Апофеоз

Их столкновение было глупой шуткой судьбы, не иначе. Старуха громко смеясь, не прикрывая сморщенной рукой беззубый рот, несомненно хотела проверить, что из этой встречи выльется. А возможно она думала, что двое этих чудаков были весьма схожи пережитым... Ну, бессмысленно гадать. Кто знает, что творится в голове у этой безумной старой женщины. Встретившись с ним в тот день, она всем нутром ощущала, что подозрительный красавец перед ней не обладает добрым нравом. Сидев в развалку на земле, он нагло ухмылялся или изгибал в удивлении брови на любое её возмущение. Ей искренне хотелось поскорее забрать нового пушистого друга и бежать, сверкая пятками к Феликсу от этого странного незнакомца, который через каждое слово вставлял угрозы. Но чужак не планировал так легко отпускать и уж тем более отдавать Воронулю. Даже играть ребёнка перед ним становилось все труднее и труднее. Он её пугал. Встретившись с ней в тот день, с каждым её новым недовольством - он убеждался, что нелюбовь к детям у него была обоснована и понятна. Вопя и прыгая внизу, она требовательно пыталась заполучить обратно его улов. Просто наглым образом забрать то, что он раздобыл. И не стоит забывать её проступок с выдергиванием его волос. Ибо трогать его - означает рыть свою могилу в дождь голыми руками. Только имеющий смелость, граничащей с безумием, дурак посмеет это сделать, полностью проигнорировав внутренние инстинкты. Но перед ним стоял не перекачанный герой, а маленькая девочка, сверкавшая озлобленными глазами. Слишком наивный и глупый ребёнок. Она его раздражала. Ещё больше его бесило, осознавать, что мгновенно убить раздражающее насекомое у него не получилось из-за практически полнейшего отсутствия маны. Этот факт заставлял его чувствовать удручённость. — Мой папа - Клод! – недовольно она выкрикнула, отметив, что колдун с гаданием её родословной выбирал уже давно умерших людей. Девчонка помогла ему понять, что проснулся он отнюдь не рано, а наоборот в сладостном сонном небытие пробыл весьма долго. Наверное около 200 лет. «Сдвинутая на напыщенных именах имперская семейка назвала наследника таким убогим именем?! Нет... Наверное, произошёл революционный переворот этого обиженного сопляка. И учитывая, с какой лёгкостью был убит истинный наследник - он был самым настоящим слабаком.» - эти размышления заставили Лукаса рассмеяться. — Ахахахах! Я что действительно целую революцию проспал! – он разразился хохотом, чем сильно удивил его собеседницу. Атанасия испугалась его смеха, слишком сильно он сейчас походил на Клода в недалеком прошлом, мечтавший днём и ночью прикончить её. Воспоминания острыми когтями больно заскреблись в сердце. Ни чуть не гнушаясь, теребить прошлые зажившие шрамы её страхов перед могуществом другого человека. Она в панике выпучила и без того большие глаза, и Лукас случайно обратил внимание на кишащие эмоции в этих топазах. Что-то ему подсказывало, что не может быть у ребёнка такого осознанного страха. И тут же его поразило молнией, когда в этом сверкающем голубом омуте промелькнуло что-то знакомое и давно забытое. Колдун быстро схватил девочку за пухлое лицо, чтобы внимательней всмотреться, в то, что он заметил секундой ранее. «Да как он смеет хватать чужих людей так нагло?!» - парень перед ней заставлял беситься её сильнее с каждой новой выходкой. Лукасу было плевать на её возмущения, сейчас его интересовало, почему у маленькой девочки так много болезненных воспоминаний и кажется... пережитых смертей. Но она их прячет: закрыла каждое на ключ в крепком сундуке и утопила в своей душе, которая когда-то так противилась потонуть в собственном болоте отчаяния. И увидел он ещё, что до этого она мирно согласилась полностью задохнуться, избавившись от воздуха в легких, судорожно дрожа от осознания тоскливой безысходности. Почему-то осознанно отринув эти воспоминания, она действительно позабыла о том, что пережила и испытала. Лукасу было интересно, как такое могло произойти. Ведь даже его нудный учитель говорил, что единственное от чего никогда не сбежит человек - это собственная память. Но ещё любопытней, что за магию она использовала, раз смогла вновь оказаться в теле ребёнка. В голове Лукаса возникало слишком много вопросов из-за особы напротив. — Хммм... Тогда наверное не стоит убивать. – он вслух произнёс остатки своих рассуждений. Он пощадил её, давая понять, что эта беседа не будет последней в их жизни. Представившись, Лукас щелкнул пальцами, растворяясь в воздухе уже не смертельными пузырями. Оставив Атанасию в смятении, которая не могла вникнуть, чего этот черт, выпрыгнувший из табакерки, сейчас пред ней добивался. Так закончилась их первая встреча. Лукас долго думал, как будет представляться, дабы попасть в императорский дворец на помощь этой девчонке. Уж очень сильно она его заинтересовала - он даже не сомневался, что принцесса не заставит его скучать. Нет, конечно, он мог вновь по простому щелчку пальца переместиться к ней в покои, но факт того, что Лукаса могли счесть за преступника, незаконно проникнувшего к дочери Императора - ему абсолютно не льстил. Неожиданно в его голове зародилась интересная мысль... — Так ты говоришь, что можешь помочь принцессе? – стражник недоверчиво смотрел сверху вниз на мальчика, — А ты не слишком маловат, чтобы быть уверенным в этом? Лукас уже начал сомневаться в том, что его идея - прошмыгнуть во дворец в обличие маленького ученика неизвестно колдуна, была хорошей. Острый язык хотел грубить от одного вида недоумевающего тупого мужика напротив него. — Ох, что Вы, я точно помогу принцессе. Мой учитель практиковал именно лечебную магию, – голос был милым и тихим. Лукасу это сильно резало уши. «Просто пусти меня, неотесанный баран! Иначе ваша дорогая принцесска подохнет до конца этого дня.» - навязчивые мысли о честной речи его не покидали. К счастью его пустили до раскрытия истинного поведения. Петляя по широким коридорам, они наконец подошли к покоям Императора. И только сопровождающий хотел прикоснуться к позолоченным ручкам двери, как вдруг они сами резко отворились - Лукас еле успел отойти в сторонку. Рыцари грубо вытолкали запуганного мужчину, а после схватив за руки, куда-то поволокли. Он кричал мольбы о том, чтобы его пощадили и он невиновен в том, что не может спасти принцессу. Лукас хмыкнул, отмечая, что Император был точно не добряком. Зайдя в комнату, он сразу понял, кто является нынешним «солнцем Обелии». Клод свирепо окинул взглядом вошедшего Лукаса. — Ещё один?! И этот ни черта не сделает и будет говорить, что её не спасти! – голос был полностью пропитан презрением. Удивительно, но Лукас не испытал к нему ответных чувств, наверное, отчаянный вид Императора говорил больше его слов. «Привязанность делает людей такими жалкими безропотными придурками» - он вновь убедился в своих мыслях, глядя на печального Императора, что для него сейчас больше походил на недобитую псину. Лукас, слегка прокашлявшись в ладошку, вежливо поклонился. Говорить слащавым голосом и строить невинные глазки было все ещё сложновато. — Ваше Величество, да прибудет с Вами благословение небес, прошу Вас не сомневаться в моих способностях, я спасу принцессу во имя процветающей Обелии! – слова были проговорены искренне и без запинок. Кажется Лукасу начинало нравится притворяться пай-мальчиком. Клод дал добро на то, чтобы юный маг подошёл к его дочери. В любом случае он не сомневался - места в темнице должно хватить на очередного мошенника. Лукас приблизился к кровати. Точно не вспомнит, какие именно чувства его посетили, едва он взглянул на сжавшийся комок, который крепко вцепившись в простыни, сжимал их до красных кулачков. Атанасия изливалась холодным потом, часто и прерывисто дыша, она корчилась от боли, словно её кинули на раскалённую сковороду. Хотя вспоминая те ощущения, сравнение с огнём будет уместней, потому что абсолютно каждый орган в тот момент у неё горел. Крепкими огненными путами внутренности были сжаты до предела. Ей хотелось выкашлять всю боль, исходящую от органов, но вместо облегченных ощущений от заветного кашля - она ощущала тёплую склизкую кровь на своих маленьких ладошках. Слезы не переставали течь с её глаз. Все было в размытом тумане, но одновременно витая в полубессознательном состоянии, она видела прекрасные сны с феей. Ей кажется фея отвлекала её от боли и это у неё выходило весьма неплохо. Лукас смотрел на неё такую жалкую, сжигаемую собственной силой, и вспоминал, что эта девчонка совсем недавно смело спорила с ним, напрочь отринув мысли об опасности. Контраст между двумя её видами одновременно поражал и забавил его. Отбросив ненужные в данный момент мысли, он попросил выйти всех из комнаты. Под недовольный взгляд Клода, что наконец отступил и закрыл дверь, Лукас принялся спасать эту странную принцессу.

***

Атанасия давно не давал покой один вопрос: почему её отец, который ревновал, даже к безобидному Феликсу с легкостью доверил ей в компаньоны Лукаса? Конечно, игра перед другими у колдуна была отнюдь неплоха: вежливый, добропорядочный придворный маг с тихим голосом и яркими честными глазами. Атанасия всегда было забавно наблюдать, какую истинную натуру он прячет за таким образом. Уже прошло больше 3-ех лет с его появления во дворце, но ни у кого не возникло мысли усомниться в искренности Лукаса, что появляясь днём и ночью в её комнате, истреблял весь шоколад и печенье - Атанасию это частенько раздражало. Она вновь вернулась к своему злободневному вопросу, пытаясь найти ответ, принцесса вперила взгляд в Лукаса, который сидел сейчас на соседнем диване, и смачно причмокивая, уплетал её шоколадные конфеты. Она рассматривала его внимательно, спускаясь с головы до пят и вновь поднимаясь на черноволосую макушку. — Слушай, если ты хочешь - возьми, но прекрати сверлить меня взглядом, иначе я ненароком поперхнусь от такого внимания, – недовольно пробурчал он на её странное поведение. — Не мешай! Сиди молча, как до этого, – приказала Атанасия, что кажется подходила близко к разгадке. Лукас в другой день отчитал бы её, чтобы она не указывала, что ему делать. Но больно ореховая начинка у этих конфет была вкусная, поэтому хмуря брови, он продолжил смаковать сладости. И тут до его ушей дошло тихое хихиканье принцессы, он посмотрел на неё. Нет, это не было хихиканьем, Атанасия, прикрыв рот руками, пыталась сдержать заливистый смех, и судя по хитрым огонькам в топазовых глазах - смех был злорадным. — Я слышал где-то, что беды с головой начинаются с беспричинного смеха, – с ухмылкой он произнёс, но в действительности ему было интересно, что же так рассмешило её. Атанасии тоже хотелось рассказать. — Лукас... А ты, никогда не думал, почему папа сделал тебя моим компаньоном? – говорить из-за накатывающего смеха было тяжело, поэтому некоторые слова у неё звучали тихо. — А чего думать? Я спас его ненаглядную дочь, вот и сделал меня твоим поводырём, – он не долго рассуждал над ответом. Атанасия разразилась смехом, сдерживать который ей не хотелось. Вцепившись в живот, она смеялась в своё удовольствие. Лукаса смутил такой резкий приступ у принцессы. Он не раз отмечал, что смотреть на веселую Атанасию довольно-таки приятно, но сейчас чувствовал, что причиной этого веселья - стал он сам. Причём в ключе, который ему точно не понравится. Держать в неведении бедного мага она не желала, поэтому решила поделиться. — Ахахаха! Я думаю тут в другом дело! – её весёлый голос был очень громким для Лукаса, — Ты, когда был маленьким, действительно так выглядел? – все-таки ей хотелось ещё его помучать. — Знаешь, ты сегодня явно преуспела в странностях... – но решил ответить, — Ну да, я просто сменил возраст, если я выгляжу так, значит и тогда был таким. А что? Не можешь поверить, что такая красота существует? – не вставить дерзость он не смог. — Да нет... Просто, ты не думал, что папа сделал тебя моим компаньоном, – она начала хихикать, — Потому что ты сильно похож на девочку? – и вновь рассмеялась с мысли о том, что Лукас стал ей не первым другом, а первой подружкой. — Чё? – Лукас искренне надеялся, что ему послышалось. — Ну сам посуди, у тебя длинные волосы, ресницы будут подлинней любой девушки, не то, что ребёнка. Глаза больше, чем у меня! Да и ростом мы не разнимся. Плюс ко всему ты всегда ходишь в непонятной широкой мантии, которую может надеть кто угодно! – задорно Атанасия перечисляла, смотря на удивлённого «компаньона». — Я.. - он был обескуражен, — Мантию носят все маги! Да и.. Твой отец сам обращался ко мне как к парню, – привычный напал куда-то исчез. Лукас сам понимал, что факты действительно существенные и это его несомненно злило. — Может, как к смазливому мальчику? – ехидно дополнила принцесса. Сейчас Атанасия понимала, что смотреть на Лукаса, который не мог ничего ответить - стоило многих богатств. Самооценка её друга могла спокойно осветить глубокой ночью целый имперский дворец. И кажется в нынешний момент его самолюбие начало трескаться. — Да ну тебя! Чокнутая, – спешно он проговорил, прежде чем встать и переместиться по излюбленному щелчку пальцев в другое место. Атанасия услышала нотки обиды в этих словах. Уняв до этого не сползающую улыбку, она запереживала, что серьезно могла задеть гордость Лукаса. Она испугалась, что мальчик может не придти к ней завтра. На следующий день Лукас появился с коротко остриженными волосами, и кажется, стал чуть выше принцессы.