Вереск цветет на рассвете

Вэй Ин за короткую ночь отдыха почти вернул себе былую беспечность, даже успел отвесить Сяо Мин пару комплиментов и отлично спелся с Бо Джингом. Теперь парни на ходу тараторили по очереди, напоминая Сяо Мин пару сорок на заборе. Цзян Ванинь же был мрачен и весь погружён в свои мысли. И его можно было понять, от родного ордена остались обугленные рожки да ножки. Резиденция раскатилась тлеющими угольками, родители мертвы, все адепты или убиты, или разбежались так, что сразу не найти. Да и просто времени нет их искать и собирать. Хотя Ванинь не сомневался, выжившие адепты соберутся, стоит им узнать, что он жив. Только вот где их собирать? И что делать дальше, как отвоевать у Вэней родные земли? - Цзян Чен, - Вэй Усянь поймал задумавшегося шиди за истрепавшийся рукав. – Привал. К всеобщему удивлению, в пути первым всегда выдыхался Бо Джинг. Заклинатели могли шагать буквально сутками без намёка на усталость. Но тогда, в первый день, шагали с оглядкой на простых людей, какими были Сяо Мин и Бо Джинг. И когда Бо Джинг начал показывать первые признаки усталости, Сяо Мин шагала все так же легко. Тогда-то и отрылось, что... - У тебя есть Золотое Ядро! – удивлённо воскликнул Усянь, выпуская руку девушки. – Откуда? - Хотелось бы знать... - девушка ошалело прижала руку к собственному животу, чуть ниже солнечного сплетения. – Я – заклинательница?.. Хотя тогда это объясняет многое... Как уже говорилось, Сяо Мио заметно отличалась от других детей в приюте. И не только старинным диалектом, который она со временем почти забыла, но сейчас снова с легкостью вспомнила - именно на этом диалекте говорили в этом мире, но и повышенной выносливостью и поистине железным здоровьем. Как смеялись воспитатели, зараза к заразе из солидарности не липнет. Когда осенью и зимой все дети дружно или по очереди сопливили после многочасовых игр в слякоти и на холоде, Сяо Мин даже не чихала. А когда несколько лет назад весь их приют накрыла жуткая эпидемия бронхита и ангины – Сяо Мин осталась едва ли не единственным здоровым ребёнком, хотя её соседки по комнате свалились с температурой и кашлем одними из первых. А в различных соревнованиях по боевым искусствам девочка вскоре просто перестала участвовать – с ней мало кто из ровесниц мог сравниться в силе или выносливости. Теперь все это становилось ещё более понятным. Сяо Мин действительно родилась в это мире, а потом... А потом что-то случилось. И почти десять лет назад Основатели Орденов спасли её, разучив с семьей, возможно, именно они подчистили ей память. Но теперь у Сяо Мин была хоть какая-то зацепка. Впрочем, если она была, как Вэй Усянь, дочерью бродячих заклинателей, это ничего не давало. Хотя всё равно был шанс найти хоть каких-то родственников. Или хоть кого-то, кто знал её родителей... Но едва ли нашелся бы ещё один Цзян Фэньмэнь, уже несколько лет разыскивающий ребёнка погибшего друга. Но теперь хоть стало ясно, почему её не искали. Просто она нашлась не в том мире, в котором потерялась. И, наверное, стоит искать именно семью, где девочка считалась не просто пропавшей, а именно утонувшей. Владения ордена Юй появились перед ними как-то внезапно, если бы не двое адептов, выскочивших к ним из-за небольшой рощи, они бы и не осознали, что уже дошли. Но за время пути они успели обсудить несколько по-настоящему важных вещей. Новый глава клана Цзян согласился держать пару «попаданцев» поблизости, выдавая за чудом спасшихся слуг своего клана. Тем более, в Сяо Мин никак нельзя было признать заклинательницу, но её силы, которые, на самом-то деле, ещё только развивать и развивать было, могли стать козырем в неожиданной ситуации. И Герои Юнъмэна надеялись, что Сяо Мин согласиться хотя бы некоторое время изображать личную служанку Янли. Так им было бы куда спокойнее за сестру. - Молодой господин! Глава Клана Цзян! Молодой Господин Вэй! А это ещё кто? Глава! Глава, вы живы! Молодой господин Вэй! Вы живы! Шисюн! Глава! – стоило им приблизиться, из ворот резиденции Ордена, как горох из рваного мешка, посыпались адепты Ордена Цзян. Их было всего около трёх десятков, и мало кто мог похвастаться отсутствием ран, но хотя бы им посчастливилось выжить. - А-Чен, А-Сянь! – Янли с некоторым трудом пробилась сквозь людей, и почти повисла на братьях, даже не пытаясь сдержать слёзы. – Вы живы... Вы живы... - Шицзе!.. Прости, Шицзе. Дядя Цзян и Мадам Юй... - тихо начал Усянь, нервно стискивая руки на плечах сестры. - Я знаю, - всхлипнула девушка, с трудом отстраняясь от них. – Знаю... Но вы живы, и это главное. А-Сянь, а это кто? - Они спасли нас. Это Сяо Мин и Бо Джинг. - Рады знакомству с вами, дева Цзян, - Сяо Мин и Бо Джинг синхронно поклонились. Может, не идеально, но уважительно. – Жаль что при таких печальных обстоятельствах. - Спасибо, что спасли моих братьев. А-Чен, что нам делать дальше? - Мы отомстим… - Ванинь сжал руку в кулак, кольцо на его пальце полыхнуло колючими искрами, заставив кое-кого из стоящих поблизости невольно отшатнуться. Все знали, на что был способен Цзыдянь в руках Пурпурной Паучихи. А Ванинь сейчас был удивительно похож на свою мать, особенно глубокой хмурой складкой между бровей. – Каждому поганому псу Вэнь… - Глава! – неожиданно вскинулся один из адептов, с повязкой на лбу, сейчас криво сбившейся на левую бровь. – И среди Вэней есть с достойные люди! Мы с восьмым шиди не ушли бы живыми, если бы не один из их адептов! Он спас нас! - И мы тоже! – поддержали его ещё трое. – Тот парень нас спас! Сяо Мин молча кивнула сама себе. Он не сомневалась, это был Вэнь Цюньлинь. Рискуя сам нарваться на серьёзную, даже можно сказать, смертельно опасную, взбучку от Вэнь Сао и его прихвостней, он спас жизни нескольких адептов. - Как он выглядел? – тут же спросил Усянь. Учитывая его скверную память, он едва ли вспомнил того юношу, который их едва не заметил. Или заметил, но промолчал. И уж точно не связал его с тем застенчивым юношей, котого он встретил на прошлом соревновании лучников. Адепты наперебой принялись описывать парня в красном и золотом с зелёными глазами и миловидным лицом, что только подтвердило подозрения Сяо Мин. - Пойдём, - Янли потянула Сяо Мин за собой. – А-Чен, А-Сянь, пойдёмте внутрь. Шумная толпа ввалилась в ворота. Адепты наперебой рассказывали, как уносили ноги от Пристани. Конечно, бегство – не то, чем стоит гордиться, но никто не думал упрекать друг друга. Кто-то припомнил, что видел ещё мелькавшие спины в пурпурных одеяниях, возможно, ещё кто-то уцелел. Бо Джинг удивительно органично влился в галдящую толпу, рассказывая об их собственном небольшом приключении. Сяо Мин же молча шагала рядом с Янли и в который раз думала, насколько неправы были те, кто описывал деву Цзян как «ничем не выдающуюся» девушку. Может, Янли и не была писаной красавицей и не обладала железным характером своей матери, но она явно унаследовала доброту и харизму своего отца. План последующих действий тоже разработали довольно быстро. Оставаться и отсиживаться никто не собирался - все адепты горели праведным гневом, а молодой Глава буквально кипел желанием бросить в лицо Вэням - "я жив и я отомщу вам!" - Все собираются в Цинхе, - Усянь крутил в руке меч. Не его Суй Бянь, а один из найденных в ордене Юй, но пока сгодится. - Нам тоже надо туда, Цзян Чен! - А А-Цзе?..Ты прав, там и она в безопасности будет. Сяо Мин, всё так же изображавшая служанку и крутившаяся вокруг то с чайником(собственные ошпаренные пальцы это мелочи, а о той опрокинутой чашке вспоминал только Вэй Усянь и то, только чтобы посмеяться над едва не облитым братом), то с подносами с едой, то ещё с чем, мысленно согласилась с ним. Цинхе - это хорошо. Крепость, которую нахрапом не взять. И если Вэнь Жохань не все мозги растерял, то штурмовать Нечистую Юдоль не полезет. Как не сложно было Цзян Ваниню принимать подобное решение, но решено было разделиться. Сам Глава, Вэй Усянь и несколько наименее пострадавших адептов отправлялись в Нечистую Юдоль на верхом на лошадях, ведь лететь на чужом мече - особо извращенный способ самоубийства, тем более сейчас, когда всюду шныряют Вэни, а Цзян Ян Ли, Сяо Мин и прочие - почти пешком. Просто лошадей было не так много, а повозок и вовсе всего две, и в них разместили девушек и раненых, которые, несмотря на серьёзные раны, не захотели оставлять своего Главу. - Глава клана Цзян! - окликнула его Сяо Мин, когда они уже собирались уезжать. - Глава Цзян. Прошу, дайте и мне меч. - Ого! - удивлённо крякнул Усянь. - Сестрёнка, неужели ты и мечом владеешь?! - Если с вам сравнивать, то что меч, что палку дай, одинаково будет, - призналась девушка. - Но кое-что умею. Цзян Ваньинь кивнул куда-то в сторону, и один из адептов неожиданно бросил девушке свой меч вместе с ножнами. Та ловко перехватила его в полёте и взвесила на руке, вытащив из ножен. Заметно тяжелее чем те, с которыми она обычно имела дело, не не критично. Сяо Мин прекрасно понимала, они едва ли сможет поднять меч на человека. Да и если лютый мертвец попадётся, она, скорее всего, сбежит с криками, но... Но Янли должна жить, и выиграть несколько минут, чтобы девушка успела сбежать, она сможет. - А-Джинг, помнишь мои первые соревнования? - девушка поймала в отражение на клинке взгляд своего друга и, обернувшись, бросила ему ножны, что бы не мешались. - Вот сейчас тоже самое будет... - Ай! - не успела бы сгореть и половина палочки благовоний, как Сяо Мин села на попу, растирая запястье. Её меч улетел куда-то в сторону, выбитый резким движением её противника. - А-Мин! - Бо Джиг кинулся к ней. - Ты в порядке? - Ну говорила же, - девушка засмеялась. - Опять опозорюсь. - Неплохой стиль. Сама придумала? - её противник убрал меч и протянул девушке руку, помогая встать. - Не сильно ударил? - Ерунда, - девушка несколько раз тряхнула рукой, прогоняя противные мурашки, бегающие под кожей. - Глава клана Цзян? - Оставь меч у себя. Идёмте. - Меня Ли Янг зовут! Увидимся в Цинхе! - на прощание крикнул недавний противник Сяо Мин и умчался следом за остальными. - Будьте осторожны! - крикнула Янли, и Усянь помахал ей рукой, показывая, что услышал. - А нам будто осторожными быть не надо, - бурчал Бо Джинг, помогая таскать ящики с лекарствами в повозку. - Вэнь Жохань не идиот, он понимает что разозлил спящего тигра, - отозвалась Сяо Мин, взвешивая на руке сумку с какими-то глиняными банками-склянками. Если ей по голове огреть, то парой шишек не отделаешься. В крайнем случае, тоже сойдёт за оружие. - Он стянет все силы в Безночный город и... Сяо Мин вздохнула. Сколько людей погибнет в этот раз? Намного больше, ведь не будет марионеток Вэй Усяня, которые примут на себя основной удар. И в тоже время... Если она сможет помешать Цзыням бесчинствовать и мучать невинных пленников, если не позволит убить Вэнь Нина... Впрочем, Призрачному Генералу никак не прийти в это мир. Нет здесь Темного Магистра, что вернёт его душу. Только вот остался Цзянь Гуанъяо, точнее, пока Мэн Яо. Да и Су Ше жив-здоров. Как и Сюэ Ян... Сяо Мин не питала ложных надежд. Даже обладая Золотым Ядром, она не была полноценной заклинательницей, сражаться не могла, да и не умела. И её никак не победить заклинателей в битве, тем более, что сражаться её никто не пустит. А перехитрить Яо... Тоже едва ли получится, он лет пятнадцать, минимум, всех за нос водил... Включая Лань Сиченя и собственного папашу... - И всё-таки, что-то тут не сходится, - пробормотала девушка. - Ты о чем, Сяо Мин? - один из раненых с кряхтением приподнялся. Девушки ехали в повозке с ранеными, остальные шагали рядом, поднимая сапогами тучи пыли. - Да так, - отмахнулась Сяо Мин. - Просто мысли вслух. Но что-то и вправду не сходилось. Девушка знала, что Мэн Яо желал получить признание отца, но кубарем скатился с лестницы Башни Кои и возненавидел его. Честно говоря, Гуаншаня она ничуть не жалела. Умел бы держать штаны застёгнутыми, не помер бы такой смертью... Но как-то всё не складывалось. Сяо Мин помнила, Яо рискнул собой, укрывая сбежавшего из сожженных Глубин Сиченя, он однозначно рисковал жизнью, шпионя за Жоханем и передавая информацию о передвижениях его армии, но... Но слишком много лжи потом было. Начиная со свадьбы с его сестрой и заканчивая смертью Не Минцзюэ. Всё это было... Зачем ему сначала отчаянно рисковать собой, подставляясь со всех сторон, а потом бояться "что люди скажут"? Его еще во время Аннигиляции предателем клеймили, а "сыном шлюхи" не называл только немой. И от последнего прозвища отмыться не вышло при всём желании и усилиях. А раскрой он все делишки своего отца, все шишки посыпались бы на самого Гуаншаня. Конечно, бастарда бы тоже грязью облили, но на его стороне были Цзысюань и госпожа Цзынь. Вот с ней тоже вопрос, сама она "неожиданно умерла от горя и стыда, и внезапной аллергии на золото и пионы" или и ей помогли вполне конкретные "доброжелатели", да и Лань Сичень... Сяо Мин снова вздохнула и согнулась в своём углу, уперев подбородок в потянутое к груди колено. Что-то со всей этой ситуацией было категорически не так... Как-то резко у него характер повернулся почти на 180 градусов. Разве что слепое обожание к Сиченю осталось... "Тебе бы я никогда не причинил вреда". Ага, как же. Сначала Лань Ванзцы в депрессию вогнал, потом Не Минцзюэ убил, в конце самого Сиченя в заложники взял... - Молодая госпожа, мы приближаемся! - крикнул возница. Сяо Мн тут же вскинулась. Вдалеке действительно показалась Нечистая Юдоль. Несокрушимая крепость клана Не, окружённая отвесными скалами и бездонными пропастями. - А-Мин? - Бо Джигн осторожно тронул девушку за рукав. Она так впилась в борт повозки, что пальцы побелели. - А-Мин, что случилось? - А-Джинг... Я... Я помню Нечистую Юдоль... И это были не ассоциации с дорамой. Сяо Мин и вправду помнила это место! Похоже, она действительно родилась и выросла в Нечистой Юдоли!!! Девушка стала на шаг ближе к разгадке тайн своего прошлого...