Произошло недоразумение

Вера сидела за своим рабочим столом как ни в чем не бывало, когда к ней подошла Ольга, с целью поболтать. — Не знаешь, где пропадает Новосельцев? - внезапно спросила Вера. - Калугина его обыскалась. — Даже не представляю, - ответила Рыжова. - странно, что его нет до сих пор. А она разве не в курсе? — Насколько я поняла, нет. Рабочий день в самом разгаре, а наш начальник отдела легкой промышленности все не появляется. — Может быть, случилось что-то... - предположила Ольга, бросив взгляд на так и не занятое рабочее место. Вдруг раздался телефонный звонок. Вера машинально сняла трубку. — Приемная Калугиной. Да, есть такой... Анатолий Ефремович, да. Да вы что... как? когда? Боже мой... спасибо... Рыжова тревожно посмотрела на Веру: — Что случилось? — Новосельцев попал в аварию, разбился насмерть. — Господи, Толя... - Ольга закрыла рот ладонью. Ее глаза наполнились слезами. — Что у вас тут стряслось? - поинтересовался проходивший мимо Самохвалов. — Анатолий Ефремович умер... - медленно проговорила Вера. — Как? Не может быть! - воскликнул Юрий Григорьевич. Его глаза наполнились печалью. Он растерянно подошёл к столу секретарши: — Как это случилось? — Авария. - прошептала Вера. Ольга зарыдала, схватившись за Самохвалова. Он, уставившись в одну точку, обнял женщину, пытался осознать только что услышанное. Вера тихо всхлипывала, тщетно стараясь остановить рыдания. Прошло несколько минут, прежде чем они смогли прийти в себя. — Кто пойдёт ей скажет? - тихо спросил Самохвалов, кинув взгляд на закрытую дверь. — Боже... - одними губами промолвила Ольга, отстранившись от Юрия. — Я пойду и скажу, - решительно заявила Вера. - придётся... Она вытерла с лица слёзы и медленно подошла к двери. Помедлив, она бросила полный отчаяния взгляд на Ольгу и дернула ручку. Людмила находилась за столом, беспокойно ожидая ответа на звонок. Как только зашла Вера, она недовольно положила трубку на место. Видимо, ей так и не ответили. Вера молчала. Было безумно трудно начать говорить. Во рту пересохло, она не могла собраться с мыслями. — Вера? Что случилось? Голос начальницы дрогнул, отчего Вера сделала вывод, что всем своим видом она уже дала понять, что случилось что-то ужасное. — Л-Людмила Прокофьевна... Новосельцев, он... - ее голос предательски задрожал. - он скончался. Если бы Вера сейчас размахнулась и изо всей силы ударила бы Калугину по лицу, эффект был бы практически такой же. — Что? - прошептала начальница. — Только что позвонили из больницы. Сказали, что это была авария. - слёзы бежали по щекам секретарши. — Нет, вы что...- Людмила пошатнулась, неосторожно сделав шаг назад. Вера стремительно поспешила к ней и подхватила ее за локоть. — Осторожней, не упадите. - сказала Вера, глотая слёзы. Ее сердце готово было разорваться. Она не могла вынести реакцию своей начальницы на эту жуткую новость. Внутри Калугиной что-то треснуло. Казалось, рушатся каменные стены, возведённые любимым человеком. Эти стены, что защищали ее от любых проблем. Редкий вид камня, от которого веяло тёплом. Сейчас же весь ее внутренний мир обдало цепенеющим холодом, будто вонзили огромный нож. Она схватилась на Веру, потеряв равновесие. Голова закружилась. — Я принесу воды, сейчас. - сказала она и кинулась к графину с водой, стоявшему на столе. Налив полный стакан воды, она аккуратно подала его женщине. Дрожащими руками Калугина взяла стакан. Она практически ничего не видела из-за пелены слез, закрывающей весь обзор. Она была не в силах сдержать поток. Людмила чувствовала, как все глубже падает в темную всепоглощающую пропасть, в которую ей не давал упасть лишь один человек, которого больше нет. — Господи... почему он... - еле слышно проговорила Калугина. Ее трясло от осознания, что больше нет самого дорогого ей человека. Сердце мучительно разрывалось на тысячи кусочков, внутри рушились империи. Вера не выдержала и обняла Людмилу. Она и представить себе не могла, насколько ей сейчас больно. Калугина, содрогаясь от рыданий прижалась к своей секретарше. Ее не волновало то, что сейчас она выглядит слишком беззащитной и слабой. Она не думала от этом. Это было неважно. Неизвестно сколько они так простояли. Когда слёзы просто закончились, обессиленная Людмила отстранилась от женщины и подняла на неё свои измученные глаза. — Простите, Вера. Я не должна была... — Ничего, я все понимаю. Все хорошо, - она взяла Калугину за руку. - Пожалуйста, держитесь. Людмила с благодарностью посмотрела в добрые глаза своей ассистентки. — Спасибо...