Change me

Чимину тяжело. Он ожидал, но не был готов. После его срыва на глазах у огромной толпы студентов внимания к его персоне стало ещё больше, а о причине этой внезапно вспыхнувшей агрессии не спросили только самые ленивые. На тебя тоже предсказуемо косятся, а девушки стали задирать ещё сильнее, прознав о том, что в драку Пак влез, защищая тебя. Все окружающие ломают головы — как же так, зачем ему за тебя заступаться, ведь изначально слухи, которые он сам же о тебе и распустил, стали причиной всех твоих проблем. Ты уже и забыть успела, что вся эта травля, похожая на детские задирки, результат необдуманных действий именно Чимина, но теперь, вспомнив об этом, ты жалеешь уже в который раз, что на эмоциях согласилась ему довериться. Со дня драки и вашего с ним примирения прошло трое суток, и ты видишь, как парень старается замять всю эту ситуацию, параллельно стараясь убедить всех, с кем общается, в том, что та чушь, которую он выдумал о тебе, не более, чем его глупые догадки, основанные на том, что он слышал от отвергнутых тобой ухажёров. Врёт он умело, как и всегда, кто-то верит ему, а кто-то продолжает донимать тебя лишь потому, что завидно. Пак старается изо всех сил восстановить твою репутацию, которую сам же и втоптал в грязь, но ты понимаешь, что этого не достаточно, назад уже ничего не вернуть. — Как-то ты подозрительно добр к ней в последнее время, — ваша одногруппница на очередном перерыве виснет на плече Чимина, кокетливо дует губки и косится хищно в твою сторону, — я ревную. — Просто я понял, что своей ошибкой испортил человеку жизнь, вот и стараюсь исправить, — юноша кое-как заставляет себя улыбнуться, но отворачивает голову в противоположную от девушки сторону. Слишком фальшивая, слишком старается ему понравиться. — Да и с чего бы тебе ревновать? Мы же просто друзья. У одногруппницы глаза лезут на лоб от удивления, ведь раньше Пак никогда её так открыто не отвергал, а сейчас даже ей в глаза не смотрит при разговоре и выворачивается из объятий сразу же, как только в репетиционный зал заходит преподаватель. Ты смотришь на это с привычно равнодушным видом, но внутри растекается тёплое и приятное чувство, странное удовлетворение от вида чужого поражения. У Чимина есть к тебе чувства, по его поведению это очень хорошо видно, да и ты не глупая, видишь многие вещи, которые другие пытаются скрыть. Осталось лишь разобраться в своих собственных чувствах, а это не так уж и просто. И поэтому тебе необходима помощь. Чимин подходит к профессору вместе с остальными и внимательно оглядывается по сторонам, но всё же не может увидеть тебя среди толпы и понимает, что ты снова держишься позади. Мужчина громко просит всю группу соблюдать тишину и сообщает, что сегодняшняя практика будет проведена точь-в-точь, как предыдущая: все работают, он — наблюдает. Он явно хочет сблизить сформировавшиеся пары, дать время притереться, привыкнуть, но ты так работать не любишь, потому что не привыкла, а вот твоему партнёру, наоборот, перспектива сближения приходится по душе. В этот раз на вас сосредоточено меньше взглядов, зато один из них ты ощущаешь особенно чётко. Преподаватель сверлит взглядом лишь вас двоих на протяжении вот уже пятнадцати минут и недовольно хмурится, но подходить не торопится. Ты сегодня сбиваешься часто, путаешь реплики и запинаешься, это на тебя не похоже совершенно, но ты ничего не можешь поделать со своими расшатанными нервами. Последние пару дней ты почти не спишь, постоянно обдумываешь всё, что успело произойти за последние несколько недель, и поверить не можешь, что это действительно происходит именно с тобой. Совсем недавно ты жила размеренной, спокойной жизнью, тебе ничего не было нужно для того, чтобы чувствовать себя защищённой, а теперь буквально каждый твой день — сплошная борьба, при чём как с окружающим миром, так и с самой собой. Нет ничего ужаснее, чем эмоциональная нестабильность, ты в этом убеждалась на примере Чимина множество раз, а сейчас вы будто поменялись ролями и единственный из вас, кто не может совладать сам с собой — это ты. Юноша же, напротив, стал более сдержанным, будто всё твоё былое спокойствие в себя впитал, оставил тебе лишь все эти забытые и непривычные чувства. — Т/И, — ты слышишь сбоку голос профессора и напрягаешься, хоть и знала наверняка, что это произойдёт, всё равно его замечания выслушивать совсем не хочешь, — тебе стоит расслабиться. — Я понимаю. — Нет, не понимаешь, — мужчина вздыхает тяжело и жестом подзывает к себе Чимина, — встань напротив него и возьми за руку. — Профессор, это уже слишком, — ты даже слушать не хочешь обо всех этих бреднях, помнишь ещё с прошлого года, как этот человек любит играть в психолога и лезть в душу, а самое страшное, что у него это слишком хорошо получается, и от того тебе вдвойне не по себе. Чимин глаза закатывает и сам тебя хватает за руки, сжимая ладони в своих пальцах. Он и сам эти беседы с профессором терпеть не может, чувствует себя, будто над ним издеваются и дают идиотские задания лишь с целью выставить его дураком, но от этого мужчины никто никогда не мог отвязаться, в любом случае приходилось выполнять указания, сколько бы ты ни отпирался. — Видишь, Чимин-щи намного больше открыт и готов к контакту. Тебе не кажется, что это нечестно с твоей стороны — отталкивать его? — ты слушаешь через силу, потому что всё в точку, это всё и так понятно, но сказать ведь проще, чем сделать. — Пока ты вот так зажимаешься, ничего не выйдет. — Я поняла, буду стараться. Ничего больше из себя выдавить не выходит, ты губы кусаешь с силой, потому что вновь чувствуешь взгляды всех до единого одногруппников на себе. Это так неправильно, ты совсем не готова к такой жизни, тебе больше нравилось всегда наблюдать издалека, сидя в тени, но Пак — слишком яркая личность, рядом с ним видно абсолютно всё и всех. А ты к таким резким переменам просто не готова. Профессор недовольно фыркает, понимая, что ты просто хочешь поскорее от него отвязаться, но всё же отступает, надеясь, что его слова ты воспримешь всерьёз хотя бы через некоторое время, раз уж не способна с собой справиться сразу. — Помнишь тот день, когда мы покупали мне одежду? — Чимин спрашивает тихо, мягко отпуская твои руки, а ты киваешь, чувствуя, как в местах, где он касался, горит кожа. — Те вещи я ношу дома каждый день и знаешь.. В общем, не поможешь мне с этим ещё раз? Тебя так неловко ещё никогда не приглашали на свидания, а от того парень выглядит ещё более ненормальным, но особенным. Он уверен, что ты согласишься, но волнуется всё равно. Ты просто киваешь во второй раз и просишь юношу вернуться к репетиции, потому что чужие взгляды уже начинают раздражать. Пак улыбается едва заметно и сходу начинает диалог из пьесы, а ты теряешься, но спустя пару секунд вспоминаешь ответную реплику. Всё же методика профессора работает, хоть и выглядит нелепо и кажется слишком простой.