По обмену

      Я все ещё продолжаю висеть в воздухе из-за Альбуса. Только после моего красноречивого взгляда он опускает меня на землю, сказав что-то без палочки.       Перед нами стоят четыре парня и три девушки змеиного факультета. Мне рассказывала Белла местную «иерархию», перед нами элита школы, ошибки быть не может.       Кэтрин как всегда выглядит идеально в своём изъезженном амплуа типичной девочки с картинки: алая помада, выпрямленные волосы, красиво-накрашенные зелёные глаза и комбинезон. Сколько стоит этот комбинезон из чёрной кожи? Моя душа столько не стоит. Одежда не так бросается в глаза, как её скучающее выражение лица. Самое интересное то, что она не играет девушку, которая может себе позволить всё. Она такая и есть.       Рядом с Кэтрин, как я понимаю, её подруги, но ведёт она себя с ними, как королева со свитой. Они стоят чуть поодаль, Мерида и Элис. Одеты подстать Смит, но слегка опущенные головы дают понять, что о себе они думают в последнюю очередь. Не думаю, что есть шанс услышать их мнение при разговоре, они будут говорить, делать и думать то, что Кэтрин скажет. Как я это поняла? Даже в Хогвартсе принципы типичной старшей школы остаются неизменными.       Рядом с Малфоем тоже «друзья». Четыре амбала, которым, кажется, стоит сказать «фас», и они забьют любого. Может, только один парень из его окружения не выглядит, как рестлер перед боем, он держится немного поодаль. Остальные же откровенно пугают. Компания что надо, но личности сейчас здесь только две: Дориан и Кэтрин. Элита школы, оно и видно. — Поттер, неужели другие кандидаты настолько ужасны? Или думаешь, что даже с таким, — он многозначительно смотрит в мою сторону, — аутсайдером, как она, вы выиграете?       Аутсайдер, значит. Да как он смеет со мной так обращаться!? Словно меня здесь нет или я не стану бороться за себя. — А вы с Кэтрин специально пришли в эту часть школы посмотреть на аутсайдера? — подхожу ближе к слизеринцам, не собираюсь прятаться за спиной у Альбуса. — Не льсти себе, Грэй, — Кэтрин впервые заговорила со мной. Какая честь, а я речь не подготовила, — но ты в чем-то права. Мы все надеемся, что ты попадёшь в команду гриффиндорцев, — она меня «дружелюбно» подбадривает, а меня от этой лжи уже выворачивает, — и утянешь их на дно, — а вот это больше похоже на неё. — Даже не сомневаюсь, что вы её возьмёте, — подал голос блондин. Почему Альбус не ответит им? Никогда не видела столь терпеливого человека, — Так же легче оправдать поражение. — Малфой, ты пришёл пожелать хорошего дня? Высказался? А теперь уходи, — хоть что-то говорит брюнет, сжимая кулаки.       Внезапно Малфой припечатывает Альбуса к колонне и хватает за шею, буквально преодолев расстояние за мгновение: — Не указывай мне, гений, последняя наша стычка тебе же вышла боком. Или я ошибаюсь? — глухой удар раздаётся в районе рёбер Альбуса, от чего парень издаёт приглушенный стон. Я замечаю, что остальные из этой компании стоят абсолютно спокойно. Это в порядке вещей? Нападать, хамить, драться... Альбус боится его или же «выше этого», но я нет.       Не выдерживаю, когда Кэтрин мне улыбается кошачьей улыбкой с видом: "Тебе остаётся только смотреть". Пусть у моего поступка будут последствия в будущем, но после этого удара, я буквально подлетаю к блондину и отрываю его руку от шеи своего друга, пока его прислуга стоит и мирно обсуждает вопросы вселенской важности в стороне. — Отвали от него, Малфой, — я и не думаю трогать свою палочку, справлюсь сама. Я ударила его в нос со всей силы.       На руке остаются теплые капли крови, я действительно сделала это... Смотрю в глаза Малфоя, где видно отчётливое стремление меня убить, от этого сердце невольно сжимается в страхе. Из его носа капает кровь на белую рубашку, на что он только вытирает нос ладонью.       Он кивает двум парням в сторону Альбуса, и они скручивают ему руки за пару секунд. А женская часть этого коллектива даже бровью не ведёт. Пытаюсь помочь другу, но меня резко останавливают, нацеливая палочку мне прямо на лицо.       Блондин подходит ко мне ещё ближе, задумавшись на секунду, говорит: — Моли о прощении, Грэй. Может тебе это поможет, — просить прощения? За что? Что я защищаю своего друга? Никогда. — В твоих мечтах. — Круцио.       Адская боль сковывает все тело после единственного слова. Я и подумать не могла, что он способен на такое. Через пелену слез и крика, кажется, моего, я этого не понимаю, слышу крик Альбуса. Только вот он не может мне помочь, его слишком крепко держат.       Это просто невыносимо, словно под кожей тысяча лезвий, которые рвутся наружу, которые я сама хочу вырвать, что я и пытаюсь сделать бессознательно. Каждый вздох может стать для меня последним, и каждая частичка меня трясётся в агонии. Перед глазами расплываются картинки неба, моего прошлого, семьи... Кто создал это заклятие? Даже на войне нельзя пользоваться таким видом пытки, - это буквально убивает тебя, медленно, но таким образом, что состояние адской муки можно растянуть на часы.       Я кричу, как слабачка, пока до меня доходят слова блондина: — Проси прощения, Грэй, — немного скучающий тон рядом со мной бесит, хочу его заткнуть любым способом. — Никогда! — истошный вопль доносится до моих ушей. Это мой крик?       Сколько это длится? Кажется, что целую вечность. Когда он отводит свою палочку, я постепенно прихожу в себя после боли, которую мне пришлось пережить из-за него. Почему именно я? Что я ему сделала, что он готов нарушить запрет министерства магии, чтобы устроить мне такую агонию?       Я без понятия как, но я нахожу в себе силы подняться на ноги и посмотреть ему в глаза. Вся свора его пешек смотрит на меня, раскрыв рты. Ожидали рыданий и извинений? Не дождётесь, пустоголовые. — Ты жалок, — говорю шёпотом, только на это я сейчас способна.       Мне удаётся его удивить, он смотрит на меня с неподдельным интересом, осматривая с ног до головы. Не собирается снова меня пытать? Мне все равно, никогда не унижусь перед таким, как он. — Должен признать, есть в тебе капля стойкости, — он машет рукой своим ослам, они отпускают Альбуса и... уходят? Вот так просто подошли вывернуть меня наизнанку и всё? — Но твоё въедливое благородство ни к чему хорошему тебя не приведёт.       Альбус подбегает ко мне, практически помогая в последнюю секунду устоять на ногах. Что-то говорит, осматривая на наличие открытых ран. Смутно доходит его голос, который что-то кричит.       Через пару шагов слизеринец поворачивается и бросает абсолютно спокойно: — Чтобы ты знала, моего отца вызывают в школу за ложный донос учителям. Считай это расплатой. И кстати, не советую рассказывать учителям о нашей маленькой стычке. На тебе ни царапины, а я в крови, — он подмигивает и уходит в обнимку с королевой факультета, оставляя меня в полнейшей ярости.       И что это сейчас было? Я прошла через весь этот ад из-за мести какого-то придурка? Ну чтож, ему нужна вражда, он её получит. — Альбус, даже не вздумай меня жалеть, — я поворачиваюсь в сторону Поттера, который пытается подобрать челюсть с поля, — Мы будем продолжать тренировку или нет? — Мия, от этого заклятия любой согнется пополам. Как ты только встала? Нам срочно нужно в больничное крыло. — Не стоит, я в порядке, — вру, я совсем не в порядке, меня тошнит и все конечности болят, словно я попала в аварию, — так ты научишь меня летать или нет? — Тебе плохо, и будет только хуже. Я повторю тебе один раз. Нам надо доставить тебя к медсестре. И зачем ты только вступилась за меня? — говорит себе под нос последнее замечание. — Но у меня неделя до отборочного тура! — Я закрываю рот рукой в надежде, что содержимое останется внутри. — И я обещаю, что с завтрашнего дня я буду тебя тренировать, — он берет меня под руку и ведёт к школе.       Почему мир так сильно размывается? Нет, только не это, я падаю в обморок.