At the dragon dawn

      Глубокая ночь на улице, свет в домах давно потух и незнакомый силуэт быстрым шагом пытается уйти от кого-то. Кого-то настырного. Кого-то… Опасного. Очень опасного. Поворачивая за угол так резко, будто пытался таким образом оторваться от преследования, как самого незнакомца уже прижали лицом к стене. Губы жёлтого ежа скалились, изображая что-то на подобие улыбки, кривой улыбки. — Поймал. — надменным тоном произнёс Флитвей, замахнув рукой. Его пальцы покрывались тёмно-красной жижей, а затем на ней вырисовывались странные руны. — Выбирай: либо выкладываешь информацию и я пощажу. Совсем немного, но пощажу. Либо же сдеру твою наипрекраснейшую шкурку.       Незнакомец ничего не ответил, и пытался вырваться из рук, но они мёртвой хваткой ещё сильнее прижимали к холодной стене. Он только и делал, что шипел, посылал на все весёлые буквы, а Флитвей лишь томно вздохнул, закатив глаза. И затем, он грубо взял за чужой затылок. — Я не собираюсь с тобой возиться. Я дал тебе выбор, у тебя последний шанс, сучёныш. — злобно процедил он, чуть ли не рыча на последнем слове. Его терпение далеко не бесконечное.       Ответил ли незнакомец? Нет, конечно же. Он снова послал Флитвея куда подальше, и плюнул на чужой ботинок. Однако, в следующую секунду он замер, слыша со стороны очень недобрый звук, переходящее в рычание. Одним глазом незнакомец посмотрел назад и ужаснулся.       Словно смотрел на огромную пасть с тысячью зубами, а может даже больше тысячи. Миллионы, миллионы острых зуб по всей пасти.       Рука с когтями резко замахнулась вперёд. Пролилась ярко-бирюзовая кровь и последние вскрики ящерицы.

***

— А? Чего тебе? — драконоборец остановился на пороге, почувствовав, как кто-то схватился за край его красного плаща. Маленькие ручонки, несмотря на весовое отличие между ними, крепко держались. Маленькие нефритовые глаза моляще вцепились на чужих глазах. — Она к вам очень привязалась. — С лёгкой улыбкой произнесла лекарша, наблюдая как Хеджхог более мягко пытается отцепиться от мелкой, не причиняя вреда. — Это конечно мило, но бл… — Ёж резко откашлянулся. — Кхем, эм, разве у неё нет кого-то, кто бы мог приглядывать за ней? — Боюсь что нет, уважаемый воин. — Лекарша опустила взгляд, и продолжила полушепотом, словно не хотела этой новостью давить на больное. — У этой девочки нет других родственников, а её семья, как вы уже знаете, погибла от рук негодяев. Она не хочет жить в детском доме, поэтому постоянно сбегает. Только и говорит, что хочет с вами. — В ответ Соник фыркает. Это всё печально, но нет, думает он, пытаясь снова отцепиться и снова встречается с взглядом розовой ежихи. И на секунду видит как у неё наворачиваются слёзы, и она быстро прячет своё лицо в плаще.       Это всё печально, но блять, почему именно я? Думает он, его рука застыла в воздухе. Если так подумать, то возможно, сирота которая сбежала от цепких лап похитителей, терпела адские морозы и была спасена драконоборцем — что-то да говорит. Она, наверное, видела в нем некую безопасность. Но, блять, почему именно я? Почему? Думает усерднее ёж, кладя руку на собственный затылок. Вопросы вертелись, а ответа на них нет. Слышится глухое всхлипывание.       Лекарша сначала смотрела то на сироту, то на драконоборца и вздохнула, подойдя ближе. Она положила руку на маленькое плечо, и попыталась забрать розовую ежиху. Та что-то мычала и сильнее зарывалась в ткань. Рыдания усиливаются. Простояв ещё пару минут в размышлений, Хеджхог агрессивно поерошил голову и обернулся. — Ладно. Можешь жить со мной. — словно не веря в происходящее, та удивлённо таращится на него, а потом и вовсе выпучивает глаза, когда драконоборец берет её на руки. — Предупреждаю, жить со мной эта ещё морока.       Сирота ещё минуту смотрела на него широкими зрачками, а затем неловко улыбнулась, и уткнулась в чужое плечо.

***

— Кгх — Тело вздрагивается, из уст срывается вздох. Нефритовые омуты с трудом приоткрываются. Всё в тумане и едва различимо, ежиха видит перед собой огромное чёрное пятно. В попытке подняться, она тут же чувствует невыносимую боль, отдающийся током по всему её телу. Особо ярко чувствовалось на правом плече, будто кто-то нехило так пощекотал нервные мышцы, затем и вовсе выдернул их с корнями. — О, Эми проснулась. — доносится знакомый мужской голос с ноткой тревоги. Тейлз. — Какое счастье. — грубо ответил другой голос. Очень знакомый. Соник. — Ч-Что произошло? — Роуз ещё раз попыталась привстать, но опять ничего не вышло: боль только с каждым разом отдавалась по всему телу, отдавалась ещё острее, отдавалась ещё сильнее. Больно, больно, больно. Боже, как же больно. Лицо ежихи скривилось, казалось слезы сейчас потекут. — Пожалуйста, не шевелись. У тебя повреждена вся правая рука. Мы отнесем тебя к лекарю. — проговорил Тейлз, и осторожно пригладил чужую руку. Было заметно, что он немного но трясется. Видимо, очень и очень переживал, хотя старался делать спокойный вид. — Я помню, что ходила на задание; надо было убить какого-то сумасшедшего. — сломанным тоном произнесла Эми. Боль неприятно гудела, даже спустя несколько минут, когда уже не так было больно, всё ещё продолжал гудеть. — Не просто сумасшедшего. Он оказался магом. — лис протер пальцами лоб и продолжил. — Он был хоть и опытным, но спустя годы, из-за собственных экспериментов свихнулся. Нам рассказали, что ты за ним погналась в лес, когда он пытался похитить девушку. Я так понимаю, он перешёл на более ожесточённые исследования. — В лесу… Я вспомнила. В лесу была магическая ловушка. Я попалась. Я… Я пыталась уклоняться. — Буквально на одном выдохе выговорила Эми, и громко закашлялась. Словно, в горле была адская пустыня. Говорить ещё сложнее, ощущение, что лёгким, поддерживаемые кислородом, перекрыли доступ. Чувство знакомое. Чувство удушения. Чувство не из приятных. — Но он… Этот маг попал в меня чем-то. Я не помню, чем. Что-то яркое. И быстрое. — Скорее всего, это молния. — дополнил в конце изобретатель. — А как… Как вы здесь оказались? — Один из наших знакомых живёт в деревне, вот и передал мне, что ты в неприятной ситуации. — лис посмотрел на друга, ехидно улыбаясь. — Знала бы ты, какой убийственный взгляд был у… — Тейлз. — резко оборвал его драконоборец. — Метнись-ка лучше в деревню, и скажи Шаванне, чтобы она подготовила всё до нашего прихода.       Тейлз закатил глаза. Конечно же, не хочет палиться и решил от меня избавится. Какой ужасный, думает лис и тихо смеётся. Спустя минуту и быстрым шагом он оказался далеко-далеко от друзей. Неудивительно. Несмотря на возраст, лис лучше всех бегал, наравне с драконоборцем.       Кстати говоря, только сейчас, когда нефритовые глаза более менее начали нормально видеть, розовая ежиха заметила, что Хеджхог несёт её на своем спине, а её собственные руки были аккуратно сложены на чужих плечах так, чтобы не создавать лишние телодвижения. Одна из ладоней драконоборца как раз держалась за её правую ладонь.       Эми покрылась румянцем. Стыдно. Как же было стыдно. Несмотря на неплохой за годы опыт в бою, всё равно оказывается недостаточно, чтобы на идеально справляться с трудностями и из-за этого недостатка, с ней возятся, как с ребёнком. Она не хочет доставлять неудобства, ведь ей столько раз помогали, наставляли, учили. Неужели всё это в пустую? Неужели знания не помогают? Она не хочет доставлять неудобства, особенно драконоборцу. Своему спасителю на всю жизнь. Своей опоре всей жизни. Роуз удрученно вздохнула и уткнулась в чужую шею. — Прости. Я такая непутевая. — полушепотом произнесла ежиха. Другой ничего не ответил, лишь в привычной его манере, фыркнул. Что ж, ей и этого достачно понять, что означает не больше как —«больше тренируйся тогда, дуреха». Дуреха. Вроде бы и обидно, но звучит так забавно, что невозможно злиться. Злиться на простенькое прозвище? Глупо. Злиться на драконоборца за придуманное такое прозвище? Вдвойне глупо. Если это Соник, значит всё нормально. Уголки её губ слабо приподнялись, выдавливая улыбку.       Эми чувствует, как её телу внезапно стало тяжело настолько, что хочется закрыть глаза. Усталость. Манящая и сладкая усталость. Погоня за сумасшедшим магом, его ловушки и травма правой руки — весёленькое приключение у неё выдалось. Не в силах держаться за реальность, Роуз прикрыла глаза и её сознание уходит в небытие       Вдруг, её ушки самовольно улавливают, как драконоборец говорит следующее: — Я за тебя очень волновался, дуреха.