольна, но ему так захотелось её обнять… Что он не удержался. Она замерла, а он осознал, что натворил! Но отойти у него не получилось, потому что в следующую секунду его крепко обняли, попутно погладив по голове, и прошептали то, что навсегда изменило его жизнь, два шанс надежде разгореться в сердце:       — Узумаки не просто клан, семья. Теперь у тебя буду я, а у меня будешь ты, мой младший брат.        Шанс есть у всех, даже у тех, кто почти потерял надежду.