Public Enemies

После

The Neighborhood – Sweater Weather

Крупные волны разбиваются о берег, пахнет озоном. Гарри может поклясться, что чувствует вкус соли на языке. Небо серое, и он думает о надвигающемся шторме. Гарри захлопывает дверь своей машины и бредет в сторону берега, скидывая на ходу обувь. Пальцы сразу же погружаются в калифорнийский прогретый солнцем песок, и он садится туда, где разбросаны мужские вещи. Гарри находит взглядом темную фигуру парня, выходящего из воды, и хмурится. — Санта Моника, Томлинсон? Серьезно? – говорит Гарри, стараясь звучать громче звуков прибоя. – Ты никогда не любил пляжи. Парень резко поднимает голову, в замешательстве смотря на него, но уже через секунду расслабляется. — Зато ты всегда любил. Заманивал тебя на запах моря, - ухмыляясь, отвечает Луи. Он садится рядом, и песок сразу липнет к его мокрому телу. Несколько капель стекают у него по подбородку, и он вытирает лицо полотенцем. Поднимается ветер. – Я ждал тебя три чертовых дня. Где ты был? Гарри наблюдает за ним краем глаза. — Замаливал грехи в ФБР. Ты как всегда создал большие проблемы. Меня даже не уволят, — говорит Гарри, рассматривая грудь и руки Луи. Как он скучал по всему этому. – К слову, мог бы не вырубать нас тогда. Знаешь, как потом сложно просыпаться? Всю память отшибает. Вообще план на редкость дерьмовый. Боже, скажи, что не ты его придумал, иначе у меня пропадет всякое желание с тобой общаться. Луи проводит рукой по мокрым волосам и негромко смеется. — Если бы я так не сделал, вас бы стали подозревать в сговоре со мной. Да и потом, твой друг просто так бы меня не отпустил, — говорит он, улыбаясь. – И, нет, это не мой план. Это план Лиама. — Боже, тогда хорошо еще, что Америка не оказалась стертой с лица земли, — стонет Гарри. Улыбка Луи становится шире, и он кутается в широком полотенце, ежась от ветра. — Не у всех рождаются такие идеи, как у нас с тобой, — говорит он, ухмыляясь. Он проводит рукой по тату карты на шее. — Да и потом, хоть ты и не веришь в удачу, я знаю, что она всегда с нами.