Вопреки

Рассвет втекает в окна золотисто-лиловым светом. И в этой радужной, безмолвной тишине Гедиз осторожно убирает выбившуюся волнистую прядь со щеки Наре, безмятежно спящей в его объятьях. И ему хочется, чтобы этот миг длился вечно…       Сам он не спит уже давно, все лежит и любуется ее невинным ангельским лицом с белоснежной нежной кожей, длинными опущенными ресницами, припухлыми красиво очерченными губами.       Не может насмотреться, надышаться ею…Она настолько глубоко в его сердце, в его мыслях, кажется даже в крови… Что ничем и никогда ее уже не убрать оттуда. Она для него дороже всех в мире, да, что там, она и есть его мир! И ради нее он готов на все! Даже если другие это не поймут, осудят… Даже если придется переступить закон, чтобы уберечь Наре и Мелек…И если только Гювена Челеби, который, как предполагал Гедиз сейчас спрятался, не найдут, – он сделает, то что задумал и спасет любимую от страданий!

***

– До встречи Айше, – негромко прощается Наре и оставляя на последнюю Мелек, покидает свой дом.       – Санджар?! – неприятно удивленная, замирает на пороге, уже в следующий миг. Не может быть! Он теперь решил круглосуточно терроризировать ее своим присутствием?       – Доброе утро Наре! – широко улыбается он.       А она не в состоянии выдавить даже подобие улыбки.       – И тебе доброе!       – Подумал, раз уж мы так мало провели времени вместе вчера. Можем сегодня позавтракать все втроем!       Только теперь она замечает в его руке пакеты. И в ее груди все сжимается в болезненный комок.       – Санджар, Мелек еще спит! А я уже уезжаю на работу! – холоднее, чем хотела, чем следовало выпаливает она. Ничего не может поделать с собой, не хочет и лишней секунды проводить в его обществе.       А он резко ставит пакеты на землю, протягивает свои большие грубые, горячие ладони и довольно бесцеремонно ловит ее маленькие и хрупкие. Отчего ее просто пронизывает отвращением.       После нежнейших, желаннейших прикосновений Гедиза, это прикосновение просто невыносимо!       Она стремительно отдергивает руки, сцепив зубы и потупив глаза в пол. Знает, что не должна злить его, но не может сдержать себя, не может скрыть. И он конечно это замечает!       Лицо Санджара мрачнеет, губы поджимаются в тонкую полосу. А взгляд так и сверлит ее насквозь.       Но он справляется с волной гнева и глухо произносит.       – Я знаю ты злишься на меня… Сомневаешься… Не доверяешь … Но я Богом клянусь, что не причастен к решению суда!       – И как по твоему, мне должно сейчас стать лучше? – спонтанно выплескивает всю свою боль Наре. Пусть уж он лучше думает, что все дело в Мелек, чем догадается, что дело еще и в Гедизе…       – Нет…– растерянно качает головою Санджар. Похоже он не ожидал от нее такого напора. Думал, что она тихонько, безропотно будет выполнять все что он захочет…       Конечно! Он ведь завладел ключами от клетки пестрой птицы! Но на то она и птица, что рано или поздно все равно улетит!       – Тогда зачем говоришь? Зачем изводишь меня и без того больной темой? – слезы снова наворачиваются и текут из ее глаз, крупными каплями падая прямо на землю. – Ты хоть понимаешь, какого мне?! Суд, решил отдать тебе дочь… Дочь, которую я растила и воспитывала одна, которую ты ни разу не видел за восемь лет! Дочь, которая стала моим смыслом, моей надеждой, спасением!       А он растерянно переминается с ноги на ногу.       – Наре, я бы все отдал, чтобы этого не произошло… Чтобы я не получал эту опеку над Мелек…       – Тогда верни ее мне! – все так же в сердцах выдает Наре.       И вдруг не получив в ответ бурного протеста цепляется за эту надежду.       – Хочешь, чтобы я перестала сомневаться? Чтобы вновь научилась тебе доверять? Наре поднимает на него глаза и отчетливо видит, – он не может выпустить из своих рук ключи от ее золотой клетки. Он не согласится… И тогда она решается на свой последний шанс.       – Если я действительно настолько дорога тебе, как ты хочешь сказать, сделай хотя бы совместную опеку! Так будет справедливо для всех! И честно перед Мелек!       Его темные глаза впериваются и изучают ее, словно пытаясь прочесть между строк, найти подвох… Но Наре не дает ему времени опомниться и быстро добавляет.       – Не хочу, чтобы узнав о реальном положении вещей, Мелек расстроилась или испугалась…       – Хорошо! – прерывает ее Санджар.       И словно скала падает с ее плеч. Она и не думала, что все окажется настолько просто. Что он сам, по собственной воле отдаст ей часть прав… Должна была бы испытывать угрызения совести, что надавила на чувства Санджара. Но угрызений не было, она лишь пыталась вернуть себе то, что ее по праву. То, что подлым образом у нее попытались украсть!       Слишком много бед, зла и горя она пережила прежде, чем научилась отстаивать свое! А свою Мелек она не отдаст никому!       – Спасибо! – искренне произносит она. – Я сегодня же сообщу моему адвокату.       Санджар, кажется, очень недовольным, злым на себя. Похоже, он никак не ожидал такого поворота, такого поспешного решения. Сожалеет о сказанном. Но своих слов, к счастью, все же не забирает.       – Я занесу пакеты и приеду к вам на ужин, – бормочет он.       Но даже перспектива совместного вечера уже не способна испортить ее настроение. Она потерпит, подождет, а взамен получит опекунские права на дочь и надежду, что в ее жизни все еще будет хорошо…

***

Гедиз дважды прокручивает ключ в скважине замка и толкает входную дверь.       Возвращения домой поутру давно стали для него обычным делом. Даже вечно недовольная его отсутствием мать уже, похоже, смирилась и все реже пытается его отчитывать за это. Отец и вовсе притих, с тех пор, как притащил в его жизнь Ясемин. Явно, задумал что-то еще, «но что?» гадать нет ни сил, ни желания…       Он будет строить свою жизнь сам и сам принимать в ней решения! Он вырос, давно вырос и нашел женщину своей мечты. Нашел, ту, с кем хочет разделить остаток своих дней. И как только найдется выход из болезненной ситуации с опекунством Мелек, он купит себе отдельный дом и не смотря ни на кого и ни на что, – приведет туда Наре своей женой!       Пересекает холл и поднимается по лестнице. На верхней площадке улавливает головокружительный аромат духов Ясемин и только после встречает ее саму, выходящую из-за поворота.       – Привет! – кивает ей. Непроизвольно замечая, какое на ней красивое аквамариновое платье, волосы приподняты, обнажая тонкую изящную шею, а легкий перламутровый макияж, словно добавляет сияния и без того идеальному лицу.       – Привет, – улыбается она.       И Гедиз быстро отводит глаза. Как обычно ее присутствие действует на него по-особому. Каждая минута рядом с ней, кажется предательством Наре… А свою Наре он не предаст!       – У тебя здесь…– загадочно ведет бровью и указывает тонким пальчиком на щеку Ясемин – Помада…       И Гедиз чувствует, как краска заливает его лицо. Поспешно стирает след оставленный губами любимой женщины. Хотя где-то в глубине души, наверное, хотел бы его оставить и ходить так вечно, демонстрируя всему миру, что он влюблен, не свободен и это всерьез!       К его огромному облегчению, в этот самый момент, из своей комнаты появляется Мюге.       – Доброе утро, Ясемин! Дорогой! – теплый взгляд сестры скользит по, на удивление, смущенному лицу Гедиза. Останешься на завтрак?       – И тебе доброе! Да, только переоденусь и спущусь, – легко касаясь губами щеки сестры, отвечает он. И оставляя Ясемин в компании Мюге, уходит к себе.

***

Двадцатью минутами спустя, Гедиз уже стоит в дверях столовой.       Вся его семья давно собралась за столом, а вместе с ними и Ясемин. Она отлично поладила с мамой и Мюге. Отец и вовсе сдувал пылинки с дочери министра, но это неискреннее отношение не считалось…       Ясемин была невероятной и действительно заслуживала искреннего понимания, поддержки, заботы и чьей-то безграничной любви. И когда-то он сам так любил ее…       Он мечтал привести эту девушку в свой дом, представлял, как познакомит ее с родными… Как будет держать ее за руку и смотреть в ее прекрасные глаза…       Но этим мечтам никогда не суждено было сбыться! Обрывает сам себя и проходит за стол. В его судьбе есть и всегда будет Наре, а Ясемин еще обязательно кого-то встретит…       – Доброе утро, мама, отец!       – Сынок!       Занимает свое место и без раздумий приступает к завтраку. Он так голоден, что готов съесть все что угодно, а тут еще от еды исходит такой чудесный аромат.       Аккуратно отламывает вилкой кусочек слоеного пирога и отправляет себе в рот. От божественного вкуса, хочется прикрыть глаза. К тому же он кажется ему невероятно знакомым….       – Очень вкусно! – не удержавшись, произносит он вслух. – И это похоже на…       – Слоеный пирог «У Мэри» – завершает его мысль Ясемин. И Гедиз невольно бросает на нее взгляд, а улыбка сама расцветает на его лице.       Он точно наяву представляет себе это незабываемое место, прямо на берегу океана, где в юности ему так нравилось проводить время. Где за окном в высоких, безоблачных небесах парили белые птицы, соленый бриз врывался, заполняя собою все легкие, а плеск волн играл, как музыка, переливался, увлекал…       Гедиз словно снова ощущает себя пятнадцатилетним. Веселым, жизнерадостным, беззаботным… Мир вокруг кажется светлым и радужным, все кажется возможным!       Ясемин так же улыбаясь смотрит на него через стол. И конечно этот взгляд, эти улыбки не ускользают ни от Мюге, ни от госпожи Рефики, ни тем более от господина Джемиля…       И вдруг в душу Мюге врывается это нежданное сомнение. А что если ее брату будет лучше с Ясемин чем с Наре?!       Мюге даже сама застывает не в силах проглотить свой кофе.       Она так любит и ценит Наре, так много помогает ей, защищает и бережет ее. Но будем честны, Гедиза она любит намного больше…       Еще раз бросает взгляд на Гедиза и Ясемин, мило переговаривающихся друг с другом через стол.       О том, что ее брат знает эту девушку давно, о том, что он испытывал к ней какие-то чувства, она уже давно догадалась. Сейчас лишь получила последнее подтверждение.       И как психолог и как хорошо знающий его человек, видит, что он относится к ней по-прежнему очень тепло. И возможно, вполне возможно, он бы смог однажды ее вновь полюбить… Смог бы найти с ней покой, уют, беззаботное светлое будущее. Без сложностей, без страданий, без разбивающих сердце крайностей…       Любовь к Наре во всех смыслах искалечила ее брата, превратив из человека сияющего внутренним светом, добром, позитивом в подобие себя самого. Эти постоянные эмоциональные качели от вершин счастья до бездны отчаяния, дались ему не просто. Разрыв с Санджаром дался ему не просто. Осуждение других, несмотря на показушное спокойствие, давалось ему не просто… И все копилось и копилось в глубине его души… Заливаясь литрами алкоголя, подпитываясь экстремальной ездой и другими безумными, не похожими на него, выходками. И лишь порой выплескиваясь слезами, криками и крушением всего попадающегося под руку… Свидетелем чего она была не раз…       А что за ад начнется, когда он открыто заявит о своих отношениях с Наре…? Когда каждый второй в Мугле станет ему врагом…       Нужно ли ему все это? Вынесет ли он этот груз?       Гедизу кажется, что «да», что он сможет ради Наре все! Но что если эта любовь окончательно сломает ее любимого младшего брата? Как она сможет жить, зная, что не помогла ему в трудный момент?

***

Санджар согласился на совместную опеку! Так и хочется кричать от радости Наре. И ей не терпится сообщить эту новость Гедизу. Сообщить лично! А потому она покидает свой кабинет и спешит в его.       И уже в коридоре слышит голос помощницы юриста Эдже, громко раздающийся из-за угла.       – Господин Эгиммен только, что расторг контракт с нашим портом.       Почему? Уже открывает рот, чтобы спросить Наре. Но следующая реплика Дуду, просто сбивает ее с ног.       – Он уже четвертый, кто это сделал за последнюю неделю!       Наре так и остается стоять вне поля их зрения, с ужасом продолжая слушать их разговор..       – Еще бы! Чем больше ползут эти слухи о причинах вражды господина Гедиза и господина Санджара… И конечно об отношениях с госпожой Наре… Тем репутация фирмы стремительнее падает, а партнеры начинают быстрее покидать…–       Толчок земли под ногами. Глухие удары в висках. Чтобы не вскрикнуть Наре зажимает рукою рот.       Бизнес Гедиза страдает по ее вине, а он ей даже ничего не сказал! Не желая расстраивать все скрыл…       Слезы блестят на ее ресницах, но она их решительно смахивает рукой. Появляется из-за поворота, ловит на себе растерянные взгляды девушек, но словно не замечая, проходит мимо. Ей сейчас не до них...       Стучит в его дверь и тут же входит. Он поднимает глаза и в них загорается солнечный свет. Уголки его губ ползут вверх, освещая комнату прекраснейшей, лучезарной улыбкой.       Как один человек может нести столько света, нежности, добра, благородства и тепла?       Он самый лучший! Она его не стоит! Как заезженная пластинка прокручивается в ее голове, грозя вылиться в новую истерику…       Наре поспешно пересекает его кабинет, а он поднимается ей навстречу.       – Привет, любимая!       – Гедиз, – ловит его руку и нервно сжимает. – Любимый, почему ты мне не рассказал о проблемах на фирме?       Он видит этот ее взгляд полный растерянности, вины и боли. И ему невыносимо, что она снова страдает. Он бы отдал все, даже собственную жизнь лишь бы никогда ничем не огорчать свою Наре…       – Потому, что это совсем не важно, – он ласково переплетает их пальцы. Второй рукой бережно проводит по ее волосам.       И Наре становится еще больнее, она ворвалась и начала рушить жизнь самого потрясающего мужчины в мире. И скоро он может лишиться порта, который он так искренне любил.       – Важно, конечно важно! – трясет головой она и слезы блестят на ее длинных ресницах.       – Для меня ценны только ты и Мелек, Мюге и мама. Остальное не имеет значения! Ни этот порт, ни все деньги мира… Да, и к тому же дела не так плохи… Я справлюсь…       Он наклоняется и целует ее любимые губы.       – Мы справимся со всем!       Бережно стирает скатывающуюся по щеке одинокую слезу и привлекает ее к себе.       – Ну же Наре, разве такая сильная девушка станет расстраиваться по таким пустякам? Бывало и хуже, но ты никогда не сдавалась! – тихо, убаюкивающе шепчет он, уткнувшись лицом в ее шелковистые ароматные локоны.       – Просто поверь, мне: у нас все будет хорошо!       – На самом деле у меня уже есть хорошие новости…       Гедиз слегка отстраняется и заинтересованно заглядывает ей в глаза.       – Санджар согласился на совместную опеку!       Его бровь приподымается от удивления.       – Не прося ничего взамен?       – Думаю он и сам от себя не ожидал… Спонтанно дал согласие… Отступать побоялся, чтобы не испортить о себе впечатление…       – Это отличная новость, я очень рад! – силится улыбнуться Гедиз, но что-то ему не дает. – Санджар так и не понял ничего! Все еще весь в надеждах вернуть тебя! – громче, чем ожидал, произносит он, чем выдает свое негодование с головой.       И теперь уже очередь Наре коснуться его лица и ласково провести кончиками пальцами.       – А вот это, абсолютно неважно… Я знаю, с кем я хочу разделить свою жизнь! И это точно не Санджар!       Тянется к нему и оставляет легкий поцелуй на его губах. Вызывая в нем волну счастья, любви и волнения.       – Адвокат сказал, что документы нужно ожидать почти неделю. А после, мы решим, как и когда рассказать миру о нас!

***

Неделя, заполненная визитами Санджара длилась, как целый год. И только редкие упоительные моменты наедине с любимым дарили Наре необходимую ей силу, внутреннюю гармонию и покой.       А потом, наступил тот самый заветный день пятницы. Когда бумаги должны быть готовы. И Наре даже не поехала в офис. С самого утра собравшись, ждала звонка адвоката.       Но оповещение пришло лишь во второй половине дня. А так как Мелек соскучилась по Эльван и Зехре и уже давно просила поехать в дом отца. Было принято решение встретиться вечером в усадьбе.       И хоть болезненные воспоминания от последнего визита Наре в этот дом были все еще свежи, как раны внутри души, ради дочери она готова была взглянуть в лицо своим демонам, преодолеть все свои страхи… Ради дочери и Гедиза Наре готова была пойти на все!

***

День без Наре, сменился вечером без нее. И это оказалось невыносимее, чем Гедиз предполагал. У него реально началась без нее ломка.       После работы он не поехал домой, не желая никого ни видеть, ни слышать. Вместо этого отправился в свое место. И сидел на побережье так долго, что казалось, навсегда пропитался соленым ароматом моря. Он вспоминал невероятное время проведенное рядом с любимой и думал как еще ускорить поиск Гювена Челеби, чтобы вернуть своей Наре полные опекунские права, злился на Санджара, который активно использовал свое выгодное положение, пытался взять себя в руки и снова нервно бродил, пиная камни. А потом его накрыло и вовсе безумной идеей. За две секунды он стянул футболку, сбросил кроссовки и брюки.       Вода была настолько холодной, что сводило зубы. Но вместе с тем, она замораживала и убивающий изнутри его беспощадный пожар.       Совместная опека была бесспорно лучше, чем ничего, но к сожалению и не настолько хороша, как хотелось бы. Он консультировался с юристами и знал, что она намертво привязывала Наре к Санджару. Без его ведома она не имела права сделать лишний шаг…       Не желая расстраивать любимую, он ничего ей не говорил, но внутри волновался и пытался найти выход…       Гедиз плыл и плыл сквозь темную стену волн. И почти наслаждался физической нагрузкой, избавляющей его от эмоциональной. Промерзший до костей, быстро выбрался из воды и оделся. Стало немного лучше, но ненадолго…

***

– Мелек крепко спит, можем подписать документы! – стараясь скрыть разрывающее ее на части нетерпение произносит вздрагивающим голосом Наре.       А Санджар перехватывает ее взгляд и долго изучающе смотрит.       Она боится, что он передумает в последний момент. Что поймет правду по ее глазам. В ее душе, в сердце, в мыслях Гедиз, Гедиз, один Гедиз… И места для него, Санджара, давно уже нет!       Звук входящего сообщения, мог бы прервать момент, но Санджар, так увлечен, что не смотрит в свой телефон, только на нее. – Наре, я делаю это потому…       – Что так будет правильно для Мелек! – вырывается у нее. И она тут же жалеет.       Но Санджар не спорит. Он любит дочь и он действительно старается быть хорошим отцом…       Проходит в комнату. Наре следует за ним. Звук еще одного сообщения заполняет тишину. И снова он игнорирует это. Берет ручку. Ставит свою подпись и передает бумагу Наре. Она мысленно выдыхает и поспешно скрепляет документ своим росчерком.       Вот и все она получила свои права обратно!       – Я дал тебе, то, что ты хотела. Теперь ты веришь мне?       Наре кивает в ответ, слегка опасаясь тем, которые сейчас могут всплыть…       – Я обещал быть терпеливым и дать тебе время… Но Наре сколько можно ждать?! – его голос взлетает, вены на шее вздуваются. – Когда ты наконец, простишь меня?!       Она лишь отводит глаза, не зная, что ему ответить. Простить она возможно его и простила, в той мере в которой это было возможно… Вот только это ничего не изменило… Простить не значит, заново полюбить...       Третье SMS наконец, привлекает его внимание.       – Какого черта?! – взрывается и так напряженный Санджар. Хватает свой телефон. И вдруг, застывает глядя в экран. Его брови гневно поднимаются, крылья носа разлетаются, желваки начинают играть на скулах. А в глубине черных глаз загорается такая ярость, такое бешенство, что ей тут же становится не по себе.       Не хочет ни знать, ни даже представлять, что привело его в такое состояние. Единственное чего жаждет всей душой поскорее забрать бумаги и сбежать из этого дома…       Но когда Санджар поднимает на нее свой взгляд и Наре понимает, что вся эта ярость, ненависть направлена в ее адрес, – внутрь невольно врывается и парализовывает страх.       Что за безумие на этот раз?! Хочется выкрикнуть ей, но язык присыхает к гортани. Холодная липкая дрожь проползает по телу, как уж.       Тем временем он делает к ней большой шаг. А она не в состоянии даже отступить. Ее ноги, словно приросли к полу.       Одна рука Санджара до боли вцепляется в ее локоть, вторая всовывает телефон прямо ей в лицо.       – Что это?! – не своим, устрашающим голосом ревет Санджар.       И только сейчас Наре понимает причину его истерики… На фото ее сад, вечер, она и Гедиз… Гедиз целует ее… О Боже!       – Что это?!! – грубо встряхивает оцепеневшую от ужаса и растерянности Наре.       В напрасных попытках вдохнуть она тянет ртом воздух. А он все сильнее сжимает и трясет ее, словно куклу.       – Чем еще, дрянь, ты занималась на глазах у нашей дочери с этим подонком?!! – рычит, как раненный зверь, захлебываясь яростью. – Я убью его! И тебя убью!!!       Сильные пальцы вцепляются в ее тонкую шею. И словно в плохом сне, резко сдавливают, заставляя захрипеть. В какой-то момент она пытается вырваться, но силы слишком неравны. Больно и страшно, дышать больше нечем… А он потеряв над собой контроль, поднимает ее вверх, отрывая от пола. Перед ее глазами, заполненными слезами все расплывается и темнеет... Жалобный хриплый стон и сознание начинает покидать ее тело…       – Потаскуха! – в тот же миг орет он и отшвыривает ее к стене, отчего Наре больно ударяется спиной и сползает на холодный пол.       Ноги ее не держат, голова идет кругом. Но даже остатком сознания она понимает, что сейчас произойдет самое страшное…       Санджар подлетает к столу и нервно хватает бумаги.       – Нет… – только и может прохрипеть Наре.       Тонкие листы сминаются и рвутся в клочья под его руками.       – Нет… Нет…– шепчет, как безумная сквозь слезы Наре. А он приближается и швыряет остатки доверенности ей в лицо. Бумаги разлетаются по полу, а вместе с ними и надежда… Огромные капли ручьями вытекают из ее глаз.       – А теперь выметайся из моего дома и нашей жизни вон! –       – Ты не можешь…       – Могу! – жестоко выкрикивает он и нависает, как темный каменный утес.– Пойдешь сама или хочешь, чтобы я спустил тебя с лестницы?!       – Мелек…– жалобно шепчет осевшим голосом Наре.       – У тебя больше нет дочери! – гневно ревет и подхватывает ее за предплечье Санджар. Не идет, а бежит, грубо тянет ее за собой. Вниз по лестнице, по аллее через сад.       Открывает тяжелую калитку и выволакивает ее за пределы усадьбы.       – Хочешь развлекаться со всеми подряд? Тогда вперед! Но свою дочь ты больше никогда не увидишь!       Он толкает Наре с такой силой, что не устояв, она падает на асфальт. Дежавю…       – Мелек не нужна мать шлюха! – кричит разъяренно Санджар и громко захлопывает дверь. Оставляя Наре одну рыдающую посреди ночной улицы.

***

По возвращению домой, Гедиз приготовил себе кофе и влил туда изрядную порцию спиртного. Как раз то, что сейчас нужно. Чтобы согреться и хоть чем-то притупить грызущую его изнутри боль.       В столь поздний час дом выглядел пустым и безмолвным, притихшим. А потому Гедиз не стал подниматься в комнату, а отправился в сад.       Присел за столик и повернул лицо в сторону сияющего огнями города. Где-то там, среди тысяч огней, был и свет ее окон. Манящий, желанный, пока запретный и самый любимый для него свет.       Тяжелый вздох.       Он готов отдать ради нее все, защитить даже ценою своей жизни, не позволить и волосу упасть с ее головы… До конца своих дней хочет делить с нею свою жизнь , хочет любить ее, ценить, беречь и уважать… Она его бесценное сокровище! Она его жизнь! Она вся его вселенная!       Глоток, еще один. Обжигающая жидкость приятно растекается по всему телу. Он прикрывает глаза и пытается представить себе ее лицо, невинный взгляд, припухлые мягкие губы, нежность ее кожи и аромат волос…       Слышит шорох позади, возвращающий его в реальность. Резко поворачивает голову. Ясемин!

***

Все так же содрогаясь от рыданий Наре сидит на холодном асфальте. И при этом находится в таком шоке, что даже не чувствует физическую боль. Только душевную…       Произошедшее кажется настоящим безумием, кошмаром…       И что ей теперь делать? Как вернуть свою Мелек? Она не переживет если потеряет ее…       Не потеряет! Откуда-то из глубин сознания всплывает неожиданная мысль. Гедиз не позволит этому случиться!       Ох! Гедиз! Только теперь Наре вспоминает об угрозах Санджара. И с ужасом представляет себе его следующую встречу с ее любимым... Санджар уже в бешенстве, когда Гедиз, узнает о случившемся он тоже придет в безумный праведный гнев… Они же убьют друг друга! Не на шутку пугается она. И понимает, что поскорее должна предупредить Гедиза о потенциальной опасности…       Мысль о Гедизе немного отрезвляет. Наре поднимает залитое горькими слезами лицо. И замечает свой стоящий неподалеку автомобиль. С трудом поднимается на ноги.       Пошатываясь, преодолевает расстояние и забирается в салон.       Первым делом тянется к сумочке и извлекает свой телефон. Несколько сообщений от Гедиза.       Несколько от неизвестного адресата. Известного! С холодеющим сердцем понимает Наре. Господин мэр.       Какого черта ему нужно от нее именно сейчас? Проносится в ее голове. И тут же другая мысль налетает, захлестывает, выбивает дух…       Конечно, это сделал он! Кто же еще мог? Кто был настолько заинтересован в ее несчастьях? Мерзавец!       Наре нервно вцепляется и тянет свои волосы. Открывает его SMS и ее глаза сами расширяются.       «Если ты читаешь это сообщение, значит Санджар все таки не убил тебя. Что был бы тоже неплохой вариант…       Но думаю, после увиденного им, никакой опеки ты не получишь! Если только не станешь умолять простить тебя и не вернешься к Санджару в качестве жены! Без гарантий твоей верности он больше не подпустит тебя и близко!       Если же попытаешься впутать в свои проблемы Гедиза, тогда Санджар получит не столь невинные фотографии и ты абсолютно точно простишься со своей дочерью навсегда! »       Наре листает фото онемевшими пальцами и все замирает, сжимается внутри в пульсирующий комок.       Гедиз целует ее, прижимая к стене ее кабинета. В день, когда они оба потеряли голову от размолвки по вине все того же Джемиля Ышиклы...       Они страстно целуются прильнув друг к другу. В момент где Гедиз усадил ее на край своего стола, всего пару дней назад, когда она, Наре чуть не сошла с ума от ревности и неуверенности в себе…       И наконец, он обнимает ее поутру лежа в ее постели этим утром…       О, Боже! Закрывает опухшее от слез лицо руками. Не хочет даже представлять, откуда у него взялись все эти фото… Гораздо больше задевают его попытки превратить все самые светлые, полные взаимной любви и гармонии моменты ее жизни, их жизней в грязь и позор…       Как далеко он готов зайти? Сколько еще будет проворачивать свои дела? Наре боится что знает ответы… Этот человек не остановится ни перед чем и их он никогда не оставит в покое!       Всем телом вздрагивает от нового входящего сообщения.       «Либо ты сроком до завтрашнего утра возвращаешься в усадьбу и уговариваешь Санджара на примирение, либо теряешь свою дочь безвозвратно! Выбор за тобой!»       Дрожащие ладони касаются пылающего лба.       Если сейчас она послушает его, – то потеряет Гедиза навсегда, но если не сделает, то, что он хочет, – потеряет Мелек…       Почти автоматически Наре набирает знакомый номер.       – Сестра Мюге, прости, что так поздно, но мне очень нужна твоя помощь! Твой отец снова… – осевшим от слез голосом произносит она.       – Наре, а ты не думала, что возможно вам с Гедизом просто не судьба…– вдруг выдает Мюге, то, что в последние дни никак не выходило из ее головы. И тут же услышав приглушенный всхлип, опомнившись, извиняется.       Но Наре ее больше не слышит…       Патологический страх, что она недостойна счастья, недостойна лучшей жизни и уж тем более Гедиза, врывается с новой силой и ослепляет ее.       Что если Мюге права? Что если им просто не судьба? Что если она должна его отпустить?       Закрывает глаза, внутренне сжимаясь от боли и бессилия. Какой выход? И есть ли он вообще?       Да, он есть! Наре резко выпрямляется и набирает полные легкие воздуха. Никого она не потеряет! И Мюге совсем не права!       В прошлый раз она пошла на поводу у его отца и едва не убила Гедиза! Больше она так не поступит! Она расскажет ему всю правду, о том, кто пытается их разлучить… И будь что будет!       Гедиз найдет выход из любой ситуации, вместе они преодолеют все! И он вернет ей Мелек, она в это свято верит! Верит ему одному! Верит него, в них!       Отшвырнув телефон, тянется к ключу зажигания. Заводит машину и отъезжает от проклятой усадьбы. Чем дальше, тем лучше! С каждым метром ей становится легче дышать… С каждой секундой приходит все больше уверенности…

***

– Прости, не знал, что ты здесь! – не спуская глаз с Ясемин на одном дыхании выдает Гедиз.       Или напряжение последних дней дает о себе знать или доза алкоголя на голодный желудок… Но впервые сдерживать себя до конца не выходит. И он прожигает ее не самым приветливым взглядом.       Когда вся его жизнь вращается, как чертово колесо, ему тяжело, на самом деле тяжело прикидываться, что все хорошо. Что он рад ей… Не рад! Больше нет!       При других обстоятельствах, в другое время она была бы самым желанным гостем в его жизни, в его доме, и его сердце… Но теперь есть Наре и всегда будет только Наре!       – Я лучше пойду к себе! – произносит он.       И ей становится не по себе от его вида, тона и отношения.       – Нет, конечно, уйду я…– Ясемин нервно заламывает пальцы и проскальзывает мимо бесшумной тенью.       Но не успевает она пройти, как он уже сожалеет, что не сдержался, так грубо себя повел…       Ведь это же Ясемин, черт побери! Разве он когда-либо хотел ее обидеть? Разве хотел ее огорчить?       Подскакивает со своего стула, делает несколько решительных шагов в полутьму...

***

Припарковавшись у дома Гедиза, Наре с ужасом понимает, что выйти наружу нет сил.       Его номер вне зоны доступа, а ей срочно нужно поговорить… Набирать Мюге больше не станет, сама не ответила на ее четыре последние звонка…       Выглядывает в окно. Света в доме почти нет, возможно все спят...       Медленно, выбирается и проходит к двери. Ее рука дрожит, да, что там все внутри дрожит, когда она тянется к дверному звонку. Отдергивает назад, тяжело дышит…       Нет, она не может позвонить. А если ей откроет господин мэр? А если Гедиза даже нет дома…       И вдруг, слышит где-то неподалеку его любимый, до боли родной голос. Поворачивается и идет на этот звук в сад. Все глубже и глубже утопая в ночном полумраке. Мысленно благодаря небеса за то, что выход нашелся сам собой.       Миг, и она видит за ветвями деревьев, на слабо освещенной аллее его. Гедиза! Гедиза и… Сердце сжимается и пропускает удар, когда замечает стоящую рядом с ним Ясемин…       И вдруг, разом все ее страхи, кошмары, комплексы и сомнения прорываются наружу.       Гедиз и Ясемин…       Ясемин и Гедиз…       Разве не этого хотят все вокруг?

***

– Ясемин! Прости! Я сегодня сам не свой…       – Ты не обязан мне ничего объяснять. Это твоя жизнь, твой дом и твой сад… Это я здесь лишняя…       – Не говори так…       – Но ведь это правда! Думаю, будет лучше, если завтра же я соберу свои вещи… – произносит она, нервно перебирая пальцами поблескивающий в полутьме браслет.       И Гедиз должен был бы испытать облегчение. Но мысль о том, что он посмел обидеть и без того напуганную недавним нападение, одинокую и глубоко несчастную девушку, больше того, по-своему дорогую ему девушку, – саднит в душе как рана…       – Даже и не думай! – выпаливает первое, что приходит в его голову. Невольно вспоминает, как замечательно она поладила с его мамой и сестрой. Как старалась помочь, была так благодарна за приют…       – Пожалуйста, оставайся… – добавляет чуть тише и теперь в его голосе вновь звучит то необходимое ей тепло…       Ее пальцы вздрагивают и вцепляются сильнее в свой браслет, от чего нить разрывается и камни осыпаются, укатываясь куда-то в траву.       – Ох! – только и успевает проговорить Ясемин.       Хотела ли она удержать внимание Гедиза? – Да.       Нарочно ли сделала так? - Нет.       Все вышло само собой...       Ясемин наклоняется чтобы собрать рассыпавшиеся камни. Гедиз пытается ей помочь и так же принимается искать их в высокой траве. Хочет включить фонарик на своем телефоне, но неожиданно замечает, что последний разрядился. А потому начинает шарить на ощупь.       – Есть один! – победно сообщает он, через какое-то время. – Еще два… И еще один! – Гедиз протягивает ей раскрытую ладонь и поднимает голову. То же самое, в тот же миг делает и она. Отчего их лица оказываются совсем рядом.       Ее мерцающие, так завораживающие его прежде глаза, ее прекрасные, так манящие его прежде губы оказываются сейчас настолько близко, что у него во рту все, вдруг, пересыхает.       Ясемин так же застывает, всматриваясь в глубину его глаз. Знает, что там внутри, в его сердце Наре, но отчаянно ищет и себе место… Должна найти себе место! А потом, ее взгляд непроизвольно перемещается на его губы и неожиданное желание пробегает внутри ее вен…