Старейшина Ордена Гусу Лань Вэй Усянь

Они впятером очутились у входа в Столичный дворец спорта, но не снаружи, где их могли заметить не заклинатели, а внутри. Далеко впереди мелькнули черно-синие одежды Ордена Шэнь. Два адепта сворачивали в ведущий напрямик к арене коридор. Большие Соревнования официально еще не считались открывшимися, хотя подтверждение регистрации в состязаниях шло уже три дня. В сегодняшний полдень оно закрывалось. И практически сразу проводился посев участников. Подросткам оставалось совсем немного времени, чтобы подготовиться к первому бою, потому что уже завтра начинались соревнования. От участников хватало по одному представителю, чтобы подтвердить регистрацию. Но Вэй Ин предпочитал на живом примере показывать ученикам, что их ждет в будущем. Самым старшим исполнилось по тринадцать. Как раз в этом возрасте дядя Цзян назначил его ответственным за младших товарищей. Вэй Ин бдел, чтобы те умеренно тренировались, занимал их всякой всячиной и следил, чтобы не проказничали. С последним у него не очень-то получалось, ведь он всегда был первым заводилой и зачинщиком всех шалостей и озорничаний. Зато ему и первому попадало от Госпожи Юй. Вэй Ин планировал в ближайшее время одарить своих учеников различными обязанностями. Лань Цзыи как ближайшей родственнице придется помогать двоюродной сестре с делами Ордена. Ци Пэйсинь уже превзошел в уровне совершенствования девочек. И несмотря на непростой характер, Вэй Ин собирался наделить его званием Первого ученика и сопряженной с ним ответственностью. Он надеялся, что новые обязанности сгладят склочный нрав. Посев начинался через три часа. И на арене пока еще собралось немного представителей от других Орденов и Кланов. Взгляд Вэй Ина моментально уцепился за фигуру Лань Чжаня, а сердце вздрогнуло. До последнего Вэй Ин гадал, приедет ли Лань Чжань на соревнования. В последний год он нечасто появлялся в резиденции Клана Лю и в своем домике. Нити связывающего их Даньтяни заклинания тянули в иные места. На юг, запад, север. Поймать Лань Чжаня для Вэй Ина не составляло труда. Но время доказывало, что самый простой способ завоевать доверие и интерес Лань Чжаня – отпустить. Вэй Ин не знал, отчего каждый раз, когда он докучливо навязывал общение, его избегали, а когда скрывался из виду, Лань Чжань первым искал его компании. Словно они играли в салки, чьи правила Вэй Ину не рассказали. И приходилось их исследовать на ощупь. Лань Чжань, будто почувствовал пристальный взгляд, развернулся. Он выглядел спокойным, но настороженным, до конца не уверенный, что оказываемое внимание не сулит бед. Вэй Ин приветливо помахал рукой и улыбнулся, всем видом излучая беспечность и беззаботность. Лань Чжань кивнул ему и первым двинулся навстречу. В груди Вэй Ина потеплело. - Лань Инин, возьми остальных и подтверди наше участие. А мне надо кое с кем поговорить, - отослал детей Вэй Ин. - Учитель Вэй, вы уверены, что взрослые воспримут всерьез подростков? Вам не надо с нами? – с сомнением уточнила Лань Цзыи. На лице Ци Пэйсиня неверие боролось с возмущением. Лань Юн заковырял в ухе. Даже Лань Инин, обычно с готовностью выполнявшая поручения, медлила и выглядела смущенной. - Да они всего-то вас лет на тридцать-сорок старше. Идите, идите, - подгонял их Вэй Ин. И они неуверенно двинулись к расставленным вдоль трибун столам, где скучали представители организаторов Больших Соревнований. Вэй Ин развернулся к Лань Чжаню, но так, чтобы краем глаза следить за происходящим с учениками, чтобы при возникновении неприятностей успеть вмешаться. - Неожиданно увидеть тебя вновь на Больших Соревнованиях, - поприветствовал Вэй Ин. – Но приятно. Ты же не собираешься притворяться, что тебе по-прежнему восемнадцать, чтобы завоевать еще одну медаль? Лань Чжань бесстрастно смотрел на него несколько секунд, словно изучал или пытался решить внутреннюю дилемму. Вздохнул и ответил: - Я помогаю учителям с младшими учениками. Вэй Ин легко улыбнулся. Река времени изменяла внешний вид земли. Пересыхали реки. Исчезали леса. Стирались города, и на их месте возводились новые. Люди умирали и перерождались. А Лань Чжань даже в этом перерождении оставался верен себе, славный и трогательный Лань Чжань. - Здорово. Думаю, из тебя выйдет хороший учитель. Дети будут от тебя просто без ума. - Спасибо, - поблагодарил Лань Чжань, но на его лице промелькнуло не ускользнувшее от взора Вэй Ина удивление. - Я что-то не то сказал? Извини. В мыслях не было тебя оскорбить, - поспешил объясниться Вэй Ин. Вэй Ин провел в современном мире года три и уже приспособился к новому укладу жизни. Но оставались огромные неизученные пласты наук, взаимоотношений и явлений, познать чью природу он еще не успел. А из-за своей нерадивости Вэй Ин меньше всего хотел обидеть Лань Чжаня, задеть его чувства или достоинство. - Не оскорбил, - покачал головой Лань Чжань. – Я чаще слышал, что не подхожу для этой работы. - Вздор! – возмутился Вэй Ин. – Если ты хочешь этим заниматься, то очень даже подходишь. Ты будешь самым терпеливым, внимательным и объективным учителем. А это, знаешь ли, очень важные качества. Особенно если тебе попадется в ученики кто-нибудь смышлёный или несносный. Уши Лань Чжаня медленно наливались алым. И еще он избегал встречаться с Вэй Ином глазами. Возможно, кто-то чуточку переборщил с комплиментами. - Спасибо, - тихо проговорил Лань Чжань. - И спасибо за совет насчет самосовершенствования. - Какой совет? - Сосредоточиться на наполнение одного Даньтяня. - Это были пустые разговоры, - поспешил заверить Вэй Ин. – Я приводил это как пример. Я вообще много болтаю всякой ерунды, если ты не заметил. Вэй Ин скорее откусил бы себе язык, чем признался. Но он знал, что год назад Лань Чжань столкнулся с проблемой преодоления барьера в самосовершенствовании. Барьеры были неотъемлемой частью процесса самопознания и развития внутренней энергии. Каждый практик встречался с сотнями за свою жизнь. Иногда они преодолевались играючи, иногда брались измором. А иногда так и оставались непреодолимыми стенами, не позволявшими пройти дальше по тропе самосовершенствования. В своем первом теле Вэй Ин никогда не испытывал мук превозмогания. Зато познал все страдания, с ними связанные, во втором. Там, где он прежде шел с гордо поднятой головой, отныне Вэй Ин увиливал, проползал и придумывал всевозможные трюки, чтобы перебраться по другую сторону барьеров. - Спасибо, - упрямо повторил Лань Чжань. Это было уже третье или четвертное «спасибо» от Лань Чжаня. Вэй Ин почувствовал, как к шее приливает жар. Его супруг в этом воплощении был просто невозможным упрямцем. - Не надо меня благодарить, умоляю, Лань Чжань. Особенно, когда я ничего не делал. О, нет, я знаю это несогласное со мной выражение лица! Стой, молчи! Давай договоримся, если ты всё-таки считаешь, что ты что-то мне должен, и хочу напомнить, что ты не должен, просто отведешь меня куда-нибудь и больше никогда в жизни не будешь упоминать это ужасное слово на букву «с»? - Это неправильно. - Правильно, неправильно, какая разница? Лань Чжань, ты же не хочешь довести меня до инфаркта? - Инфаркта, - недоверчиво повторил Лань Чжань. - Ты сомневаешься, что у меня слабое сердце? – вздохнул Вэй Ин, состроив кристально честный взгляд. - Я взяла пульсометр, - пропела вернувшаяся Лань Цзыи. – Учитель, надо замерить пульс, - довольно кивнул Ци Пэйсинь. - Вдруг у вас аритмия? Это жуткое приспособление – пульсометр – на нем всегда показывало ноль. Его ученики - мелкие предатели! Святые Небеса и почтенные предки семьи Лань, он воспитал целый Орден бесстыдников!