Осколки и эринии

— …Также известный как «Кара и воздаяние». Непризнанные, насколько я слышал, нередко связывают его с анафемой и проклятием. Сразу оговорюсь: это частые отрасли… Звучный мужской голос мощными раскатами разносился по аудитории, доносясь в чистейшем виде вплоть до последних рядов. Вики успела занять место посередине и кропотливо делала заметки, слабо подрагивая от сдерживаемого возбуждения. На сегодняшний день Марбас был одним из немногих преподавателей, которых она действительно слушала и уважала. А поскольку судьба любила ставить ей палки в колёса, облюбованный лектор вёл занятия только у прирождённых демонов на последних курсах. — …Действенность и эффективность кары зависит от объёма прилагаемой энергии, её изначальной массы и вашего эмоционального фона… Вики в нетерпении облизнула губы. Она ловила каждое слово демона, выхватывала взглядом его величавые жесты и скользила глазами по размашистым строчкам в своей измятой тетрадке, выискивая в словах скрытый подтекст. Курс «Poena et retributio» стал её грёзой и далёкой мечтой, которую она собирала по крупицам, склеивала, вставляла в дорогую рамку и ставила на самое видное место в комнате. Будь в ней хоть частичка врождённого демонического порока, нежно лелеемый курс был бы реальным этапом обучения, и ей бы не приходилось черпать удивительные знания по капле, словно изголодавшийся комар. Вики не переставала мысленно благодарить Ади за наводку. Богомерзкий самородок участвовал в конференциях раз в столетие, и это, чёрт возьми, не преувеличение. — Поскольку мой курс входит в перечень обязательной производственной практики, труды и отчёты студентов не отличаются уникальностью, — Марбас обвёл взглядом публику и улыбнулся уголком губ. — Незаурядность кары и воздаяния в значительной степени зависит от вашего воображения. А как вы понимаете, в наших условиях труда не так много места для творчества. Вики показалось, что проницательные глаза демона направлены прямо на неё, но в следующее мгновение он повернулся к экрану с презентацией. На объятом багровой дымкой табло высветился длинный текстовый перечень, и по аудитории пронёсся многоголосый вздох. — Так как демоническое восприятие справедливости значительно отличается от общепринятого — человеческого, к слову, тоже, — все студенты перед началом практики заучивают регламент и клянутся на Библии Сатаны блюсти его… Вики позволила себе отвлечься на составление перифразы и её записи в тетрадь: «Демоническое восприятие боли отличается от человеческого». На её измождённом лице появилась улыбка. Немезида — её маяк, прорезающий кромешную тьму лучом спасительного света, её нерушимый идол, которому она отдала своё сердце и душу. Её мысли целиком и полностью принадлежали эриниям, которые со смехом игрались в распалённом ненавистью разуме. Вики жила местью, дышала местью, запивала ею свой завтрак и глотала её на ночь как таблетку от бессонницы. Её губы стали горькими от предчувствия расплаты, воспалённые глаза полыхали яростью, а паучьи пальцы судорожно сжимались на невидимом горле. Она существовала от рассвета до заката, вдыхая токсичные испарения аконитов в школьном саду. Она готовилась, размышляла, собиралась с силами. Ждала. Вики нашла своего убийцу полтора года назад. Мужчина неприметной наружности попался в дешёвом баре «Три поросёнка» за барной стойкой со стаканом портера. Она бы даже не заподозрила его, если бы не выглядывавшие из заднего кармана брюк ключи от про́клятого «NYK 357». В тот день Вики вновь почувствовала себя живой. Клиффорд Бруно, сорок четыре года. Дважды разведён, завсегдатай уличных гонок и большой поклонник балтийского чая. Подрабатывает коллектором в сомнительном банке три раза в неделю, а всё свободное время проводит за бильярдом и разведением фикусов. Живёт с бразильской филой Изадорой. Чем он руководствовался при выборе клички — желанием хоть как-то унизить первую жену или любовью к малоизвестной певице из Салвадора, — Вики так и не поняла. Корень проблемы заключался в другом: она не помнила его. Клиффорд не был знаком ни с ней, ни с её отцом. Он даже единожды не пересекался с их общими и отдельными знакомыми. Он жил на другом конце страны, её университет в глаза не видел и закончил школу, о существовании которой её отец даже не догадывался. Единственное, что когда-то могло объединить их — курьер из «Papa John’s». Только-только воспрянувший дух жизни приобрёл ярко выраженный привкус гнева. — У кого-нибудь есть вопросы? Вики мгновенно подняла руку. У неё было много вопросов, много мыслей, много желаний. Она выскребет из Марбаса всё и больше, если позволит время.

***

Вики неслышимой тенью проникла в загородный дом, окружённый стеной из белого кирпича с элементами металлической ковки. От кого бы Клиффорд не пытался оградиться высокими заборами и двухкилометровой удалённостью от города, ему не спастись от возмездия. Мертвеца не остановят никакие стены и преграды. — Незримое присутствие позволяет находиться на Земле вне полей смертного восприятия. В зависимости от прилагаемой энергии, вы можете быть либо полностью невидимы, либо частично… Лерайе полюбилась ей с первых же занятий. Выразительный голос, небрежные жесты и доходчивая манера речи дополнялись столь редкой для демонов обходительностью и радушием. Вики могла по пальцам одной руки пересчитать преподавателей, которые не вызывали в ней раздражение одним фактом своего существования. О тех же, кто оказывал ей реальную помощь, она старалась лишний раз не вспоминать, чтобы не накаркать. Она вытянула перед собой руку и внимательно осмотрела её: отросшие ногти, подрагивающие пальцы, косточки на запястьях и сухая кожа со следами зубов. Её рука. Она не облачилась в образ давно умершего смертного, ступив на Землю. Всё, как говорила Лерайе. Пока она не захочет, её никто не увидит, кроме… — …Настоятельно рекомендую вам держаться подальше от животных. Всякие твари, в частности домашние, заметят вас в любом случае… Клиффорд поскупился на покупку видеокамер и сейчас повёл свою суку на прогулку, но подстраховка никогда не бывает лишней. — Вик, что с твоей ногой? Вики отскочила как ошпаренная и обернулась к Мими, изумлённо застывшей с вытянутой рукой. Её пепельно-серый взгляд метался между лицом Непризнанной и следами клыков на её обнажённой голени, а линия рта то раскрывалась в немом вопросе, то недовольно поджималась. Вики неровно улыбнулась и завела одну ногу за другую, туже затянув полотенце вокруг тела. — Ты знала, что Фыр не любит персики? По лицу Мими пробежала тень. Двухэтажный дом с односкатной крышей, окружённый лужайкой с каменной тропинкой, небольшим треугольным бассейном и будкой с тамбуром; круглый диск солнца на ослепительно чистом небе, абсолютная тишина на автостраде и терпкий запах недавно скошенной травы. Вид ухоженного участка и весёлый свист птицы, подчёркивающий холостяцкую идиллию, заставил Вики поморщиться, как от зубной боли. Она метнула взгляд на маленький декоративный клён, вычленила среди листвы чижа и обвила его тонкими нитями энергии, заряженными ненавистью и гневом. Птица резко умолкла и безжизненно рухнула на разрытую собакой землю.

***

— Ваши способности не ограничиваются одним лишь считыванием эмоций. Геральд обвёл пристальным взором аудиторию и едва заметно ухмыльнулся, увидев вдохновлённое лицо Вики. Она широко улыбалась, ничуть не смущаясь, и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. — Вы можете намеренно перенаправить свою энергию в другого и воздействовать на его состояние, — он перевёл взгляд на остальных учеников, ни на ком конкретном не фокусируясь. — Сегодня вы будете передавать друг другу чувства и… — Простите! — над головами студентов взметнулась тонкая рука. Непризнанные, ангелы и демоны расступились, и взгляд Геральда упал на Энди. — Но мы же занимались этим на первом уроке. — На первом уроке вы учились распознавать энергию, — в его ровном голосе проскользнули недовольные нотки. — Сейчас я говорю о воздействии. Видеть и менять чужую энергетику не одно и то же. Энди потупил взгляд, и Геральд, сложив руки на груди, пробежался глазами по стоящим полукругом ученикам. — Во избежание дальнейших вопросов приведу пример, — уловив знакомые интонации в полунасмешливом тоне, Вики вскинула руку вверх. Геральд глянул на неё, осклабился и сделал приглашающий жест рукой. — Иди сюда, Вики. Она тут же подскочила к демону и встала рядом, стараясь не топтаться на месте. Он положил шероховатую ладонь на заднюю часть её шеи, прижав большой и средний пальцы ближе к ушам. Вики прикусила уголок губ от лёгкой щекотки и переплела пальцы на сведённом судорогой животе. — В будущем вы сможете внушать мысли и навязчивые идеи. Возможно, некоторые из вас научатся управлять и физическим телом. Но пока… — Геральд перевёл на неё сосредоточенный взгляд. Она приказала себе успокоиться и расслабиться, чтобы более полно ощутить воздействие. — Вики, что я чувствую, когда студенты меня перебивают? Короткий потусторонний толчок осыпался по спине липкими мурашками, прошил затылок мириадами игл и поселился в каждой клеточке тела звенящим напряжением. Воодушевление, струящееся по телу приятным теплом, вдруг погасло, как и все прочие эмоции. Вики почувствовала себя, как в первые минуты после смерти: растеряно, потеряно и беспомощно, словно ребёнок в полной темноте. Под кожей образовалось раздражение — морозящее, неправильное, пугающее, — а в ушах поднялось гулкое эхо. Спустя целую вечность Геральд разжал руку — и она вновь увидела свет и пятна созданий, живущих в нём. Нечто инородное внутри бесследно испарилось, однако в самости, эпицентре энергии, продолжал звучать ужасающий рокот. Вики перевела дух и учащённо заморгала, заново привыкая к своему телу и спутанным ощущениям. — Вики? — как из-под воды прозвучал обеспокоенный голос Энди. Почувствовав на себе пристальные взгляды, она подняла глаза на остальных учеников. Выражения их лиц — взволнованные, подозрительные — не понравились ей совершенно. Как и само чувство, что ей что-то не нравится. — Непризнанная? — Да-да, — машинально отозвалась Вики. Звук собственного голоса, движение хорошо знакомой руки и хаотично мечущиеся мысли одновременно коробили и успокаивали. Она не чувствовала прежнего уединения в своём теле, разуме и душе, но нутром понимала, что иначе просто не может быть. — Я… я тут. Заметив лёгкое смятение во взгляде Геральда, она натянула подбадривающую улыбку. Непойми откуда взявшееся воодушевление обожгло изнутри, вызывая двойственное ощущение правильности и панической оторопи. — Вы… — Вики тяжело сглотнула. Что-то чужеродное давило изнутри, толкаясь о черепную коробку и заполняя рот холодным воздухом. Физически её била крупная дрожь, но сознание отчего-то обволакивала приятная пульсирующая дымка. Она начинала вспоминать, почему. — Вы испытываете… раздражение.

***

Выкорчевав дверной замок одним взглядом, Вики проникла в дом. Первый этаж встретил её острым запахом фикусов и включённой плазменной панелью, транслировавшей бой Вандерлея Сильва и Канга Ли. Закованные в полумрак апартаменты казались меньше, чем были на самом деле. Она раздвинула тяжёлые зелёные занавески, покрывавшие широкие окна в пол, и запустила внутрь затухающий солнечный свет. Студийное помещение совмещало в себе большую гостиную и кухню в сине-серых тонах. Несколько приоткрытых дверей вели в уютный рабочий кабинет, ванную комнату и кладовку, забитую средствами по уходу за растениями. Пышные кусты фикусов затаились во всех углах и обступили с двух сторон бежевый разложенный диван. Около входной двери находилась угловая лестница с площадкой. Дёсны свело скребущей болью от злости. Весьма недурно для бобыля с недрессированной сукой.

***

— Нет, — Геральд покачал головой и опустил глаза на редкие маргаритки, ютящиеся среди высоких травинок пришкольного сквера. — Воздействовать можно на всё, что есть. Результат зависит от твоей сути. Вики проследила за его взглядом и зачарованно ахнула, когда маленькие лепестки потускнели, скукожились и, подхваченные поднебесным ветром, улетели за край летающего острова. Высушенные стебли с тихим треском надломились, трава вокруг болезненно пожелтела, а земля под ногами демона неприятно запахла. Геральд взглянул на неё и сухо улыбнулся. Она едва ли не светилась от радости и бессознательно поднесла ладони к приоткрытым губам.

***

Горшки с фикусами попадали на пол, засыпав землёй ковровое покрытие ступеней. На экране плазмы распустились ветки трещин, и радостные замечания комментатора, перебиваясь помехами, превратились в металлический скрежет. Вики взглянула на распахнутую входную дверь. Ворвавшийся ветер загремел столовыми приборами на кухне и сорвал со стены постер с молодой Келли Леброк.

***

— Уже лучше? — вдруг спросил он после минутного молчания. Свет восхищения на лице Вики померк, сменившись недоумением. Она опустила руки и перевела на него вопросительный взгляд. Редкие солнечные лучи скользили по серовато-бледному лицу Геральда, придавая ему мраморный вид. Он приподнял бровь. Статуя может имитировать эмоции, но едва ли это происходит искренне. И всё-таки художница, похороненная давным-давно в душе Непризнанной, не могла не отметить красоты её симметрии и внутренне не залюбоваться. — Вы… про воздействие? — наугад выпалила Вики и улыбнулась одними губами. Его взгляд неуловимо смягчился, выражая согласие. — Всё в порядке. Это было даже забавно. Из его груди вырвался неопределённый смешок, а в мимике промелькнуло знакомое неживое выражение. Вики отвела взгляд.

***

Вики стояла посреди разгромленной прихожей, не находя в себе сил поднять голову и вызвать водоворот. Возвращаться не хотелось.