I'll be happy

Я увидел его сердце, когда он взял мою руку. Я увидел то, что он сделал. Я увидел это очень ясно. Невозможно спрятать то, что у тебя в сердце. Зеленая миля (The Green Mile)

      Самолет улетел, а мы с оппой все еще стояли в аэропорту. Взглядом я провожала каждый самолет, что улетал. В каком-нибудь из них точно были они… Думал ли он обо мне? Почему меня так волнует его реакция? Жить ли мне в ожидании его сообщения или не стоит? Много чего может произойти за эти полгода, пока их… его не будет рядом. — Дженни, пойдем? — осторожно касаясь моего плеча, спрашивает оппа и отвлекает меня от моих размышлений. — Конечно, вот только как? Толпа их фанатов еще не разошлась и тебя узнали… — Это рано или поздно случилось бы. Они узнали бы о тебе, так почему бы не сейчас? Потом, если что, твое знакомство с бантанами можно будет списать на меня…- как он может так рационально мыслить, когда я переживаю о нем? Его репутация может пострадать. — Оппа… но как же ты? Что будет с тобой? Репутация? — обеспокоенность в моем голосе напрягает его. — Это не стоит твоих переживаний. Тем более, что я уже выбрал юриспруденцию. Карьера айдола меня больше не привлекает — пытается успокоить меня, своим спокойным и уверенным голосом. — Но… — Солнце, не будем об этом, хорошо? — уверенный взгляд и тихая просьба. А так ли это? Правда ли то, что он не скучает по своей карьере, загубленной одной стервозной девушкой? — Хорошо, больше не буду… Но мне очень жаль, что так получилось, ты же знаешь, да? — поднимаю глаза на него и пытаюсь понять, что он чувствует. — Иди сюда, глупышка… — подхожу к нему, он обнимает — Кто знает, познакомились бы мы с тобой, если бы не такое стечение обстоятельств? — это произносит уже мне на ухо — Я не жалею. Знакомство с тобой, стоило всех этих испытаний. — Правда? — неужели это действительно так? Почему меня любят и ценят, просто так? Это называется безусловной любовью? Такой, которая у меня с сестрой? — Правда, а теперь пошли. Хотят люди сенсации, пусть получают. Ничего они уже не сделают — разорвал объятия, взял меня за руку и уверенной походкой вышел из VIP зала.       Пара шагов от дверей. Поднялся жуткий шум. Какие-то девушки кричали про то, как я смею держать за руку оппу… Почему я пришла с ним? Почему он нес меня руках? И как все это связано с ИХ бантанами. Материли меня, обзывали как могли. Наверно и хорошо, что я у меня не получилось разобрать все слова, которые они кричали нам в след. Ни оппа, ни я никак не реагировали на их выкрики и старались уйти из этого места как можно скорее.       Мы неслись по коридору, бежали по лестнице, будто за нами кто-то гнался. Но нам повезло и, видимо, хоть какая-то частичка благоразумия у этих девушек была и они не последовали за нами. Добравшись до машины, перевели дух. Мы в какой-никакой безопасности. Все-таки взять машину на прокат было очень разумным решением. Неужели Намджун смог предугадать такое развитие событий? Были ли мы готовы к такому? Знал ли оппа, чем для него может закончиться этот поход? — Солнце, как ты смотришь на то, чтобы съездить в одно хорошее место? — Поехали… Мне все равно куда… — Отлично, думаю, что тебе понравится — он завел машину и мы тронулись с места.       Дорога навевала мысли о том, что было в Тэгу. Забота человека, от которого ожидаешь этого меньше всего, была неожиданной. Он накрыл меня пледом, когда я уснула. Почему? Это не может быть просто так. Не верю. Это что-то значит, но как я смогу понять, что именно, если мы не можем поговорить откровенно. Я не знаю, что думать и чувствовать по этому поводу. Но стоит признать, мне нравилось то, что делает Юнги. Его объятия, слова, поддержка, которая так нужна была в какой-то момент. Рядом с ним с меня слетают все маски. Не нужно строить из себя кого-то другого. На каком-то подсознательном уровне живет понимание, что он поймет. Возможно, местами он может меня осуждать, но после ночи в Тэгу это прошло. Он принял меня такой, какая я есть со всеми моими тараканами и прочими неприятностями. Но как я могу мешать ему, его будущему? Зачем и для чего он все это делает? — Солнце о чем ты думаешь? — неожиданно для меня, задает вопрос оппа. Сказать ему правду? Что его друг-хен вызывает какие-то странные и новые для меня чувства? — О Юнги — только услышав, что именно я сказала, оппа остановил машину. Мы оказались в каком-то безлюдном месте, больше похоже, что мы уехали куда-то загород. Лес, свежий воздух и благодатная тишина. — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — эта фраза из его уст не звучит как что-то хорошее. Но стоит посмотреть правде в глаза, этот разговор рано или поздно случился бы. Так почему не сейчас? Здесь никого кроме нас нет. Никто больше не узнает. Хватит скрывать от него важную информацию. Знаю же, что всегда могу положиться на него, его помощь точно не будет лишней, в случае чего. — Я о многом хочу с тобой поговорить, оппа…, но я не знаю с чего мне стоит начать. — Этот разговор должен был еще случиться после нашей поездки, но ты все время была в работе, а после я не хотел тебя тревожить. Ты приходила такой уставшей, замученной и изнуренной, что мне казалось кощунством вываливать на тебя неприятную информацию. Поэтому, давай, сейчас начну я. Все же, это я решил начать этот разговор сейчас — голос Вана опустошенный. Ему не очень хочется говорить об этом, но ситуация уже требует какого-то решения. Если я не буду знать, что делать, то мы можем попасть в неудобную ситуацию. Уж лучше быть в курсе всего, чтобы ненароком не оплошать. — Хорошо, что ты хочешь рассказать? — наверно, это будет о Фу Мии и о том, что она его преследует. — Я уже говорил о том, что моя бывшая девушка променяла меня на более состоятельного мужчину. Полторы недели назад, как раз в тот день, когда мы поехали с Юнги-хеном в Тэгу, она названивала мне целый день. Поэтому я отключил телефон. Она не хочет слышать и понимать, что мне от нее ничего уже не нужно, в том числе и она сама. Все перегорело. Возможно, если бы еще месяц назад она позвонила и предложила начать все с начала, я бы согласился, но сейчас все поменялось. Я изменился, благодаря тебе — поднимает взгляд на меня. В его глазах благодарность, непоколебимая уверенность и признательность — Ты смогла помочь мне понять, что все можно изменить. Мое отношение к той ситуации очень долго угнетало меня, потом еще и негатив, который выливался на нас. Все это не могло оставить меня спокойным. А твое отношение к ситуации, что была у тебя… Это удивительно. Ты прилетела, сбежала от того, что угнетало тебя в совершенно другую страну, другую культуру. Уверен, что это было очень страшно. Но ты справилась. В тот день, когда ты написала мне о том, что хочешь арендовать квартиру, я хотел уже снять объявление. Но появилась ты. Написала, еще и так уважительно, это было неожиданно. Конечно, мне было любопытно, а уж когда приехала. Я испытал смешанные чувства. На фотографии ты была живой, а приехала оболочка человека, который смог меня зацепить и вывести из моего состояния одной только фотографией. Шок — это то, что я испытал, когда увидел тебя. Одинокую, в какой-то степени, потерянную и несчастную. Тебе было хуже, чем мне… Господи, да ты даже выглядела хуже чем я, а это уже о многом говорит. Тогда я еще не знал, что именно случилось, но очень хотел помочь. Не знаю, откуда пошло это желание, но все казалось таким правильным. Будто, все так и должно было быть — голос срывается на шепот — А сейчас все так поменялось… Ты согласилась стать моей сестрой, а теперь Фу Мия хочет вернуться. Я не смогу ее принять. А, увидев твое отношение ко мне, к парням… смог многое понять. Она больше пользовалась мной, чем любила, а это неприятно. Ты как-то незримо всегда была рядом, твое отношение ко мне было необычным, более свободное, что ли? Никаких рамок, ограничений. Просто зашла в мою зону комфорта, будто всегда там была, и даже, если сначала это пугало, то потом день, прожитый без твоего общества, казался пустым. Ты же знаешь, что я люблю тебя, как свою маленькую сестренку. Хочу оберегать от всех невзгод. Стать тебе опорой и защитой от всего внешнего мира. Чтобы ты всегда могла прийти ко мне и все рассказать. Любую свою проблему, какой бы она не была. Не могу тебя потерять, особенно из-за нее. Знаю, что Юнги-хен рассказал тебе уже о ней и о том, что она может принести нам проблемы… Но мы совсем справимся. Она не всемогущая, врагов тоже нажила себе не мало… Только, пожалуйста, не уходи… — в его словах было все: признание, отчаяние, боль, мольба. Я не могла остаться равнодушной к его словам, ведь он говорил все то, о чем я думала, но не могла сказать. Все кажется таким нереальным, но вот только все это не сон. Дрожащими руками беру его за руки. Они тоже дрожат, нервничал, как и я. — Оппа… по своей воле я не смогу тебя покинуть. Никогда. Слышишь меня? — пытаюсь поймать его взгляд, но он отводит его — Оппа, посмотри на меня — теперь и в моем голосе мольба. Это действует, и он посмотрел мне в глаза — Оппа, ты подарил мне надежду. Смог стать важным человеком, без тебя мой день такой же пустой и бессмысленный, как и вся моя жизнь, после смерти бабушки. Я не могу тебя потерять. Мне плевать на то, что эта Фу Мия может сделать со мной, но я не могу ей позволить влиять на наши отношения. Да, возможно, сегодня она узнает обо мне, но я не брошу тебя. Физически не смогу. Общение с тобой, как наркотик. Лекарства нет, а я не настолько сильная, чтобы самостоятельно слезть с этого. Все у нас будет хорошо, мы со всем справимся. Как мне уже сказал Юнги-оппа, он всегда нам поможет. Знаю, как сложно попросить помощи, но если она нам будет нужна… Он поможет. Уверенна, что они все помогут. В семье так и делают. А Вы - семья. — оппа стал спокойнее, это уже хорошо. Видно, что вся эта ситуация долго его напрягала. И сейчас, когда он смог мне рассказать все то, что его тревожит — стало легче. — Ты права… Прости меня за эту минуту слабости — теперь стал более уверен. Перемена была такая быстрая, что я не успевала осознавать все, что происходило — Ты расскажешь мне, что было у тебя? Что тебе снилось, что ты так кричала? Юнги-хен пришел к тебе, а ты расслабилась в его руках. В какой момент ваши отношения наладились? Я, конечно же, этому очень рад, но все произошло очень быстро. У меня даже не получилось вовремя среагировать, чтобы помочь, а он так сразу… — это его волновало, а у меня даже нет ответа на его вопрос. Почему он пришел? Почему помог? Почему мое тело расслабилось в его руках? Почему у него получилось успокоить? — Оппа… Во время поездки многое поменялось. Сначала, я хочу извиниться — он перебил меня. — За что? — недоумение в голосе. — В машине, в какой-то момент я проснулась и услышала часть вашего разговора. Да, не все сразу поняла, но потом, Юнги-оппа своим рассказом, дополнил мои выводы. — Это должно было случиться. Ты видела, в каком состоянии я был — он так говорит будто виноват. Но это не так! — Оппа, не надо. Не вини себя, это я подслушала разговор. Знаю, что это неэтично, но я волновалась за тебя… — Солнце, не стоит… что было, то прошло. — Ладно — сдаюсь — Так вот, вечером, когда вы уже ушли спать, а я прибралась на кухне, пошла проверить вас. Ты уже спал, а Юнги-оппа нет. Предупредила его, что еще немного посижу на кухне. Включила там ноут и начала просмотр старых фотографий. Мне не стоило этого делать, но атмосфера того домика в Тэгу, особенно портрет семейства Мин, навивали воспоминания о моей семье… о бабушке, которой мне так не хватает. Каждый день, после ее смерти, я хотела, чтобы и меня не стало. Ее уход был тяжелым испытанием для меня… Под наплывом эмоций, начались рыдания. Честно, я даже не услышала, что он подошел ко мне. Только, когда он коснулся меня, действительность начала приобретать свои очертания. Не знаю, правда ли он пошел пить или услышал мои всхлипы, но я благодарна ему. Успокоилась, а потом… сидя на балкончике в моей комнате, я рассказала ему причину своих слез. Он смог понять, не осуждал и подарил поддержку. Неожиданно, но он открылся для меня с другой стороны. Он даже попросил прощение за свои грубые слова, которые сказал на колесе обозрения… — Он был очень груб? — злится, но выглядит это очень мило. — Нет, просто резкие слова, которые немного обидели, но в какой-то степени, я могу его понять. Новый человек, который так легко смог войти в вашу компанию. Недоверие было правильным. — Ладно, опустим это. Но я поговорю с ним. Это не обсуждается. — Хорошо — все равно не смогу это изменить. — Что было дальше? С чем связан тот кошмар? — А дальше… Дальше мне пришло сообщение на почту. Я долго не решалась его прочитать, а еще и Юнги-оппа заметил, что я замерзла… В итоге, мы с ним пошли пить чай, а заодно он уговорил меня прочитать письмо, которое пришло. Как ты догадался, мне написал бывший-Алекс. Это не первое его письмо… Первое было в тот день, когда приезжала твоя мама. Тогда он написал, что найдет меня и вернет. А сейчас… в том письме… было видео. Он в моей комнате, посмел угрожать моей сестре. Моей маленькой Вэй — вспоминая это, становлюсь раздраженной. Апатия на какой-то момент отступила — Это вывело меня из себя, а Юнги смог привести меня в относительный порядок, но во сне… Кажется, что мое подсознание сыграло со мной злую шутку. Я не помню, что именно мне снилось, но был страх. Скорее всего, когда Юнги меня успокаивал, все отошло на второй план. Страх отпустил… — Теперь и я должен тебе признаться. Я был в этот момент в твоей комнате. Твой душераздирающий крик разбудил нас с ним, но ты не проснулась. Ты напугала тогда меня, его. Мы не видели никогда тебя в таком состоянии… Я не знал, что нужно было сделать, поэтому, когда Юнги-хен тебя успокаивал, не стал вмешиваться. Одно его касание и тебе стало легче. Ты даже не стала его отпускать. Возможно, на каком-то подсознательном уровне было понимание, что с ним ты в безопасности — последнее уже произносит задумчиво. Мне тоже есть теперь над чем подумать. Юнги остался, потому что я не отпускала его? Почему мое подсознание решило, что он может мне помочь? — Многое становится понятно, спасибо оппа. — Дженни… почему ты мне не рассказала об угрозах? А если бы он все-таки приехал? — смотрит прямо в глаза, а я не могу отвести взгляд. Будто гипнотизирует. — Я не знаю… Может не верила в то, что он сможет решиться на это. Не хотела тебя беспокоить, это же было не особо важно… Он далеко, а Фу Мия очень даже рядом. Вреда может причинить больше, чем Алекс. Если смотреть правде в глаза, то я не верю, что он может приехать на другой конец света ради меня. Не такая я уж и хорошая, чтобы совершать такой поступок. — Не принижай себя. Ты лучше, чем кажешься себе — перебил меня, опять. — Ты все равно могла бы мне рассказать… — Прости… — Все нормально. Я рад, что мы смогли прояснить эти моменты. Спасибо, что все рассказала. Что мы будем делать теперь с твоей ситуацией? — А что с ней делать? Сестру я сейчас предупредила, она будет мне писать о том, что происходит там, поэтому пока нашей проблемой является Фу Мия и то, что наши фото, наверняка, уже в интернете — пожалуй, мне стоит начать бояться, а вдруг Алекс увидит, случайно, что-то на просторах интернета и узнает меня? — То есть ты хочешь решить проблему с Мией, а про Алекса пока забыть? Я правильно понял? — звучит так себе, но это правда. — Да. Фу Мия ближе, чем Алекс — Ладно, но пообещай мне кое что… — Что? — Если он тебе напишет, скажи мне… Я беспокоюсь — просьба такая простая… теперь я точно не хочу ничего скрывать от него. Он узнал все из того, что я скрывала, и что причиняло мне боль. — Обещаю. А теперь, может, поедем домой? День выдался тяжелый — хочу домой, в свою кроватку и к кумамону, включить что-нибудь грустное… русское, которое сможет передать те эмоции, которые я испытываю после их отлета. — Поедем, но ты ничего не хочешь мне рассказать по поводу Юнги-хена? — вопросительно смотрит на меня, а я все еще не знаю, что ему сказать. — Я не знаю. Наше общение с ним странное. Он вызывает эмоции, которые я не могу контролировать. Не могу быть с ним спокойной, уравновешенной. Не знаю, что чувствую к нему, но понимаю… что это что-то серьезное. Мне нужно время, чтобы все проанализировать. Давай поговорим о нем в другой раз, хорошо? — возможно к тому времени, мы с Юнги уже обсудим все. — Хорошо… Не то, чтобы я тебя контролирую, но будь осторожна — заботливый тон сбивает с толку. — Ты это к чему? — Ни к чему, просто будь осторожна. Сейчас нам нужно больше следить за тем, что мы делаем — точно, несчастные фанатки уже наверняка что-то выложили в сеть. А я уже и забыла об этом. — Буду, ты тоже. Может стоит зайти в сеть и посмотреть, что там творится? — предлагаю ему посмотреть — А твой адрес является общедоступным? Они смогут про него узнать? — может ли нас ждать засада возле дома? — Нет, эти данные конфиденциа́льные. На данный момент о моем месте жительства знают только бантаны, ты и родители. Мия уверенна, что я съехал с той квартиры, как только мы расстались — его слова вселяют в меня уверенность, что мы сможем добраться до наших квартир спокойно. — Это хорошо — он завел машину, развернулся и мы поехали домой.       Кажется, что в какой-то момент сон сморил меня. На грани сна и реальности, мне чудилось, что где-то рядом бантаны. Шутят Чимин и Джин, смеется Хоби и Гукк, Тэ мечтательно смотрит на потолок, с серьезным видом сидит Юнги, а единственным желанием Намджуна является уйти как можно скорее. Странно все это. Даже во сне они меня не оставляют. — Солнце, просыпайся… мы приехали — легкое касание моего плеча, но голос не тот, что меня будил в прошлый раз. Открываю глаза. Оппа… не Юнги, вот она суровая реальность. Можно ли привыкнуть к тому, что меня кто-нибудь все время пытается разбудить? — Уже проснулась, оппа — выпрямляюсь на сиденье. Хочется потянуться, но в машине делать это неудобно. — Вижу — он вышел из машины, открыл мне дверь. Я точно привыкну к тому, что они все открывают мне дверь. Вышла, потянулась, что-то в спине хрустнуло. Вот так приходит старость, да? Оппа заблокировал машину и мы пошли к лифту. — Дженни, не хочешь зайти ко мне? Может кино посмотрим? — неожиданно задает вопрос оппа в лифте. — Оппа, давай не сегодня, хорошо? Тяжелый день, мне очень хочется лечь на кровать и отдохнуть — желательно, обнимая игрушку, и не плакать от жалости самой к себе. — Хорошо, тогда приходи, как появится такое желание. Я буду тебя ждать — сказал он, когда мы приехали на его этаж. Подошла к нему ближе, обняла и произнесла: — Оппа, спасибо тебе за все. Я тоже люблю тебя — он же признавался уже в этом. Так почему мне было сложно сказать эту фразу, а сейчас она далась так легко. Будто, я каждый день и не по одному разу ее произношу. Три слова, которые я говорю так редко… Но кажется, что сейчас, в этот самый момент, они очень важны для него и для меня. — Почему ты сказала это сейчас? — удивленный голос, но на губах расплывается улыбка. Яркая, солнечная, которая согревает. — Мне захотелось, оппа. Хочу, чтобы ты это знал — двери лифта закрылись и я поехала к себе. У меня опять получилось его удивить. Он точно не ожидал, что я это скажу… Я и сама не ожидала, что эти слова вырвутся.       Уже зайдя в квартиру, лежа на кровати, и обнимая кумамона, можно было подумать о том, как они там? Скучают? Я-да. Прошло всего несколько часов, а по ощущениям несколько дней. Опять возвращаюсь мысленно к Юнги… Вспоминаю его слова в аэропорту, когда мы стояли в полумраке лестницы и его взгляд… Такой проникновенный, пронизывающий и пробирающий до самых костей. Мурашки только от воспоминаний… Что он хотел сказать этим взглядом? Что он напишет? Им лететь еще так долго, неизвестность пугает. Какое-то время просто лежала в кровати и читала новостную ленту. Много статей о том, что у группы BTS начался мировой тур с перечислением всех стран и городов. Нашла быстро написанные статьи, где заглавной фотографией были наши с Ваном лица и сцепленные руки. Лица сфотографированы нечетко, вся фокусировка на руки. Толи камера плохая, толи нас не могли сфотографировать. Это определенно удача. Может повезет и удачных фоток нет? Название статьи ввело меня в ступор на какое-то время, а потом я не смогла сдержать смех. А какая еще у меня могла быть реакция, если заголовок был: «Бывший айдол Ван И Бо и незнакомая девушка в черном.» Почти так как я предсказывала. Это смешно.       Настроение на какой-то момент поднялось, я даже скинула эту статью в чат с бантанами. Кто вообще придумал название этого чата? Скорее всего Сокджин. «Всемирные красавчики» это точно его идея. Пусть по прилету почитают, может и им она поднимет настроение.       Не знаю, напишет ли мне Юнги первый, поэтому решила написать сама в личные сообщения. Пусть ответит, когда будет возможность или желание. — Юнги-я, мне все еще интересен ответ на мой вопрос. Надеюсь, что ты ответишь на него откровенно, также как и я отвечала на все вопросы, что ты мне задавал. Очень жду.       Теперь можно и поспать немного, думаю часов через семь они уже прилетят. Перелет у них долгий… Хорошо, что без пересадок… Двенадцать часов в дороге, это очень тяжело. Интересно, а как они сидят? Кто с кем? Чем занимаются в дороге? Также спят, как я или играют в телефоны, сочиняют музыку? Незаметно для себя самой, я отключилась… так и не дождавшись ответа от человека, который волнует мое сердце.       Раздражающий звук оповещения на телефоне вырвал меня из сна. Кому я нужна в такое время? Кому не спится нормально? Разве адекватные люди будут писать посреди ночи? Беру телефон и вижу несколько сообщений от Юнги. Да, ладно? Он решил мне ответить сразу же как прилетели? Удивлена. — Доброй ночи, чаги. Ответ на твой вопрос одновременно простой и сложный. Пока я могу сказать, что ты важна для нас… меня. Не знаю почему именно ты, возможно я и сам еще это не осознал. Но, со временем я разберусь с этим, хорошо? Сможешь потерпеть? — Мы прилетели… Тут тепло… Почему-то мне кажется, что тебе бы здесь понравилось. — Прочитал статью, что ты скинула. Фантазия некоторых людей не знает границ, но… разве было обязательно делать так? Рад, что фотографии нечеткие. В кое-то веки я рад, что кто-то не умеет фотографировать. Думаю, что Мия уже знает о тебе. Будь осторожна и сладких снов тебе. Напишу тебе позже.       Три сообщения, которые так и не дали мне ответы на мои вопросы. Потерпеть еще немного, чтобы он разобрался в себе? Наверно, это даже к лучшему… Выяснения отношений по смс — глупость. Да и какие у нас отношения? Только одни недопонимания, которые еще больше запутывают. Не стала сейчас ничего отвечать, сделаю это утром, а пока у меня есть время еще поспать. Слишком много сплю, но наверно это хорошо. Таким образом, приближаю время их возвращения.