Старейшина Ордена Гусу Лань Вэй Усянь

В течение года Вэй Ин отстроил в Облачных Глубинах учебный зал, где можно было тренироваться в холод и непогоду. С большими окнами днем внутрь проникало много света. А вечером, когда солнце скрывалось за пиками гор, по периметру изнутри и снаружи здания зажигались фонари от талисманов. От начала границ Облачных Глубин до домика бабушки и дальше вниз, в город, теперь убегала широкая дорога, освещаемая магическими огоньками. И Лань Цзыи с Лань Юном безбоязненно возвращались с занятий самосовершенствованием затемно. Дети тренировались на добротных, из металлических сплавов, мечах. Лязг скрещиваемых клинков поднимался высоко, к самым вершинам гор, долго отдаваясь звонким эхом. Его ученики оттачивали мастерство игры на дизцы и гуцине каждый на своем духовном инструменте. Они старательно зажимали пальцами отверстия на флейтах, щипали струны под одобрительные кивки Вэй Ина. И он будто на время переносился в прошлое, когда из учебных комнат разносились живые и печальные трели, тихие и хлесткие переливы. Когда после занятий десятки учеников в белых, расшитых облачным узором, ханьфу степенно устремлялись на следующие уроки, переговариваясь вполголоса. Или когда стая юношей сбегала с ним на ночные охоты, заглядывая в рот, ловя каждое слово, смеясь каждой удачной шутке. До величия и богатства прежнего Ордена Гусу Лань нынешнему было черепашьими шагами сто верст. Однако первые ростки проклюнулись из засеянной Лань Цзюньхуном почвы. Из закутка, где помещался стол с талисманами и где им приходилось соседствовать с продавцом кристаллов, подпольным гадателем и последователем Нью-эйджа, они скоро перебрались в отдельную комнатку неподалеку. Молва быстро разнесла славу об их лавке. Люди тянулись из ближайших сел и деревень, приезжали на автобусах из соседних городов. Чжоу Мин, которая на пару с Лань Цзюньхуном заправляла продажами, наняла в помощь дальнего родственника. По осени бабушка сортировала собранные детьми травы. Она связывала их пучками, чтобы подвесить за веревку, протянутую наискось над кухней. Когда те высыхали, бабушка пестом крошила их в ступе. Раскладывала по полиэтиленовые мешочки с замком, подписывала. Когда же ее старые знакомые приходили жаловаться на боли в суставах, почках, желудке, она выдавала им нужное в обмен на яйца или крупу. И однажды, занимаясь привычном делом, бабушка предложила продавать лечебные травы в их магазинчике. И лавка переехала в совсем большое помещение, с двумя комнатами и подсобкой, во вполне приличный район. И соседствовала отныне с аптекой народной медицины, круглосуточным магазинчиком еды и лотком с супом малатан* на колесах, а не с шарлатанами и мошенниками. Поток посетителей нарастал. Тетушки покупали сыновьям талисманы на успешную женитьбу. Не проходило и пары дней, как те стремительно, словно по указу Небес, находили невест и начинали обговаривать детали будущих свадеб с будущими тещей и тестем. Тетушки хвастались о везении и чудесах соседкам, привлекая новых клиентов. Бездетные пары приходили за талисманами плодовитости. Утратившие мужскую силу – за средствами для ее повышения. Раскупались талисманы на удачу в работе. На всякий случай посетители запасались и для отведения несчастья и злых духов. Пришел час, когда в пару первому Чжоу Мин наняла еще одного помощника. Сама она теперь вела бухгалтерию да подмазывала милицию, чтобы те не находили в их деятельности феодальных пережитков и антикоммунистических настроений. Еще завидя издали служителей закона и порядка, Чжоу Мин звонила муженьку, и тот с другого конца города спешил с денежными конвертами и винными подношениями для них и их руководителей. Вэй Ин теперь проводил ночи за производством талисманов. Лань Инин и Ци Пэйсинь рисовали их прямо на школьных уроках. Лань Цзыи и Лань Юн – в перерывах на переменах. Вэй Ину казалось, что его ученики настолько поднаторели в этой работе, что смогут с закрытыми глазами, наощупь изобразить нужный. Даже в середине боя, когда каждая секунда дорога, на грядущих Больших Соревнованиях смогут.