На грани безумия

      Утром Гермиона проснулась с больной головой, вставать совсем не хотелось, но она должна была. Нельзя показывать себя слабой, чтобы ни творилось в душе. События вчерашнего дня, как назойливые мухи, мелькали перед глазами. Впереди был завтрак и, Гермиона практически уверена, извинения Рона. Она громко вздохнула и начала вставать. Сегодня пробуждение было поздним, но ванная была свободна. Либо Малфой проснулся слишком рано, либо он решил проигнорировать завтрак.       Быстро приняв душ, Гермиона надела чёрные прямые штаны, голубоватую блузку и мантию, волосы она собрала в высокий хвост и, после небольших раздумий, взмахнула палочкой, тем самым убрав синяки под глазами и придавав им блеск. Не хотелось казаться слишком помятой и показывать Рону, как сильно он её задел.       Зайдя в большой зал, девушка увидела как её друзья о чём-то спорят. Джинни упорно пытается убедить в чем бы то ни было Рона, а Гарри с ней соглашается. Набрав в грудь побольше воздуха, Гермиона направилась к столу. Она могла угадать тему их разговора. — Доброе утро, — обратила на себя внимание девушка. — Гермиона! Привет, — поздоровалась с ней староста Гриффиндора. Гарри молча обнял девушку. — Гермиона, ммм, я… тут это… прости. Я такой идиот, — промямлил Рон. — Я согласна с тобой, Рональд, ты идиот. Всем приятного аппетита, — с этими словами шатенка принялась за еду. Это именно то, что она и ожидала. Рон никогда не умел извиняться. — Герм, Рон нам всё объяснил. Ничего не было. Он просто напился, ну и он был зол, поэтому сказал все те слова, — решил помочь другу Гарри. Ему совсем не нравилось, когда кто-то из его друзей ссорился и ему приходилось быть меж двух огней. Хотя в этот раз он был полностью на стороне Гермионы. Рон объяснил почему поступил так, как поступил, но это не даёт ему право так издеваться над девушкой. Если бы Джинни сказала ему, что изменила, пусть даже это неправда и сказано в порыве злости, он бы всё равно очень долго на неё сердился. — А Рон алфавит забыл, что ли? Сам мне сказать этого не может? — Грейнджер в упор посмотрела на своего парня, — всё это прекрасно и замечательно, но ближайшие пару дней тебе лучше ко мне не подходить. — Гермиона, только скажи, и я ему голову оторву, — вступилась за подругу младшая Уизли. — Не надо, Джин, с этим я и сама справлюсь. — Эй, я вообще-то тоже здесь сижу, — возмутился Рон. — Джинни, я что-то слышала или мне показалось? — наигранно спросила Грейнджер. — Показалось, — улыбнувшись, ответила рыжая.       Взгляд карих глаз непроизвольно метнулся к слизеринскому столу. Малфоя там не было. Видимо, он всё-таки решил пропустить завтрак. Она не знала, почему её голову занимают эти мысли. Ещё и тот сон ночью. Неужели ей настолько не хватает внимания, что обычный стакан воды мог воспроизвести такие фантазии? Ей снилось, как она, в очередной раз поссорившись с Роном, прибежала в гостиную, где уже ждал Малфой. Он без слов подошел и обнял её. Она плакала. А он гладил её по голове. После этого они долго разговаривали, а потом она проснулась. Девушка встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли.       Первым уроком была трансфигурация. Сегодня они изучали создание предметов из ничего. Гермиона, рассказав законы Фабиана Гампа, которые они проходили еще на первом курсе, заработала очки для факультета. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, задержитесь, пожалуйста, — сказала Минерва МакГонагалл по окончании урока.       «Отлично. Что понадобилось старухе в понедельник утром» — думал Драко. Он не выспался, даже проспал завтрак. Всё ночь его мучили кошмары. Вернее один и тот же кошмар, который повторялся всю ночь. Он несколько раз просыпался в холодном поту, а когда удавалось снова заснуть, сон повторялся — вот он стоит у окна в гостиной, потом слышит, как кто-то плачет, когда он оборачивается, то оказывается в Малфой-Мэноре в годы войны. Он видит как Беллатриса пытает Грейнджер. Гриффиндорка так истошно кричит, удивительно как у него еще не лопнули барабанные перепонки. Лестрейндж велит Драко убить грязнокровку, но вместо этого он подходит к ней, обнимает и начинает успокаивать. Тогда его тётка бросает в него аваду. И когда зелёная вспышка почти настигает его, он просыпается. — Это первый год после войны, и я хочу подарить детям как можно больше радости. В предыдущие годы в честь Хэллоуина у нас был только праздничный ужин, но сейчас нужно придумать что-то особенное, и я надеюсь на вашу помощь. Через две недели состоится собрание по этому поводу, на котором будут присутствовать старосты и некоторые преподаватели. К этому времени подготовьте список того, что вам понадобится и что бы вы хотели видеть на празднике. — Минерва говорила размеренно. Ученики давно не были для неё просто учениками. Каждого из них она любила, как своего собственного ребёнка. — Да, профессор, конечно, мы обязательно что-нибудь придумаем, — закивала Гермиона. Она тоже считала, что неплохо было бы устроить праздник.       Малфой только кивнул в знак согласия. «Какие к чёрту вечеринки. Я просто спихну всё это на Грейнджер. Никому из слизеринцев даже в голову не придёт идти на этот детский утренник. Они просто напьются в гостиной и всё» — был уверен Драко. Но он ошибался. Чуть позже эту новость все ученики воспримут с энтузиазмом. Даже слизеринцы. Драко слишком сильно держался за прошлое и за идею мести, что просто не видел, как всем нужен был повод для отдыха. Блейз, который обычно поддерживал мрачный настрой друга, решил, что было бы неплохо повеселиться. Конечно, никто не заставит его нарядиться в глупый костюм, но можно просто понаблюдать за остальными, а потом напиться, разумеется. — Малфой, — окликнула Гермиона парня уже в коридоре. — Чего тебе? — По твоему лицу было видно, насколько сильно ты хочешь заниматься организацией праздника, но мне придётся тебя огорчить. Я может и рада была бы заниматься всем самой еще в том году, но теперь я не собираюсь тащить всё на себе. Я и так проводила все собрания старост в одиночку, и составляла графики дежурств и тренировок тоже самостоятельно, так что от организации Хэллоуина ты точно не отвертишься. К тому же я хочу, что бы и вам, змеям, было весело, а с этим можешь помочь только ты, — Гермиона говорила холодно и уверенно, тоном, который не подразумевал отказа. Она просто говорила это всё как факт. — Развеселить слизеринцев поможет пара бутылок огневиски. Если это всё, то я пожалуй пойду, — усталым голосом проговорил Драко. — Малфой, это не приглашение. Ты будешь в этом участвовать и точка. И чем быстрее мы с этим разберёмся, тем лучше будет для нас обоих. Через два дня мы обсудим идеи и решим, что делать дальше, будь готов. — Гермиона просто развернулась и пошла в другую сторону. «Почему он просто не может согласиться. Чертов сноб. Скоро начнет, как черная дыра, всасывать в себя весь позитив вокруг. Все кого-то потеряли в войне, все видели смерть, но он до сих пор считает, что только его боль имеет значение» — негодовала Грейнджер.       «С каких пор эта идиотка ставит условия?! Ей что жить надоело. Праздник, праздник. Заладила. Ладно, хочет, чтобы я участвовал, хорошо. Я ей устрою вечеринку» — коварный план уже зарождался в блондинистой голове. Он решил для начала немного развлечься, а потом можно переходить к основной задумке. У него всё-таки весь год впереди.       Как бы не хотели эти двое избегать друг друга, на уроки ходить надо. И сейчас, из-за собственного упрямства, Гермиона опаздывала на Защиту от темных искусств. — Простите, профессор, — весь класс обернулся на звук открывшейся двери, — я немного опоздала, — на щеках Гермионы появился румянец. Сейчас она почувствовала себя снова как на первом курсе, когда опоздание было для неё смертным грехом. Сейчас же это чувство вызывали у неё всего два преподавателя — Минерва МакГонагалл и Северус Снейп. Последнего еще совсем недавно она просто боялась, но теперь она его слишком сильно уважала и не хотела подрывать его доверие. — Входите, мисс Грейнджер. Надеюсь вас задержало что-то важное, — и продолжил объявлять новую тему урока.       Гермиона быстро заняла своё место. К сожалению, рядом с Роном. Она догадывалась, что Рон специально попросил Гарри не садиться с ним, хотя тот намеревался это сделать, так как знал, что Гермиона пока точно не хочет сидеть за одной партой со своим парнем. — Гермиона, — позвал её парень. — Мы на уроке, Рон. Я не собираюсь нарушать дисциплину, — прошипела гриффиндорка и начала записывать за Снейпом. — Сегодня в семь, на астрономической башне. Дай мне шанс всё объяснить, — Рон выжидающе посмотрел на девушку, та кивнула. Рано или поздно их нелепая ссора должна закончиться, как и все предыдущие. Он извинится, она простит. И всё снова будет нормально.       Так всё и случилось. В назначенное время девушка появилась в назначенном месте. Хвост за день растрепался, и сейчас волосы развивались на ветру. Она честно думала не спускать эту историю на тормоза. Сколько еще раз она будет прощать его выходки? Но не хотелось к списку проблем добавлять еще и разбитое сердце Рона. — Гермиона, прости меня. Я расстроился и… ничего не было у меня ни с кем. Я бы не смог так с тобой поступить, — парень давно осознал свою ошибку. Буквально в тот самый момент, когда послышался хлопок трансгрессии, и его любимая девушка исчезла из гостиной. — Всё в порядке, Рон, — устало выдохнула Гермиона, — я понимаю твои чувства, но я не позволю подобным образом обращаться со мной. Поверь, я знаю, как секс важен для парней, да и для девушек тоже, просто я не из их числа. Я не хочу делать это только для того, чтобы угодить кому-то. — Я знаю, прости, — повторил рон и потянулся к девушке. Она позволила себя обнять и положила голову на грудь парня. Они простояли так какое-то время, но особенно сильный порыв ветра заставил их отстраниться и пойти к выходу из башни. — Зайдёшь в гости? — поинтересовался Рон. — Да, почему бы и нет. Надо же сказать Джинни, что у неё больше нет повода тебя убивать, —засмеялась Гермиона.       В гостиной Гриффиндора было, как всегда, уютно. Горел камин, ученики расселись группками и делали домашнее задание, в воздухе витал запах корицы и зефира. Она чувствовала некую ностальгию, когда заходила сюда. Раньше она обожала зефир, но по каким-то причинам сейчас он казался ей слишком сладким и приторным, она предпочла ему тёмный шоколад. — Гермиона, — воскликнула Джинни, как только парочка вошла в помещение, — вы помирились, я так рада.       Дальше были объятия, поздравления и угрозы от младшей Уизли, куда же без них. Она обещала, что если её подруга еще хотя бы раз загрустит по вине её непутёвого братца, она сломает его метлу. Эта угроза быстро возымела действие. Рон пообещал, что больше никогда не обидит Гермиону и поцеловал её в щёку.       Ещё немного поболтав и отклонив приглашение пойти на ужин вместе, Гермиона попрощалась с друзьями, сославшись на гору домашнего задания. Хотелось уже поскорее оказаться в кровати или принять ванну, но её действительно ждали несколько эссе, перевод рун и работа над её новым зельем под руководством Снейпа. Гермиона хотела закупорить невидимость. Мантия-невидимка есть не у каждого, а дезолюминационные чары накладывать весьма непросто, к тому же они не слишком длительны. А зелье, выпив которое можно стать невидимым, могло бы пригодиться.       Драко после уроков был еще более уставшим, чем утром, и он решил отвлечься, воспользовавшись беспроигрышным вариантом — полётом на метле. Ему нравилось чувствовать ветер, нравилось ощущение полёта и ему нравилась высота. А еще так он ощущал себя свободным. Когда у него была метла, он мог полететь куда угодно. В детстве маленький Драко очень завидовал птицам. Они были вольны лететь в любое место, и когда ему подарили его первую метлу, он был по-настоящему счастлив. С возрастом он всё больше и больше понимал ценность свободы, и полёты на метле дарили ему это чувство.       Он призвал палочкой своё спасенье и отправился прочь от стен школы. Несколько раз облетев поле для квиддича, Малфой направился к черному озеру. Он пролетел над самой гладью воды, задевая пальцами её поверхность, а после присел на берег. Осень давно вступила в свои права. Деревья горели всеми оттенками красного и желтого, казалось, что зелёный цвет просто исчез с лица Земли, оставшись только на форме слизеринцев. Ещё немного и листья опадут, погода сделается еще угрюмее, и выпадет первый снег. Драко любил осень, но не эту яркую полную красок, а мрачную и холодную. Ноябрь был его любимым месяцем в году, а дождь — любимой погодой. Он с нетерпением ждал этого времени, которое приносило с собой понятное одному Драко спокойствие.       Сейчас, сидя на холодной земле, мысли парня стали яснее, словно очистились. Он вспомнил о матери. Ему срочно нужно было отправить ей письмо. Он обещал писать каждую неделю, но вот уже месяц нарушал своё обещание. Первое письмо было отправлено через два дня после начала учебы. Всего два слова: «Всё хорошо». Он любил свою мать, но иногда её опека бесила. Она слишком многим рисковала, защищая сына. Конечно, Драко ценил это. Приятно знать, что хотя бы один человек во всём этом чертовом мире любит тебя. Для отца он всегда был кем-то вроде домашнего животного, которое надо дрессировать и кормить на убой. Повод для гордости, способ решения проблем, наследник, но никогда не просто сын. Драко видел мучения матери, безответственность отца и всё больше понимал, что он не хочет создавать свою собственную семью, даже если на нём прервётся род Малфоев. Семья это слишком больно, к тому же он не знает, каково это — быть хорошим отцом, ведь примера у него не было. Если бы не Нарцисса, страшно представить как бы сложилась судьба Драко. Лучше уж быть одному, но знать, что твоя жизнь принадлежит только тебе.       Придя в свою комнату, Драко сел за стол и достал пергамент. Недавние размышления пробудили в нём чувство вины. Мать заслуживает чуть больше, чем просто отписка. «Привет, мам.» — нет. «Дорогая мама.» — тоже нет. «Нарцисса,» — черт, не то. «Мама, У меня всё хорошо. Я назначен на должность старосты. У меня отдельная комната. Держимся с Блейзом и Пэнси вместе. Многие косо смотрят, но мне плевать. Я держу голову высоко и никому не позволяю оскорблять нашу семью. Расскажи как у тебя дела. Как Франция? Я приеду на рождественские каникулы. Скучаю, Драко.»       Вроде неплохо. Малфой перечитал письмо еще раз. Он порывался скомкать его и сжечь, но вместо этого призвал своего филина и передал ему конверт.

***

      Два дня прошли незаметно. Сегодня утром двое обитателей одной гостиной впервые столкнулись на лестнице. Парень в черных классических брюках, белой рубашке с расстёгнутой первой пуговицей и мантии зелёного факультета одновременно вышел из комнаты с девушкой в простой чёрной футболке, тёмных джинсах с завышенной талией и мантии красного факультета. — За час до патрулирований в гостиной, обсудим идеи, — сказала Гермиона и поспешила выйти в коридор.       В который раз она игнорирует парня и не дожидается его ответа. Она даже не предполагает, что у него могут быть дела. Второй раз она просто ставит его перед фактом и всё. «Ладно, если ей так хочется чувствовать это превосходство, то пожалуйста. Совсем скоро я собью с неё всю спесь» — Драко улыбнулся своим мыслям и пошел на завтрак.       Эта ночь для Драко прошла спокойно. Кошмары его не мучали, да и вообще какие-либо сны, поэтому утром он проснулся в приподнятом расположении духа. Надо почаще летать перед сном на метле. — Ты чего такой весёлый? — спросил Блейз, когда Малфой сел рядом. — Хорошо спал, — ответил блондин и налил себе молока. — Так, вы просто обязаны пойти в эти выходные в Хогсмид. Отказы не принимаются, — проговорила Паркинсон. Ей уже надоело слушать сплетни от своих однокурсниц. Её сторонились, только тогда, когда поблизости был Драко Малфой. В остальное же время к ней относились, как раньше, ну или пытались это делать. Девушка, может, и не против пообсуждать кто с кем спит или какой цвет сейчас в моде, но быстро от этого устает. Ей не хватало её мальчиков. Поначалу, они тоже воспринимали её как пустышку, но потом всё изменилось. Пэнси была очень умной девушкой, но ей было не выгодно показывать окружающим себя настоящую, поэтому она нацепила на себя образ богатой глупой куклы, который дарил ей некую безопасность. — Сегодня все девушки этой школы будут ставить мне условия? — возмутился блондин. — Ты о чем? Грейнджер? — осведомился Забини. — Да. Сегодня впервые столкнулись утром, и она не преминула этим воспользоваться. Вздумала мне указывать. — поделился Драко. — А заучка-то с характером, а? — засмеялся Блейз и толкнул друга локтём в бок. — Заткнись, — буркнул блондин. Он уже понял, что заполучить Грейнджер будет сложнее, чем он думал.       Взгляд по инерции устремился на это умное, но такое раздражающее недоразумение. Грейнджер смеялась над очередной шуткой рыжего придурка. «Как вообще можно находить его юмор забавным?» — не понимал Малфой. — Думаете я смогу поспать на уроке? — зевнула Пэнси, — я совсем не выспалась. — Конечно, — хором ответили Малфой и Забини, и троица поднялась со своих мест.       Первым уроком была История магии у профессора Бинса. Парень искренне не понимал, зачем посещает этот предмет. Он и сам стал частью истории, и это про него через пару лет будут писать в учебниках, но посещения этой дисциплины было обязательным. Спасибо Мерлину, всего раз в неделю.       Последние два дня в голове Гермионы крутились мысли о предстоящем празднике. Она хотела устроить что-то оригинальное, но кроме банальной костюмированной вечеринки придумать ничего не могла. Она хотела спросить у Джинни, но желание сделать это для всех сюрпризом переселило. Надежда была на Малфоя, как бы не хотелось это признавать, но в организации веселья слизеринцы всегда знали толк.       В назначенное время Гермиона сидела перед камином и пила чай. Малфой зашёл в гостиную ровно в восемь. Пунктуальность была его сильной стороной. На кофейном столике дымилась чашка с кофе, которую Гермиона пододвинула к Драко, когда тот сел в кресло. Он поднял одну бровь, удивляясь, но ничего не сказал. — Какие у тебя идеи? — спросила Гермиона. — Может сначала ты своими поделишься, — Малфой не мог удержаться от препираний с этой девушкой. — Я думала о костюмах… — неуверенно проговорила гриффиндорка. — Как примитивно, ничего другого я и не ожидал. Это гриффиндорцы могут нарядиться в нелепые костюмы, но слизеринцы точно этого делать не будут. — юноша закатил глаза. — Малфой, ты со своим пессимизмом хуже любого дементора, — как же сложно было с ним разговаривать, так и хотелось запустить кружку ему в голову. — Спасибо за комплимент, Грейнджер. — Ты так и будешь язвить или наконец расскажешь, что придумал. — Как на счёт тематических зон. Раскидать места для вечеринок по всей школе. Что бы каждый нашёл место, соответствующее его предпочтениям, — задумал он совсем не это, но что-то ей сказать надо было, иначе он просидел бы здесь всю ночь. А идея с отдельными помещениями, где будут ученики будут сосредоточены группами как раз способствовала его задумке. — Ага, или смог незаметно напиться, — Гермионе это показалось вполне сносным, но было слишком много нюансов. — Ты просила идеи — получай, — блондин пожал плечами. — В принципе, если поставить по несколько преподавателей и старост в такую зону, то да, это неплохо, — размышляла в слух девушка. — Я свободен? — Нет. У нас огромная школа, но и учеников не мало. Надо придумать что-то ещё. — Ну так и займись этим. Я свою часть выполнил. Спущусь к патрулированию, — Малфой встал, — и, Грейнджер, я не пью кофе, — прежде чем подняться по ступенькам, бросил Драко.       Гермиона только сейчас заметила, что чашка осталась нетронутой. Забавно, она всегда считала, что этот напиток подходит Малфою. Такой же горький и противный, как и он сам. Как так получилось, что нелюбовь к кофе стала первым признаком сближения этих двух противоположностей.