only way out

      В подобном темпе проходит месяц. Питер закапывается в дополнительные занятия, делает уютное гнездо из учебников и конспектов, а вечером отправляется в рейд по крышам. Он больше не патрулировал город. Не потому, что забросил геройскую деятельность, вовсе нет, он просто физически не мог. Силы, давшие когда-то возможность спасать людей, быть полезным для общества, покинули его окончательно. Это обнаружилось в самый неподходящий момент. Парень как раз собирался перелететь с одной крыши на другую, но руки вдруг заскользили по паутине, не выдерживая его собственного веса. Он чудом приземлился, пропахав спиной добрых десять футов. Пришлось признать, что в таком состоянии он даже себе помочь не может, не то что другим. Было совестно, было стыдно до слез, но костюм, великолепный костюм, сделанный специально для него, отправился на верхнюю полку шкафа.       Надеяться на то, что Мэй ничего не заметит, было глупо. Конечно, поначалу она обрадовалась тому, что ее племянник стал больше времени проводить дома. Но его отстраненность, бесконечные отговорки учебой, прогулки допоздна. Предатель-Нэд подлил масла в огонь, рассказав о тайм-ауте в деятельности Человека-паука.       - Питер, я не знаю, как к этому относиться, - сказала она как-то за ужином. - Нет, я рада, что ты больше не подвергаешь свою жизнь опасности, но, милый, ты выглядишь так... подавленно.       И за ее беспокойство тоже было стыдно. Тетя смотрела на него с состраданием, но она не давила, и Питер был благодарен.       - Обещай мне. - Перед тем, как разойтись по комнатам, она поймала подростка в мягкие объятья. - Обещай, что если что-то случится, или тебе будет плохо, или просто захочется поговорить, ты придешь ко мне.       Он уже знал, что ни за что не расскажет ей о произошедшем. Но Мэй отстранилась, заглядывая ему в глаза, а ее теплые, уютные руки так заботливо легли на его щеки, и он не мог не пообещать. Снова выбираясь из своего окна, Питер чувствует себя еще беспомощнее, чем до этого разговора.       Прогулки по городу - такая себе альтернатива патрулированию, но сидеть в комнате было еще хуже, и Паркер упорно шагал по улицам, стараясь не смотреть по сторонам.       Когда при виде учебных книг становится тошно на душе, а бесцельная ходьба только укрепляет отвращение к самому себе, подросток решается проверить исцеляющий фактор. Он долгое время гонит мысли о том, что он мог исчезнуть вместе с остальными способностями, но дальше тянуть смысла не было. Вечером парень закрывается в ванной комнате, достает лезвие, пару минут назад выкрученное из точилки, и встает перед зеркалом. Сколько раз он был ранен в сражениях, сколько его резали, да его бетонной плитой прибивало, в конце-то концов. Только вот самому себе нанести вред оказывается в тысячу раз сложнее. Питер выдыхает, нажимает на кожу, чувствуя холод металла, и с силой проводит. Кожа расходится в стороны как лепестки, а кровь только укрепляет эту ассоциацию в голове. Он ждет пять секунд, десять, думает: "Сейчас, вот сейчас начнет регенерировать". Кровь, наполнив рану, стекает неровными дорожками в белую раковину.       Дверь в ванную резко распахивается. Тетя Мэй еще не смотрит на него, когда начинает говорить:       - Знаешь, ты мог бы уже запомнить, что нужно закрывать...       Она осекается, уставившись расширенными глазами на его руку, занесенную над раковиной.       - Что... О боже!       Питер хотел бы хоть как-то отреагировать, но его буквально парализовало, пригвоздило к месту, стянуло судорогой все мышцы. "Не работает" - одна связная мысль. "Регенерация не работает".

***

      Паркер сидит в кожаном мягком кресле. Левая рука надежно перевязана, в правой - чашка с отвратительным кислым чаем. Он смотрит на женщину, расположившуюся за столом перед ним, даже не пытаясь сосредоточиться на том, что она говорит. Он думает, "какой же идиот". Как можно забыть запереть дверь в ванной? Не то чтобы он раньше не забывал, но не в такой же ситуации.       Питер думает, что никогда не забудет лицо Мэй в момент осознания произошедшего. Оно теперь навсегда с ним, как напоминание о том, что он облажался по всем фронтам.       Питер думает об смске. Маленьком сообщении, которое пришло с того самого номера, на который можно писать только в случае опасности галактического масштаба. "Ты в порядке?" - написал Тони Старк.       "Я в порядке", - отвечает Питер, потому что он чертовски устал и хочет оказаться где-то на Аляске.       Женщина перед ним что-то говорит про ответственность, риск и молодежь. Это психотерапевт. Тетя записала его на прием в ту же секунду, когда в приемном отделении больницы ее заверили, что жизни племянника ничего не угрожает.       - Что ты ему сказала? - На Мэй трудно смотреть, так что он спрашивает скорее кафель.       - Кому, Питер? - Ее голос выражает всю обреченность этого мира.       - Тони Старку. - Подросток ерзает на кушетке, прижимая раненую конечность к животу.       - Господи, Питер! Тебя только это сейчас волнует? Потому что у меня есть заботы покрупнее, например, то, что мой племянник пытался покончить с собой!..       Ее голос обрывается всхлипом, а глаза полны слез. Питер подсаживается ближе, обнимает за плечи, он сам готов разрыдаться.       - Мне важно знать, Мэй. - Дрожащий шепот оседает на ткани домашней кофты. Тетя вздыхает, притягивая парня ближе, зарываясь рукой в его волосы.       - Ничего. Просто сказала, что твои способности... Что они исчезли. Он пообещал, что найдет причину.       Женщина вдруг протягивает руку, перегибается через стол, чтобы заглянуть ему в глаза.       - Мистер Паркер, все хорошо. Вы будете в порядке.       Питер думает, что да. Наверное, он будет. Но не сейчас.

***

      Единственная способность, которая еще не покинула его, которая напоминала о том, что он не обычный человек, - паучье чутье. Оно то и дело отзывалось, и заставляло чувствовать себя чуточку спокойнее. Так что он бродил, не особенно отслеживая, куда именно идет. Очнулся он уже в Уиллетс-Поинт. Нормальная ровная дорога превратилась в нечто бесформенное, с выбоинами и мусором на обочинах, дома возвышались неровным лесом. Питер довольно часто бывал здесь как Человек-паук, но вот так, без костюма - впервые. Самый ужасный район Куинса, без преувеличений, обладал какой-то особой энергетикой, притягивающей неприятности.       Здесь даже воздух казался другим, густым и маслянистым. По проулкам мелькали тени; люди, как крысы, сновали в темноте. Фонарей было слишком мало для того, чтобы идти не спотыкаясь, так что Паркер испытал только легкую досаду, с размаху врезавшись в какого-то мужика. Впрочем, досада резко сменилась сосредоточенной паникой, когда паучье чутье завопило, а на его плечо опустилась тяжелая рука.       - Посмотрите-ка, какой милый мальчик.       Мужик оказался не один, Питер успел разглядеть еще несколько оскаленных лиц позади него, прежде чем попытаться дать задний ход. Да, герои не убегают, но в его ситуации не было другого выбора, и подросток успокоил себя тем, что это тактическое отступление, а не побег. Он слышал, как компания преследовала его, под ногами то шуршал гравий, то хлюпала влажная земля. Если не можешь победить - попробуй перехитрить. Так что Питер бежал со всех сил, петляя между домами как только мог.       Только вот Паркер забыл, насколько неудачливым был до того, как приобрел способности. Пришлось вспомнить, когда, свернув в очередной раз, он резко осознал, что перед ним тупик. Долго думать время не позволяло, парень обвел взглядом стены, останавливаясь на ржавой пожарной лестнице, и рванул к ней. Честно сказать, он уже не знал, преследуют его еще или нет, но адреналин не дал остановиться, пока перед глазами не появились окна пятого этажа. Свет нигде не горел, его не могли заметить, чутье успокоилось. Питер прижался спиной к клочку стены, сползая и пытаясь отдышаться. Потеря сил убивала. Он пробежал всего-ничего, но посмотрите, уже готов выплюнуть легкие. Прикрыв глаза, подросток сосредоточился на дыхании. Вдох, выдох, повторить.       Мантру прервал звук открывшегося окна и хриплый голос, раздавшийся совсем рядом.       - Ого! Санта все-таки доставил мой рождественский подарок! Только я заказывал Абрамс М1* и коллекцию раритетных карточек с Капитаном-Крепкая-Задница, кажется.       Лимит удивления на сегодня уже был превышен как минимум трехкратно, поэтому его тело взяло бразды правления в свои руки и само по себе отползло к лестничному ограждению. Повернуло лицом к... Паркер не сразу понял, что перед ним. Нет, на зрение он, слава богу, пока не жаловался и отлично видел в темноте, но ему потребовалась пара секунд, чтобы рассмотреть маску. Ее обладатель удобно облокотился на подоконник, рассматривая парнишку напротив. Питер открыл рот прежде, чем осознал, в какой ситуации оказался.       - Но сейчас ведь июль...       Все, это конец. День просто не мог закончиться нормально. Подросток обреченно смотрел перед собой, понимая, что еще один такой забег - и его ноги можно будет смело ампутировать за ненадобностью.       - Всегда нужно быть готовым к празднику. - Поучительно выставив указательный палец, мужчина с легкостью перекинул ноги через подоконник, усаживаясь на него и ерзая бедрами. - Итак, миленький маленький эльф, как занесло такую булочку в Железный треугольник? Плохие дяди тебя похитили и собирались надругаться? Или уже надругались? Ты сбежал от наркокартеля, и сейчас сюда завалятся местные якудза? Puedo probarmelo? Llame un medico!*       - Ч-что? - Питер окончательно перестал что-либо понимать. Этот человек нес какую-то чушь, сидел напротив и что? Пытался узнать, как он здесь очутился? Но на незнакомце был потертый супергеройский костюм, чем-то даже похожий на костюм Паука. Ну, цветом. И тем, что максимально обтягивал все тело. О втором варианте, где мужчина оказывался суперзлодеем и сейчас достанет откуда-то какое-нибудь оружие и убьет его, Паркер постарался не задумываться.       - Вы супергерой?       Услышав это, странный тип, похоже, поперхнулся воздухом. Он странно закряхтел, похлопывая внушительным кулаком по груди, откашлялся и сиплым голосом переспросил:       - Я?       Питер оглянулся по сторонам, дерганно пожав плечами.       - Здесь больше никого нет, вроде.       Прислушавшись к паучьему чутью и поняв, что убивать его пока не собираются, парень немного осмелел и позволил себе рассмотреть костюм собеседника внимательнее. Множество карманов, черные вставки, армейский пояс. У Паркера сердце упало куда-то в темноту лестничного пролета, когда взгляд зацепился за кобуру на ремне. Нет, кажется, это все-таки второй вариант. Его застрелят прямо тут, тело спрячут где-нибудь в горах мусора на дорогах, а дождь смоет все следы преступления. Тетя Мэй будет плакать, Нэд будет плакать, мист... Нет, он плакать не будет. Но картина и так выглядела, прямо сказать, не очень. Пока Паучок рефлексировал, незнакомец вышел из ступора, резво вскочил на ноги и вдохновенно начал трепаться.       - Ну, конечно же, я супергерой! Ты только зацени этот прекрасный, сверхлаконичный и пулепробиваемый костюм! С этими словами мужчина выхватил пистолет. БАХ-БАХ Пара фонарей на другой стороне улицы лишаются своих лампочек. Питер вздрагивает, задевая еще не зажившую руку, и морщится.       - Позвольте представиться, дамы и не-дамы, перед вами сногсшибательный, очаровательный, смертоубийственный мистер ДЭДПУЛ! - Пародия на голос ведущего вышла интересной. Тип встал в геройскую позу из комиксов, явно ожидая аплодисментов. Затянувшаяся пауза добавляет ощущение неловкости.       - Эм, я пойду, пожалуй. - Подросток пытается как можно незаметнее подняться с пола и улизнуть, но его останавливает жесткая хватка на плече. Ему приходится обернуться.       - Куда это ты пойдешь, малыш? Тебе сколько, двенадцать? Здесь очень плохой район, да. Но ничего, все опасности бегут в ужасе, когда с тобой супергерой-Дэдпул! Пойдем, Дороти, я буду твоей дорогой из желтых кирпичей.       И он спрыгивает прямо на асфальт. Питер буквально слышит хруст костей, когда при падении с шестого-блин-этажа этот тип приземляется на одно колено. Но Дэдпул, на удивление, тут же поднимается, будто не переломал себе сейчас дохрена костей. Он забавно подпрыгивает и машет подростку:       - Прыгай, Джульетта, я ловлю!       Разумеется, Паркер спускается по лестнице. Мужчина терпеливо ждет, пока парень преодолеет последнюю ступеньку, опять хватает за плечо, на этот раз в странной пародии на объятье.       - Пойдем, querido*, я покажу тебе жизнь!

***

M1 Abrams — основной боевой танк США Puedo probarmelo? Llame un medico!(исп.) - Могу я это примерить? Вызовите врача! (Уэйд просто выучил фразы из туристического словаря) Querido(исп.) - Дорогуша