Эй, новенькая!

Иногда, даже если ты знаешь, как что-то должно закончиться… это не значит, что ты не можешь наслаждаться путешествием.

      Впервые я боюсь начало учебной четверти. Жизнь катится по наклонной, я уничтожаю всё на своём пути, создаю проблемы для каждого, кто оказывается рядом. Что бы не говорил Дино, я считаю по-другому и уверена, что он заблуждается. Он не знает о конверте, не знает, что Мими не решалась подойти к нему, пока он был в отношениях с Лилу, не знает, что я её подтолкнула на разговор с ним. Когда правда выйдет наружу, он точно не захочет общаться больше со мной.        Эта четверть будет последней в моём обучение с «В» классом, я уже решила, что если не смогу сдать экзамены и тест, переведусь обратно в старую школу. Там нет проблем, нет разделений, нет лицемерия и убийств. Мими говорила, что она и Ади все равно продолжат общаться со мной, ведь с Сэми они общаются. Сэми… Малыш Сэми… Как же мне сейчас не хватает твоей поддержки и твоих советов… — Ты там уснула, что ли? — слышу стук в дверь и крик Ади. — Если сейчас не выйдешь, то я зайду и буду мыться с тобой! — Пять минут, — проглатываю подкативший ком к горлу и выключаю воду. — Хватит бояться, Вики. Все справились, ты тоже сможешь, — подбадриваю себя, выползая из душа. — Мойся у себя, в чём проблема? — раздраженно рявкает на него Мими. — У тебя комната в двух шагах!       Конечно, они не могут не спорить по утрам. Для них это как зарядка или игра: кто замолчит первый — проиграл. Стараюсь не слушать, заплетая волосы в косы, но это просто невозможно. — Как вы терпели друг друга на каникулах, если и минуты не можете помолчать? — выхожу из ванной, куда сразу забегает Ади. — Если он молчит, значит, что-то задумывает, — девушка закидывает тетради в портфель и подходит к зеркалу. — А этого лучше не допускать.       Это правда. Я совсем забыла об Ади, пытаясь разгрести свои проблемы, но ему тоже сейчас тяжело. Это его первая четверть без Сэми, наверняка весь день его будут преследовать воспоминания. Теперь, когда Мими официально с Дино, я тоже должна приглядывать за другом и не давать ему скучать.       Мы переживаем всю боль в одиночку, не показываем своей слабости, но так не должно быть. Мы есть друг у друга, мы способны поддержать, утешить и помочь отпустить, как бы сложно это не было. — Копуши, — Ади выходит уже переодетый в школьную форму, когда я заканчиваю макияж, — если не хотите опоздать на лекцию Кроули, то шевелите задницами. — Выходим, — беру учебники и целую его в щёку. — Может, сходим вечером в кальянную? — Конечно, сходим, — он хватает Мими за локоть и силком выводит из комнаты. — Да, красивая, красивая, отлипни от своего отражения только.       Сажусь за последнюю парту и достаю тетрадь с планшетом. Я уже прошла курс по теологии, так что можно расслабиться на уроках директора. Мими садится с Дино, и я бросаю взгляд, как Лилу ищет себе другое место. Её взгляд падает на меня, и она резко отворачивает голову. Давай, хорошенькая, покажи всем, как ты меня презираешь. Усевшись с моей одноклассницей Данной, она бросает ей пару фраз, и они хихикают, оборачиваясь на меня. Что же, не зря я боялась этого дня. — Эй, Лилу, — звенит звонок, и в классе наступает тишина, хоть и директор ещё не зашел в класс, — боишься сказать в лицо? — она демонстративно поднимает бровь, но меня это только подстегивает. — Может признаешь уже, что в тебе характера, как в половой тряпке, только ноги вытирать годишься.       Ловлю одобрительный взгляд Ади и Астарота, сидевших вместе, и недовольный Дино. Пожимаю плечами и возвращаюсь к рисунку. Если Уайт не может утихомирить свою бывшую, то это не значит, что я должна позволять ей насмехаться надо мной. — Плохая девочка, — Люцифер садится со мной и ставит на стол книгу Данте «Божественная комедия». — Чем занималась вчера? — Разговаривала с отцом, повторяла уроки, закончила разбираться, как рисовать не на бумаге, записалась на стрельбу. — Зачем тебе учиться стрелять? — он с интересом заглядывает мне в глаза, и я уже готова забыть, что вчера он даже не писал мне. — Стрельба помогает сохранять и улучшать зрение, а так как я постоянно или в книгах, или в картинах, мне это не повредит, — директор заходит в класс, и я прикрываю планшет тетрадью, пока он проходит мимо нас. — Мило, аж тошно, — его ухмылка говорит об обратном, но я молчу. Папа был недоволен тем, что я хочу изучить любую возможность, которая поможет мне в самообороне. Конечно, ведь он не знает всего того, что я успела пережить в прошлой четверти.       Отец сказал, что его переселили в новый дом. Он был рад услышать, что я занимаюсь учёбой даже на каникулах, ведь так у меня больше шансов перевестись в «А» класс. Меня поразила его уверенность в том, что я именно туда и собираюсь, но спорить я не стала. Ещё неизвестно, как сложится судьба. «Судьбы не существует. Все, что происходит, результат нашего выбора и наших действий» — сказал мне Блэк, когда мы играли в карты.       Удивлена, что он сел сейчас со мной. Я не звонила ему и не писала, после своего признания, он поступал так же. Думала, что это была точка, конец в наших отношениях, но вот он, снова рядом, будто ничего и не было. Дино прав, никто не знает, что происходит в голове у Люцифера. Быть может, он и не помнит, чем закончилось субботнее развлечение. Буду надеяться на это. — Чем я занимался, не спросишь? — он открывает книгу на первой странице, пока директор выводит тему занятия на доске. — Какая мне разница? — бурчу под нос, делая быстрый набросок. — Ты же уехал вчера, даже ничего не написав, — показываю кривую морду барана. — Это ты. — Ха, — он усмехается и больше не смотрит в мою сторону, полностью погружаясь в чтение.       Я тоже больше не поворачиваюсь к нему, но и рисовать настроения нет. Другого выбора не остается, и я открываю тетрадь, внимательно слушая Кроули и делая пометки в своих лекциях. — Кто назовет мне главные добродетели? — он поднимает взгляд на меня, но Мими отвечает раньше. — Смирение, щедрость, любовь, доброта, воздержание, умеренность и усердие. Противоположности семи смертным грехам. — Верно, — он выписывает их на доске. — Я хочу, чтобы через две недели вы сдали мне сочинение на тему «Добро, которое я совершил». — Директор, — Лилу тянет руку и с разрешения продолжает, — считается ли щедростью то, что я позволила увести парня тому, кто нуждался в этом сильнее? — Если ты думаешь, что парень собака, которую можно взять и увести, то это не щедрость, а дебилизм, — от моих слов Дино сжимает кулаки, но я не чувствую своей вины в этом. — Уокер, — Кроули с негодованием смотрит на меня, но быстро успокаивается, — назовите свой пример щедрости.  — Я щедро поделилась знаниями жизни с ученицей, — Люци тихо усмехается, но не поднимает взгляд. — По-моему, — более серьёзно продолжаю я, — все добродетели тесно связаны между собой. Например, из-за любви к ближнему я смиренно отдаю свой кусок хлеба, заработанный большим трудом. Какая это добродетель? Почему просто не сказать, что нужно жить по совести, а не по заповедям? — Критическое мышление поощряется, но лучше ответьте на вопрос, который я вам задал. Какой пример щедрости сразу вспоминается из вашего жизненного опыта? — Я не хочу делиться этим, — теперь настала моя очередь сжимать кулаки, чтобы подавить свой гнев. Одно дело сдать написанный текст, другое исповедоваться перед всей параллелью. — Тогда для вас особенное задание, Вики. Вы девушка смелая и усидчивая, так что распишите в своей работе все примеры добродетели. Работа должна быть на десять страниц, вы умножайте на семь, чтобы не упустить ни одной детали, хорошо? — Смиренно соглашусь. — А по грехам писать будем? — спасает меня Ади из моего плачевного положения. — На грехи и я семьдесят страниц написать смогу. — Что же, если хотите получить больше работы, то присоединяйтесь к своей однокласснице… — невольно улыбаюсь его оговорке. — Простите, к Вики Уокер. Вам такое же задание, — он смотрит на часы. До конца урока остается пару минут. — Так, должен вам сообщить, что в следующий понедельник будет день самоуправления. Ученики из «А» и «Б» десятых и одиннадцатых классов будут проводить уроки в «В» классах младшей и старшей школы. Дино и Люцифер, десятый класс за вами, остальные распределитесь по два-три человека и сами выберете параллель. — День самоуправления? — тихо спрашиваю у Ости, сидевшей впереди нас. — Это чтобы мы могли помочь определиться, показать, какой класс что из себя представляет ближе к выпуску. Бесполезная трата времени, можно назвать этот день выходным. — Но не для тебя, новенькая, — Блэк прикусывает нижнюю губу, когда я поворачиваю голову к нему. Вижу, что эта новость доставляет ему большое удовольствие. — Вам достанется от нас с Уайтом, можешь не сомневаться. — Двойкой больше, двойкой меньше, — вставая со звонком, говорит Ади. — Если уж директор называет её одноклассницей, то, может, проведем обряд раньше? Хотя бы внутри класса? — Какой ещё обряд? — их довольные и радостные глаза не предвещают ничего хорошего. — Сделаем это после понедельника, если она не прогнётся под ангельским светом Уайта, — Люцифер берёт меня за руку и выводит из класса. Вижу, как они взглядом убивают друг друга с Дино, который и на меня смотрит с осуждением и недовольством.       Неужто его так обидело, что я не смолчала перед Лилу? Мне надо было поблагодарить её за ненависть и унижение? Ну, ничего, с этим мы еще разберёмся. — Что ты делаешь? — он сразу накидывается на меня, как только мы заходим в пустой кабинет, целуя шею и прижимая ближе к себе. — Люцифер, что происходит?! — пытаюсь его оттолкнуть, но он сильнее вжимает меня в стену. — Почему ты не позвонила вчера? Почему не пришла? Почему не спрашиваешь, что я делал? — Ты тоже не звонил! — упираю руки ему в плечо, заставляя посмотреть на меня. — Это ты уехал из школы, я была здесь! Найти меня труда не составляло. — А мозгами пошевелить трудно было? — он зол. Очень зол. На грани, чтобы не разорвать меня от ненависти, взявшейся непонятно откуда. — Давай попробуем сложить два и два, вдруг узнаем, почему я не набрал тебя первый? Может потому, что ты была с похмелья? Может потому, что ты мило беседовала со своим папочкой, пока я ужинал со своим? Где, дьявол тебя побрал, была твоя поддержка? Или только о себе мозгов хватает думать? — Откуда мне было знать, что ты встречаешься с родителями? Я твоя секретарша? Экстрасенс? Почему просто не подойти и не сказать об этом? — Ты первая начала эту игру! Ты путалась под ногами, постоянно маячила передо мной, все время требовала вытащить твою задницу из проблем, и я делал это, даже когда ты не просила! Я должен думать на сто шагов вперёд, как тебя не обидеть, что сказать, что сделать, а ты даже спросить о чём-то не можешь? — он с силой бьёт рукой по стене, нависая надо мной. — И что взамен? Даже сраного извинения или хотя бы малюсенькой благодарности просто так не скажешь?       Я уже сказала, Люци, даже больше сказала. Просто ты не помнишь. Но ты прав, я — чёртова эгоистка. Не вижу никого, кроме себя, не обращаю внимание на чужие проблемы. — Я постараюсь исправиться, прости. Не думай, что мне плевать на тебя, или я просто использую тебя для своих целей. — Проваливай, Уокер, — он запускает руку в волосы, взлохмачивая их. — Используешь меня, ага. Кто еще кого. — Поговорим потом, — подхожу к двери, стараясь сдержать ком от горечи и боли. — Как успокоишься. — Со стеной поговори, твоего уровня собеседник, — бросает он, когда я выхожу в коридор.       Дальше больше. На уроке у Фенцио Энди садится со мной и делает вид, что всё окей, будто мы уже договорились с ним об этом. Впрочем, мне хватило одних выяснений отношений, вторые, на которые мне в принципе плевать, я не потяну. Одноклассники удивленно смотрят на нас до тех пор, пока я не огрызаюсь в их сторону. Говорят, что «Б» класс — короли лицемерия, что же, может, это и правда, но тогда наш класс — крысиное королевство.       Предупреждаю Энди не заговаривать со мной вне уроков, дабы не навлечь проблем на свою голову. Он сначала удивляется, но после недолгих объяснений принимает мою точку зрения. Он, похоже, думает, что я простила его, но его наивность не моя проблема. Пусть садится куда хочет, главное держится на дистанции и не трогает меня не на занятиях.       В столовой сажусь за стол к Мими и Ади и выслушиваю, какой же «А» класс отвратительный и наивный, что они постоянно лгут и сплетничают. От этих слов становится смешно, и я чуть не захлёбываюсь соком. — Тебе весело похоже? — недовольно шипит Мими. — Рада, что наш класс они опять пытаются принизить? — Издеваешься? — я закатываю глаза. — Не вы ли сейчас сидите и чешите языками, поливая их грязью. Мне просто стало смешно, что за ними вы это замечаете, а за собой нет. — Тебе легко говорить, не тебя же обсуждают за спиной! Не ты же увела парня у Лилу! — Сегодня полнолуние? Ретроградный Меркурий? Что вы все орёте? — массирую виски, стараясь прийти в норму. Давай, Вики, не будь амёбой, прояви интерес хотя бы к своим друзьям. — Что случилось, Мими? — Она ещё спрашивает, что случилось! — мой яростный взгляд заставляет её убавить громкость и начать говорить спокойно. — Дино не хочет идти с нами в кальянную, из-за того, что ты нагрубила Лилу, а я не хочу проводить время с ним, раз он не понимает, что она сама во всем виновата, а ты просто защищала себя и меня, — на одном дыхание произносит она, смотря мне в глаза, а потом начинает есть йогурт, с раздражением запуская туда ложку. — Так, — надо выдохнуть, спина прямая, мысли собраны. — Для начала, твои отношения с Дино и со мной никак не пересекаются с отношениями меня и Дино. Если он не хочет общаться, это не значит, что ты должна выбирать между нами. Дальше, если он не хочет идти с нами, идите куда-нибудь вдвоем, Дино вообще кальяны не очень любит. Втроём сходим в следующий раз, когда ты уделишь время и своему парню. Последнее, если тебя задевает то, что он не понимает, что Лилу зла на меня и на тебя, то поговори с ним, а не срывайся на нас. — Или потрахайтесь, — Ади откидывается на спинку стула. — Результат тот же, слов меньше. — Секс не решает всех проблем, — она уже краснеет от злости. — Тебе бы уже просто перепихнуться с кем-то надо, — не унимается парень. Встаю из-за стола, съев только десерт и апельсин. Аппетит с ними пропадает мгновенно. — Когда спишь только и стонешь. — Представляю, как душу тебя подушкой и не могу сдержаться!       Снова иду на урок к Фенцио, а затем на факультатив к Геральду, где Люцифер продолжает делать вид, что меня не существует, не взглянув ни разу. Не могу сосредоточиться на дебатах, мысли витают, переживаю весь день заново, утопая то в жалости к себе, то к ненависти к остальным. Когда занятие заканчивается, сразу бегу в комнату переодеваться, лишь бы быстрее уехать из школы и расслабиться. Хочу позвать Блэка с собой, но он пропадает из поля зрения за считанные секунды. Стараюсь выкинуть его из своей головы, но это не выходит.       Если Люцифер уже ненавидит меня, имеет ли смысл думать о нем? Смогу ли я что-то исправить? «Ты первая начала эту игру! Ты путалась под ногами…» Может в этом и есть моя суть? Останавливаюсь у его комнаты и пару минут прислушиваюсь к шуму за дверью. — Привычки закрываться у тебя до сих пор нет, Люци, — говорю себе, легко попадая внутрь.       В ванной бежит вода, поэтому я быстро, но тихо подхожу к шкафу и вытаскиваю одну из его худи. Она ещё пахнет им. Под бешеный ритм сердца выхожу обратно и с трофеем захожу в свою комнату. — Я уже решил, что ты передумала, — Ади кивает в сторону вещей на стуле. — Шевели задницей, я выбрал, в чём ты пойдешь, так что давай по-быстрому переодевайся. — Прости, сладкий, но я сама подобрала себе наряд, — залезаю в шкаф и достаю ботинки и колготки в мелкую сетку. — На здоровье, только не разочаруй меня.       Захожу в ванную и одеваюсь, собираю волосы в пучок, не расчесывая их. Вывожу стрелки и обвожу губы красной помадой. Замираю перед своим отражение на секунду, стараясь убить последние следы страха и воспоминаний за сегодняшний день. — Горячо, — его голос низкий и томный, когда я перекидываю планшет в маленькую сумку и надеваю пальто. — Очень неплохо, Вики. — Спасибо, — его улыбка заставляет покраснеть. — Идём? — С тобой хоть на край света.       Мы выходим из школы, и я вижу, как рядом с Люцифером останавливается такси. Видимо, на сегодня у него тоже есть планы. Он замечает нас и уголки его губ ползут вверх. Неизменная черта — улыбаться, когда что-то нравится или наоборот, лишь бы никто не узнал, о чём он сейчас думает. Хочу подойти к нему, но Ади останавливает меня. Блэк отпивает виски из бутылки и показывает нам средний палец. — Что это было? — спрашиваю скорее себя, когда мы садимся в свое такси. — Хотел у тебя спросить, — Ади достаёт сигареты и открывает окно. Слышу запах табака и ментола. — Будешь? — Нет, — отрицательно качаю головой и достаю планшет. Парень пытается заглянуть, но я отворачиваю экран. — Незаконченные картины не показываю. — Как хочешь, — он делает затяжку. — Что у вас случилось? — Лучше расскажи, как твои дела, малыш, — делаю набросок, когда машина съезжает на ровную дорогу. — Обо мне можно поговорить потом. — Мне легче, — мы оба понимаем, о чём идет речь, не произнося вслух лишних слов. — Ещё бы вы давали мне хотя бы минуту побыть одному. — Не дождешься, — кусаю его за куртку и возвращаюсь к работе. — Всю жизнь теперь буду доставать тебя. — Очень надеюсь на это. Как думаешь, у Мими и Дино получится что-то серьёзное? — Не знаю, — этот вопрос правда очень сложный. — Они разные, у них мало общего, кому-то это идёт на пользу, а кому-то мешает. — Если он её обидит, я убью его. — Мими сама убьёт его, — мы смеёмся, представляя всю дорогу их ссоры и подбирая, на какие темы они вообще могут разговаривать.       В кальянной занято столов пять от силы, так что я сразу замечаю Астарота, Джека и, конечно, Люци. За другими столами сидят две девушки, трое парней и парочки. Мы подходим здороваться, я на ходу скидываю пальто. — Шикарный вид, — Джек выпускает дым, скрывая своё лицо, но я все равно смотрю не на него. — Неплохо, — глаза Люцифера горят огнём, а улыбка поистине коварная. Наконец-то мне удаётся привлечь его внимание. — Присоединитесь? — Астарот отодвигается, уступая нам место, но я отрицательно качаю головой. — В другой раз, — наклоняюсь к Люци и целую в уголок губ. Он не сопротивляется, но и не отвечает мне. — Может, позже.       Садимся напротив них и заказываем кальян. Пока его забивают, я делюсь с Ади тем, как закончился мой субботний вечер. — Вики, он точно всё помнит, — его рука ложится на моё плечо, сильнее прижимая к себе. — Да уж, угораздило же тебя влюбиться за неделю. — Я не говорила, что влюбилась, я сказала, что начинаю… — не знаю, имеет ли смысл сейчас искать себе оправдания, но старательно делаю это. — К тому же, какая разница? Я не требую взаимности и не прошу жениться на мне завтра… — О чувствах не говорят просто так. Ты или хочешь получить разрешение любить его, или найти повод расстаться. — Или я просто сказала то, что было в голове, — кальянщики приносят два кальяна, и мы с удивлением смотрим на них. — Парни с того стола, — он показывает на незнакомых мужчин, на вид которым около двадцати, может, двадцати пяти лет, — передали для девушки. — Можете унести обратно, — сухо отвечает Ади. — Если она захочет, мы сами закажем второй, — работник пожимает плечами и уходит, прихватив лишний паровой коктейль. — Пиздец, — произносит парень, и я понимаю, что он скорее прав, чем ошибается. Люцифер прикусывает щёки, а Джек и Астарот уже хрустят костяшками. — Успеть бы покурить. — Расслабься, — я снова включаю планшет и принимаюсь рисовать. — Мы отдыхаем, всякое бывает. — Ты права, — чувствую усмешку в его голосе, но лицо Ади по-прежнему серьёзное. — Отшей их как можно быстрее, если понадобится.       Я киваю и продолжаю работу. Я обещала себе не рисовать портреты одних и тех же людей, но ничего не могу с собой поделать. Его глаза, руки, татуировка, улыбка… Он бывает таким разным, что нельзя сказать, что это один и тот же человек. Часто он скрывает свои эмоции, но иногда они выплёскивается наружу, несмотря на безразличное лицо. — Ви, — Ади протягивает мне трубку, — ты хочешь перевестись к нам? — Не знаю, — я делаю затяжку, кислый вкус приятно щекочет небо. — Вряд ли с «А» классом у меня выйдет что-то хорошее. — Здорово ты уделала Лилу сегодня, — он прикусывает губы. — Как-то раз в шестом классе она спалила меня на списывание и сдала Геральду. Я потом подложил ей листок с ответами по математике и рассказал Фенцио, что он у неё. Хоть он и поверил в её невинность, она ходила недовольная и пыталась выяснить, кто это сделал. — А для чего это нужно было? — Предателей никто не любит, Ви. Тем более в нашем классе. — Расскажи ещё про ваш класс. Какие у вас отношения? Правила? Что за обряд вы совершаете? — Не переживай, крошка, ты узнаешь всё, — он отводит взгляд в сторону. — Блядь, ну говорил же. — Извините, милая девушка, но мы хотели бы вас угостить, — к нашему столу подошли те самые мужчины. Один был с тёмными волосами и тёмными глазами, а два других — шатены. — Я Клаус, это Трэв и Марк. — Прощаю, — блокирую планшет, чтобы никто не видел моего рисунка и пододвигаюсь ближе к Ади. — До свидания, Клаус, Трэв и Марк. — Зачем так скоро прощаться? — они уже готовы сесть на соседний диван, как Джек хватает одного из них за плечо. — Девочка отдыхает, давайте не будем ей мешать, — голос Астарота добрый и ласковый, словно он самый безобидный человек на планете. — Мы не мешаем, а составляем компанию, — Трэв скидывает руку, державшую его и выпрямляется. — Девушка не против. — Против, — Ади встаёт и подходит к остальным. — Она понятно выразилась. — Хочешь поговорить? — Марк выходит вперёд. Он выше и сильнее двух других. — Давай выйдем и обсудим. — Вики, сиди здесь, — Джек произносит это и хлопает Асторота по спине. — Мы ненадолго. — Я пойду с вами! — отправлять их одних — полная глупость. Я знаю, на какие разговоры они намекают. — Мы просто поболтаем, — Ади смотрит на меня, и я не нахожу сил сопротивляться ему. — Если что, я тебя позову.       Они выходят, и я жду пару минут, лишь потом направляюсь за ними. Люцифера не было видно, надеюсь, что он уехал, но эта надежда разбивается о скалы, как только я спускаюсь по железной лестнице. — На каком языке тебе сказать, чтобы ты понял? — Люци пинает в грудь Марка и тот падает, запнувшись в своих ногах. — Блэк, Вики, — Астарот произносит это тихо, смотря на меня, и потом подскакивает к другу, успевшему нанести пару ударов. — Блядь, Блэк! Вики! — он оттягивает его замахнувшуюся руку.       С силой сжимаю челюсть, переводя взгляд от одного парня к другому. Мужчины в целом в порядке, встают и отряхивают одежду. У Ади разбита губа, которую он вытирает краем своей толстовки. — Хоть покурить успел, — шутит он, но меня это совершенно не веселит. — Пойдёмте, — Марк встает с земли и схаркивает кровь на пол. — Кальян за ваш счёт, пацаны. — В следующий раз познакомимся, Вики, — Клаус протягивает руку моим друзьям и они жмут её в ответ, перед тем как разойтись.       Никогда не пойму мужскую жажду решать что-либо через силу. Им скорее интереснее набить друг другу лица, чем вообще познакомиться с девушками, иначе бы они подошли к одиноко сидящим и стреляющим в них глазками дамам.       Всё ещё не могу расслабиться, зубы так и скрипят от злости. Смотрю на парней, закуривающих сигареты и смеющихся от этой ситуации. Чертовы адреналиновые наркоманы. Замечаю, что самый высокий из них Астарот, поправляющий русые волосы одной рукой и размахивающий сигаретой во время пересказа второй. Он косится на меня чёрными глазами и подмигивает, вновь возвращаясь к обсуждению драки. — Довольны? — подхожу к Ади, которому досталось по лицу и выкидываю его сигарету. Притягиваю его к себе и смотрю на рану. — Заживёт, придурок! — Конечно. — Вы чем думали? — делаю шаги назад и оглядываю их с головы до ног. — Хорошо отдохнули? Понравилось? — В целом нормально, только за счет больше платить, — отшучивается Астарот.       Смотрю на Люцифера, так и хочется врезать ему самой. Он не то, чтобы не считает себя виновным, он гордится собой, я вижу это по его глазам. — Ты, — с силой тыкаю пальцем ему в грудь, и улыбка на его лице расплывается ещё больше, — какого хрена, Люцифер? — Расслабься, новенькая, — он делает затяжку и выдыхает в сторону. — Мне надо было выпустить пар. — Выпускай на ринге! — Или в постели, — поправляет Ади и все, кроме меня и Люци, смеются. — Пошли, Ви, выпьем и успокоимся, — он берёт меня за руку, но я выдергиваю её и иду вперёд.       В кальянной нам дают аптечку, и я обрабатываю сначала лицо Ади, а затем руку Люци, на которой разбиты костяшки, и последней ладонь Джека, обцарапанную об асфальт. — Вики, как мамочка, — шутит Асторот, обошедшийся без единого синяка. — Даже обидно, что мне не досталось. — Не начни жалеть о своих словах, — сквозь зубы говорю я. — Что ты вышла вообще, новенькая? — Люцифер раскидывает руки на спинке дивана, когда я смотрю на него. — И без тебя всё было в порядке. — Я вижу! — запускаю руку в волосы, убирая с лица выбившиеся пряди. Они просто сведут меня с ума. — Я еду в школу, не буду больше вам мешать. — Уже поздно, надо было раньше, — нам приносят новый кальян. — Давай докурим и поедем все вместе. — Я подброшу Астарота, — Джек прикусывает губы, чтобы не улыбаться. — Поехали сейчас? — Бля, ну, поехали, — парень поднимается, поправляя своё чёерное с нарисованным черепом худи, и прощается со всеми. Явно не особо рад, что ему приходится уезжать одним из первых, но по-другому у друга не будет повода поговорить с Ости. — Может, сыграем? — пока ребята ещё не вышли из помещения, предлагает Ади. — Во что? — ну, да, вы же не наигрались? На здоровье, если это не связано с мордобоём. — Например, в «Я сплю в твоей кровати», — он встаёт и хлопает меня по плечу. — Желаю удачи, крошка, но я уже выиграл. — Что? — я непонимающе смотрю ему в спину. — В смысле в моей? — Мне нравится игра, — Блэк с ухмылкой смотрит в мои глаза, выпуская дым в сторону. — Я сплю в своей кровати. — А мне что делать? — Что за тупые игры вообще? К чему этот спектакль? — Дай кальян, пожалуйста. У меня от вас башка раскалывается. — Держи, — он протягивает мундштук, и я стараюсь спрятаться за дымом. — Теперь ты говори, в какой кровати спишь? — Что за прикол? В моей кровати Ади, я с Мими значит, — спать с Мими кошмар, я это на коттедже ещё поняла. Не знаю, как Ади её терпит, но она лунатик и постоянно что-то говорит во сне. — Или в его комнате буду спать. — С Астаротом, — он промурлыкивает имя, словно радуется такому исходу. — Нет! — я не против парня, считаю его порядочным и достойным, но спать с ним в одной комнате точно не стану. — Тогда вариантов не остается, — он притягивает меня к себе и шепчет на ухо. — Будешь спать в моей кровати. — А правила? — возмущаюсь слишком наигранно. Давай, Вики, ты умеешь лучше скрывать свои чувства. — Мы не будем нарушать устав, новенькая, ишь что захотела, — он тихо смеётся. — Просто поспим вместе. У одной учительницы младших классов сегодня день рождения, Геральд будет там, так что никто не будет мешать. — Почему ты сначала отталкиваешь меня, а потом притягиваешь назад? — выдыхаю ему слова в губы. Он — сумасшествие, безумие и наркотик. Его голос, действия, взгляд срывают мне голову. — Из-за твоих действий, — он легко целует меня и продолжает. — Ты думаешь только о себе, но то, как ты это делаешь, просто восхитительно, — его рука скользит по моей ноге вверх, задирая худи. — Зачем ты украла мою вещь, новенькая? — Чтобы ты заметил меня, — не могу больше. Вцепляюсь ему в губы и прикусываю их, а затем ласкаю языком. — Чтобы ты знал, что я могу это сделать. — Я в тебе не сомневаюсь, Бони, — хмыкает он и отстраняется. — Надеюсь, что ты остановишься на моём гардеробе и будешь там оттачивать свои навыки, — он на секунду задумывается. — Или, может, взять тебе такие же в магазине? — В чем их смысл, если они не пахнут тобой, Клайд?       Мы садимся в такси и едем обратно примерно в полдесятого. Показываю Люциферу свой набросок, и он смотрит дольше обычного. — Ты не только лица умеешь рисовать? — в его голосе слышу удивление и восхищение. — Люци, я рисую чуть ли не с рождения, конечно, не только лица, — ещё раз приглядываюсь к своему рисунку. — Нравится? — Да, — он обнимает меня за плечи. — Когда увидел тебя с красной помадой, и ты ещё собралась куда-то, так хотел размазать её. — У тебя это удалось, — вытираю следы от поцелуев с его губ, но они слишком стойкие. — Скинешь мне на почту, как закончишь? Выставлю в инстаграм, — он пару секунд смотрит на своё изображение. Я нарисовала его с бутылкой виски и показывающего фак, со всей злостью и желчью, которые были в нём тогда. — Сможешь нарисовать картинку по истории, например? Ассоциацию с произведением… — Смогу, — отвечаю не задумываясь. — Ты что-то конкретное хочешь? — Дочитаю Данте и дам тебе. Нарисуй, что в голову придет. — Зачем? — мы выходим из такси и идём в сторону школы. — Просто чтобы знать, какие цвета использовать, какой формат. — Черно-белый рисунок, а дальше на твоё усмотрение, доверяю твоему вкусу, — он снова улыбается. — Только никому не показывай, хорошо? — Если тебе так этого хочется, то ладно.       Собираю быстро вещи из комнаты и выбегаю из неё. У меня не было ссорящихся родителей, или я не помню этого, но думаю, что это выглядит примерно как то, что происходит сейчас между Ади и Мими, когда она пытается допросить его о разбитой губе. Старательно держу рот на замке, когда она задаёт вопросы и исчезаю так же быстро, как и появилась.       Люцифер уже в своих шортах лежит на кровати и читает. Его тело в синяках, и это заставляет меня снова почувствовать гнев, но его болезненная улыбка говорит о том, что получил он их явно не сегодня. — За что он так с тобой? — закрываю дверь и скидываю ботинки. — За то, что я его сын, — возвращаясь к чтению, отвечает Блэк. — За то, что не приехал на каникулы, — я снимаю колготки и залезаю к нему, целую один синяк за другим, пока он продолжает. — Причин может быть куча, Вики, результат всегда один. — Почему ты ему ничего не скажешь? — он убирает книгу и крепко обнимает меня. — Давай не будем об этом, ладно? — поцелуй в лоб кажется почти невесомым, но я понимаю, что в нём больше чувств, чем в самом страстном на свете. — В следующий раз, будь добра хоть раз в день написать.