меланхолия

в третий раз телефон зазвонил в тот день, когда эраст должен был получить свидетельство об окончании школы; однако этого не произошло, поскольку именно его табель затерялось где-то в кабинете у завуча. вернувшись с выпускного, на котором одноклассники завывали под русский пост-панк и пили дешёвое шампанское, эраст медленно опустился на пол около холодильника. после того, как телефонная трель повторилась пять с половиной раз, он наконец обратил на неё внимание. парень был настолько уставшим, что телефонный звонок его не удивил. в трубке жужжал незнакомый голос; эраст не помнил, как встал с пола и снял трубку. минутная стрелка успела сдвинуться с «девятки» до «двойки». разговор закончился. за всё это время эраст не сказал ни слова. после этого он заснул, облокотившись о дверцу холодильника. наутро же долго обдумывал услышанное и всё никак не мог понять, произошло это во сне или наяву. прождав три дня, понял, что телефонный звонок был реален — лиза домой так и не вернулась. — зеркало? эраст кивнул. виктор кашлянул, потушил окурок о лист фикуса и выбросил его в горшок. — а у вас, значит, зеркала-то нет? совсем нет? эраст отрицательно покачал головой. зазвонил телефон; звонил он пронзительно, приглушая тишину и неловкие мысли эраста. виктор прикусил губу и пристально взглянул на соседа: — вам сегодня весь день названивают. — правда? — эраст поднял глаза на виктора, мысленно моля того отказаться от своих слов. — а вы, что же, не слышали? эраст промолчал. — а у вас есть… знаете… турка? турка для кофе? кофейная турка… эраст вздрогнул. отказывать было неловко, но и отдавать турку не хотелось. поразмыслив, парень всё же пришёл к выводу, что обмен турки на зеркало будет вполне разумным: — есть. можете пройти, посмотреть. на этот раз вздрогнул виктор: не ожидал он такого гостеприимства от меланхоличного паренька с ломкими волосами и потерянным взглядом. виктор был мужчиной дружелюбным и разговорчивым, но разговор с эрастом у него не клеился. всё время запинаясь, моргая и покусывая нижнюю губу, он пытался разгадать тайну собеседника: с ним было что-то не так.

***

эраст рассматривал бога, качающуюся на качелях за окном, а виктор медленно вертел турку в руках, иногда поглядывая на трезвонящий телефон. временами он поворачивался к эрасту, намереваясь спросить того, почему он игнорирует море в своей квартире, тем временем как уровень воды там стремительно поднимался. когда виктор только переступил порог, полупрозрачный слой жидкости, вымывающий пыль из-под тумбы в прихожей, еле-еле доставал до мысков ботинок гостя; спустя четверть часа в море плавали шнурки виктора, а спустя пять минут тот почувствовал сырость в районе лодыжек. на самом деле, но не собирался проводить в квартире эраста так много времени, но возможности уйти не представлялось: хозяин квартиры неотрывно смотрел в окно, а виктор не знал, как отвлечь соседа по этажу от созерцания унылых пятиэтажек и детской площадки с поломанным качелями. да и оставлять эраста в одиночестве не хотелось: судя по всему, парень находился в подавленном состоянии и ему требовалась помощь. море опять напомнило о себе, захлестнув ботинки виктора. телефон замолчал, привлекая к себе внимание всей квартиры. в оглушительной тишине скрипнули половицы — виктор подошёл к телефону. эраст отвернулся от окна. теперь три глаза были устремлены на телефон. тишина, липкая как сосновая смола, окутывала эраста. медленно погружаясь в глубины янтарного океана, он размышлял о недавних событиях. «неужели это действительно происходит? происходит со мной? неужели звонили сообщить о моей смерти?» — размышлял эраст. смола медленно застывала, обращая эраста в янтарную фигурку. всё это казалось ему знакомым, как будто уже виденным много лет назад — déjà vu. янтарная оболочка медленно тонула в море, образовавшемся на кухонном полу. бог уже давно спрыгнула с качелей и направилась в «ашан» навестить бездомного и купить рождественские гирлянды; как видно, судьба эраста её не интересовала. уровень воды всё увеличивался, и эраст медленно опускался под воду, как покинутый всеми корабль-призрак. было очень тихо. снова зазвонил телефон. виктор снял трубку. неожиданно воцарившуюся тишину разрезал его размеренный голос: — да… конечно… нет, я сосед… трубы, говорите, не выдержали?.. конечно, дом-то старый… виктор поднял взгляд на стену перед комодом: медленно отслаивались обои, текла тонкая струйка водопроводной жидкости, меньше всего напоминающей воду. незамысловатое пятно, образованное одинокой струйкой, напоминало цветок, название которого виктор силился вспомнить. – ...хорошо, сейчас вызовем техников. разговор завершился. виктор отвернулся от телефона, связки ключей, розы и едкого чувства одиночества, собираясь сообщить эрасту, что у соседей сверху прорвало трубу и они переживают за состояние его квартиры; сообщить, что сами соседи уехали неделю назад в польшу на свадьбу внуков; за одно виктор хотел спросить, почему эраст всё никак не съедет из этого полупустого дома, где на этаже остались только они вдвоём. однако он ничего не спросил, потому что комната была пуста. выходя из квартиры, виктор забрал турку с собой, размышляя о зеркалах и вспоминая московский ботанический сад, который он посетил будучи ребёнком.