Одна из Кровавых Блэйдов

      После того, как по штабу поползли слухи, что на чердаке видели ту самую девушку только уже без повязки, Калла начала чувствовать на себе множество взглядов. В этом случае взгляды делились на три: полные ненависти, отвращения или страха, другого не дано было. Сказать честно, она всё-таки знала, что рано или поздно все узнают про глаз.       Сперва девушка паниковала, даже если снаружи выглядела всё так же беспристрастно. Сидя на чердаке, она всё ещё обдумывала, что делать с этой проблемой. Она надеялась, что та самая девушка будет смирно держать язык за зубами, но её надежды угасли, как только она услышала все эти предположения и слухи. Переходя с уст в уста, слухи становились всё страшнее и ярче, чем были вначале. Затем она хотела попробовать не обращать на всё внимание, как делала и ранее. Вот только это было невозможно, когда на тебя с разных сторон лились слова отвращения. Конечно же, в лицо никто не собирался ничего говорить, но вот за спиной слова текли реками. Теперь, когда эту странную молчаливую девушку с повязкой заметили, когда не знали о её существовании до второго года обучения, это принесло много проблем. Как во всех таких случаях, её охотно обходили стороной и каждый раз распределялись в пары для спарринга быстрее, пока на полигон придёт Блэйд. И тогда ей приходилось вставать в пару с грушей. Ну, а если тренировку вел Капитан Леви, что бывало редко, потому что он тренировался со своим Элитным отрядом, в пару она вставала с ним.       Оказавшись в Стратегическом отряде Эрвина Смита, она поняла, что тренировкам там уделяли не так много времени. Все старались думать и использовать свои знания. Но пока что свои предложения о построении и маршруте в предстоящей вылазке она держала при себе.       Если в кадетские дни Каллу осыпали приказами, то сейчас она только и делала, что сидела с отрядом часами в кабинете Командора и думала. Точнее, просто сидела и слушала предложения. Тренировкам она начала уделять больше времени, потому что делать было нечего. Каждый был занят подготовкой своего отряда к вылазке. Она долго сидела в кабинете Смита и думала, затем шла тренироваться. Конечно же, были перерывы на еду и душ. В конце дня она отправлялась спать. Так проходили все дни, пока за день до вылазки её не вызвали в кабинет Капитана Леви. Зачем её вызывали, как и всегда она не знала. Было предположение, что у Капитана для неё приказ, поэтому она быстрым шагом поспешила на третий этаж штаба.

***

      Капитан Леви никогда не верил слухам, которые ходили по штабу. Ни одному из них. Но один его заинтересовал: на чердаке видели девушку с красным глазом. Было несколько вариантов этого слуха, и чем дальше, тем ярче описывалась картина. Также, по слухам, её видели на чердаке именно в день, когда Капитан Леви устроил генеральную уборку. Они обсудили это со Смитом и пришли к выводу, что стоило поговорить с ней. Да, они уже знали, кто мог бы быть тогда на чердаке. Капитан Леви самолично распределял территорию для уборки, чердак же достался Калле Блэйд.       Приказав одному из своего отряда направить Блэйд к нему, а другому — позвать Смита, он продолжил писать отчёты. Но писал он их недолго, так как послышался стук в дверь. Разрешив войти, он увидел, как без единого звука открыли дверь и так же тихо зашли в его кабинет. Перед ним стояла та самая Блэйд с повязкой. Отдав честь, она, как полагало, поздоровалась.       — Вы меня вызывали, сэр? — твёрдый голос с нотками лени и безразличия. Вот же девчонка, даже на Капитана смотрела как на какого-то левого мужика из подворотни, который только вылез из мусорного бака. Хотя это выражение лица и этот взгляд она носила с собой везде.       — Да, — так же ответил мужчина, будто бы пародируя её, что не скрылось от глаз девушки.       — Готова выполнять приказ, — она посмотрела прямо в глаза Капитана, что слегка позабавило его, но тот не подал виду.       — Сядь, — она уже на автомате хотела отдать часть и идти выполнять приказ, но застыла на месте, не понимая ситуации. Заметив лёгкое непонимание, он снова повторил, но уже более настойчиво. Она же исполнила приказ, как подобало примерному солдату.       Так они сидели в тишине минут десять. Девушка разглядывала разные книги в кабинете Капитана, отметив про себя, насколько здесь было чисто. Читая название девяносто пятой по счёту книги, она услышала стук и рефлекторно повернула голову в сторону двери, уже протягивая руку к кинжалу.       — Входи уже, — слова Капитана помогли одуматься и прийти в себя, и в проёме двери показался Смит. Калла встала, так же отдавая честь, как и Капитану пару минут назад. Получив разрешение, она снова села на нагретое ей место. Мужчины поздоровались, и Командор сел на диван. Калла смотрела то на Капитана, то на Командора, метая взгляд туда-обратно. А оба мужчины в свою очередь пристально смотрели на девушку, что очень её насторожило. Она заново потянулась за кинжалом на всякий случай, ведь инстинкты кричали про то, что сейчас что-то, да произойдёт.       — Успокойся, — сразу сказал Капитан, увидев, как та потянулась к сапогу, — мы просто хотим поговорить насчёт кое-чего, — ответил на немой вопрос мужчина. Но эти слова никак не успокоил внутренний голос девушки.       — Про что именно? — наконец заговорила Блэйд, снова переводя взгляд с одного на другого. А что можно было подумать, когда тебя вызвали в кабинет к одному мужчине, после чего пришел уже второй, и они вместе смотрели на тебя?       — Сейчас в штабе начали ходить кое-какие слухи, — начал пояснять голубоглазый, заостряя внимания на своих словах, — про тебя, — про кого он говорил, можно было и не угадывать.       — Я знаю, — она сказала эти два слова очень отстранённо, вспоминая всё, что про неё говорили. — И про что вы хотели поговорить? Спросить, правда ли всё это? — Капитан Леви внутренне удивился. Впервые она так долго что-то говорила. В основном это было: «Есть, сэр!», «Вы меня вызывали, сэр?», «Я выполнила приказ, сэр!» Кроме этого она ничего больше не говорила, по крайней мере он больше ничего не слышал.       — Калла, пойми, — как всегда сейчас включит свои ораторские способности и расколет эту девушку, как орешек. — Мы ведь твоё начальство, и мы хотим всё знать, — Смит надеялся на свою речь и хорошие манеры, но в ответ получил лишь взгляд, который так и говорит: «И вы думаете, я всё расскажу? Попытайтесь получше». Он понял, что здесь дело одной вежливостью не обойдется, тут нужны были весомые причины. Когда они принимали присягу, говорить о своём прошлом, проблемах и речи не было. — Слухов очень много, Калла. Я понимаю, что трудно, когда тебя отделяют от общества.       — Я и не стремилась влиться в это общество, — Капитан уже усмехнулся. В этот раз Смиту придётся поработать.       — Но общение важно. Никто не сможет прожить без общения, — он хотел продолжить, но его оборвала девушка и продолжила говорить.       — Послушайте, Командор, — она посмотрела на него. Положила свои локти на колени и скрестила пальцы. — Я понимаю, что вы хотите посмотреть, что под повязкой, но после вы просто будете меня избегать. У меня были большие проблемы, когда мой отчим увидел, что под ней. Он хотел меня убить из-за этого, — она посмотрела на него очень серьёзно. — Понимаете? Я не хочу, чтобы это повторялось. Я вообще не хочу проблем. У меня их и так много из-за моей фа… — она сразу же заткнулась, не продолжая слова, — фантастической неприязни к людям, — закончив и как-то выкрутившись из ситуации, выпалила, что первое пришло на ум.       Конечно, он что-то заподозрил. Фантастическая неприязнь к людям? Бред полный. Хотя, может, она из-за этого ни кем не общалась и не ходила с людьми? Не хотела по-хорошему, так сейчас он воспользуется тузом в рукаве.       — Повязка будет мешать на поле боя. Ты ведь не хочешь умереть из-за того, что не досмотрела за титаном? Это очень опасно, а такие бойцы, как ты, нам нужны, — вот и факты. Это и застало Блэйд врасплох, а ведь она об этом и не задумывалась. Да, из-за того, что один глаз не мог видеть, ей было слегка трудно уследить за всем, но она работала над этим. Хотя вылазка должна была состояться послезавтра. Наверное, уже все заметили, что Блэйд старалась держаться немного в стороне. Старалась держаться там, где было наименьшее количество опасности. Так она делала только из-за того, что могла не уследить. Снова проблема. Хотя какая уже разница? Вся разведка знала, что под повязкой. И всё из-за неосторожности. Она глубоко вздохнула и посмотрела на них.       — Вы правы, — она говорила это тихо, вспоминая бойню с отчимом. — Повязка мне и правда мешает.       — Тогда сними её, Калла, — уверенно заверил её Командор. Со стороны Капитана всё ещё не было ни звука. Он только слушал и делал выводы. — Прошу, не волнуйся. Хуже уже не будет. Все знают про повязку, и все знают что под ней, — и она поверила, кивнула и потянулась руками к повязке, чтобы снять. Участилось сердцебиение, что говорило о том, что девушка нервничала. Но она собралась и убрала повязку, предварительно закрыв глаза, все ещё не до конца решаясь. Назад пути не было, она уже сняла повязку, ей нужно было лишь открыть глаза. Она медленно открыла их. И Капитан, и Командор чуть дёрнулись в её сторону, чтобы лучше осмотреть, и увидели там кроваво-красный глаз. Цвет крови так и завораживал. Он и правда был пугающим. Пугал и завораживал одновременно. Так уж повелось, что цвет свежепролитой крови у многих поколений человечества ассоциировался с агрессией и гневом, или с необузданной, роковой страстью. Все старались держаться подальше от этого цвета, из-за чего больше предпочитали ярко-красные оттенки.       Если присмотреться, можно было заметить, что в радужке выделялось несколько оттенков красного. Где-то они были ярче, а где-то походили на бордовый. Невероятно!       — Хорошо, — Командор явно был не готов к этому, он встал с места, посмотрев на Капитана, коротко кивнул. — Мне пора идти, отчёты сами себя не доделают, — Калла сразу же встала с места и отдала честь, а Смит уже вышел из кабинета своего друга. Девушка посмотрела на Капитана Леви, отдала честь и снова хотела потянуться за повязкой.       — Не надевай, — это скорее послышалась как просьба, нежели приказ. Он посмотрел прямо в её глаза, не смотря больше никуда. Будто бы показывая, что не боится её без повязки.       — Простите, но я не могу, сэр, — да, не могла. Опасно для жизни, если так сказать.       — Не надевай, — было сказано уже более настойчивым тоном, не принимающим отказов. Калла уважала этого человека, не боялась, не страшилась. Всего лишь уважала. — Человечество так устроено, что не принимает тех, кто хоть чем-то отличается. Никто из нас не в силах бороться с мнением людей и говорить им обратное. Люди не будут слушать то, что ты говоришь, они будут слушать про тебя от других. Мне ли не знать? — и правда. О Сильнейшем Воине Человечества ходила куча слухов, но она никогда не видела, чтобы он прятался. Нет, он доказывал обратное действиями, убивая ещё сотню титанов, спасая ещё сотню жизней. — Доказывать что-либо стоит действиями, они лучше запоминаются, — всё, больше он ничего не сказал. Девушка снова отдала честь, развернулась и вышла из кабинета Капитана. Без повязки.

***

      — Ну, и что теперь?       Казалось бы, на первый взгляд в безлюдном переулке стояло двое людей: высокий загорелый шатен с «горящими» светло-коричневыми глазами, рядом стоял ещё один, голубоглазый брюнет с крепким телосложением.       — Умер, подонок, а отродье своё оставил.       — Она не его дочь, Айзек, — усмехнулся шатен.       — А разница? Босс сказал, что её нужно убить. Это чёртово письмо… — Айзек потер виски и, тяжело вздохнув, покрутил маленький клинок в руке. — Мне дали информацию о семейке. И дали, кстати, информацию секретную, — его глаза хитро блеснули. — Она плоха в рукопашном бою без клинка. Все они плохи. Мой знакомый еле откопал эту информацию, и на это понадобилось три месяца долгих поисков, — покачал он головой. — Тебе нужно всё подстроить так, чтобы она осталась без него. И осталась одна, Диего, — подчеркнул он последние слова, посмотрев на собеседника. — Остальное я улажу сам.       — Не перепутай ее с другими. Хотя как тут перепутать?.. Но все же основная информация: повязка, рост метр семьдесят, телосложение спортивное, и вес не особо тяжелый, примерно пятьдесят восемь.       — Да, знаю я, знаю, — закатил глаза Айзек. — Ты лучше скажи, как там у нее дела со знакомыми? Есть друзья?       — Друзей нет. Поэтому никто особо не будет выяснять причины смерти. Может, тетя ее, но это вряд ли.       — Отлично.

***

      На следующий день должна была состояться первая вылазка за стены. До этого времени девушка не шибко волновалась — самой большой проблемой были слухи про неё. Но теперь, как только она вышла на построение без повязки, мягко говоря, все стояли в ступоре. Не обращая на них внимание, она встала в строй и, так же как все, ждала Капитана. До того, как Капитан пришёл, все уже стояли на расстоянии от девчушки не меньше пяти метров. Она этого и ожидала. В глазах каждого читалось только одно — страх. Не было здесь солдата, который, гордо подняв голову, так же показывал отвращение.       Что такое страх? Наверное, многие из нас задавали себе такой вопрос. Но ответ на него у всех был разный, так как каждый воспринимал это явление по-своему, опираясь на свои мысли, чувства, знания и опыт. Так что же такое страх? И почему в большинстве случаев его трактовали по-разному? На взгляд Каллы, страхом был в первую очередь инстинкт. Он помогал человеку уберечься от потенциальной опасности. Был бы абсолютно бесстрашный человек, он бы смело бросался в пасть титана, не испытывая ничего. Во-вторых, страх был сильной и яркой эмоцией, которую испытывали люди. Каждый человек боялся, у него были свои страхи, которые со временем могли превратиться в фобии. Люди говорят, что страх — совсем ненужное чувство, с чем девушка не была согласна. Без чувства страха каждый человек бы уже умер, лежал в больнице с тяжёлыми ранениями. Не было бы чувства страха, все люди бы пошли в Разведку отвоёвывать свободу. Как говорилось ранее, страх — это защита. Он говорил вам, что то или иное могло быть опасным или же какой человек мог представлять опасность. Так же было и с девушкой. Каждый присутствующий ощущал страх, у него включались инстинкты, которые орали, что нужно было бежать и прятаться. Да, так и есть, Калла была опасна, смертельно опасна. Не рассчитать силу, траекторию, и она рассечёт плоть ножом и будет убивать до конца своей жизни. Но люди видели угрозу только в глазе, а стоило бы опасаться фамилии, которую носила девушка. Блэйд — род опаснейших, элитных убийц. Именно они становились лучшими в этом деле, и никто с этим спорить не будет. Знали об этом лишь старики, которые прожили больше, да и знали больше. Все книги про Блэйдов были давно спрятаны, некоторые превратились в пепел.       Но, если кому-то понадобится найти их, они найдут. И найдут непременно.