На грани безумия

      На следующий день Гермиона после ужина отправилась в кабинет Защиты от тёмных искусств. Она постучалась. — Входите, — раздался голос Снейпа. — Северус, — начала шатенка, — прежде чем обсуждать моё зелье я хотела бы кое-что тебе рассказать.       Снейп оторвался от просмотра каких-то записей и поднял взгляд на девушку: — Слушаю. — Думаю, будете легче, если ты сами всё увидишь, — если зельевар и удивился, то вида не подал, а лишь коротко кивнул.       Гермиона ждала каких-то ощущений, до этого никто не пытался пробраться в её голову, но ничего не происходило. Она сосредоточилась на мыслях о Малфое. Единственное отличие — слишком ясная голова, как будто это не её воспоминания, а просто фильм. Картинка слишком четкая.       Когда уже всё, что надо было сообщить было пройдено, в голове возникло еще одно воспоминание. Гермиона сразу же запротивилась, попыталась поставить блок, но было поздно, Снейп слишком хорош в своём деле. — Хм, очень интересно. Несмотря на то, что я просил тебя не лезть в это дело, ты всё равно сделала по-своему, — по выражению лица Снейпа было не понятно злится он или нет. — Да, но всё сработало, — попыталась оправдаться студентка. — Тебя могли с лёгкостью заметить, — парировал зельевар.       Гермиону немного возмутила такая реакция, учитывая, что они уже не в тех отношениях взаимной ненависти: — Северус, что сделано, то сделано. Я только надеюсь, что вы разберётесь с этим мальчишкой. Его жестокость не допустима, мог погибнуть ученик. — Всё будет сделано, Гермиона, — казалось, что командный тон ученицы позабавил Снейпа. Перед ним была всё та же девочка-всезнайка, которую он запомнил с первого курса. Вот только теперь она была еще умнее, сильнее и еще надоедливее. Северус стал относиться к ней по-отечески. Он не знал, почему его отношение так изменилось. Да, они вместе прошли войну, но почему именно она? Конечно, к Поттеру и Уизли он тоже стал относиться терпимее, но он бы точно не позволил им разговаривать с собой в таком тоне, — давай перейдём к непосредственной цели твоего визита. — Хорошо, — согласилась девушка.       Они провели около двух часов смешивая ингредиенты, попутно делая необходимые записи. Пару раз зелья начинали устрашающе дымится, а один раз котёл всё-таки взорвался, но не было слышно недовольного ворчания профессора и виноватых вскриков студентки, только деловое «ох», «видимо, не те пропорции», «попробуем еще раз».       После работы у Снейпа Гермиона уже хотела пойти к себе, но решила сначала поговорить с Паркинсон. Она всё равно в подземельях, а до отбоя оставалось еще сорок минут. Девушка подошла ко входу в гостиную змеиного факультета, но пароля она не знала. — Чистая кровь, — предположила гриффиндорка, но ничего не изменилось. Это и не удивительно, после войны не стали бы ставить такой компрометирующий пароль, — Успех, слава, Нимбус 2001, — попробовала еще несколько вариантов — все мимо.       Когда уже Гермиона готова была поворачивать назад, портрет вдруг отъехал, и из проёма вышел Забини и, судя по крикам, он с кем-то ссорился. Парень был так зол, что даже не заметил стоящую прямо перед выходом девушку и со всей силой налетел на неё. Оба студента повалились на пол. — Ой, Забини, смотреть надо, куда идёшь, — Гермиона больно ударилась спиной, — слезь же с меня, ты, между прочем, не пушинка, — простонала девушка. — Что? — Блейз не понял, что произошло. Они ссорились с Пэнси, он решил пойти прогуляться, что бы не наговорить ей лишнего, а в следующую секунду он уже лежит на полу, вернее сказать, на девушке, — Грейнджер, какого соплохвоста тебя тут носит? — Встань уже, и я расскажу, — недовольно проговорила девушка.       Забини поднялся и подал руку гриффиндорке, та, поколебавшись секунду, приняла его помощь. Она потирала ушибленную спину, как раздался голос Паркинсон, которая побежала за Блейзом и вовремя остановилась: — Может кто-нибудь объяснит, что произошло? — Я хотела поговорить с тобой, а Забини буквально вывалился на меня из прохода, — ответила Гермиона и зло посмотрела на парня, на спине, наверняка появится огромная гематома. — Я тебя не видел, кто же знал, что ты на ночь глядя захочешь нанести нам визит, — парировал Блейз. — Ладно, проехали. Я хотела рассказать, что Снейп теперь всё знает, и он пообещал во всём разобраться. — Что ж, я надеюсь этого идиота исключат, — сказал Блейз. — Он сказал что-то про Драко? — поинтересовалась Пэнси. — Нет, я только рассказала ему, что мы узнали и всё. — И он сказал тебе спасибо? — хмыкнул Забини, — не поверю. — Снейп был недоволен, что мы вмешались, но, как видишь, со мной всё в порядке. — Ладно, если это всё, то тебе лучше пойти, до отбоя минут пять осталось, — напомнила Паркинсон. — Мм, да, я пойду, эм, спокойной ночи, — быстро проговорила Гермиона и поспешила к себе в башню. Не хватало еще на Филча нарваться.       За завтраком Гермиона отметила, что некоторых студентов не хватает. А именно Алекса и его дружков. Видимо, Снейп, который тоже отсутствовал, долго ждать не стал. Это же заметили и Пэнси с Блейзом. Они выразительно посмотрели на Гермиону, та в ответ лишь кивнула.       Была суббота и сегодня у них с Роном было запланировано свидание. Джинни всю неделю говорила с ней только на две темы: Паркинсон, и что она наденет. Над вторым самое время подумать сейчас. Гермиона стояла перед раскрытым шкафом и думала. Выбор остановился на штанах-кюлотах с завышенной талией и кофейного цвета водолазке. Волосы остались распущенными, а румяна на щеках составляли весь макияж.       Ровно в шесть вечера Гермиона и Рон встретились у выхода из замка: — Ты прекрасно выглядишь, — сказал Рон и поцеловал свою девушку в щеку. — Спасибо.       Парочка не спеша дошла до Хогсмида, а оттуда трансгрессировала в проулок магловского Лондона. У Рона были грандиозные планы на этот вечер, поэтому он решил посоветоваться с Гарри на счет сегодняшнего свидания. И вот, по совету его друга, он привёл Гермиону к Лондонской высотке. Это оказался небоскрёб «The Shard». — Что мы тут делаем? — поинтересовалась Гермиона. — Потерпи, скоро узнаешь, — только и сказал Рон.       Они вошли в здание и подошли к лифту. Когда Рон нажал на кнопку с цифрой 31, Гермиона догадалась, что её ждёт, и как хорошо, что она перестала бояться высоты.       Ресторан был просто великолепным, из панорамных окон, располагавшихся с четырёх сторон, был виден весь Лондон. Гермиона непроизвольно ахнула, когда они только вошли. Официант проводил пару к заранее зарезервированному столику, чему Гермиона удивилась, и подал меню. — Тебе Гарри помог это всё организовать? — поинтересовалась девушка. — Да, это так заметно? — смутился Рон. — Просто мы в магловской части Лондона, а вы с сестрой не сильны в этой области, — улыбнулась девушка. — Тебе нравится? — Тут просто шикарно, — ответила Гермиона искренне — Я рад.       Подошел официант. Гермиона заказала стейк из свинины медиум прожарки и салат «Цезарь», Рон выбрал утку по-пекински и салат с морепродуктами, а так же попросил бутылку лучшего красного вина.       Вечер проходил идеально. Парочка разговаривала на отвлечённые темы, восхищалась видом и не спеша поглощала пищу. В помещении играла классическая музыка, стоял совсем не навязчивый гул голосов. Когда подошла очередь десерта, Рон заговорил: — Гермиона, я много думал, и решил, что пора это сделать, в голосе слышались нотки волнения. — Мм? — Мы с тобой, вероятно, будем вместе всю жизнь, и я хотел бы сделать всё официально, — он начал вставать и одновременно доставать что-то из кармана пиджака. Гермиона начала нервничать, — я люблю тебя и хочу, что бы ты стала моей женой. Ты выйдешь за меня? — Рон встал на одно колено перед Гермионой.       Новость обрушилась на нее неожиданно, словно ей на голову вылили ведро с холодной водой. Шатенка точно не хотела сейчас связывать свою жизнь узами брака. Она понимала, что молчит слишком долго, но сказать «ДА» язык не поворачивался. — Рон, — прошептала девушка, она видела с каким выражением лица парень смотрит на неё. Он искренне верит, что у них есть будущее, что она нарожает ему детей и будет заботится о них, пока он будет стоить карьеру в спорте, — я не… я не думаю, что это то, что нам нужно, прости. — Что? Но, Гермиона, ты не можешь отказаться, — он искренне не понимал, почему не последовала радостных криков и объятий. Да, у них были ссоры, но у кого их нет?! — Рон, я могу делать, всё, что я захочу, — твёрдо проговорила гриффиндорка, — мне кажется, всё слишком быстро.       После этих слов Рон быстро кинул на стол несколько магловских купюр и выбежал из ресторана, на последок крикнув девушке: — Ты еще об этом пожалеешь, вот увидишь, что кроме меня, ты никому не будешь нужна, — эти слова услышал, конечно же, весь ресторан.       Гермиона несколько секунд сидела в ступоре. «Предложение! Мерлин, мне только что сделали предложение, а я отказалась. Нет, всё правильно! Но как он мог?! На глазах у всех этих людей. Ладно, глубоко вздохнула и пошла» — подумала девушка.       Тут на стол что-то опустилось. Гермиона подняла глаза на стоящего рядом официанта: — За счет заведения, мисс. Такой красивой девушке не подобает грустить, — молодой человек вежливо улыбнулся. — Спасибо, — робко произнесла девушка. Перед ней стоял кусок шоколадного торта, украшенный ягодами малины и лимонным джемом.       Расправившись с тортом и собравшись с мыслями, Гермиона направилась к выходу. Денег, что бросил Рон было более, чем достаточно.       Конечно, о возвращении в Хогвартс не могло быть и речи. Никого видеть не хотелось, и Гермиона вспомнила о книжной лавке, которую она видела в прошлый их визит в Лондон. Как хорошо, что она выудила у Джинни, что Рон собирается именно в магловский Лондон, и предусмотрительно взяла с собой фунты.       До того района Гермиона добралась на метро. Город посещают миллионы туристов и многие магазины работают до поздна. До закрытия этого оставалось еще полчаса.       Раздался характерный звон колокольчика, когда шатенка открыла дверь. — Мы скоро закрываемся, мисс, — раздался голос из-за прилавка. — Да, я знаю, просто не так часто бываю в Лондоне, а в ваш магазин я ходила еще ребёнком с родителями, решила заглянуть хотя бы не на долго, — ответила Гермиона. — Хм, мне кажется, я вас узнал. Я работаю здесь уже лет двадцать, помню, вы всегда уходили с огромной стопкой книг, — продавец, уже пожилой мужчина, был владельцем магазина. — Да, я до сих пор люблю читать, — улыбнулась Гермиона. — Знаете, вы можете не торопиться. — Спасибо, я постараюсь вас на долго не задерживать.       Хотя это и был магловский район, магазинчик больше напоминал лавку Оливандера в Косом переулке. Вокруг были массивные деревянные шкафы, а в воздухе царила атмосфера волшебства. Окна были не обычные пластиковые, а в деревянных рамах со ставнями. На стенах были написаны цитаты из классической литературы.       Гермиона ходила мимо стеллажей и рассматривала книги, изредка проводя рукой по корешкам. Приятно снова оказаться здесь, вспомнить детство. Она провела в магазине целый час и ушла с «Великим Гэтсби», «Маленькими женщинами», которых собиралась подарить Джинни, и несколькими книгами Сильвии Плат.       В Хогвартс Грейнджер попала под самый отбой, она незаметно добралась до своей комнаты и первое, что ей бросилось в глаза, это сова за окном. Неизвестно сколько она уже там просидела. Девушка скорее впустила её внутрь, но та быстро бросила письмо на стол и улетела восвояси. Гермиона сразу же узнала почерк Джинни.       «Гермиона, Рон рассказал, что произошло. Честно говоря, я тоже удивлена. Не думала, что ты откажешь. Конечно, у вас с Роном было не всё гладко, но я думала, что ты его любишь. Я всё еще тоя подруга, несмотря ни на что. Поговори со мной, как только сможешь. Гарри тоже на тебя не злится, а вот Рон просто в ярости.» — прочитала девушка. Она скомкала пергамент и палочкой подожгла его. «Как будто одолжение мне сделали. Ей Мерлин, я что, чья-то собственность? Почему у меня не может быть право выбора. Я думала, они понимают, что семья для меня не главное. По крайней мере сейчас. Я сама не знаю, чего хочу, а тут это дурацкое предложение» — думала гриффиндорка, ходя по комнате взад-вперёд.       Наконец, разъярённая девушка решила, что она поступила так, как ей будет лучше, и чувство вины, что зарождалось где-то в глубине души, просто не имеет право на существование. И следующими действиями были принять расслабляющую ванну, надеть любимую пижаму и лечь спать. Завтра воскресенье, и у неё есть еще время, что бы со всем разобраться.