Неудачный эксперимент

Как я и полагала, под началом капитана мне пришлось не сладко. Когда меня наконец выписали, через три дня, мне как и обещали, предоставили комнату и пару комплектов одежды. Первый был военной формой, состоящей из белых облегающих штанов, рубашки, коричневой куртки и сапог по колено. Второй комплект был гражданской одеждой, из простых брюк, ботинок и рубашки с рукавом в три четверти. Комната моя располагалась в казарме на первом этаже. Единственная мебель которая там присутствовала - это одноместная кровать, небольшое кресло и стол со стулом. Но мне и этого было вполне достаточно. Селить в общую меня не стали, чтобы временно избежать вопросов, пока придумывали мне легенду о моем появлении. Хотя, в чем смысл? Я же все равно познакомлюсь со своими сослуживцами. Документы мне сделали на имя сержанта Мелиссы Кроул. Точнее восстановили, так как она считалась пропавшей без вести. Имя понравилось. Почему-то, мне казалось, что оно идеально подходит к моему виду. Так же польстило получить небольшое звание, учитывая, что я у них на птичьих правах, но как оказалось позже, оно не давало абсолютно никаких привилегий. С того дня начались мои трудовые будни в Развед отряде, ставшие моим персональным адом. Утро начиналось с восходом солнца, быстрым завтраком из каши и овощей, на который жаловались почти все за пресноту. Мне же эта еда показалась самой вкусной на свете и свою порцию я уминала в два счета. Иногда товарищи тайком делились со мной, от чего я получала добавки еще пол тарелки. А дальше шла работа. Много работы. От мытья посуды на кухне, до чистки конюшен. К тому же, проделывать работу приходилось очень тщательно, чтобы не получить выговор от капитана. А получала я его по десять раз на дню. Леви оказался просто зверем. За каждое пропущенное пятно или горсть пыли мне приходилось все перемывать заново. От такой нагрузки первые пару дней я засыпала на месте, не добираясь даже до своей комнаты. К тому же ему приходилось объяснять мне и показывать наглядно как нужно правильно убираться, поскольку в первый раз я просто разлила воду по полу и начала намывать тряпкой туда-сюда. Из-за этого он весь день провел со мной объясняя как он сам сказал "элементарные вещи". Под конец я уснула прямо в конюшне на сене. Позже я поняла, что не единственная на ком он отрывается. Весь его отряд он гонял целый день и в хвост и в гриву. Мне было даже жаль ребят. Ведь, помимо работы, Леви тренировал их до седьмого пота. Как они только живы оставались после такого? Не завидна мне солдатская участь. Хотя их полеты на тросах меня очень впечатляли. Даже возникало желание попросить капитана научить меня тоже, но представляя, как я буду на равне со всеми выполнять силовые нагрузки не подготовленной, я отложила эту мысль, здраво решив, что сперва стоит повысить выносливость, потому что я после каждой уборки валилась с ног едва доползая до кровати. Зато отряд принял меня радушно. В скором времени я знала почти всех ребят из него, поскольку на уборках территории и кухне часто оказывалась с кем-то в парах. Так я сблизилась с Сашей, Конни, Марко, Бертольдом, Кристой, Имир. У каждого из них была своя история, мечты, планы, цели жизни, что меня весьма порадовало. О себе я им рассказала только то, что мне было велено говорить о своей биографии, а именно, что меня нашли за стенами в окружном поселке, на который напали титаны и у меня потеря памяти. Пару раз мне приходилось подставлять товарищам плечо, чтобы помочь дойти до казарм после их убойный тренировок. Один раз я уснула прямо на парне по имени Жан, потому что сил не оставалось даже, чтобы пошевелить пальцем. Когда капитан обнаружил нас утром, мы получили знатную трепку, хотя я даже не поняла за что. После он нагрузил нас двойной работой, чтобы как он сказал "понизить уровень гормонов". Знать бы еще что это.... И вот за что? Не виновата я, что мне не хватило сил дойти до своей комнаты. Моя выносливость ниже, чем у других. Но жаловаться я не смела. Ведь, благодаря им, я имею крышу над головой и еду. Все лучше, чем голодать на улице. Или быть под наблюдением у их верхушки, которые, судя по их словам еще те отморозки. Потому, я терпела, стиснув зубы.