Вестник вечных зим

– Уфуфуфуфу… – забившись в самый дальний угол, крайне подозрительно хихикала одна молодая особа. – Кекеке… – Мисс, с вами всё в порядке? – поинтересовался престарелая афроамериканка, неодобрительно зыркнув из-под блеснувших очков-полумесяцев. – Вам помочь со стиральной машиной? – Нет… не надо! – вздрогнула девушка, поспешно скомкав в руках нечто тёмное. – Я почти всё загрузила. Когда же работница прачечной удалилась, Ава, а это была именно она, развернула своё «сокровище». Полюбовавшись им немного, она, не долго думая, зарылась в кусок ткани носом, а после глубоко вздохнула. Раза три-четыре вздохнула, пока от переполняющих её грудь эмоций не закружилась голова, а внизу, на плиточном грязном полу, не начала образовываться небольшая вязкая лужа. – Запах мужчины… – приглушённо бормотала мулатка, руками теребя чужое нижнее бельё. – Ох… от одного только запаха можно рехнуться… это явно намёк, что я ему… Договорить курьерша не успела, спугнул её хлопок двери, запустивший в заведение небольшую группу галдящих женщин. Пришлось девушке прерваться, вырваться из своих дурманящих иллюзий, запуская стиральную машинку. Но с соблазном она так и не справилась, запихнув в карман чужой образчик нижнего белья.

***

Я был доволен. Почти как слон. Теперь можно на улицу не выходить, полностью посвятив себя моральному и физическому разложению, ибо появилась деятельная девочка-подросток, готовая за цену помалу и добрые глаза сделать почти всё, о чем её только не попросишь. Сие просто не может не радовать. Радовать настолько, что я невольно задумался о том, чтобы банально нанять миловидную мулаточку на неполный рабочий день. Будет изредка ко мне приходить с продуктами, стирать, готовить, убираться, а я ей зарплату… раза в полтора больше, чем она сейчас получает работая курьером. Не обеднею. Всё равно зелёные бумажки особо некуда тратить. А так, заведу себе почти что горничную. Заодно будет с кем поговорить. И для начала, дабы вызвать прилив доверия вперемешку с жалостью, расскажу Аве о дурной белой кошатине, подло на меня напавшей. Но уже, по видимому, не сегодня, ибо день неспешно кренился к своему закату. В вечернее время тут опасно, особенно девушкам. Парня бы просто изнасиловали, а вот представительницу «сильного пола» могли и порешать. Не ценятся в этом мире женские жизни, не ценятся… Пока же деятельная особа, стирающая мои шмотки, всё ещё не вернулась, я решил сосредоточить своё внимание на собственной персоне. А точнее, на Белом песце, «уродливой героине», что сейчас была на слуху всего нью-йоркского интернет-сообщества. Уж не знаю, что там у дьяволицы и её хозяйки за план, но на мою раскрутку они явно потратились. Местечковые телевизионные шоу, разнообразные «эксперты» и прочие говорящие головы хоть мельком, но упоминали персону новенькой героини. Интернет форумы тоже пестрели всяким разным, начиная с обсуждений супергеройского костюма и заканчивая лесбийскими фанфиками разной степени убогости. Но, в основном, шиперили моё несчастное альтер-эго со злоебучей Скорпией. Причём последняя всегда была «сверху». Впрочем, встречались и довольно забавные, местами странные вещи. Например – официальная петиция с требованием изменить мой костюм. Созданная в Корее петиция. Эти странные женщины каким-то образом докопались до сути моего геройского прозвища. Разузнали, что такое песец, осознали его лисью сущность, а потому потребовали приделать к верхней половине моей маски белые лисьи ушки. Зачем, почему и какое дело до меня жительницам Кореи я так и не понял, слишком много текста на корейском и слишком мало на английском, но петиция собрала почти под полмиллиона «подписей» всего за неделю. Странные люди… Пока копался в сети, время стремительно двигалось к закату. Но оно и не удивительно, к моим дверям Ава явилась к четвёртому часу дня. Скоро улицы станут намного опаснее, особенно если Белая Тигрица выйдет на охоту. От этой двинутой и кровавых расправ можно ожидать. С неё станется. Впрочем, от изучения новостей о самом себе меня отвлекло происходящее на экране монитора. Посыльная вернулась, и теперь крутилась около железной дверцы, не понимая, как именно до меня дозваться. Номерком своего сотового я благополучно забыл с ней поделиться. Пришлось вставать, идти открывать дверь. – Я вернулась! – бодро оповестила меня девушка, а после моего приглашения ввалилась в туннель. – Денег хватило? – поинтересовался я, рассматривая свои ровно разложенные стиранные вещи. – Да, и ещё осталось, – ответила Ава, складывая сумки у дивана в моей гостиной. Действовала она теперь намного смелее, нежели при первом посещении моей подземной обители. – Но я облажалась… пока отходила в туалет, какие-то перветидос (исп. извращенки) своровали… некоторые вещи. Меня предупреждали работники прачечной, но я не послушалась… прости пожалуйста. Могу всё компенсировать из личных сбережений! – Украли? – мой оценивающий взгляд упал на сумки. Менее наполненными бельём они не выглядели. – Что унесли? – Я не уверена… – замялась девушка, виновато смотря куда-то в пол. – Но, кажется, нижнее бельё. Твои т-трусики. – Труханы-то? – мой насмешливый тон заставил девушку удивлённо поднять взгляд. Наверное не такого она ожидала. – Пусть берут. Неприятно, конечно, но у меня ещё много вещей. – Н-но, разве тебе не… страшно? – удивлённо поинтересовалась Ава. – Не мерзко?! – А должно? – удивился я, поднимая бровь. – Но ты же мужчина! – воскликнула данная особа, чья картина мира медленно но верно давала трещину. – Вы робкие, слабые, нежные и ранимые! Ну… и… вас защищать надо от такого… – Ох… – вздохнул я тяжело, после чего положил руку девушке на плечо. Мулатка непроизвольно вздрогнула, чуть ли не отшатнувшись, но смогла себя пересилить. – Скажи мне, подруга, разве я похож на робкого или ранимого? Пустил бы нежный, трусливый мальчик-с-пальчик в свой дом незнакомку? – Йо амига(исп. подруга), да?! – кажется, услышала только часть произнесённого испанка, начав стремительно краснеть. – Правда твоя амига? Ты не шутишь?! – Да-да, – покачав головой, отошёл я от тяжело задышавшей от переизбытка чувств особы. Хотел ещё сделать интернациональный жест рука-лицо, но сдержался. Не хотелось, пока что, обижать такую удобную и, в целом, неплохую девчушку. Но вот эти её закидоны а-ля «взволнованная фанатка» начинали напрягать. – Будешь мне помогать, станешь, как там… амига? Я не против дружить. – Йа буду! – активно закивала Ава. – И в следующий раз не дам своровать твоё нижнее бельё! – Да ладно, мелочи, – отмахнулся я. – Лучше скажи, у тебя есть банковская карта? Налички у меня не очень много, да и удобнее расплачиваться так. – Да не надо, я не ради денег… – попыталась было отказаться испанка, но мне было важно, всё же, всучить ей деньги. – Я настаиваю, – мой голос был как можно более убедительным. – Ты мне очень помогла. И я рассчитываю на дальнейшее сотрудничество. – У меня нет карты… – немного помолчав, наконец, ответила девушка. – В фирме мне наличкой платят. Я там неофициально, как раз для таких… неспокойных районов. Местные пусть и отмороженные девки, но латинос первыми обычно не трогают, если не лезем. – Мда… – вздохнул я, гадая, каким бы образом мне обналичить хоть часть своих богатств, не покидая подвала. – А завести карту сможешь? – Да, постараюсь, – окончательно сдалась Ава. – Но я не знаю, сколько это займёт времени. – Ничего страшного, – её ответ меня полностью устроил. – А теперь, думаю, тебе пора домой. Время позднее, на улице может быть опасно, если ты задержишься. – Ты… ты меня подгоняешь? – лицо у девушки в этот момент было такое, словно она ребёнок, у которого отняли большую конфету. Крайне обиженное и разочарованное. – Вот так, значит, дело сделала, а теперь вали?! С амига так не поступают! – Нет, я тебя не гоню, – мне пришлось оправдаться. Со стороны, и правда, могло показаться, что я неблагодарная скотина, но меня в первую очередь заботило благополучие моей новой знакомой. – Уже вечер. Это почти что Адская кухня, тут намного опаснее с наступлением темноты. – Я же сказала, что не лезу на рожон! – воскликнула Ава. – И тут у тебя не центр Адской кухни, а самый краешек! Не мужчинке меня, выросшую в неблагополучном районе, учить как себя вес… – от её слов мои брови нахмурились, и испанка это заметила. От чего её наглый, уверенный в себе тон сразу начал снижаться, пока не сошёл на нет. – Прости, я… я не хотела. Просто… – Ничего страшного, – тяжело вздохнув, сел я на диван. – Меня не местные банды пьяных дур беспокоят, а фрики-линчевательницы. Хотела узнать обо мне побольше? Ну, так вот тебе откровение. Из дома выйти я не могу потому, что меня, кажется, преследует одна из таких… со сверхсилами. – К-кто преследует? – взволнованно поинтересовалась Ава, подойдя к дивану, но не решившаяся на него сесть. – Она тебе угрожала? – Одна сумасшедшая в белом костюме, – пояснил я. – Что-то на кошачий манер. Назвалась Белой Тигрицей. – А п… с… с чего ты взял, что она т-тебя преследует? – растеряла остатки своей уверенности девушка. Могу её понять, сверхлюди опасны. Особенно, если при этом ещё и с головой не дружат. – Она на меня напала, – пояснил я, надеясь, что моя помощница не кинет одного несчастного затворника после этого рассказа. – Ещё немного, и моё лицо могло быть изуродовано шрамами. Несла что-то про земли крови, требовала купить буррито… безумная вышла встреча. – А… ну… может она не хотела нападать, – странным тоном завела непонятную мне шарманку девушка. – Сам же сказал, она сверхсильная… если бы напала, то… сам понимаешь. – Да, возможно, – не стал я спорить. – Но от того ещё страшнее. Она не нападала, при этом чуть не порвала мне лицо своими когтищами. Не знаю, что у неё в голове, но вдруг она нападёт на тебя? Приревнует не понятно к чему, а потом… ох… слушай, прости, что вообще тебя в это втянул. Если из-за меня на тебя нападут, то… – Она не станет, – прервала меня Ава, уставившись нечитаемым взглядом в пол и сжав кулаки. – Она не такая. – С чего ты взяла? – всплеснул я руками. – Из-за неё я не могу из дома выйти! – чуть сам в этот момент не поверил, что из-за неё. Какой актёрский талант пропадает… – Ты что, её защищаешь?! – Да, защищаю! – подняла глаза девушка, посмотрев на меня… с вызовом? Куда делась та смущающаяся от каждого лишнего слова девчушка? – Ты, наверное, что-то не так понял! Да, она… странная, но она героиня! Не такая раскрученная, как какая-нибудь паучиха, но героиня! Она… она меня спасла! И не трогает хороших людей. Мельком у меня проскочила мысль, а не фрик ли без костюма забрался в мой дом? Впрочем, я быстро её отбросил. Они были разные. Ава, и та белая кошка. Тигрица была выше, в целом крупнее, да и груди были… массивнее. Движения тоже другие, не смотря на все достоинства мулаточки, в её жестах и походке не было и намёка на ту звериную плавность и грацию, что я видел у костюмированной вымогательницы. Да и чутье на внутреннюю энергию явно показывало, что тигрица и Ава два разных человека. Скорее всего девушка просто сказала правду. Линчевательница её спасла. Я бы тоже защищал свою спасительницу, поэтому могу понять. – Тебя спасла, – пожал я плечами. – Меня чуть не покалечила. Не доверяю я ей. – А если она тебе поможет, поверишь? – спросила Ава. – Если извинится? – Не думаю, что она на такое пойдёт, – вздохнув, покачал я головой. – Но если это, и правда, недоразумение… не настолько мелочная у меня личность, чтобы таить обиду после искренних извинений. – Она хорошая, – почему-то улыбнулась от моих слов мулатка. – И точно не желала тебе зла. Спасибо, что поделился. Уже, и правда, поздно. Мне пора домой. Иначе бабушка может начать волноваться, а когда она волнуется то происходит всякая… мерла(исп.срань), хи-хи. – Да, не стоит расстраивать бабушку, – понимающе заикнулся я, а после проводил мою новую знакомую до дверей. День, в целом, прошёл хорошо, поэтому настроение тоже было хорошим. На приятной ноте мы с Авой и расстались. Она пошла домой по тёмным улицам, я же вернулся в свой уютный подвал, дальше залипать на просторах мировой сети.

***

Это произошло ночью. Жуткий стальной скрежет разбудил меня, заставив судорожно озираться. Он не был резким и быстрым, скорее до ужаса монотонным, пробирающим до самых костей, медленным. Идущим со стороны основного входа в моё маленькое подземелье. Я приготовился к худшему. Сразу кинулся в потайную комнату, где и начал стремительно снаряжаться в костюм. Хоть какая-то, но дополнительная защита. Пока натягивал супергеройское обмундирование, скрежет стих. Наступила тишина. Когда оделся, первым делом бросился к экранам наружного наблюдения. Никого. Лишь у основного входа, в тени, появился какой-то продолговатый объект, с трудом различимый на камере. Смотря на него, я для себя решил, что точно не покину дом до рассвета. И не сомкну глаз, держа под рукой кнопочный телефон для связи с Дьяволицей. Потянулись минуты и часы. Как дурак, я всматривался в камеры до семи утра, пока солнечный свет не начал озарять этот мир. По мою душу так никто и не явился. Плюнув на всё, я, злой сонный и усталый вышел на улицу, готовый до костей проморозить любого неприятеля. Но никто так и не напал. Зато я понял, что именно произошло… и мне стало страшно. По настоящему страшно. Даже во время скрежета я не ощущал тот самый, пробирающий до самых печёнок холод… Это был стальной, вогнанный в асфальт штырь. И на нём, словно стяг, под утренним ветерком развивались похищенные у меня трусы. Это безумие, самое настоящее безумие, пробирающее до печенок своей абсурдностью. Что этим хотели сказать? Что доказать? Актом чего является этот жест?! Я не понимал… Но это было не последним моим открытием. Когда я намеревался вернуться домой, то заметил на двухстворчатых дверях странные борозды. Когда закрыл дверь снаружи, картина стала полной… Кто-то, хотя я догадываюсь кто, вырезал на моих дверях сердечко. Буквально продавил, а местами и порвал металл нечеловеческим усилием. Вот тогда-то меня и обуял приступ не страха, а самого настоящего ужаса.

***

– Смотри-смотри, во даёт! – разносились по спортзалу полные восхищения, удивления, а порой и опаски шепотки. – Машина. И сиськи у неё цельнометаллические! Казалось бы, обычный будний день. Немногочисленные посетители, так как основная масса народа приходит либо вечером, либо на выходных, но произошло небольшое событие, сумевшее привлечь всеобщее внимание. – Я, кажется, где-то её видела… – голоса всё не смолкали, и на то была причина. – Лицо знакомое. Может, какая-нибудь знаменитость? Ставшая центром внимания женщина не реагировала на чужое внимание. Вместо этого она полностью отдала себе тренировке, уже больше часа тягая максимальный вес на перекладине тренажера, качая спину. Максимальный из возможных, а это был груз примерно в три сотни килограмм. Сама же силачка обладала невероятным сложением. Телом, подобном тому, которое имела древнегреческая Богиня Афродита – живое воплощение силы, войны и любви. Рост более ста девяноста сантиметров, широкие плечи, подобная стальным канатам, но не перекаченная, как у бодибилдерш, мускулатура, немного растрёпанные волосы до лопаток цвета тусклого золота. Единственное, что немного портило картину, так это многочисленные шрамы, «украшающие» тело женщины, да расфокусированные, полные лёгкой тоски синие глаза. Когда же, наконец, женщина закончила, к ней подошла одетая в спортивки тренерша, которой уже давно перевалило за четвёртый десяток. – Дочка, послушай, – вкрадчиво начала не то хозяйка этого места, не то просто отвечающая за сам зал особа. – Я не против, чтобы ты тут тренировалась, но мут… в смысле сверх-людям лучше посещать специально для них организованные учреждения. Здесь же ты себе просто мышцы собьёшь без особого результата. Хотя, смотря на это тело… ты, наверняка, сама всё понимаешь. – Да, понимаю, – на моменте с «дочкой» губы женщины на мгновение скривились, а после расплылись в понимающей, даже располагающей к себе улыбке. – Просто этот зал был ближайшим. Сколько с меня? – Нисколько, – покачала головой тренерша. – Это была отличная демонстрация. Да и напоминаешь ты мне кого-то… считай сегодняшнее занятие подарком. – Да, спасибо, – кивнула силачка, а после, закинув своё полотенце на плечо, пошла в сторону душевой. Впрочем, насладиться тёплыми водяными струями в относительном одиночестве ей не дали. – Капитан Роджерс, – вытянул женщину из размышлений пробивающийся сквозь шум воды голос. – Как прошла тренировка? – Фьюри… – взглянув одним глазом на обнажённую афроамериканку, прислонившуюся спиной к стене у её кабинки, пробормотала сверхженщина. – Обязательно надо было вваливаться в душевую, тряся грудями? – Ну, мне нечего стыдиться, – пожала плечами глава Щ.И.Т.а. – Как и тебе. Просто считай это маленькой местью за то, что ушла никого не предупредив. Из-за тебя половина штаба была поднята на уши, а бедная Колсон металась меж этажами, словно загнанная крыска. – Потом перед ней извинюсь, – одними губами улыбнулась капитан. – Мне просто захотелось походить по улицам родного мне Нью-Йорка одной, без сопровождения. Лично оценить весь ужас вашей эпохи, без прикрас и увода взгляда в другую сторону. – Ну и, как тебе? – Кошмар наяву, – упершись лбом в прохладную плитку, ответила женщина. – Всё так изменилось. И дело даже не в технологическом прогрессе. Эти телефоны, «гаджеты» - просто мишура. Поменялись нравы, сердца людей. Раньше я и представить себе не могла, чтобы белый мальчик был женат на чёрной, чтобы белые девушки не брезговали такой «соседкой» у семейного очага. Чтобы мужчины вообще разговаривали и вели себя столь… столь… – Свободно? – подсказала Николь. – Нагло, – выключив душ, начала обтираться капитан, особое внимание уделяя своим, похожим на мячи по размерам и упругости достоинствам. – И это лишь малая часть. Той Америки, которую я знала, за которую сражалась, больше нет. Я… я словно в другом, чуждом мне мире. И это пугает больше, чем лобовая атака под огнём артиллерии на окопавшегося, превосходящего числом противника. – Да, помню, как при знакомстве с агентом Романофф ты чуть не выпорола его, перекинув животом через колено, – хохотнула агентша. – Он до сих пор дуется. И это при том, что не сильно-то и младше тебя. Как и я. Но не переживай, со временем привыкнешь к новым реалиям, Стелла. – Не знаю, – честно ответила женщина, закончив растирать своё могучее тело. – Не уверена. Единственное радует, что меня перестала узнавать каждая встречная собака. Можно спокойно ходить по улицам, не боясь собрать небольшую, жаждущую внимания толпу. – А вот с этим небольшие проблемы, – вздохнула Фьюри. – Госпожа президент хочет… официально объявить о воскрешении главного символа американский победы. Она хочет вернуть Капитана Америку. Основные споры же сейчас идут лишь о том, менять твоё «звание» из-за выслуги лет на Генерала Америку, согласно воинскому званию, или оставить, как есть. – Ах… политика, – вздохнула Стелла, она же самый почитаемый герой этого полушария. – Я могу отказаться? – Боюсь, что нет, – ответила Николь. – Но я постаралась выбить максимальное количество преференций, как для тебя, так и для Щ.И.Т.а. Наконец мне разрешили начать свой давний проект. – Да-да, ты мне уже не первый раз рассказываешь об этой своей идее отряда могучих сверхлюдей, защищающих человечество от всевозможных угроз, – сказала Роджерс с лёгкой скукой в голосе. – От пришельцев, «богов», демонов, других злых сверхлюдей и ещё какой-то непонятной срани. И если угрозу со стороны последних я могу понять, то остальное… – Боги существуют, Стелла, – заявила Фьюри. – И тессеракт, который так тщательно охраняла Гидра, скорее всего именно им принадлежащий артефакт. – Я христианка, Николь, – вздохнула Капитан Америка. – Я верю только в Богиню. – А я атеистка, была ей, по крайней мере, – поморщилась глава Щ.И.Та. – После всего увиденного стала агностиком. В любом случае, ты должна стать символом этой, направленной на благо общества, инициативы. В стране великое множество героинь и злодеек, и долгое время они чувствовали себя крайне свободно и вольготно. Пришла пора положить этому конец. – Хочешь вернуть меня на поле боя? – спросила героиня. – Как бы грустно это ни звучало, сейчас оно мне ближе, чем мирная жизнь в этой новой… Америке. Будь по твоему, Фьюри. Но когда начнёшь собирать так называемых «героинь» я лично буду заниматься отбором. И лично буду их тренировать, если потребуется. На иное не согласна. – Договорились, – улыбнулась чернокожая, после чего отправилась в раздевалку. Шестерни могучего американского госаппарата начали медленно, но верно набирать обороты.