Вестник вечных зим

– Что, очередной фрик в костюме?! – вынимая сигару изо рта, воскликнула Джен Джонсон, главный редактор нью-йоркской газеты Дейли Бьюгл. – Только этого нам ещё не хватало! – Джоан, эта женщина – герой, – спокойным, но настойчивым тоном возразила её давняя подруга – чернокожая особа с тронутыми сединой волосами. – Она пыталась остановить ограбление банка, одна сразилась сразу с несколькими злодейками и… – И продула! – закончила за говорившую хозяйка газеты, прикусывая сигару. – Ещё одно доказательство того, что никчемные ряженые этому городу не нужны. К слову, хорошая тема для статьи… «Никчёмные герои ничего не стоят», как тебе? Ещё стоит добавить, что паучишки тогда вообще не явились, хах! – Миссис Джеймсон, вам звонок от вашего мужа, – неожиданно раздался женский голос из стационарного, стоящего на столе телефона. – Я занята! – прожав кнопку, ответила Джоан, после чего обратилась уже к подруге. – Что там по злодейкам? Какие негодяйки на этот раз устроили беспорядки? – Очевидцы утверждают, что в ограблении учувствовали Рино и… – темнокожая перевернула страничку скреплённых друг с другом документов. – …и Скорпия. А так же ещё одна, не попавшая в кадр особа, опознать которую не удалось. – Целая банда сверхсильных негодяек грабит законопослушных граждан, а самопровозглашённые «защитницы» города так и не явились! Возмутительно!!! – стукнула кулаком по столешнице Джеймсон. – Стоп… Скорпия? Та самая… с хвостом? – Да, это была именно печально известная мисс Гарган, – подтвердила седовласая женщина, тяжело вздохнув. Она знала, пусть и без подробностей, что хозяйку газеты и широко известную сексуальную маньячку связывает какая-то общая история. Тёмная история. Но будучи умной женщиной, а так-же подругой Джоан, свой нос в это дело она никогда не совала и совать не собиралась. – Она же и победила новую героиню. – Дай-ка сюда материал! – схватившись за протянутые бумаги, бегло пробежалась по тексту хозяйка газеты, а после начала рассматривать фотографии. – Срань Господня, да эта бедолага вся в крови! Это её Скорпия… так? – По словам очевидцев, да, – кивнула чернокожая, уже знакомая с материалом происшествия. Да, фотография вышла хорошая, но вот состояние самой героини… Разбитая, местами отвалившаяся броня, покрытая сеточкой трещин, почти вся грудь, плоская, словно стена, залита засохшей кровью. Маска-респиратор выглядит не лучше. Волосы короткие, тёмные и скомканные, пергаментово-серая кожа вокруг нездорово выглядящих желтоватых глаз испещрена тёмными ниточками капилляров. Спина сгорблена, одна из рук держится за правый бок, другая опирается о фонарный столб. – В какую больницу её забрали? – отложив бумаги и фотографии в сторону, немного «потухшим» голосом поинтересовалась Джоан. – Робби, я уверена, ты вкурсе. – Ни в какую, – покачала головой главный редактор. – Сбежала, как только немного в себя пришла. – Миссис Джеймсон, ваш муж говорит, что это очень важно, – снова раздался голос из телефона. – И к вам снова пришла мисс Паркер. – Аргх, что там такое?! – раздражённо рявкнула женщина. – Новые фотографии девушки-паука и её сообщницы в бе… – начала индифферентно перечислять секретарша, но Джона её перебила: – Не у неё, у мужа! – Он спрашивает, какие шторы выбрать: апельсинового или мандаринового цвета, – пояснила девушка. – А разве есть разница?! – воскликнула хозяйка газеты, начиная снова стремительно закипать. Её чернокожая подруга лишь пожала плечами, на такие «мужские» вопросы у неё просто не было ответа. – Тогда не важно. Пусть берёт обе. Я оплачу. Всё! – Миссис Джеймсон, мэм, – в кабинет открылась дверь, запуская внутрь чуть ли не светящуюся от довольства Петру Паркер. – У меня для вас просто куча отличных фотографий! – Отлично, – ответила ей Джоан сначала спокойно, а после рявкнула: – Ты уволена! – Мэм, я на вас и не работаю, – поскорее согнав с лица довольное выражение, которое зачастую её шефа и раздражало, осторожно подметила девушка. – Внештатный сотрудник. – Хорошо, тогда ты принята в штат, – и пока Паркер удивлённо хлопала глазами, снова рявкнула: – И УВОЛЕНА!!! Ставшая свидетелем этой картины «Робби», она же Жозефина Робертсон, лишь покачала головой. Буйный темперамент её старой подруги порой и не такие перлы выдавал. – Ладно, что там у тебя, – пока Петра была в лёгком ступоре, подозвала её поближе хозяйка газеты. И получив на руки фотографии, начала бегло их просматривать. – Дрянь, дрянь, дрянь, дрянь, а вот эта, где паучишку швыряют в стену, довольно неплохо. И что это за зелёная образина? – Эм… Халк, – осторожно пояснила Паркер. – Девушка-паук и Белая паучиха помогали её успокоить! – Скорее помогали разнести ей город, хех! – усмехнулась женщина. – Пока настоящие героини теряли здоровье, борясь с преступностью. Так, вот это, это и это на первую полосу. Заголовок: «Пока членистоногие разрушают город, настоящие героини ведут неравную борьбу с грабительницами!» – Героини? – поинтересовалась Петра, после чего Джоан подвинула ей фотографию и материал, собранный на месте перешедшего в неравную битву ограбления. – Вот он, героизм! – улыбнулась хозяйка газеты. – Страдать ради простых людей в неровном бою. – Девушка-паук тоже страдала, – сжала губы Петра, рассматривая фотографии окровавленной плоскогрудой героини. – Но при этом побеждала и предотвращала. – Пфф, обычный сговор, – отмахнулась Джоан. – Итак, что-нибудь известно по этой отважной женщине? Какое у неё прозвище? Она что-нибудь говорила, представлялась? – Это её «дебют», до этого данная особа ни разу нигде не мелькала, – пояснила Робби. – У неё ещё нет геройского прозвища. – Отлично, значит надо скорее его придумать и зарегистрировать! – хлопнула ладонью по столу Джеймсон. – Паркер, твои предложения? – Но мои фотографии… – Пятьсот за всё, а если понравятся твои предложения, возьму за семьсот, плюс недельный талон на кофе с пончиками, – мгновенно организовала стимул хозяйка Дейли Бюгл. – Эм… ну… Красная Бестия? – аккуратно предложила девушка, уж больно вкусным ей показалось предложение. – Просто эта кровь… – Никаких гребанных комми в моём городе! – рявкнула Джоан. – Робби? – Если внимательно прочитать материал, то можно обнаружить, что пару слов она, всё же, сказала, – раскрыта некоторые нюансы чернокожая. – Но я, к своему стыду, так и не поняла, что это значит. – Сейчас посмотрим, – начала копаться в бумагах женщина, нервно постукивая пальцем по столешнице. – P-pesh-hdeth? Что… что это вообще значит?! Может они не так расслышали? Робби лишь развела руками, а вот Петра полезла за телефоном. Пока старшее поколение ломало голову, юная фотограф быстро отыскала более-менее правдоподобную информацию на просторах интернета. – Это песец на русском! – поделилась своими выводами девушка, демонстрируя экран телефона. – Такой белый пушной зверёк. – Песец, да… – словно пробуя слово на вкус, пробормотала Джоан. – Белый песец…

***

– У меня для тебя несколько новостей, – сидя за своим письменным столом, заявила Мёрдок, держа в руках газету. – Одна хорошая и несколько неоднозначных. – Ага… – лежа на гостевом диванчике и уныло пялясь в потолок, бросил я. Прошло уже три дня с момента моего… «дебюта». Еле спасся. Сначала невероятно повезло, что моё тело обзавелось дикой живучестью и регенерацией, потом подфартило вовремя, на одних инстинктах, сбежать от толпы возбуждённых женщин, нырнув в канализацию. В плохом смысле возбуждённых… хранительницы правопорядка явно горели идеей сковать наручниками пусть и «героического», но костюмированного супер-фрика. Просто чудо, что первыми ко мне ломанулись бесстрашные акулы пера, а не дамы в форме. – Чего там? В подземный лабиринт полиция за мной не полезла, весьма разумно решив лишний раз не рисковать. Там я и сидел, медленно сходя с ума от дикого, нечеловеческого голода, пока меня не нашли люди Мëрдок. На практике подтвердилась теория, что чем больше травм я получаю, тем сильнее регенерация и, соответственно, быстрее покрываюсь чешуёй, мутируя в сраного антропоморфного крокодила. По словам Шокер, которая и запеленговала встроенный в мой костюм маячок, выглядела моя тушка при обнаружении крайне скверно. Полное шайзе(нем. дерьмо), если дословно. Не могу её винить. Перед использованием сыворотки-лекарства немка не забыла сделать пару фотографий, благо на тот момент я ещё был адекватен, а потому не сопротивлялся и не атаковал. Фотографии вышли жуткие. Было такое ощущение, что меня расперло. Я стал больше, примерно, раза в полтора, помимо чешуи нарастало ещё и мясо вперемешку с мышцами. Откуда организм взял на это «строительные материалы», решительно непонятно… непонятно и то, куда эта вся масса потом делась, когда подействовала сыворотка. Чёртова супергероика… – Ты теперь супер-герой, поздравляю! – отложив в сторону газету, пару-тройку раз хлопнула в ладоши женщина. – И имя твоего альтер-эго уже известно в Нью-Йорке. Дейли Бюгл постарались. – Это хорошая или неоднозначная новость? – поинтересовался я, скосив взгляд на свою непосредственную начальницу. – И супер-герой, я не ослышался? Не злодей? – Нет-нет-нет, именно что супергероиня, отважно сражавшаяся с мерзкой злодейкой Скорпией, пусть и неудачно, пока паучихи на пару с Халк разносили город в другом месте, – частично процитировала текст статьи дьяволица, недобро так ухмыльнувшись. – Забавно, – хмыкнул я. – Но меня больше печалит тот факт, что все решили, будто в костюме просто страшная баба-плоскодонка, а не мужчина. Сраный сексизм… – А я тебе говорила, что надо было вешать искусственную броне-грудь четвёртого размера, – осуждающе покачала головой Мэган. – Но ты меня не послушал. Был бы тогда красивой, женственной героиней и, возможно, Скорпия тебя не… – Хватит об этом, – прервал я её. Вот уж о ком, но об этой особе мне говорить не хотелось вообще. Моральная травма… лёгкая. – Лучше скажи, сильно ли газетчики нахваливали героиню Саб-Зиро? – Ммм, нет, – ухмылка женщины стала шире. – Ни о какой Саб-Зиро в статье нет ни слова. Зато в свете софитов заблестела новая персона под именем… Белый Песец! – Кт… какой песец? – я аж привстал с дивана от такой новости. – Белый! – охотно повторила Мëрдок. – Тут даже приписка, что единственное слово, которое ты сказал журналистам, и было, то самое, песец, но на другом, не английском языке. – П*здец… – Да-да, похоже, – хмыкнула дьяволица. – И следи за чистотой языка, мальчик. Иначе отшлёпаю. Зная эту страшную женщину, она именно что отшлепает. Скорее, даже, выпорет без всякого сексуального подтекста. Её угрозы актуальны, пока она сильнее меня. Пока её «ресурс» больше. И если чисто по мощи я, возможно, уже могу с ней поспорить, то вот против её организации пойти точно не смогу. Мне, вообще, многое пришлось переосмыслить после первого моего «злодейского» дела. Как ни странно, всё получилось. Моя битая тушка прошла по статье «сопутствующего ущерба» и «предсказуемых рисков», а потом все, кроме меня, остались довольны. Самый настоящий, мать его, успех! – Что же до той особы, на тебя напавшей, то она не героиня, – продолжила разговор Мэган, сложив пальцы домиком. Аж алые линзы круглых очков сверкнули от удачно упавшего солнечного лучика. – Воительница Золотого Города… не думала, что они не только из своей дыры выползут, но и до Америки доберутся. Они нам не враги. У меня нет и никогда не было планов лезть в К'унь-Л'унь, я никогда не переходила им дорогу. – Тогда почему она на меня напала?! – сел я, воскликнув. – Если бы не регенерация, то… ох… от одной только мысли воротит. – Я недооценила их фанатизм, – немного помолчав, наконец, ответила женщина. – Я тебе рассказывала о своём прошлом. Ты знаешь, кто был моей наставницей. Здесь, в Нью-Йорке, по моим расчётам, лишь с Рукой ты мог столкнуться при самом неудачном развитии событий. Именно поэтому я обучала тебя именно их методам совершенствования и накопления жизненной энергии, пусть и немного мною изменённым. Это оставляет свой, так скажем, отпечаток на ауре. Воины Руки не станут на тебя нападать при встрече. Скорее просто обойдут, пока ты не будешь им мешать или лезть в их дела. – Но при этом у этого Золотого города конфликт с Рукой, да? – сложив два и два, пришёл я к соответствующему выводу. – Здорово. Конфликт у них, а кости переломали мне. Чудесно… – Да, чудно, – снова улыбнулась женщина. – Невероятный опыт. Уверена, побывав на границе между жизнью и смертью, вкусив ярость битвы, ты многое о себе понял. – Да, понял! – воскликнул я. – Окончательно осознал, как всё это ненавижу. Я не хочу так жить! Мне претит сражаться! Я боюсь боли! – Хмм… я чую запах лжеца, – наигранно протянула Мёрдок, заставив меня скрипнуть зубами, ибо да… я немного кривил душой. Тогда, в бою, меня это захватило. Я вообще довольно… азартный человек. Всевозможные соревнования и спортивные игры сильно меня увлекали, когда был моложе, очень сильно. Вот только я редко в них выигрывал, что заканчивалось, зачастую, слезами. В итоге просто перестал учавствовать. Перегорел. И каково же было моё удивление, когда во время драки с девкой из Золотого Города, меня распалило не на шутку. Распалило от моей силы, нечеловеческой мощи, возможности пинком отправить врага в полёт, при этом не чувствуя сильной боли или усталости. Невероятно… просто невероятно. – Ну-ну, не стоит сопротивляться или как-то себя ограничивать. Лучше поддайся, прими свои тёмные желания, и тогда в тебе больше не будет бессмысленных сомнений или переживаний. – Как-нибудь сам решу, что мне делать, – огрызнулся я. – Это всё, или есть ещё какие-нибудь новости? – Скорпию и ту неизвестную особу пока что не нашли, – ровным тоном заметила женщина. – Но не волнуйся, Гарган, скорее всего, просто залегла на дно, предаваясь всевозможным извращениям вместе со своей новой… подружкой. И если честно, я даже не знаю, что страшнее, драться со Скорпией, или заниматься с ней любовью. Второй вариант намного более выматывающий, а местами, даже, смертоносный. Эта безумная нимфоманка просто не знает, когда надо остановиться. – Говорите так, словно у вас был подробный опыт, – хмыкнул я. – Был, да, – лицо дьяволицы расплылось в слабой, мечтательной полуулыбке, словно она вспомнила нечто приятное. – У неё невероятно притягательный запах, а кожа приятна на ощупь. Я не видела смысла отказываться от приятного времяпрепровождения, – от её слов я невольно скривился. Кому как, но для меня эта особа теперь ассоциируется ни с чем иным, как с хрустом собственных костей и страхом смерти. – Но она не останавливается. Не хочет останавливаться. Секс для неё настолько желанен и притягателен, что порой перебарывает даже чувство голода. – Слушать не хочу, – отмахнулся я. – Никаких приятных чувств эта особа у меня не вызывает. – Я знаю, – хмыкнула Мэган. – Потому половина её гонорара за это дело отойдёт тебе, как пострадавшей стороне. Так решила Квинпин. – А она то тут причём? – невольно напрягся я. – Разве королеве приступного мира Нью-Йорка есть дело до разборок костюмированных фриков? – Ей много до чего есть дело, – заявила дьяволица. – И не думай, что исключительно Нью-Йорк её территория. Влияние этой женщины намного более обширно, чем ты можешь себе вообразить. – Звучит не очень… – честно признался я. – Мне одного злого гения в твоём лице хватает, куда уж больше? – Мы не в средних веках, Алекс, – покачала головой дьяволица. – Правило «вассал моего вассала не мой вассал» давно уже вышло из моды. И после твоего дебюта на тебя у неё большие, далеко идущие планы. Как, собственно, и у меня. Думаю, тебе понравится. – Да каким образом мне может такое понравится?! – воскликнул я. – Все эти ограбления, злодеяния… – Да-да, я помню, ты раньше уже ныл по этому поводу, – вздохнула женщина. – Не волнуйся, мы нашли тебе работу получше. Никаких злодеяний, никаких ограблений, всё только на благо общества. – Это как? – сощурился я, кинув полный подозрения взгляд. – Снова в школу меня отправите? – Возможно, – хитрая улыбка возникла на лице слепой адвокатессы. – Мы подумаем. Но в первую очередь придётся поработать над твоим амплуа героя. Этот проект обещает быть… довольно прибыльным. Нет ничего лучше, чем герой на зарплате у криминала и уничтожающий их конкурентов, ты так не думаешь?