Эй, новенькая!

Нужно одеться теплее, сегодня его чувства будут холодные, как лёд. Я сегодня буду холодная, как лёд.

      Мы просыпаемся втроём в одной кровати ближе к обеду. Мими вчера всю ночь то кричала, то рыдала, то пыталась выйти из комнаты и устроить разнос Люциферу и Дино после того, как парни вернулись из больницы. Я же лишь нашла в себе силы продолжить работать над портретом Астарота, чтобы больше не думать ни о чем.       Но сегодня новый день. День, когда нужно всё обсудить и поговорить нормально. Я не поверю, что Люцифер может так легко оттолкнуть меня, не поверю, что между нами больше ничего нет. Он любит меня, он признался в этом, он не мог соврать мне. Я пытаюсь найти сто одну причину оправдать его, но не знаю, имеет ли это смысл.       Я ощущаю себя пустой и холодной. У меня нет желания с кем-то делиться своими чувствами, все равно никто не поймет. Они все по сто раз говорили, что так все и закончится. Надеюсь, они рады, что оказались правы.       Мои мысли вызывают во мне злобу и гнев, кажется, я начинаю ненавидеть своих друзей, но это неправильно. Ребята хотели меня подготовить, хотели сделать так, чтобы мне было легче пережить разрыв… Что же, у них это не вышло.       Мими заходит вместе со мной в ванную, сверля недовольным взглядом. Я знаю, что она хочет сказать и что попросить, но я слишком опустошена, чтобы первой начать этот нелёгкий разговор. — Это всё из-за Люцифера, — сквозь зубы произносит она, когда я встаю под душ. Прикрываю глаза, чтобы не наброситься на неё сразу и дослушать её словесный понос. — Он ему что-то сказал! Дино бы не расстался со мной так легко! — Тебя злит, что вы расстались или что не ты его бросила? — язвительно замечаю я. — Ты ещё в самолете говорила про расставание, Ми, так что не делай вид, что тебе это не выгодно. — Всё должно было быть не так, — спустя пару минут сладостной тишины продолжает подруга, когда я уже думаю, что потеряла её. Как же хорошо, когда ты можешь высказать всё в лицо и не бояться, что человек обидится или отвернётся от тебя. Будь на месте Мими Лилу или ещё кто-то, мне бы приходилось подбирать слова, чтобы собеседник не подумал, что я его отталкиваю или обвиняю. С Ми всё не так… Она легко принимает правду, какой бы жёсткой и неприятной та ни была. — Мы должны были остаться друзьями. — Ты думаешь, ему нужна твоя дружба? — я накрываюсь полотенцем и выхожу, запуская подругу под тёплую воду. — Думаешь, Дино было бы приятно видеть тебя с другими и притворяться, что ему всё нравится? — И что мне делать, Ви? — наконец-то она перестаёт играть роль брошенной девушки, открываясь передо мной полностью. — Я не хочу оставлять такие воспоминания. — Будь собой. Просто будь собой, и всё наладится, — я выхожу из ванной, переодетая в кофту Люцифера и джинсы. Его запах успокаивает и придаёт уверенности, которая явно мне сегодня понадобится. — Легко тебе говорить, — лишь слышу напоследок, отчего непроизвольно закатываю глаза.       Ади сидит на кровати и подкидывает монету. Вид у него более задумчивый, чем обычно, что вызывает во мне тревогу. Если он что-то задумал, если хочет также подраться с Дино и Люцифером, то я лучше сама дам ему по лицу.       Как только дверь закрывается, парень прячет свой талисман в карман и сразу обнимает меня, легко целуя лоб. Мне хочется зарыдать от этой нежности, но я сохраняю хладнокровие и безмятежный вид, легко освобождаясь из его рук. Мне нужно держаться, нужно быть сильной и не расклеиться. Я должна быть такой для остальных, должна помогать им, несмотря на то что сама разбита полностью. Да, я понимаю, что Мими не нужна моя поддержка, ей нужный душевный разговор с Ади, которого раньше оберегала она, но я нужна Дино. Я должна ему сказать, что впереди его ждёт куча счастливых моментов. Жаль, но единственный человек, который мог бы помочь мне самой, является причиной моего отвратительного состояния. — Всё будет в порядке, — с натянутой улыбкой произносит он. — Всё к лучшему, язва. — Спасибо, — тихо отвечаю ему. Ади первый из нас потерял свою любовь, теперь, похоже, это произошло и со мной. — Может, вместо театра прогуляемся? — Но Мими… — Тогда без обид, если я буду с Дино, ладно? — он положительно кивает, понимая, что сегодня мы проведём время по разную сторону баррикад. — Наши с тобой отношения от этого же не испортятся? — Конечно, нет, Ви, — с улыбкой произносит он. — Прости меня за всё. — И ты прости, — на автомате произношу я. — Обсудим всё позднее, — я хватаю свой рюкзак, в котором уже лежат планшет и книга о Дьяволе, которую дал мне пару дней назад Люцифер. — До вечера.       Я не знаю, за что он извиняется, но это меня сейчас волнует не так сильно, как поведение Блэка. Он все дни после клуба ходил недовольный, мало разговаривал, и было заметно, что отстранился от меня после заявления о том, что я поступлю в КРАСТ. Люци сказал, что он и отношения на расстоянии никогда не будут пересекаться, так что наша ссора произошла именно из-за моего желания учиться в ВУЗе, о котором я всегда мечтала.       И что мне тогда ему сказать? Что он зря так поступил? Что это неправильно — рвать отношения, ничего не обсудив? Что не стоит бить моего лучшего друга, вымещая на нём свою злость? Люцифера словно подменили, словно это не тот парень, который заботится и помогает всем, словно ему плевать… Хорошо, что он показал это сейчас, так у меня нет поводов выбирать между ним и своим будущим.       Вот значит кто это — старый Люцифер Блэк. Эгоист и грубиян, не способный контролировать свою злость, свой гнев и свои чувства. Он разрушает всё на своём пути, он готов идти по головам, если преследует какую-то цель. Он готов наполнить каждого своей желчью, лишь бы ему было хорошо и легко.       Мими говорила об этом не раз, но я не верила ей. Я не знала Люцифера таким и думала, что никогда и не узнаю. Я искренне верила, что ради меня он стал другим, но это было лишь притворство… или даже притворства не было? Разве он хоть раз извинялся за драки, свидетельницей которых я была, передо мной? Он же знает, что я не переношу насилие, что не принимаю такое поведение. Но нет, ни с Дино, ни с Астаротом, ни в кальянной он не просил прощения за свою несдержанность. Он оправдывал себя, а я его… А сколько было таких случаев, когда я и не знала, что он распускает руки?       Дино и Люци пьют кофе, когда я захожу к ним на кухню, которую они отмывали прошлой ночью. У Уайта всё лицо опухшее и измазанное йодом, а у Люцифера лишь кровоподтеки под глазами, разбитый нос и лангета на левой руке. Как я поняла, он вчера ударился ею об кафель так сильно, что у него треснули кости на двух пальцах. Хотя бы нет переломов, и то хорошо. — Доброе утро, — произношу, когда достаю из холодильника десерт и ставлю завариваться кофе. — Выспались? — Остроумничаешь? — Люци задерживает взгляд на моей кофте, а потом снова опускает его в книгу. — Дино, передай, пожалуйста, блины. — Нам надо поговорить, — отвлекаю их от собственных мыслей и столь дружелюбной беседы, которая, судя по нависшему напряжению, может закончиться так же, как и вчерашняя. — Это серьёзный разговор. — Я не в настроении, — Блэк перелистывает страницу и начинает есть свой завтрак или обед, но я лишь в наигранном удивлении выгибаю бровь. — А ты кулинар, Уайт. — Я и не с тобой собиралась разговаривать, — с усмешкой говорю я, но мою грудь словно разрывают тысячу осколков. Если бы он предложил пойти и обсудить всё, я бы без раздумий сделала это. — Дино, прогуляемся? — Конечно, Ви, — он залпом допивает свой кофе, вставая из-за стола, и поворачивает голову к Блэку. — Пиши если что. — Не дам тебе заскучать, ангелок, — подмигнув, отвечает Люци и вновь косится в мою сторону. — Хорошей вам прогулки.       Он правда меня бросил. Он правда похоронил единолично наши отношения, даже не пытаясь объясниться. Ему либо совершенно плевать на меня и мои чувства, либо он не хочет делиться своими. Только вот мне нет никакой разницы от этого, я при любом раскладе потеряла его. Что же, Блэк, в таком случае ты ещё пожалеешь об этом.       Выходим с Дино на улицу и прогуливаемся между домов, смотря себе под ноги. Я не знаю, что ему сказать и как поддержать, а он, видимо, тоже не понимает, как можно помочь мне. На детской площадке садимся на скамейку, облокотившись друг на друга, и наблюдаем за детьми, пытающимися слепить снеговика из мокрого снега и грязи. Мы с Уайтом тоже, в каком-то смысле, лепили свои отношения из говна и палок, называя их прекрасными. — Знаешь, а ведь мы могли бы сейчас пойти в комнату и потрахаться, чтобы отомстить им обоим, — усмехнувшись, говорю я, чувствуя, что ничего, кроме самоиронии, во мне больше не осталось. Я даже не знаю, как правильно выразить ту боль внутри меня, которая разрывает сердце. Если я дам себе слабину, то меня долго надо будет собирать по частям. — Ты говоришь, как Блэк, — обнимая меня одной рукой, отвечает Дино. — Сильно вчера испугалась? — Честно, я стараюсь не вспоминать этот день. А ты? — Я хочу забыть не только вчера, но и всё, что было с конца лета… Кроме тебя, конечно. — Взаимно, Дино, — я целую его в щёку, а потом снова обессилено кладу голову на его плечо. — Почему ты не попытаешься её добиться, не предложишь варианты? — Знаешь, Вики, — недолго помолчав, начинает Дино, — вы всё же с Люцифером очень похожи, но у вас такой разный подход к миру… Возможно, это из-за жизненного опыта, не знаю, но вы на пару предлагаете различные варианты, которые потом самолично будете отметать, как негодные для себя самих, — мы встаём со скамьи и вновь начинаем петлять кругами. — Давай ты сначала поговоришь с ним на ту же тему, а потом со мной? — Но ты же уже всё решил… — Тогда просто прими это. Тяжело говорить, но я больше согласен с мнением Блэка, чем с твоим. — Зря я выбрала «Б» класс, — произношу тихо, пиная маленький камень по очищенному тротуару. — Так бы сейчас более охотно думала о школе, да и ты бы выиграл свои деньги. — Я поставил на «Б», Ви, — Дино останавливается, заглядывая в мои глаза. Я даже не нахожу сил удивиться этому заявлению и лишь киваю. Что же, даже мой лучший друг, президент «А» класса, не посчитал, что я смогу перевестись к ним. Это придаёт иллюзию уверенности, что, возможно, я и вправду не допустила ошибку, когда писала тест. — Поверь, тебе там будет лучше. — Мне будет больно. — Мы с тобой с этим справимся. Мы станем сильнее и лучше, — я поднимаю на него глаза, но снова не чувствую ничего, кроме усталости и желания быстрее вернуться домой. Уайт даже не замечает этого, а я не хочу его расстраивать, что такой вариант у нас точно не прокатит. — Пошли, Ви, ты замёрзла. — Все никак не отогреюсь со вчерашнего. Впрочем, ты меня понимаешь.       Возвращаемся домой, откуда уже уехали Мими и Ади. Хорошо, что они не пересеклись, так день может пройти чуть-чуть легче и спокойнее. Дино поднимается к себе, чтобы отоспаться, обнимая меня на прощание. Люцифер по-прежнему сидит на кухне и читает, но когда я захожу за водой, чувствую его взгляд на себе. Он пытается со мной играть так же, как делал это с Ости, не отпуская далеко, но я не намерена поддаваться. Я буду давать ему отпор, буду сопротивляться, как бы мне ни хотелось поступать иначе. — Ты так глазеешь, будто хочешь что-то сказать, — уголки губ Дьявола ползут вверх, но он продолжает хранить молчание. — Забавно, как легко я читаю твои мысли, которые так недосягаемы для остальных. — Ты не представляешь, новенькая, что в моей голове, — его глаза загораются огнём, когда он убирает книгу и облокачивается на спинку стула. — В ней я, этого мне знать достаточно, — усмехнувшись, отвечаю ему. Если ты не хочешь отпускать меня далеко, то я тоже буду держать тебя под рукой, Люцифер. — Я знаю, что ты не любишь никого пускать в свою голову и сердце, но я там уже поселилась. — Не переживай, — улыбка сползает с его лица, — я соберу твои вещи и выставлю их за порог. Между нами будет такая пропасть, которую ни с чем нельзя сравнить. — Повторяй себе это почаще, Люцифер, — отвечаю я, выходя из кухни, стараясь сохранить ровный голос, который вот-вот готов предательски сорваться. — Ты всегда будешь оборачиваться на меня, когда я появлюсь на горизонте.       Игра. Между нами игра двух людей, которые соревнуются в силе своего характера, в силе своего безразличия. Игра, в которую я проиграла ещё на старте, но старательно скрываю это. Если Блэку так легко даётся расстаться со мной, то я ни в коем разе не должна показать, что страдаю от этого.       В комнате бросаю рюкзак на кровать и стягиваю свою кофту. Мне нужно выплеснуть свои эмоции, нужно скрыться из этого мира, так что я сразу берусь за портрет Астарота. Эта работа поможет мне. Эта работа будет моим спасением.       Вывожу линии, старательно игнорируя подступающие слёзы, когда добираюсь до теней, в которых прячу портрет Люцифера. Его образ должен быть ненавязчивый, должен быть незаметный. Он должен быть таким, чтобы только я могла его разглядеть. — Привет, — здороваюсь я, набрав номер Хэнси. — Как твои дела? — Все отлично, красавица, — слышу, как он затягивается сигаретой и как на заднем фоне смеётся Джек. Они ещё ничего не знают. — Как твои? Я уже соскучился. — Потрясающе, — вру, даже не краснея. — Я тоже скучаю, Астарот. Скорее бы в школу и увидеть тебя. — Я тоже мечтаю только об этом, Ви.       Мы болтаем минут тридцать, пока я рисую два обнимающихся силуэта в его глазах. Интересно, когда он узнает о том, что я и Люци расстались, что он сделает? Как отреагирует на это? Возможно, что мой сон в самолёте был не просто сном…       Джек перехватывает трубку и спрашивает, как там Уайт, но я лишь отшучиваюсь. Если я скажу им, что они с Блэком подрались так, как никогда в жизни, то парни сразу всё поймут. Пусть не переживают и отдыхают спокойно. Я знаю, что за то время, которое они провели вместе, ребята сблизились. Они смогли найти общий язык, смогли подружиться… Даже Блэк стал другом Дино, пусть и не хочет этого признавать. — Представляешь, — неожиданно для себя говорю я, когда Астарот забирает свой телефон обратно, — Дино и Мими расстались. — С Уайтом всё хорошо? — недолго помолчав и что-то обдумав, спрашивает парень. — Справляется… Но видно, что ему больно…       Я говорю это для себя. Прикрываясь отношениями друга, я рассказываю про свои. Он не должен узнать раньше времени, не должен узнать от меня, что между мной и Люцифером всё кончено. Блэк сам должен сказать ему это. — Ему не повредит прощальный секс, — шутит Астарот. — Когда знаешь, что это конец, секс помогает выкинуть все чувства из головы.       Я убираю кисть и смотрю на свою работу, пока Хэнси накидывает варианты, чем сможет теперь заняться с Дино, чтобы отвлечь его. Он предлагает сходить вместе в клуб, съездить на выставку другого художника, но я его не слушаю, внимательнее приглядываясь к деталям портрета. Я смогу закончить его в ближайшие дни, нужно лишь теперь дорисовать фон, который не займёт много времени.       Астарот ошибается — Дино не поможет веселье и тусовки, он не такой человек. Скорее всего, когда начнется новая четверть, мы с другом погрузимся в учёбу, ограждаясь от окружающего нас мира. Это отличный и хорошо подходящий нам способ, который поможет спрятаться от боли и страданий. Я уже так поступала после смерти Сэми, а в этот раз, я уверена, будет куда проще и менее болезненно. Блэк хотя бы жив, он не исчезнет окончательно. Во всём можно найти плюсы, верно?       Идея о прощальном сексе не выходит у меня из головы, когда я прощаюсь с Астаротом и Джеком. В этом есть своя логика. Возможно, так мне будет проще отпустить, я смогу выплеснуть все свои эмоции, всю свою боль и оставить Люцифера, как он того и хочет, но уже на своих условиях.       Я выхожу из комнаты в лифчике, так и не накинув ничего сверху, и вновь спускаюсь на первый этаж. Люци по-прежнему сидит на своём месте, дочитывая книгу и что-то выводя в ней карандашом. Вот же чёрт, теперь я больше не смогу наслаждаться его почерком, которым он делает заметки и подчёркивает интересные и важные места…       Вырываю «Подростка» Достоевского из его рук и отшвыриваю на стол, садясь на Люцифера сверху, пока он не отрывает взгляд от моих действий, озаряя лицо нежной улыбкой. Долбанный Дьявол, создавший и разрушивший мой мир… Дьявол, глаза которого будут преследовать меня всю жизнь. — Что ты делаешь? — притягивая меня ближе, спрашивает Люци, опуская руки на мои ягодицы.       Я не отвечаю, жадно впиваясь в него губами и пробуя их на вкус. Мои руки скользят ему под футболку и поглаживают пресс. Он сам желает этой близости, я чувствую это, когда он подтягивает меня ближе к своему члену. Наши языки сплетаются, внизу живота начинает потягивать, а боль в сердце отступает, когда я стягиваю верх его одежды, а Люцифер расстёгивает мои джинсы, запуская руку в трусики. — Новенькая, ты уже мокрая, — облизывая свои пальцы, низким голосом произносит Блэк. — Я… — Прощальный секс, — тихо перебиваю я, вновь накрывая его губы.       Взгляд Люцифера меняется за секунду. Его алые глаза наполняются обжигающим и разрушающим всё огнём. Он убирает свои руки и отворачивает голову, не давая больше поцеловать его. Вот оно, доказательство его любви. Он не говорит прощай, не говорит о разрыве прямо. Он не отпускает меня, но, чёрт, это делает только больнее. Иллюзия того, что однажды мы снова сможем быть вместе, готова разорвать мне сердце, но я нахожу в себе силы выдавить улыбку. — Проваливай, — грубо произносит он, а затем вновь поворачивается ко мне лицом. Он готов убить меня на месте, готов столкнуть с себя, но продолжает ждать, когда я сама слезу. — Больше не приближайся ко мне. — А-ха-ха-ха, — смеюсь я, откидывая назад голову, когда Люцифер, подхватив свою футболку, выходит из кухни.       Смех, перемешанный с отвращением к собственной персоне. Я сделала это. Я вывела Люцифера Блэка, я доставила ему боль и страдание, которыми он наградил меня ранее. Чёрт, это можно считать маленькой победой. Победой над самим Дьяволом. Хоть мне и не легче от этого, я чувствую в себе силу, которая способна разрушать всё, что мне не угодно.       Гори все огнём. В пекло мои чувства, в пекло правила, в пекло отношения. Я могу и буду получать удовольствие, и плевать, что остальным это не понравится.       Накидываю куртку и выхожу в магазин, чтобы купить алкоголь. Нужно отпраздновать. Нужно отметить мою свободу, мою новую жизнь. Сегодня я напьюсь так, что забуду обо всём плохом, что когда-либо происходило со мной. Мое будущее нуждается во мне, прошлое — нет. Надо двигаться вперёд, как бы ни хотелось остаться и топтаться на месте.       По пути прогуливаюсь в парке, наслаждаясь свежим воздухом и собственной ненавистью. Я должна пересилить себя, должна придерживаться своего плана. Я буду получать удовольствие, я поступлю в КРАСТ, я буду учиться и веселиться. Я буду делать всё, чтобы не вспоминать эти каникулы.       Люцифер прав, я больше не вернусь на Аляску. Мне здесь душно, мне больно и отвратительно, но я не хочу больше чувствовать это. «Знаешь, чего я добивался? Чтобы ты возненавидела эту Аляску, возненавидела свою комнату, возненавидела сноуборды. Я целовал тебя, я обнимал тебя, я прикасался к тебе везде, чтобы разрушить твою жизнь! Ты больше никогда не сможешь вернуться сюда, не вспоминая меня, при этом не чувствуя боль, словно кровь во рту! Я разрушал тебя и твою жизнь самым красивым и изящным способом, а ты даже не понимала этого!» — сказал он вчера. Ты добился своего, Люцифер. Теперь будь готов, что ты возненавидишь свой бокс, школу, стрельбу и всё, что дорого тебе.       Когда возвращаюсь, застаю Уайта и Блэка на улице с чемоданами. С равнодушным лицом прохожу мимо бывшего бойфренда, не спускающего с меня взгляд, и встаю рядом с другом, который натянуто улыбается. — Мы в Амстердам, Ви, — он обнимает меня и наклоняется к моему уху. — Не могу видеть её, мне надо отойти. — Я буду скучать, Дино, — я принимаю его выбор. Если ему будет легче в компании парней, то так тому и быть. — Спасибо, что был рядом. — Тебе спасибо, — он убирает прядь моих волос, смотря мне за спину, где продолжает курить Люцифер. — Новенькая, — произносит Блэк, выдыхая дым, — не знаю, что бесит меня больше, — Дино отходит в сторону, давая нам возможность поговорить. — То, что я долго тебя не увижу, или то, что потом буду видеть каждый день. — Тебя бесит, что ты всегда будешь желать увидеть меня, — язвлю я ему. — Ты… — Люблю тебя, — спокойно говорит он. — Повторяй себе это почаще, — садясь в подъехавшее такси, заканчивает наш разговор Люцифер.       На кой хрен он говорит это?! На кой хрен продолжает издеваться?! Он сам создаёт мою ненависть, которая будет разрушать его. Всем воздаётся за грехи, Блэк, и тебе тоже воздастся.       Ади и Мими уже вернулись из театра, так что я сразу ставлю бутылки вина на стол и иду переодеваться. Мы снова втроём, как и раньше. Мы будем веселиться, будем танцевать и смеяться, а потом реветь, когда останемся одни, и делать вид, что не замечаем этого.       Кто там в школе есть свободный и симпатичный, кроме Дино и Ади? Может, Астарот? Нет, я не могу играть с его чувствами, хотя это был бы лучший вариант, чтобы насолить Люциферу. Плевать, разберусь на месте. Я найду, как заставить его ревновать, как сделать ему больно и плохо. Я разобью его сердце так же, как он разбил мое.