Цветочная нимфа

Намджун тянет резинку твоих трусиков вниз медленно, неуверенно, опасается всё ещё, что ты в любую секунду передумаешь и пошлёшь куда подальше, но ты продолжаешь лбом в ковёр утыкаться и ждёшь, сгорая со стыда. Впиваешься тонкими пальцами в бедро Кима, когда он всё-таки стаскивает к чертям несчастное бельё. Вы выдыхаете синхронно, оба с облегчением и предвкушением. Джун смотрит на твою покрасневшую задницу и не понимает, как он умудрялся не хотеть тебя всё это время. Сейчас, оглядываясь назад, он хочет расхохотаться от жалости к самому себе, ведь он, оказывается, столько упускал. Но если вспомнить о твоём к нему отношении с самого вашего знакомства, то сразу сомнения появляются — а был бы вообще у него шанс, если бы он попытался? Ты никогда не воспринимала его как мужчину и думала, что это взаимно, ведь никаких двусмысленных действий и взглядов с его стороны не наблюдала. Иногда ты даже ловила себя на мысли, что френдзонишь его даже жёстче, чем всех остальных, хоть и общаешься именно с ним чаще всего. И сейчас ощущать его пальцы, едва касающиеся, но всё более уверенные, для тебя даже слишком странно, потому что в тех местах, где он проходится и цепляет короткими ногтями, жар вспыхивает мгновенно и неумолимо охватывает всё больше пространства на твоём теле, вгоняя в краску и заставляя трепетать. Ким проскальзывает пальцами меж ягодиц сразу к самому сокровенному, проходится средним пальцем по влажным складочкам и останавливается у клитора, задевая его едва ощутимо. Ты кусаешь запястье, лишь бы не издавать странных звуков, но сдержаться не можешь, когда в тебя входят сразу на две фаланги, мычишь измученно, будто всю жизнь хотела почувствовать что-то подобное и, наконец, ощутила желаемое. Его палец длинный, он достаёт до тех мест, до которых ты никогда не смогла бы дотянуться собственными миниатюрными пальчиками, и ты изумлённо, но блаженно стонешь, отрываясь от своей руки и забивая на идиотские страхи и стеснение. Парень слышит подобные звуки от тебя впервые, и ему хочется ещё, он чувствует волну возбуждения, что поднимается от паха к груди, а затем — прямо к горлу, выбивая из его уст ответный хриплый стон, тихий, едва уловимый, но ты слышишь и сжимаешь его в себе. Нам добавляет второй палец, а ты подставляешься, приподнимаешь зад и зовёшь его по имени, чувствуя в ответ, как дёргается член, упирающийся в твой бок. — Джун-а, — ты шепчешь, всхлипывая, и с пальцев соскальзываешь нехотя, встаёшь на четвереньки, разворачиваясь к другу лицом, — дай мне его. Намджун стонет в отчаянии, смотря на твои алеющие щёки, потому что так неправильно, вы не должны, но всё же хватается за ширинку, нервно дёргая собачку на молнии вниз. Ты видишь панику в его глазах и рваные движения, и успокоить пытаешься, перехватывая его руки и убирая их в стороны. Парень хмурится, когда ты хватаешься за резинку боксеров, и поджимает губы, потому что ты застываешь испуганно, увидев его габариты. — Как ты вообще с этим живешь? Его член длинный, мощный, к середине расширяется сильно, и ты уже заранее готовишь себя морально к последствиям, потому что с таким размером без них точно не обойдётся. Тебе даже страшно немного, потому что знаешь, что от больших бывает больно, но у Джуна не просто большой — он огромный, и представить сложно, что в тебя влезет что-то настолько крупное. Ощущаешь себя хуже, чем в свой самый первый раз, потому что тогда ты шла к этому осознанно, а сейчас в ситуации теряешься. Но отступать сейчас глупо, к тому, что было между вами раньше, вы всё равно больше не вернётесь, поэтому ты неловко убираешь упавшую на лицо прядь за ушко, тут же прислоняясь губами к горячей плоти бывшего друга. Ким сказать что-то хочет, но не решается, руки занять пытается и не знает, чем именно, поэтому банально на них облокачивается назад, рассматривая тебя с таким видом, будто едва держится, чтобы не насадить тебя ртом на член за одно движение. Хочешь постепенно, но всасываешь головку слишком сильно, внезапно даже для себя, и вбираешь ствол на треть за раз. Намджун дёргается и случайно двигается навстречу, вгоняя головку почти в самую глотку, а ты хватаешься за его бёдра, принимая неумело со слезами на глазах. — Прости.. Джун касается ладонью твоей щеки, поднимая твоё лицо и заставляя выплюнуть его орган, а ты тут же высовываешь язык, роняя с него вязкую слюну прямо парню на ствол. Он от этого вида задыхается и на затылок твой давит, не в силах терпеть больше, и ты послушно водишь губами вдоль, прижимая член к плоскому животу парня. Ты никогда особо не любила делать минет, но сейчас хочется жутко, потому что ещё никто на тебя не смотрел с таким вожделением и восхищением. Впервые понимая все те слащавые речи о том, что гораздо важнее доставить удовольствие партнёру, а не себе, ты смело втягиваешь богатство Нама обратно в рот, стараясь помогать себе языком, чувствуешь, как он упирается прямо в горло, и едва успеваешь прижать язык вниз, чтобы подавить рвотный рефлекс. Тебе тяжело, челюсть начинает сводить почти сразу, а орган становится всё твёрже и толще. — Не заставляй себя, Т/И, — Джун мягко отодвигает тебя и прижимает большой палец к твоей нижней губе. — Я же вижу, что тебе тяжело. Парень в очередной раз твою гордость задевает, и ты почти готова разныться, обидеться, как обычно, но сдерживаешься, обхватываешь губами палец Кима и обводишь его языком. Он давит на твою нижнюю челюсть, заставляя открыть рот, и с нескрываемым наслаждением наблюдает, как ты принимаешься вылизывать его указательный, а затем и средний пальцы. Такая себе альтернатива минету, но Нама ведёт, он сам пальцами двигать начинает, оглаживая шершавую поверхность горячего языка. Всё прекращается для него слишком неожиданно, ты громко чмокаешь губами, выпрямляясь, и подползаешь ближе, вставая коленями по бокам от мужских бёдер. Намджун понимает, что сейчас всё случится, и старается поймать твой взгляд, но ты уворачиваешься постоянно, хватаясь пальчиками за пульсирующий ствол и направляя его в себя торопливо. — Эй, — парень шепчет взволнованно, всё же хватая твоё лицо обеими руками и заглядывая в глаза напрямую, — смотри на меня. И ты смотришь, оторваться не можешь, потому что откуда-то столько нежности видишь во взгляде напротив, почти с любовью сравнимой, и плавно насаживаешься на крупную головку. Ты видишь, как на лице парня с десяток эмоций за секунду сменяется, и засмеяться хочешь, потому что мило очень, но сама глаза закатываешь и стоном захлёбываешься. Тебя распирает изнутри горячая плоть, и ты каждое подрагивание чувствуешь, каждый удар пульса в венах, трясёшься мелко, почти обмякаешь от бессилия, но успеваешь устоять, потому что понимаешь, что если резко впустишь его на всю длину — порвёшься. Больно немного, но не так, чтобы сильно мешало, и ты обнимаешь Кима за шею, слышишь тяжёлое дыхание над ухом и стискиваешь зубы, принимаясь медленно опускаться ниже. Парень тебя за голову хватает и отстраняет, заставляя снова смотреть ему в глаза, а тебе неловко до слёз показывать ему такую себя, но одновременно с тем смотреть на блаженство на его лице нравится ужасно. Он на губы твои вдруг смотрит, и ты делаешь глупость — садишься ещё ниже, слишком резко, от боли вскрикиваешь и глушишь себя чужим ртом. Ким хватается за твой зад, сжимая мягкие половинки остервенело, и ты стонешь, протискиваясь языком меж пересохших мужских губ. Вы замираете, целуетесь медленно, аккуратно, будто изучая, пока ты привыкаешь к нему внутри. Первое движение ты делаешь наверх, потому что опускаться ниже боишься, и решаешь начать с малого, двигаясь лишь на верхней половине, а Джун скулит жалобно, потому что эта часть члена самая чувствительная, и ты буквально мучаешь бедного парня, сжимаясь плотно вокруг головки. Внутри так горячо и мокро, что боль проходит быстро, и ты понимаешь, что готова к большему. Ты хватаешь Намджуна за голову, прямо как он тебя чуть ранее, и прижимаешься своим лбом к его, с каждым скачком опускаясь всё ниже. Полностью ты все равно его в первый раз не примешь, но сейчас хочется взять максимум, аж азарт просыпается и жадность. Парень дышит загнанно, будто бежит марафон, а ты чувствуешь слабость и крупную дрожь в ногах, сосредоточиться теперь не можешь и с ритма сбиваешься. Нам всё без слов понимает и телом своим чувствует, поэтому бесцеремонно тебя на пол валит, придерживая ладонью затылок, чтобы ты не ударилась, и сам принимается двигаться, случайно углубляясь ещё больше, чем ты позволяла до этого. Он тебя заполняет по максимуму и ты даже видишь бугорок внизу живота каждый раз, когда он входит особенно глубоко. От этого вида ты себя героиней хентая чувствуешь, потому что такого не видела раньше и думала, что такое бывает только в нарисованном мире. Намджун двигается плавно, но быстро, одной рукой удерживая себя на весу, а другой сжимая твою талию, он бёдрами двигает ритмично, аккуратно, а ты в ощущениях путаешься, чувствуешь что-то новое и боишься, потому что это совсем уж странно и непривычно, но сказать не можешь ни слова, потому что стонать не получается прекратить. С тобой впервые такое, впервые ты заполнена полностью, впервые кончаешь от секса с кем-то, а не от мастурбации, и теперь ты вряд ли захочешь отказаться от всего этого, поэтому цепляешься острыми ноготочками за вздутые от напряжения плечи Кима и рычишь, что он теперь твой. А Нам не выдерживает и смеётся, выходя из тебя рывком и кончая на твой живот. — Знаешь, — выдавливает он из себя, едва переводя дух, — мне обидно, что ты сказала это только из-за моего члена. Ты бьёшь его по руке, обещая полюбить и все остальные его части, тем более, как человек он тебе нравится давно, просто ярлык дружбы, что ты сама на него повесила, мешал обдумать ваши отношения со всех сторон. Но теперь это не особо важно, потому что больше ты ограничивать себя подобными глупостями не станешь.