Вестник вечных зим

– Я работать ради семья, – как ни странно, довольно быстро отошла от испуга индуска, и теперь, поддавшись врождённому инстинкту таксиста, тараторила без умолку. – Уже пять лет в америка машина вожу. Коплю на красивый жизнь с мужа, – Гита кивнула на небольшую фотокарточку, прикреплённую поверх панели, у сопл автомобильного кондиционера. На ней были изображены несколько улыбчивых девушек в традиционных индусских костюмах, обступивших щуплого на вид усатого мужичка. – Мой будущий муж Допиндер. Сейчас в гарем сестра Зита, она говорить, что брать меня младшей женой, надо лишь много-много работать и нести доллар. – То есть, ты уже пять лет работаешь, но всё ещё не официальная жена? – поинтересовался я из праздного любопытства. Хоть какое-то отвлечение от грустных мыслей, касаемых близящегося мордобоя. – Ты с ним, хотя бы, спала? – Нет-нет, нельзя до свадьба! – возмущённо воскликнула водительница. – Плохо-плохо быть развратной женщина. Чтобы быть муж, надо много-много работать. Я недостаточно ещё работать, пока без муж. Моя не так умный и красивый, как Зита, потому мужа моя не звать. – Неправильно всё это, – высказал я своё мнение. – Тебя используют. Водят за нос, банально выкачивая деньги и не давая ничего взамен. Порви с ними. Или заставь сыграть свадьбу в ближайшее время. – Леди Пул тоже говорит, что сестра злая, – грустно вздохнула Гита. – Говорит прибить других жён, Допиндер забрать себе и приковать к постель, потом немного делиться мужской отросток с подружка. – Радикальненько, – хмыкнул я, мысленно делая пометку. Кем бы не была эта женщина, она явно не привыкла себя сдерживать. По крайней мере, в словах. – Ладно, лучше расскажи, что там за торговый центр на Мэдисон-авеню? – А-йа… вы тоже не местная, да? – улыбнулась индуска. Она вообще была на редкость жизнерадостной особой. Настолько жизнерадостной, что уже особо не боялась общаться со «страшным костюмированным фриком». Хорошая женщина. Мне даже немного стыдно, что не смогу ей заплатить за проезд. В костюме, банально, нет карманов… – Всё в Нью-Йорк знают Мэдисон-авеню. Моя хотеть отвести туда Допиндер, как деньга побольше накопить. Очень модна. Очень дорога. – Ясно, место для богатеньких, – покивал я, примерно представляя, куда меня несёт нелёгкая. Воистину, нет лучше сцены для драки, чем американский нарядный аналог ГУМа. – Хм… но такое важное место. Там, скорее всего, много охраны. – Э-ээ… простите, что спрашиваю, но вы злодейка, да? – осторожно поинтересовалась Гита. – Нет, – хмыкнул я, ухмыльнувшись под маской. – Скорее уж герой по вызову. – Ээ-э, звучит пошла, – непонятно к чему сказала индуска, после чего, вынырнув из потока машин, остановилась у тротуара. – Впереди пробка. Чуть-чуть осталась пройти, за поворотом большой красивый здание. – Да, спасибо, – поблагодарив её, мысленно прикинул, как в костюме проскочить до ТЦ не привлекая при этом особого внимания. Как же жаль, что я не Железный человек или Паучëк, над толпой пролететь не выйдет. – И прости, но сейчас у меня с собой денег нет. – Моя привыкать… – тяжело вздохнула Гита. – Но твоя платить другой раз два тариф. – Да, без проблем, – согласился я, морально готовясь выходить на улицу. – Верну должок при первом удобном случае. – Хорошо, хорошо… – покивала девушка, а после негромко добавила, когда пришло время покинуть машину: – Если увидеть мисс Пул, то твоя лучше бежать. Твоя выглядеть злой, но в душе добрый. Пул тоже смотреть злой, а в душе совсем-совсем злой. В бошка пуля попасть, совсем странный стала. Именно под такое предупреждение я и покинул такси. Знать не знаю, что это за дамочка мёртвый бассейн, в списках злыдней Нью-Йорка она не значилась. Возможно, какая-нибудь мелкая отбитая бандитка, кошмарившая таксистов. В любом случае, сейчас не до неё. – Это что, косплей? – пока я шёл по улице в нужную сторону, начали раздаваться со всех сторон пролуприглушенные шепотки. – Опять какой-то фрик… Девочки-девочки, давайте лучше уйдём, пока не пристала… Ну, что тут скажешь, быть центром внимания – тяжёлая ноша. Особенно для интроверта. И я даже не знаю, что хуже, когда тебя опасаются, или когда взглядами сально раздевают. – Это Белый песец! – тем не менее, нашлись и те, кто узнал моё альтер-эго. – Новая героиня! – да-да, хвалите меня, глупые людишки. Тешьте моё жадное до чужого одобрения эго. – Редкая неудачница, говорят, что её в лёгкую Скорпия отделала. Не то, что паучихи, вот они – настоящие героини! Неудачница! – Вот ведь… – тихо выругавшись себе под нос по русски, я ускорил шаг. Да, моё эго безвольно забилось под лавку под гнётом чужого едкого хохота. А о том, что драка была против двух соперниц, и вообще меня в спину ударили, никто даже не вспоминал. Ну, или же, банально не знал. Впрочем, а почему я вообще обязан это терпеть?! Очередной лёгкий удар током, и вот, вокруг меня распространяется неосязаемая холодная белёсая дымка. Эффект как от промёрзлого осеннего ветра после тридцатиградусной жары. Люди забеспокоились. Люди задрожали, пытаясь укрыться от холода. Люди начали поспешно расходиться. Кому какое дело до костюмированного, спокойно по своим делам идущего фрика, особенно когда резко становится холодно и неуютно. Впрочем, от странных взглядов, кидаемых на меня из стоящих в пробке машин, холод не стал панацеей. Но всё равно терпимее, чем до этого. Как и сказала Гита, нечто похожее на искомый ТЦ обнаружилось за поворотом, на противоположной стороне улицы. Тут же нашлась и причина скверной дорожной обстановки. Полиция перекрывала улицу аккурат с двух сторон от здания. Служительниц правопорядка было ещё не очень много, всего три легковые машины и шесть человек соответственно, но зевак они гнали подальше от опасного места весьма уверенно. – Здесь не на что смотреть, расходитесь! – громко голосила чернокожая полноватая тётка в синеватом кителе. – В здании чертова суперзлодейка с бандой прихвостней! Если не хотите пострадать, идите домой! – Ну… понеслось, – тихо вздохнув, пробормотал я себе под нос, начиная неспешное движение в сторону полицейских ленточных ограждений. – Черт… надо будет как-то с полицией ещё порешать. Странно, в тех документах с флешки было написано, что меня встретят… – Героиня! – заметив меня в жиденький толпе зевак, воскликнула афроамериканка. – Нам срочно нужна ваша помощь! Из-за заторов на дорогах подкрепление не успеет вовремя сюда добраться, ситуация критическая! От такого неожиданного напора я аж замер. Чтобы полиция, вот так запросто на всю улицу о своих проблемах вещала… что-то явно совсем не так. – Белый песец, вы же нам поможете?! – ещё громче воскликнула женщина, и окружающим оцепленное место людям это явно не понравилось. Недостойное полицейского поведение в кризисной ситуации имело эффект холодного душа. Любопытствующие или, просто, чрезмерно «отважные» начали роптать и понемногу расходиться. Когда же с низким гулом наружные окна ТЦ брызнули на асфальт стеклянным крошевом, люди побежали. Не прошло и минуты, как вокруг полицейского отцепления почти уже никого не было. – Неплохо придумано, да? – когда рядом не осталось чужих ушей, негромко заговорила женщина, подходя ближе. – Шокер в здании. С ней ещё человек десять боевиков, но о них не волнуйся, вмешиваться в драку не станут. Как только всё внимание будет на вас, они свалят через канализацию. – Значит, ты меня должна была встретить? – склонив голову немного набок, поинтересовался я, одновременно поглядывая на остальных дамочек в форме. Неоднозначные, даже, скорее, предательские слова темнокожей их нисколько не волновали. – Ну, как видишь, сеструх, – предварительно оглядевшись по сторонам, во избежание чужих ушей, понизила голос женщина. – Всё схвачено, «сцена» готова, ближайшие минут сорок ни одна собака сюда не доберётся. Ну, кроме журнашлюшек, хе-хе… – Как вы только умудрились у полиции значки то спереть… – покачав головой, прошёл я мимо, направившись в сторону ТЦ. – В смысле? Мы настоящие полицейские! – возмущённо воскликнула афроамериканка. – Просто один очень важный человечек попросил помочь в продвижении костюмированного фрика. Ну и, само собой, немного нам приплатил за неудобство. – Ага, премия в размере зарплаты за пять лет работы, – подтвердила одна из других защитниц правопорядка. – Всему участку, отвечающему за эту часть города. Дьяволица дери… уж не знаю, чью жопу ты лижешь, героинька, но это чертовски важная задница. И да, пропиши там от меня Шокер по почкам пару раз. Из-за этой с*ки я чуть не оглохла на левое ухо пол года назад. – Бл*дь… – только и смог, что выдать я по русски, ускорив шаг. – Бабло победило, уровняв добро со злом. В каком же гнилом мире мы живём? Может, и правда, стать отбитым линчевателем? С моими то силами… я успею убить многих, прежде чем меня остановят. И если остановят, то не станет ли целый район ледяной могилой? Боже, как я хорош, как мощны мои лапища, ахахаха!!! Впрочем, желание наносить справедливость прошло также быстро, как и появилось. Надо мной нависло массивное здание раскуроченного ТЦ, который даже с учётом небольших разрушений, кричал о своём богатом, привилегированном положении. Сейчас начнётся шоу… – Я хороший мальчик, – не хотелось к этому прибегать, но боюсь, иначе, роль пафосного и местами циничного борца с преступностью достоверно сыграть не выйдет. Тем более такому интроверту, как я. Ну не умею перед людьми незнакомыми проявлять чудеса изящной словесности, не умею! – Хороший мальчик пафосный, циничный и холодный борец со злодеями. Хороший мальчик крут, неостановим и злословен. Хороший мальчик… Почему я вообще занялся самовнушением? Ради образа. Да, на моём лице маска, но это не делает меня автоматически кем-то другим. А Мёрдок настоятельно мне «рекомендовала» отыгрывать именно такого, довольно неоднозначного персонажа. Это бы сделало Белого песца заметнее, выделяющимся на фоне до пресноты добрых и порядочных героинь, которых подавляющее большинство. И нет, я сейчас не о таких «монстрах», как Старк или Халк, они живые легенды. По всему миру раскидано огромное количество разнообразных «героических» персонажей калибром поменьше. Разнообразные мутанты, «технические гении» или просто умелые в драке женщины всех мастей, надевшие костюмы и отправившиеся бороться с преступностью. Надо, надо чем-то выделяться, особенно в таком богатом на героинь городе, как Нью-Йорк. Хотя я знаю один простой и безотказный способ выделиться, «начальство» против раскрытия моей половой принадлежности. Да, это не скрывается, и мой костюм «без сисек» тому подтверждение, но и кричать об этом на каждом углу мне запретили. Тоже часть «образа», чтоб его… Впрочем, самовнушение уже начало своё тёмное дело, а значит, пришло время для шоу. – О, вы только посмотрите, очередная наивная дура решила примерить костюм, – встретил меня в дверях полный ехидства и иронии женский, искажённый металлической маской глухой голос. – Я сегодня добрая. Если сейчас же свалишь, не буду ломать тебе ноги. Да, вот он, «первый акт». Злодейка, свесив ноги, сидит на самом краю второго этажа, кусок которого частично выходит в фойе. Там, где должны быть перила, теперь выбитые, раскуроченные осколки из стекла, камня и металла. У ног Шокер, в районе первого этажа, согнанные в кучу заложники, имеющие крайне жалкий, перепуганный вид. Как ни странно, одни девушки. Ни одного мужчины, кроме меня, даже немного обидно. Зато выше второго этажа, подальше от чужих глаз, замерли люди с камерами. Не борьба осла с бобром, а самое настоящее шоу. Американцы такое любят… – Интересно, если я от тебя избавлюсь… – мой искажённый низкий хриплый голос казался чужим, но от того так просто было всё это говорить. –…Скорпия вылезет из той щели, в которую забилась? Она мне кое-что задолжала. – Эй, Белый хорёк, или как тебя там, вали, пока можешь, – наручи Шокер начали издавать низкий гул, от чего взятые в заложницы женщины, казалось, начали трястись за свои шкуры ещё сильнее. – Своё шайзе (нем. дерьмо) втирай кому-нибудь другому. Ещё слово, и мне придётся сократить число заложников. Договорив, женщина навела на испуганных людей своё оружие. Да, всё как по нотам. Ну, в общих чертах. – Ну, так стреляй, – развёл я руками в разные стороны, от чего взгляды заложниц, до этого горящие чем-то, похожим на надежду, стали просто отчаянными. – Убьёшь их, никто не обвинит меня в жестокости. В морг поедешь цельным, хорошо промороженным куском. – Блефуешь, с*чка! – теперь один из наручей был направлен уже на меня. Ещё немного, и она выстрелит, сильно кося влево. Много грохота, разрушения и пыли, но никакого вреда моей тушке. Следом будет эффектный бросок айсболом, что оттеснит злодейку от заложников, а после «драка» на втором этаже, что закончится моей уверенной победой. Все молодцы, все счастливы, злодейка передана полиции, но по дороге, вот уж неожиданность, сбежит. Если вмешается другая «героиня», то ещё лучше. Начну входить в «тусовку» через такие вот «знакомства». Всё отлично, всё рассчитано, ну что может пойти не так? Как оказалось… многое. Не успела Шокер выстрелить, как нашего слуха достиг странный шум. Быстро приближающееся гудение, смутно мне знакомое, но которому здесь явно не место. – Шайзе (нем. дерьмо), самолё… – первой среагировала злодейка, стоя к неведомой опасности лицом, а потому успела рухнуть на пол, прежде чем с громким грохотом в помещение торгового центра влетел самый настоящий винтовой самолёт, снеся собой остатки полностью застеклённой внешней стены. Грохот, визг, человеческие крики, всё одномоментно смешалось. На инстинктах я бросился на пол, по спине болезненно забарабанили осколки стекла, железа и камня, но не фатально. Заложницам… повезло меньше. Человеческие крики ужаса смешались со стонами, полными боли и криками о помощи. Пока я приходил в себя, люди уже вовсю спасали свои жизни, бесконтрольно выбегая на улицу. Остались лишь раненые… либо мёртвые. Им никто помогать даже не собирался. – Бл*дь… этого в сценарии не было… – пробормотал я по русски, мотая головой, ибо перед глазами изображение немного двоилось. Сбоку, в левом краю фойе, медленно разгорался винтовой самолёт, что лишь чудом не убил меня, а заодно всех сгрудившихся на первом этаже женщин. – Эй… стремная синяя баба… – словно через пелену донёсся до меня смутно знакомый женский голос. –…это торговый центр на Мэдисон-авеню? Сраный Старк-навигатор отказывался нормально пеленговать моё местоположение, представляешь?! Как эта богатенькая сучка вообще ориентируется, летая в своей консервной банке?! – А? – отведя взгляд от покореженного самолёта, я заметил хромающее в мою сторону красное пятно. Нет, человека. Женщину в красном костюме, чья левая рука была неестественно вывернута, а правая нога подворачивалась. В здоровой руке у неё был зажат приличного калибра пистолет. Как бы не местный аналог Дезерт-игл, если глаза не обманывают. – Что? – Черт, вы все в уши что ли долбитесь?! – воскликнула женщина в красном, скорее всего латексном трико с редкими черными вставками. Лицо её было целиком закрыто маской, вместо глаз – две белые «прорези», на макушке длинные, ниспадающие до лопаток, собранные в толстый хвост светлые, блондинистые волосы. Ну и сама фигурка, как у самой настоящей секс-бомбы из моего мира. От одних только движений ярко выраженных бёдер возбудится половина мужского населения, а вторая половина залипнет на правильной формы объёмную грудь твёрдого четвёртого, если не четвёртого с половиной размера. – Лучше прекращайте, я пробовала такое провернуть своим розовым дилдаком, и поверь на слово, вот ни разу не приятно! – Ты… это ты… – в этот момент мне хотелось орать, вопрошать, зачем она влетела на самолёте в здание, не сошла ли она с ума, но… но тут «хороший мальчик» заработал, как надо, мягко отстраняя моё повседневное поведенческое «я» на второй план. Возможно, мы бы могли разойтись миром, вот только крутой, злословный и циничный герой не мог себе такого позволить. В конце-то концов, «героем» он в метафизическом плане являлся не потому, что решил творить благие дела. Вовсе нет. Просто он планировал победить, остаться последним выжившим, а победителей не судят. Тут как с дилеммой из добра и зла. Добро побеждает всегда просто потому, что победитель нарекает себя тем самым «добром». – Та крикливая матершинница из телефона таксистки. Надо же мне было нарваться на конченную безумную маньячку без тормозов. – Ой, прям засмущала, – игриво… ну, насколько это вообще было возможно, отмахнулась от моих слов дезерт-иглом безумица. – Столько комплиментов за раз… если бы ты не была стремной плоской хриплой стервой, своровавшей моего таксиста, то отлизала бы по высшему разряду! А так могу предложить лишь оттарабанить тебя конским дилдо в жопу, – предложение, определённо, было довольно интригующем, вот только соглашаться я не собирался. Впрочем, женщине и не нужен был мой ответ, затыкаться она не собиралась. – А вообще, какой дьяволицы ты такая уродливая?! Нулевая грудь, никакущая задница, я-то думала, что это меня Богинюшка наказала, превратив лицо в сморщенную жеваную мошонку капибары, но тебя, похоже, эта сисястая шлюшка с рождения не любит. Хотя нет, постой, мы же сейчас в сраном комиксе для унылых одиноких дрочил, так какого святого дерьма у тебя внешность унылой швабры?! Героини в костюмах нужны, чтобы на них потными ладошками рукоблудили всякие жирные прыщавые тридцатилетние девственники, иначе зачем вообще нужен такой нелогичный гендерный перекос?! – закончив излагать прописные истины, от которых я впал в легкий шок, Дедпул запрокинула голову к потолку, а после закричала: – Во имя твоей дряблой задницы, святой Стэн Ли, только не говори, что тебя заставили прогнуться феминистки и прочий СЖВ-мусор!!! Если так, то больше нет смысла жить в этом проклятом мире, который ты создал!!! Закончив свой монолог, женщина резко подняла ствол пистолета, приставила его к своей голове, а после нажала на курок, разбрызгав по округе содержимое своего мозга. От такого поворота даже «хороший мальчик» выпал в утиль, возвращая меня в нормальное, с не искажённым восприятием состояние. В голове же крутился лишь один вопрос: – Что это, мать вашу, такое было?!