Вестник вечных зим

На борт вышло взобраться без особых проблем. Частник был меньше пузатых пассажирских лайнеров, а от того подниматься по трапу долго не пришлось. Внутри же обстановка была выше всяких похвал. Деревянные резные столы, достаточно широкие, чтобы сидеть за ними в компании, диваны из настоящей кожи, на которых можно было спокойно вздремнуть, вытянувшись в полный рост, и, если глаза не обманывают, самый настоящий бар в шаговой доступности. Одним словом: дорого-богато! Но и это ещё не всё, оставив Старк на диване, уткнув лбом в столешницу, прошёл немного дальше, к хвосту самолёта. Там, за прикрытой, но незапертой дверью, обнаружилась самая настоящая двуспальная кровать. Не самая широкая, даже узковата будет на мой взгляд, но всё равно. Кровать есть кровать, самый настоящий траходром на борту самолёта. Не удивлюсь, если Антония переодически тут по*бывала своих многочисленных любовников или любовниц. То, что у неё их нет, я ни капельки не верил. Особа такого характера, вне зависимости от пола, не будет себя ничем ограничивать. Скромность, быть может стыд? Пфф, забудьте. Она берёт от жизни всё, что она ей предложит. А что не предложат, то покупает, дабы потешить собственное безразмерное эго. Старк тот самый «Юпитер», которому дозволено почти всё… и даже больше. На мгновение, лишь на мгновение меня кольнула зависть. Но почти сразу она и пропала. Слишком много проблем и мороки от такого богатства. Тем более, меня никогда не прельщала настолько «красивая» жизнь. Я человек скромных нужд и умеренных желаний. Пока всё не пошло по одному месту, в подвале мне очень даже неплохо жилось. Как и на квартире кошки. Надеюсь… с ней всё в порядке. Да, не успела воровка мне сильно помочь, общались мы тоже не часто, но она, пожалуй, единственная, кому от меня ничего не надо было. Только переговорить с одной знакомой, что уже никогда не случится. Увы… Пока же я любовался обустройством салона, к моему «счастливому билетику» вновь прицепилась капитан воздушного судна. – Мисс Старк, лететь придётся более шести часов, – пыталась она достучатся до своей начальницы. – Я рекомендую дождаться стюардесс, они позаботятся о вашем удобстве на борту. – Взлетаем… – слегка приоткрыв один глаз, пробурчала женщина. – И где… где мои мальчики? Почему их чл'ны ещё не в-во… ИК… мне?! – Мамочка, твой мальчик здесь! – наигранно-радостным тоном взвизгнул я, подскакивая к пьяной женщине. Пилот от такой экспозиции сморщилась, словно сожрала недозрелый лимон целиком. – И я для тебя готовлю нечто особое! Пошли, скорее, в кроватку! Подхватив Антонию под руку, потащил я не в сторону хвоста, к кровати. Там и уложил… ну, просто толкнул на кровать, пообещав скоро вернуться, а сам направился обратно. К пилоту, всё ещё пребывающей в сомнениях и сильном раздражении от сложившейся ситуации. – Привет, – натянув максимально приветливую улыбку, поздоровался я, наконец, с командиром воздушного судна. – Итак, капитан, когда взлетаем? Госпожа Старк явно недовольна простоем и жаждет… небольших перегрузок. – Госпожа, серьёзно?! – скривилась женщина, посмотрев на меня со странной смесью из жалости и отвращения. – Парень, я не знаю, чего ты там себе навоображал, но эти «развлечения» богатой женщины на одну ночь не принесут тебе ничего, кроме проблем. Не рассчитывай на большее, ты просто… просто мясной дилдо на одну пьяную ночь! Подумай о своих родителях. Что скажет твой отец, узнав, что его сынок стал грязным шлюхом?! Это может стать позорным клеймом на всю жизнь! – Ох, я знаю, как это работает, – усмехнувшись, с толикой добродушного ехидства, подмигнул пилоту. – Если не получится, то позорный, грязный шлюх, дающий за деньги кому попало, но если выгорит… всеми уважаемый мистер Старк, лицо первых полос многих журналов и газет. Да, именно Старк. Не думаю, что такая гордая женщина соизволит взять фамилию мужа. – Это нелепо и этого не будет, – сложив руки на груди, нахмурилась женщина. – Не знаю, что ты там себе навоображал, но все твои иллюзии разобьются вдребезги, как только мисс Старк протрезвеет. – Ой, да ладно, не завидуй, – отмахнулся я, использую максимально женскую отмазку родной реальности. – Сама бы, наверняка, не отказалась продать задницу по хорошей цене. Вот только, никто не предлагает её купить, верно? – Да как ты… – ноздри командира самолёта раздулись от возмущения. – Я – успешная замужняя женщина! – Да-да-да, и какая ты там у своего членоносца? Пятая жена? Восьмая? Хоть раз в месяц-то писю понюхать даёт, или только по праздникам? – как говорится, ходил я по очень тонкому льду, вот только выслушивать чужие нравоучения тоже не собирался. Самолёт должен поскорее взлететь, даже если придётся потоптаться по мозолям отдельно взятых личностей. – Пфф, неважно. Лучше иди исполняй свои обязанности пилота. Мисс Старк явно и прямо сказала, чтобы взлетели сейчас. Так почему мы ещё на земле? На мгновение мне показалось, что женщина меня ударит. Промелькнуло на её лице нечто такое, но она сдержалась. И промолчала. Молча развернувшись на пятках, быстро направилась в сторону рубки. Вот только, у меня ещё оставались кое-какие вопросы: – И да, госпожа явно жаждет ощутить прелести двойного проникновения! – воскликнул я ей вслед. – Поэтому не подскажешь, где на этом судне храниться смазка и прочие, жизненно необходимые вещи? Явно же не первый раз важные тëтеньки катают продажных мальчиков за море. Мне ничего не ответили. Лишь излишне демонстративно захлопнули дверь, явно намекая, что разговор окончен. Жаль… придётся искать самому. А если не найду искомое, выкручиваться с помощью подручных средств. Эх… – Мальчики, вы… ИК… где?! – ещё и сама Антония, чьи пьяные вопли раздались из хвоста самолёта, не заставила себя ждать. – Мамочка хочет ласки! – Бегу, лечу! – отозвался я, начав методично проверять разнообразные ящики и отсеки для некрупного ценного груза. Умудрился обнаружить бар, несколько замороженных, завернутых в пищевую плёнку блюд на красивых тарелках, словно только-только с ресторанной кухни, аптечку, огнетушители, но заначку со «сладеньким» найти не сумел. Но были и хорошие новости, самолёт, вздрогнув, тронулся. Вылету быть, и это не могло не радовать моё истосковавшееся по хорошим новостям сердце. Впрочем, движение почувствовала и миллиардерша, а потому начала в разы громче и настойчивее требовать к себе «особого» внимания. Чуть ли не в приказном уже тоне. Пришлось поспешить на зов. – Возьми те… ИК… меня! – пьяно икнула женщина, развалившись на ложе, словно перевёрнутая на спину мёртвая жабка. – Я уже… потекла… – Сейчас-сейчас! – заверил я её, судорожно обыскивая ящички в помещении. Но кроме сменного постельного белья так ничего в малочисленных шкафчиках не находил. – Ты пока раздевайся… всё будет. – Уууфф… – послушно попыталась стянуть с себя одежду Старк. Верх отлетел а сторону без проблем, демонстрируя не блещущий изысками, явно повседневный бюстгальтер, а также сияющую меж грудей округлую стекляшку, то есть, чертов портативный ядерный реактор. Совсем забыл о нём. Как-то теряется на фоне стального летающего костюма информация о том, что питается он всабаченной в тело атомной батарейкой, или на каких там принципах супергеройской науки работает эта штука? – Ухххх… – и если с верхом всё прошло хорошо, то вот низ поддавался трясущимся рукам гораздо менее успешно. По итогу несчастная Антония сдалась, оголив лишь свои округлую миллиардерскую задницу, на которой уже были заметны следы возрастных складок и подступающего целлюлита. Ну… оно не удивительно. Мисс Старк зрелая возрастом женщина, уже идущая к своему закату, пусть и молодящаяся местами. Сколько ей там? Сорок, сорок пять? – Уф… скорее… – простонала женщина, уткнувшись носом в подушку. Силы, похоже, окончательно её покинули. Пожалуй, на этом я мог и закончить. Самолёт взлетает, гениальная изобретательница не в том состоянии, чтобы меня к чему-либо принудить или помешать. Можно просто притащить ей напиток покрепче из бара и она к моменту выравнивания полёта либо уснёт, либо вообще забудет о чем либо, пребывая в пьяном забытие. Миссия выполнена, не придётся ни чем жертвовать или особо стараться. Просто подожду, как самолёт долетит, и поминай как звали. А Старк похмелится, и не факт, что вообще вспомнит, почему оказалась за пределами Соединённых Штатов. Я задумчиво посмотрел на женщину. Выглядела она не очень… даже жалко, в какой-то степени. Полу-стянутые штаны, оголенная задница с явно не праздничным нижним бельём, сама тихо что-то себе под нос бормочет, пуская слюни в подушку. Выглядит довольно убого в таком состоянии, но с другой стороны… она мой благодетель. По пьяни, шутя, совершила то, на что иные не способны или банально не соглашались. И я не настолько неблагодарная тварь, чтобы не ответить услугой на услугу. Тем более, со всеми «но», даже пьяной в хламину она выглядела соблазнительнее директрисы Мидлтаунской школы. Грудь побольше, целлюлита поменьше, лицо поприятнее. И вообще, когда это я начал так активно избегать удачного перепихона с, по сути, сочной милфой? Ах да, после того, как из меня насильно начали воспитывать безвольную секс-игрушку, подкладывая под всевозможных женщин как раз за сорок. Эх, пусть Мёрдок и дивилась моей моральной стойкостью… ментальная травма всё равно осталась. Нет больше в голове образа некого волшебства от близости, чудесной страсти и прочих бабочек в животе. Лишь хлюпающие шлепки, протяжные стоны, да упругие колыхания податливой плоти. Нечто чудесное и когда-то манящие стало… рутиной. Впрочем, благодетельницу следовало отблагодарить. Поэтому, отведя взгляд, продолжил спешно копаться по ящикам, пока, неожиданно, не наткнулся на «сокровище». Было оно в кровати, выдвижном отсеке, где, по логике, белью постельному место, но никак не набору «очумелые ручки». Видел я, конечно, «коллекции» побогаче, но черт возьми, там был тёмный потаенный уголок спальни, а не хвостовой отсек частного самолёта. Тут же подборка, всё равно, была хоть куда. На алом бархате красиво и аккуратно разложено, ремешками крепко зафиксировано, словно какой-то стенд на выставке, а не набор смазок с дилдаками разнообразных форм и размеров. – Чëрт… всегда знал, что порнофильмы не врут, и женщин только ствол от 30 и выше удовлетворить может, но это уже перебор, – присвистнув, покосился я на самый массивный образец, длинной… да и толщиной с мою руку. – Эх… двуручное оружие-то я себе и не качал… Впрочем, более детальный осмотр внёс долю ясности, заставив выдохнуть и вновь поверить в человечество. Оглобля оказалась «двусторонней» и «многозадачной». Многочлен, если совсем по научному. Это когда девочке одной скучно и та зовёт подружку. Или двух. Впрочем, времени на дальнейшие размышления оставалось не слишком много. Вырулив на взлётную полосу самолёт замер. Из динамиков вновь раздался усталый голос пилота, призывающий пристегнуться. Не став терять больше времени, я схватился за пурпурный, состоящий на ощупь из напоминающего человеческую кожу материала агрегат, а после достал его, отстегнул удерживающие «монстра» ремни. Да, взлёт обещал быть буйным, тряска умеренной, а времяпрепровождение весьма пикантным. Своё обещание на «секс втроём» я собирался выполнить… пусть и не совсем традиционным способом.

###

Ощущения от секса при взлёте были… интересными. Что при этом чувствовала моя партнёрша можно только гадать, но извивалась она подо мной как уж на сковородке. И это при том, что была просто до неприличия пьяна. Она визгливо стонала, гортанно кричала, её тело дергалось, дрожало, нутро сводило от многочисленных спазмов, которые, как я надеялся, были всё же оргазмами, а не признаками какого-нибудь неожиданного приступа. Да, был у меня и более экстремальный секс в жизни, но не на борту самолёта во время взлёта. Не приходилось мне и почти бесчувственное тело охаживать всеми подручными средствами. Местный сильный пол зачастую сам всегда первым наскакивал, а после сверху радостно пыхтел, но не наоборот. Теперь же мне приходится трудиться за двоих… если не троих. В руках двуручный Встанислав Шишкин, залитый смазкой, стучится в чёрный ход на треть длины, и я им орудую, словно пестиком в растягивающейся, колыхающейся ступке, ниже пояса родной оловянный солдатик творит свое склизкое дело, покрытый любовными соками. Узко, влажно, в целом очень даже приятно. Не прошло и двадцати минут, как я извергся внутрь этой разгоряченной пещерки. Как и положено женщинам этого мира, Старк удовлетворённо хрюкнула, взвизгнула, внутри неё всё сжалось особенно сильно, а после она затихла, мирно засопев, окунувшись в пропитанную потом, слюнями и смазкой простыню. Не без труда выбравшись из трепещущего женского естества, я начал неспешно приводить себя в порядок. Конечно, сил ещё оставалось на второй, а там ещё и третий раунд, но раз миллиардерша молчит, нет смысла стараться сверх меры. Она не моя возлюбленная или дама сердца, особо нежных или трепетных чувств к ней я не испытываю. Это просто… работа. Элемент бартера. Особой страсти продолжать объезжать эту потрёпанную кобылку я не испытывал. Так и не найдя салфеток или, хотя бы, полотенец, я обтерся о простыни. Всё равно они уже изгвазданы сверх меры, такое только на выброс. По итогу оставался лишь один вопрос… что делать со Встаниславом Шишкиным? Сейчас он гордо смотрел в потолок, вздымаясь словно знамя победителей на руинах павшего города. Картина одновременно смешная и немного сюрреалистичная. Попытки же извлечь сей «клинок из камня» заканчивались недовольным сопением начинавшей шевелиться и просыпаться женщины. Возиться с пьяной похотливой миллиардершей сверх меры не хотелось, потому я оставил всё как есть. Лишь прикрыл данную экспозицию другой простыней, чтобы так сильно в глаза не бросалась. Покинув же хвостовой отсек, прикрыв за собой дверь, я расслабленно плюхнулся на кожаный диван. За окном царила беспросветная тьма ночного неба, лишь где-то вдалеке едва-едва начинало разгораться зарево нового дня. Устало прикрыв глаза я и сам не заметил, как задремал.

###

Пребывающий в расслаблении разум очнулся от чужого голоса. Пилот сообщал, что начинаем идти на посадку, и пора бы начинать пассажирам к этому готовиться. Первой моей мыслью было просто пристегнуться и надеется на благополучное приземление, но тут я вспомнил о, собственно, хозяйке «банкета». С ней явно надо было что-то делать… Метнувшись в хвост самолёта я её обнаружил всё там же, на кровати. Правда, уже на боку, у края. Пол же был залит содержанием её желудка и пах так, что у меня начинали слезиться глаза. – Воды… – приоткрыв мутные, заплывшие глаза, не то простонала, не то прохрипела она. – Мы скоро сядем, – сказал я ей, прежде чем отправится в бар за бутылочкой минералки. – Ты это… держись за что-нибудь. Так и не дождавшись внятного ответа, я отправился за живительной влагой. Из рук в руки передать не вышло, ибо «пол – это лава» в метафизическом смысле, поэтому пришлось просто швырнуть бутылку в надежде, что дальше великая изобретательница разберётся сама. Тем более самолёт начал активно снижаться, идя на запланированную посадку. Приземлились мы без эксцессов, ровно, даже, можно сказать, буднично. Никакой тряски, никаких неожиданных воздушных ям. Пока самолёт выруливал на место стоянки, я, уже собранный и с сумкой денег за спиной, готовился к высадке. В Америке, благодаря Старк, всё обошлось без паспортного контроля. Надеюсь и здесь будет также. Тем более у медленно подъезжающего трапа уже собралась небольшая группа сопровождения. Женщины в тёмных очках и не менее тёмных костюмах. Либо местные службы госбезопасности, либо сесурити. Склонялся я больше к последнему, надо же кому-то вытаскивать из самолёта страдающую от тяжёлого похмелья миллиардершу. С её-то репутацией… не думаю, что это первый вояж подобного толка. Система, как говорится, налажена. Как только самолёт встал, из кабины показалась и капитан судна. Смерив меня тяжёлым взглядом, она молча отворила дверь, а после поспешно отошла в сторону. И было от чего… – Где она?! – как только в салон самолёта проник свежий утренний воздух, следом за ним ворвалась и строгого вида женщина в костюме. Причём не в юбке, а полноценных штанах под цвет пиджака. Было ей примерно от двадцати пяти и до сорока включительно, трудно определить возврат, но выглядела она довольно неплохо. Рыжеволосая дамочка со строгим, даже злым взглядом, чье длинное каре упруго подпрыгивало от каждого шага. – В хвосте, – мгновенно сориентировался я, отойдя в сторону и попытавшись притвориться ветошью. – А ты… – ненадолго замерла женщина, быстро окинув изучающим взглядом. Впрочем, ответить мне на этот раз не дали, незнакомка сама всё для себя решила. – Богиня… с этими пьянками она вконец опустилась… ну кто в здравом уме потащит на самолёт мальчишку с улицы?! – на это я хотел уже было возразить, что уже совершеннолетний, и не совсем с улицы, но дальнейшая реплика всё расставила по своим местам: – А ещё более дешевого шлюха нельзя было найти, да, Антония?! – Но… – Заткнись… – потерев переносицу, не глядя ткнула в меня пальцем женщина. А после, запустив руку в пиджак, извлекла немного помятую, но довольно толстую пачку купюр. И не десятидолларовых, а на нолик побольше. – Забирай и вали. Эй, кто-нибудь, проводите мальчика до выхода и вызовите такси. И да, чтобы в сети, телевиденье или газетах ни писка о прошедшем! Иначе в Гудзоне станет на один таз с бетоном больше… ты меня понял? – Да, мэм, – согласился я со всем сказанным, принимая плату в том числе и за молчание. Деньги никогда лишними не бывают, а без лишних проблем намного легче на свете живётся. Больше женщина задерживался не стала, быстрым шагом направившись в хвост самолёта. – Святые сиськи, чем тут так несёт?! – раздался её немного приглушённый вопль, пока я поспешно сбегал вниз по трапу. – Пеппер… тише… – Старк была явно не в своей тарелке, но хоть начала нормально изъясняться после пережитого. – П-Потс, милая, мне что-то сзади мешает… посмотри… И тут я решил, что пора перейти на бег.