Цветочная нимфа

— Так, это ещё что за хрень? — парень стоит как вкопанный, забыв даже разуться, и бегает взглядом от твоего перекошенного лица до полуголой груди. — Почему ты занимаешься такими вещами, да ещё и с моим телефоном? — Ты мою грудь сейчас хренью назвал? — ты пытаешься от темы уйти, бросаясь обвинениями в ответ со злобной рожей, застёгивая параллельно рубашку аж до верхней пуговицы. — Ну нет, милая, не пытайся перевести стрелки. Ты такого Намджуна впервые видишь, он ловко обувь с ног скидывает и направляется уверенной походкой к тебе, тут же толкая тебя и роняя спиной на пол. Он смотрит осатанело, ноздри раздувает для бОльшего эффекта, а ты ойкаешь, хватаешься за его плечи, когда он наваливается сверху, и обзываешь придурком, хоть и сжимаешься сейчас от неожиданности с примесью страха. — Я ведь уже говорил, — парень наклоняется к твоему уху и рычит утробно, вдыхая запах твоих волос, — я всё-таки мужчина, Т/И. Не стоит мне тесты на выдержку устраивать. — О, и что ты сделаешь, мистер? Накажешь меня? Ты усмехаешься нагло, будто на слабо берёшь, и бесстрашно смотришь в чужое лицо, но в ответ видишь лишь чертей в глазах напротив, что вытанцовывают румбу и скалятся тебе в ответ. Вдруг становится не по себе и ты начинаешь отпихивать от себя друга, но тот вовремя хватает тебя за плечи, рывком перекидывая тебя на живот и умещая на своих коленях. — Эй, ты там чего, совсем ебанулся? — ты говоришь тихо, пребывая в лёгком шоке, и от этого твой голос звучит так неуверенно, что ты аж у самой себя чувство жалости вызываешь. — Отпусти, скотина! Ким изгибает бровь, отмечая про себя, что ты слишком много болтаешь, и лезет к тебе под живот, сразу же нащупывая пуговицу и ширинку. Пока ты извиваешься, как уж на раскалённой сковороде, Джун одним движением срывает с твоих бёдер тонкие джинсы. Ты чувствуешь его свирепый взгляд кожей, он прожигает дыру на твоей заднице, но притронуться так и не решается, и ты понимаешь, что вот он — твой шанс. С силой оттолкнувшись руками от пола, ты надеешься вырваться, но не успеваешь подняться и наполовину, как тебя тут же пригвождает к мягкому ковру тяжёлая мужская рука. — Что, кишка тонка завершить начатое, а отпускать не хочешь, потому что в глаза смотреть стыдно? Ты играешь с огнём, буквально подливаешь масло в разгорающийся костёр, но понимаешь это слишком поздно, и тут же проклинаешь свой непослушный длинный язык. Отрезать бы тебе его, чтобы заткнулась насовсем, и все проблемы исчезли бы в тот же миг. — Бесстыжая змея-искусительница. Ты поворачиваешь голову вбок, пытаясь сквозь копну своих волос разглядеть Нама, но тут же вскрикиваешь громко от неожиданной жгучей боли на ягодице. — Чёрт бы тебя побрал, Т/И, — парень с нажимом проходится ладонью по покрасневшему участку кожи и слышит твоё шипение сквозь поток отборного мата, — тебя, твои аппетитные сиськи и твою прекрасную задницу. Второй шлепок приходится на другую половинку, и ты скулишь, закусив губу, и чувствуешь какое-то отвратительное мазохистское удовольствие вперемешку со стыдом. Ким сопровождает каждый следующий удар очередным замечанием по поводу твоего поведения, и у тебя ощущение появляется, что тебя наказывает собственный отец за непослушание, прямо как в детстве. — Ты такая неугомонная, — на последнем слове Намджун с размаху бьёт по уже отбитой правой ягодице, и замечает, что твои вскрики теперь больше напоминают стоны. — Я и не сомневался, что ты мазохистка, знаешь? Будто напрашивалась на наказание всё это время. — Не неси чепух.. Аах! Договорить не выходит, потому что сильные пальцы безжалостно сжимают саднящую плоть, и ты откровенно стонешь впервые, роняя каплю слюны на пол из приоткрытого рта. — Чёртова извращенка. Звучит очень грубо и тебе внезапно становится обидно до слёз, но ты проглатываешь оскорбление, потому что тебе правда нравится, потому что хочется ещё, но немного мягче, и ты роняешь голову, утыкаешься лбом в мягкий ворс ковра, и, прогибаясь в пояснице, приподнимаешь задницу чуть выше. Джун застывает на пару секунд, пока ты дрожишь от страха, что он не примет тебя, оттолкнёт после этого всего и разорвёт ваши отношения. И как же облегчённо ты вздыхаешь, когда чувствуешь шершавую ладонь, что приподнимает край рубашки выше, к середине спины, а затем спускается обратно и хватается за край твоего белья, готовясь стянуть его вниз.