Вестник вечных зим

Закончив с директрисой на самой позитивной из нот, я покинул её кабинет в сопровождении вызванного из школьной канцелярии секретаря. Покинул в пусть и переполненном смятением, но в тоже время приподнятом расположении духа. Всё же заняться сексом с директрисой в её же кабинете, а после заделать её своей любовницей – чем не крышесносное достижение?! Особенно для того, кто до этого момента особых успехов в постельно-любовных игрищах не имел. И даже глубинное понимание того, что по местным морально-этическим ориентирам именно директриса молодец, лидер да боец, совратившая молоденького мальчика-шлюха, настроения мне не портило. Женщин же из моего мира никогда не смущала роль содержанки при богатом или знатном мужчине, так почему подобное должно смущать меня, коль волей судьбы занесло в столь необычное место? Никогда не отказывал себе в возможности пожить в своё удовольствие, не буду таким заниматься и впредь. Что же до моей теперешней сопровождающей, то выглядела она как самая обычная канцелярская, не побоюсь этого слова, мышь. И вела себя соответствующе – тихо, мирно и без лишних разговоров сопровождая меня до моего нового класса. Отдельно же стоит заметить, что располагалась канцелярия не перед директорской дверью, как в моей старой, ещё российской школе, а дальше по коридору. Вместо неё перед кабинетом главного человека сего учебного заведения расположилась небольшая комната для ожидания с парочкой диванчиков у стен и небольшим низким столиком между ними. То есть, невольно подслушать то, чем мы там с Моникой занимались, было просто некому. И это успокаивало. – Вот нужный класс, – тихим голосом проинформировала меня сопровождающая, останавливаясь у одной из дверей. – Зайдешь, как звонок прозвенит. И запомни, твою классную руководительницу зовут мисс Эплботм. Виктория Эплботм. – Угу, понял, – дергано покивал я, вырванный из своих переживаний. – Спасибо, что проводили. – Ох, ну что ты… – неожиданно для меня смутилась женщина, начав нервно поправлять очки. – Это моя работа, поэтому не стоит… я лучше пойду. – Эм… ладно, – проводив работницу канцелярии растерянным взглядом, я был настолько удивлен еë поведением, что даже забыл спросить, через сколько должен прозвенеть звонок. А окрикивать посчитал делом неприличным, смущающим, потому и не стал. Вместо этого решил прислушиться к тому, что происходит за закрытыми дверями. Хотя, точнее будет сказано, прислушивался не я, а мой высокотехнологичный девайс. После недолгой настройки он начал улавливать даже доносившиеся из класса приглушённые голоса, и после недолгой обработки – честно их переводить на великий и могучий. К сожалению, ни о чем мне интересном преподаватель не рассказывала, просто решали на доске какую-то геометрическую задачку, если переводчик правильно всё воспроизвёл. Лучше бы это был урок истории или биологии… хотя и так сойдет. Интересующие меня знания лучше получать непосредственно за партой, чем из-под дверей. Долго ждать в итоге не пришлось. Примерно минут через десять ленивого подперания стены по всем коридорам разнеслась задорная простенькая мелодия, сигнализирующая о конце урока. И буквально через пару мгновений двери классовых помещений начали отворяться, выпуская из своих недр нескончаемые галдящие людские потоки. Преувеличение, конечно, но для меня, давно уже закончившего школу, всё выглядело именно так. И если меня накрыло приступом лёгкой ностальгии, то вот переводчик от такого обилия шумов и звуков со всех сторон, буквально сошёл с ума. Ни о какой фильтрации не было и речи, проклятая машина переводила почти каждое брошенное слово, каждую фразу, но такими урывками, что возникшее перед моим взором полотно текста просто не поддавалось осмысленному пониманию. Поток разума, а если одним словом, то полнейшая белиберда, ещё и с каждым мгновением увеличивающаяся в размерах. – Вот ведь хрень! – в сердцах бросил я, стягивая с лица очки дополненной реальности и начиная пальцами массировать прикрытые веки. – От такого обилия бессвязной информации аж в глазах зарябило. – Hello! – не успел прийти в себя, как ко мне уже кто-то обратился полным бодрости женским голоском. Эх, а я ведь рассчитывал по тихому проникнуть в кабинет и там поговорить с учителем один на один. Видимо, уже не в этой жизни и не в этом мире быть мне малозаметной и непримечательной социальной тенью, хнык-хнык… Я ведь интроверт! Интровертам жизненно необходимы минуты, а еще лучше часы, дни и недели покоя! – Да, п-привет… – надев очки обратно, чуть не обомлел я, оказавшись в окружении приличной такой стайки молоденьких кобылок американской наружности. Вот уж не подумал бы, что такое пристальное внимание к моей персоне может быть настолько давящим. Там, на улице, у ворот школы было на порядок легче. Тут же меня, буквально, прижали к стене и окружили. Конечно, можно было бы гордо воскликнуть самому себе: «отступать некуда, позади Москва!», но вот только сейчас не сорок первый год, я не боец Красной Армии, и позади не Москва, а стена. – Ой, а откуда… тут стоишь… такой хорошенький… как тебя… девушки имеют? – ответом на моё приветствие стал жуткий гвалт. Казалось бы, сильный пол, доминантный, а от девушек моего мира в этом плане ушли не очень далеко. Еще и переводчик, явно не справляясь, продолжил переводить всё и сразу в только ему одному ведомом порядке. – Стойте, я вас не понимаю! – вспомнив то немного, что в голове осталось от школьных уроков английского, параллельно начал копаться в настройках выданного директрисой девайса. И настолько углубился в этот непростой процесс, что, к своему стыду, заметил только в последний момент, как с меня стянули очки вместе с наушником. И ладно бы, будь это какая-нибудь обворожительная красотка с пятым размером груди и пылким взглядом, обещающим все насаждения мира, так нет же! Пока я сосредотачивался на настройках и отрешался от окружающего шумного мира, сквозь толпу девчат до меня добрался он… Стройный, высокий, тонкорукий с полным внутреннего самодовольства взглядом рубиновых глаз. И словно этого мало, с огненно-рыжего цвета волосами, собранными резинкой в аккуратный хвост, ниспадающий до самых лопаток. Да, этот хлыщ в моей реальности тоже бы имел огромный успех среди противоположного пола, про здешние места даже говорить нечего. Только появился, а уже всё внимание восторженных глаз на себе перетащил. «Эта рожа явно просит кирпича!» – пронеслось в голове первым делом, но вслух я этого не сказал. Просто вытянул руку вперёд и вежливо попросил: – Верни на место, рыжий. Меня не поняли. Хлыщ, что-то бросив на английском пришедшей с ним девушке, передал ей девайс, а после, растянув губы в до приторности сладкой улыбке, пожал мою вытянутую руку. Для меня это стало неожиданностью, потому даже стушевался немного, растерявшись от столь наглого-панибратского поведения рыжего парня. Немного порадовало лишь то, что его рукопожатие по крепости очень сильно напоминало водоросль. Такое же невзрачное и податливое, что невольно добавило мне уверенности. Первым разорвав рукопожатие, я неловко обогнул рыжего красавца, после чего обратился уже к той дамочке, в руки которой попал переводчик. Надев очки, уже она сама активно копалась в их настройках, чем невольно раззадорила моё и так понемногу закипающее раздражение. Говорите что угодно, но малознакомым бабам никогда не доверю копаться в важной для меня электронике, будь это хоть сама Старк во плоти! – Верни, – потребовал я, стараясь лишний раз не обращать внимания на галдящих вокруг девок. Всё равно непонятно, что они там говорят, кого поддерживают, кого осуждают… может вообще в открытую косточки мне перемалывают, особенно на фоне такого всего из себя рыжего красавца, что тоже всё крутился неподалёку. – OK, – как не странно, девушка почти сразу вернула мне искомое, даже улыбнулась до кучи. И как только очки и наушники оказались на своих законных местах, спросила: – Так лучше? – Намного… – честно ответил я, когда осознал, что теперь переводчик выдавал не мешанину, а вполне членораздельный текст. – Спасибо. – Всегда пожалуйста! – ответил за девушку рыжий хлыщ, снова нагло выплывая на первый план. – Ты новенький, верно? Нам про тебя утром говорила мисс Эплботм. А-а… Алексис вроде? Нет, Алекс, верно? – Александр, – через силу гася в себе раздражение, представился я. – Алекс производное от другого имени. И да, я тот самый новенький, очень приятно познакомиться. – Девочки, ему переводчик настроили! – почти тут же раздались радостные женские звуки из толпы всё никак не желающих расходиться по своим делам дам. – Тебя зовут Алекс? Какое красивое имя, а я…

***

– Меня зовут Александр Лорэн, очень приятно познакомиться, – стоя перед классом, почти целиком и полностью забитым представительницами «слабого» пола, в очередной раз представился я. Но на этот раз «официально», во время специально выделенной под меня пятиминутки классруком. – США не моя родная страна, английский мне тоже малознаком, потому рассчитываю на ваше понимание. Спасибо. Ответом мне стали пусть и не самые бодрые, но аплодисменты вперемешку с редкими выкриками, что они, мол, всё понимают и непременно мне помогут со всем тут освоиться. Не типичная для меня реакция, аж в дрожь бросило от какой-то внутренней неправильности всего происходящего. Сейчас бы хмурые российские рожи мне бы были куда как милее этого радостного американского черно-бело-желтого интернационала. Ещё на перемене успел пообщаться с этим стадом пышущих гормонами и силой женского не то недотраха, не то спермотоксикоза кобылок. Никогда бы до этого не поверил, что смогу понять девушек, жалующихся на переизбыток мужского внимания… воистину чудовищное, угнетающее своей сутью открытие. – Да, Алекс, молодец, – похвалила меня учительница – моложавая женщина за пятьдесят. – Хорошая вступительная речь. А сейчас, давай найдем тебе место. Сказав это, мисс Эплботм зачем-то уткнулась в журнал, начав активно что-то там выискивать. Я же так и продолжил стоять у доски, лениво осматривая своих новых одноклассниц с редким вкраплением одноклассников. Там, в коридоре, они были так близко, и их было так много, что ни лиц, ни имён сейчас сидящих передо мной девочек я не запомнил. Только рыжик в памяти отпечатался, чтоб ему пусто было. Но самое забавное, его имени, как и имени его подружки, что настроила мой девайс, так и не было озвучено. Терра Инкогнито, мать их… А ведь ещё где-то здесь скрывается Озборн младшая, с которой мне настоятельно советовала познакомиться моя ле маман. А где дочка Зелёного Гоблина, там и незабвенная баба-павук, если верить одной из версии фильма. Правда, они там все мужики, и мир более-менее «адекватный», без жутких гендерных перекосов. Какую же картинку мне нарисует эта реальность, насколько она будет соответствовать моим представлениям, предугадать не то, что тяжело, а попросту невозможно. Если же отбросить невнятный марвеловский канон в сторону и обратить более пристальное внимание на моих одноклассников, то начнет вырисовываться довольно интересная картина. Начать можно хотя бы с того, что в классе, помимо меня, находилось всего два парня. Уже знакомый мне хлыщ, он же топ-самец местной иерархической пирамиды в окружении самых… кобылистых самочек, назовем их так. Эдакий уголок популярности в разрезе, среди которых непонятным мне образом оказалась та самая девчонка, что настроила мой переводчик. Нет, она не была уродливой или каким-то фриком с разноцветной прической, самая обычная хорошая девочка, но на фоне остальных дам терялась. Не такая яркая, не такая фигуристая, да и харизмой от неё не веяло. Просто девушка, не больше, но и не меньше. Рядом же с ней сидела ещё одна представительница прекрасного пола, немного не вписывающаяся в коллектив местной классной элиты, но от неё банально разило аурой ленивого достатка и богатства. Всё, начиная с казалось бы не такой уж сложной прически темных волос, закрывающих левый глаз, до её одежды и наручных часов, абсолютно всё кричало о больших деньгах. Причем настолько явно, что даже я, человек не разбирающийся в трендах или статусных вещах, ощутил тот самый привкус мажористости, исходящий от этой девушки. Но не считая этого, во всем остальном она не была яркой звездочкой класса, просто ещё одна милая девушка, коих и в моей реальности было предостаточно. «А вот и Озборн младшая!» – подметил я про себя, после чего взглядом пробежался и по остальным своим одноклассникам и одноклассницам. Ну, что тут скажешь, словно подчиняясь необъяснимому закону природы, в противоположной стороне класса самоорганизовался ещё один «клуб по интересам». И если ядром местной группировки альфа-самок был рыжик, то в противоположном углу, вокруг полного, даже откровенно толстого парня, скучковалась банда девушек попроще, если совсем мягко. Не жуткие страшилы с амплуа жертв ядерной войны, некоторые были даже немного симпатичные, но, кладя руку на сердце, на сайте знакомств своей реальности таким особам лучи любви и добра не посылал. Хотя кого я обманываю, под ручку ходил и с крокодилами пострашнее, но не долго. Просто не мог себя заставить, особенно когда окружающие меня парни были с девушками намного симпатичнее моей… временной пассии. Ну а по центру, словно это была своеобразная граница, собрались все остальные. Они то, собственно, и зажимали меня у входа в класс, но даже там на вторых ролях, ибо первыми всё равно были элитные девчины из окружения рыжика. Даже интересно на мгновение стало: он с ними не спит и чисто для красоты и статусности рядом держит, или же это местный своеобразный аналог свободных отношений? Или же я слишком испорчен, раз свожу светлый акт дружбы между мужчиной и женщиной к горизонтальной плоскости. Дружбы между мужчиной с одной стороны и кучей красоток с другой в мире, где гордый членоносец приходится на добрый десяток похотливых дам… От осознания ироничности подобных мыслей чуть не начал глупо улыбаться, но вспомнив, что маячу на виду всего класса, сдержался. Вдруг ещё подумают что-нибудь не то, потом доказывай, что не заигрывал, знаки внимания не оказывал и вообще на жаркий интим в школьном туалете не намекал. Так бы я и продолжил перемывать в своей голове косточки этим малолеткам, кои волей судьбы и криворукости местных спецагентов стали моими одноклассниками, но тут мой взгляд заметил ЕË. Все в той же толстовке моя невольная спасительница сидела позади всех, в углу, частично прислонившись к стене. Её и без того серое хмурое лицо, казалось, ещё сильнее потемнело от навалившихся на плечи проблем. А поломанная рука, вкупе с синяками, лишь дополняли этот несомненно печальный образ. И чем дольше смотрел в еë сторону, тем сильнее в груди разгоралась странная, несвойственная мне решимость. – Прошу прощения, – негромко кашлянув, дабы привлечь внимание преподавателя, заговорил я. Вот только, как оказалось, это привлекло внимание всех находившихся в классе лиц. – Учитель, а можно мне самому выбрать место, куда сесть? – Ох, не стоит так формально, – растянулись её тонкие губы в доброжелательной улыбке. – Называй меня мисс Эплботом, а ещё лучше просто по имени – Виктория. Я не обижусь. Раздавшиеся со стороны учениц полу-приглушённые смешки и ехидный шёпот женщина стоически проигнорировала. Ну, или просто не услышала, тут трудно понять. – Вика, – решил я пойти ещё дальше, чем невольно ещё сильнее разворошил этот террариум и всех обитающих в нём змей. – Можно я сам выберу, где мне сидеть? – Ох, какой вы бойкий юноша… – сняв с себя очки, невольно смутилась преподавательница, что уже начало вгонять в ступор меня. Вот уж не подумал бы, что дама в летах окажется в этом плане чуть ли не хуже своих учениц. – Ладно, так и быть, разрешаю. Но если тебе понравилось уже занятое кем-то место, вежливо попроси уступить. – Там место свободное, – отмахнулся я, а после смело и уверенно пошел вперёд. Сквозь ряды парт, чужие сальные взгляды и несмелые попытки будто невольно прикоснуться хоть к краешку одежды, пока, под всеобщие полные удивления взгляды не остановился рядом с удивленной таким поворотом событий спасительницей. – Я тут сяду, ладно? – спросил я, и не дожидаясь ответа, плюхнулся за соседнюю с ней парту. – Моё имя ты уже слышала, а тебя как зовут? Вот только ответом мне был многоголосый женский полный не то возмущения, не то удивления протяжный вопль, после которого в классе начался сущий кошмар.