Год без него. А погасла ли звезда?

       — Я ведь не Дейдара?        Блондин посмотрел на дедушку, которого год считал своим, но теперь то он вспомнил, что это совсем не так.        — Я знал, что рано или поздно это закончится, — с тяжёлым вздохом произнес старик. — Иди за мной.        Он помог подняться парню и последовал на выход из дома, потом со двора и через минут семь омега понял, куда они держат путь, ведь каждую неделю ходят этой дорогой. И он не ошибся, старик привел блондина к месту захоронения их пса.        — Могила Брутто? Но причем тут он.        — Я каждый день ходил к обрыву, где тебя нашел. Каждый день проклинал себя, что не успел, что не послушал внутренний голос и не пошел раньше, — на некоторое время старик замолчал, а омега прям ощущал тягость и боль, что исходила от него. — Три года назад… С обрыва упал мой внук, но я не успел ему помочь. И каждый день ходил к месту его гибели и сюда. И вот однажды прихожу я, и вижу там лежащего блондина, я думал боги услышали мои молитвы и вернули время вспять. Я кинулся к нему, зовя его, но он не отзывался. Я проверил пульс, тот был жив, не знаю, как и какими силами донес его до дома, все отработал, забинтовал. И только потом понял, что обознался. Это был ты. Я не знал твоего имени, ничего о тебе не знал. Но вы так были похожи. И я не смог… Мне небеса послали второго внука, чтобы я смог спасти жизнь другого человека, взамен его. Я поклялся тебя спасти. Несколько месяцев боролся за тебя со смертью и все же ты очнулся, но ничего не помнил. Я подумал это знак и дал тебе его имя. Так ты стал Дейдарой. А это не могила пса, а могила моего внука, — он снова замолчал. — Я пойму если ты возненавидишь меня после этого.        Блондин смотрел на могилу человека, как оказалось, и пытался все переосмыслить. Да, он год жил чужой жизнью, но жил же. Этот старик спас его, дал ему можно сказать вторую жизнь. Причем во всех смыслах. Ненавидит ли он его? Отнюдь, этот год был не под его именем, но годом его жизни. Он получал любовь от этого дедушки, словно тот его настоящий внук. Но если блондин думал, что он на самом деле так и есть, то старик… Он жил в страхе, в понимании что все это не правда, и с каждым днём ожидал, что тот все вспомнит, что разозлится, что возненавидит. Младшему явно жилось намного лучше, даже если взять в счёт эту ложь.        Блондин подошёл к дедушке и поклонился ему практически в самые ноги.        — Спасибо, что спас мою жизнь, что заботился, что любил. Я буду всю жизнь тебе благодарен за это, — он поднялся и обнял старика. — Я не ненавижу тебя. Я благодарен тебе за этот год жизни. Ты любил меня как настоящего внука, а я считал тебя своим дедушкой. И я бы хотел, чтобы ты оставался для меня дедушкой до конца.        Старший омега уставился на блондина. Он не мог поверить своим ушам. Мало того, что его не ненавидят, так ещё и просят, чтобы он оставался его дедушкой. За это время старик очень полюбил блондина, и действительно считал своим вторым внуком. И очень боялся ненависти после того как все откроется.        — Дедушкой? — его глаза наполнились влагой, и он обнял теперь точно внука. — Внучек.        Сейчас все стало на свои места, так как возможно должно было быть изначально. Но как не случилось, но теперь все знают правду. Почти все.        — Меня зовут Наруто Узумаки, — произнес блондин и ощутил, как защипало палец. Поднял руку и увидел, как место, которое он принимал за след от кольца, начало покрываться витиеватыми узорами. Метка… Наруто стал собой, он понимал кто он, можно сказать что это оживило его сущность, которая есть у каждого живого существа и метка, что связывала две половинки снова обрела силу.        — Это… — старик посмотрел на палец блондина и улыбнулся. — Вы снова стали парой. Ты год не осознавал себя, практически был другим человеком, потому метка и пропала, а теперь, когда ты снова ты, метка расцвела новой силой. Альфа сейчас как минимум в шоке.        Наруто бережно гладил метку и улыбался, вспоминая своего любимого человека.        — Коть, а ты меня будешь любить, когда я буду дряхлым старикашкой? — целуя крепкую грудь мужа, поинтересовался омега.        — С каждым годом моя любовь будет только сильнее, — Учиха перебирал золотые пряди своей пары, и мечтательно прикрыл глаза. — Представь, теплый летний денек, легкий ветерок колышет волосы, и мы вдвоем в нашем саду сидим на качельке и просто обнимаем друг друга. Будем вспоминать все смешные и приятные моменты нашей жизни, — задорный смех блондина наполнил их комнату. — Ты чего смеешься? Я тут мечтаю, а он… — темноволосый шуточно разворчался.        — Та я просто представил, как мы два старых пенька снова начнем доказывать свою точку мнения и побьемся. Помнишь, как я тебя поварешкой навернул? — ему согласно угукнули. — А вот тогда я тебя тростью угрею, — картина, что представлял омега рассмешила его не на шутку, но его смех быстро утонул в страстном поцелуе.        А вот то, что было дальше заставило щеки омеги покраснеть. Конечно, он прекрасно помнил руки альфа на своем теле, как они могли доводить до блаженства. Как умело находили и ласкали чувствительные точки. Одними лишь прикосновениями Саске уносил сознание блондина совсем в другой мир.        Альфа никогда не скупился на ласки в постели. Обласкать шею мелкими, практически невесомыми поцелуями, при этом наслаждаясь тяжелым дыханием омеги. Провести влажную дорожку от основания шеи к маленьким розовым сосочкам и уделить каждому достаточную порцию внимания. Только от одной этой ласки Наруто ерзал на кровати и жалобно поскуливал в нетерпении, иногда просил закончить пытку и перейти к главному. Но Учиха никогда не велся на его просьбы, зная, что эту самую пытку, по его словам, омега тоже безумно любит, тем не менее продолжал ласкать уже более активно, подключая и ласки ниже пояса. Вот тогда уже тормоза самого брюнета долго не выдерживали, и он срывался после пары минут. Ведь стоны омеги были тем, что заводило его лучше любого афродизиака.        Каждый их секс был особенный, каждый раз это было именно занятия любовью, когда два тела сливаются в одно, когда каждый старается доставить удовольствие в первую очередь не себе, а партнеру, когда каждый раз комнату наполняют стоны вперемешку с признаниями в любви.        Наруто все это помнит, и никогда не забудет. И теперь понимает почему в мокрых снах ему снился какой-то темноволосый молодой человек. Осталась только одна проблема…        — Как мне его найти? — Словно у воздуха спросил блондин. - Я же даже документов не имею, чтобы доказать личность.        — Мальчик мой, — Старик сжал его руку своими двумя. — Послушай старика, если ваша метка восстановилась спустя такое время, то тебе и не придется искать. Он сам найдет. Поверь мне. — он по-доброму улыбнулся, от чего и сам Узумаки не сдержал ответную улыбку.        — Если ты так говоришь…        Они еще немного постояли у могилы как оказалось совсем не собаки, а молодого человека, жизнь которого оборвалась так печально. Наруто поблагодарил Дейдару, за то, что позволил прожить ему год под своим именем и они вдвоем ушли домой. По дороге и весь вечер омега рассказывал дедушке о себе. О всей своей жизни, о музыке, о своих лисятах и конечно же о своем любимом альфе.       С одобрения дедушки Наруто подстригся, как всегда ходил до этого. Привычный творческий беспорядок снова появился на голове блондина. Саске всегда по утрам перебирал пряди волос и ерошил их ещё больше. И Узумаки готов был поклястся, что ощущает пальцы мужа в своих волосах стоит только закрыть глаза. Не только спина и грудь пострадала от аварии, на щеках у блондина остались по три шрамика-полоски. Но они совсем не уродовали его, а делали ещё более похожим на лисёнка. Ещё больше соответствующим своему сценическому имени.       Ложась спать Узумаки чувствовал, что завтра все изменится, он знал, что завтра будет снова со своим альфой. Откуда такая уверенность неизвестно, но он привык доверять своей интуиции.        Возобновление метки застало альфу в пути. Он просто бесцельно катался по городу. Завтра была бы их годовщина первой встречи и все эмоции накрыли его снова. Он так же вспоминал прекрасные моменты с их жизни, разговоры у камина с чашечкой вкусного чая, длинные поцелуи перед сном и жаркие ночи, да и не всегда ночи. Он улыбался, когда проезжал все их любимые места, и сожалел, очень сожалел, что больше этого не произойдет, что больше не будет совместных походов в эти места, которые обязательно превратились бы в мини автограф-сессию.        Когда палец начало неприятно жечь Саске как раз был у места их встречи. Он просто остановил машину у того самого пешехода, который переходил в тот день оба и вышел с машины. Он прошелся по нему и все же посмотрел на палец, который уже достаточно побаливал. И для него мир остановился как в их первую встречу. Он не верил своим глазам, метка, что пропала со смертью Наруто снова появилась, снова стала яркой и настоящей, а это могло значить только одно, его любимый омега жив.        То что сейчас творилось у него на душе сложно передать. Эмоции настолько смешались, что Саске сам не понимал, что чувствует. Радость? Облегчение? Счастье безмерное? Страх, что все это не правда, что это какой-то сбой на фоне эмоций? Панику? Не знание что делать? Решимость? Несомненно, и это только маленький перечень того, что смешалось на душе альфы. Он знал только одно, он должен его найти, где бы не был его Наруто, он его найдет, Землю перевернет, Луну перекопает, Марс затопит, но найдет. А сейчас он просто ехал туда куда его звало сердце. И возможно уже завтра его сердце снова сможет биться в унисон с другим любимым сердцем. Если конечно это не сон.