Ты снова сделала это, малышка

***

      После ухода Гермионы и Сириуса, в гостиной на долгое время воцарилось молчание. Джинни и Ремус постоянно переглядывались, явно стараясь понять, что испытывают другие люди. Всё-таки это их друзья, и они хотят для них лучшей судьбы, чем проживание в далёкой стране из-за осуждения окружающих. Гарри улыбался, стараясь показать, что он только за. Рональд пылал и несколько раз рвался пойти наверх, посмотреть, чем они занимаются. — Если ты никогда не видел, как люди занимаются любовью, то я тебе журнал могу дать! — со злостью проговорила Джинни, прожигая брата взглядом. — Но это же фу! — его рот не закрывался, стараясь показать, насколько ему противно. — Тут скорее ты — фу, братец, — ухмыльнулась рыжеволосая и, отбросив сомнения, начала расспрашивать остальных, подключая оборотня к разговору.

***

      Каждый лестничный пролёт представлял собой площадку для исследовательской работы. Руки, губы, глаза — они пытались запомнить каждый миллиметр кожи. Каждую родинку и веснушку. Каждый шрам и особенность тела. Они не спешили, потому что знали, что у них есть целая ночь, а затем и жизнь. — Малышка, посмотри на меня, — после того как влюбленные наконец-то добрались до комнаты, Сириус зажёг несколько свечей невербальными заклинаниями, желая видеть. Карие глаза устремили свой взор на него, прожигая. — Ты прекрасен, — прошептала Миона, расстегивая пуговицы на рубашке, освобождая себе свободное пространство для последующих действий. Одна рука мужчины покоилась на её ягодицах, а вторая пыталась расстегнуть молнию на платье. — Как и ты. Вся. Полностью. Твои глаза свели меня с ума, когда я увидел тебя на третьем курсе. Твои пышные волосы манили меня. Твои длинные, стройные ноги притягивали мой взгляд к тебе. Твой голос… Я хотел услышать, как ты будешь стонать мое имя, но мечта осуществилась чуть раньше. Теперь же у меня есть шанс воплотить все твои скрытые мечты, — чуть помедлив, Блэк продолжил, — расскажи мне, детка. Расскажи, что ты представляла, когда делала себе приятно. — О Мерлин, Сириус, — когда его пальцы коснулись обнажённой кожи спины и живота, по всему телу пробежали мурашки, даря не передаваемые ощущения. — Расскажи мне, — более требовательно произнёс мужчина. — Тебя, — запрокинув голову назад, она предоставила больше пространство для исследования шеи. — Что именно, малышка? Расскажи мне все. До мельчайших подробностей, — с особой грацией, волшебники сделали несколько шагов назад, падая в кресло.       Девушка оказалась прижатой к спинке стула, но это показалось ей неудобным, поэтому она повернулась и присела на колени возлюбленного. Проследив за его взглядом, она поняла, что от такой желанной груди его отделяет всего кусок ткани, который нужно потянуть вниз. Именно это она и сделала, откидывая волосы с лица. Данное действие вызвало у Сириуса довольно сильные чувства, потому что его губы в ту же секунду сомкнулись на одном соске, прикусывая его и зализывая невидимые повреждения. — Боже мой, — в голос застонала девушка и, чуть отстранившись, посмотрела на такое-желанное-твою-мать лицо. — Ты же хотел узнать, о чем я думала, не так ли? — Да, детка, — откинувшись на спинку стула, Блэк принялся расстегивать пуговицы на рукавах, чтобы полностью снять рубашку и оголить торс. Наблюдая за тем, как он это делает, внизу живота у Гермионы снова зародилось приятное чувство, которое заставляло подрагивать от желания.— Я жду. — Ты сам попросил, любимый, — хищно улыбнувшись, гриффиндорка начала рассказывать. — Твой язык. Он доставлял мне столько удовольствия, что мне казалось, будто это происходит на самом деле, — приоткрыв рот мужчины одной рукой, она запустила их вовнутрь, легко поглаживая язычок. — Твои пальцы, они вытворяли чудеса и заставляли желать большего, чем эта маленькая заполненность, — схватив руку своей ладонью, девушка провела ею по всему оголенному телу, отдельное внимание уделяя её чувствительны местам. — Твои губы, они исследовали каждый сантиметр тела и приносили небывалые ощущения. Твои волосы щекотали меня и посылали табун мурашек, — она зарылась пальцами в кудри и вдохнула мужской запах. — И только это? — и снова эта замечательная ухмылка и приподнятая бровь, которые так и хотелось стереть с его лица. — Нет, дорогой мой, я только начала, — медленно сползая с его колен, гриффиндорка увидела, как поменялось лицо Сириуса. Как участилась частота дыхания, когда она начала снимать своё платье. Как запылали глаза, когда она, отвернувшись, наклонилась, чтобы поддеть свою одежду и отбросить в сторону, — приступим к самому замечательному. — Что? — Твоё самое интересное местечко, — опустившись на колени, девушка протянула руки к ширинке, расстегивая её, — Я помню, как снимала с тебя эти чёртовы брюки, мешающие насладится тем, что мне правда нужно, — Блэк приподнял таз, давая стянуть с себя штаны вместе с чёрными боксерами. — Я знала, что ты любишь чёрное белье и всегда представляла его таким, — полностью снимая ненужные вещи, Гермиона приблизилась к налитому кровью члену, смотря на возлюбленного снизу вверх. Его лицо выражало настоящую радость, одобрение и, конечно же, похоть. Слишком часто такая картина приходила ему во сне. — Я приближалась к тебе медленно, стараясь оттянуть удовольствие, а затем… — вместо слов пришло время действий. Высунув язык, Грейнджер провела им от основания, до головки, наслаждаясь нежной плотью, которая идеально граничила с шероховатой кожей язычка. Из уст хозяина дома послышался глубокий, горловой стон, заставляя её действовать быстрее и сильнее. Повторив данное действие несколько раз, девушка полностью погрузила мужской орган в свой рот, старательно заглатывая его, как делала модель во взрослом журнале. — Мерлиновы яйца, — прохрипел темноволосый, накручивая пряди волос и насаживая Гермиону ещё глубже. Слова Сириуса напомнили ей и о другом органе, который также не должен оставаться без внимания. Продолжая работать языком и губами, она протянула руки к мешочку под пенисом, нежно прокручивая нужные места. — Затем, я взяла саму себя и сделала то, о чем так мечтала все это время, — не давая мужчине кончить, гриффиндорка потянулась наверх, снова усаживаясь на колени мужчины. Их отделяли лишь кружевные трусики, которые в тот же момент постигла не очень приятная участь. Разорвав тонкую ткань, Сириус пробрался в нежные складочки, собирая влагу. Длинные аристократичные пальцы точно знали, что им необходимо делать. Подойдя ко входу в узкое лоно, он почувствовал, как дернулась сидящая на нем молодая леди, заставляя его войти глубже. — Нетерпеливая моя, — пробормотал в губы мужчина, продолжая работать ладонью, большой палец которой быстро порхал над клитором, то надавливая на него, то сжимая. Через несколько минут, мышцы влагалища стали сжиматься, стараясь вытолкнуть инородное вещество внутри себя, но это лишь раззадорило Бродягу. Осознавая, что она сейчас кончит, тот разорвал связь на несколько секунд, чтобы успеть дойти до кровати. — Потерпи секунду, детка.       Как только он произнёс это, его лицо мгновенно оказалось между ног смущённой всё-ещё-девочки. Устраиваясь поудобнее, он раскрыл одной рукой бутон половых губ, а второй проник в лоно. Язык мужчины начал движения в сторону раскрытой щёлки, отчего двойное наслаждение постигло девушку. Через несколько секунд, после самого протяжного стона, он почувствовал вкус своей любимой. Вынимая пальцы, полностью мокрые, он погрузил их в собственный рот, слизывая влагу от бурного оргазма. — Иди ко мне, — услышал хозяин дома хриплую фразу. Ничего не заставило его ждать, поэтому, приникая устами к любимым губам, он углубил поцелуй передавая девушке собственный вкус. — Ты не только красивая и умная, но ещё и вкусная, малышка, — ему самому уже было сложно сдерживаться, когда такая соблазнительная дама лежала на его кровати, пропитанной её духами, которые он забрал из шкафа, во время уборки, создавая имитацию присутствия Гермионы. — Ты немного испортил мои планы, но я более чем довольна, — мурлыкнула гриффиндорка, перекатываясь на живот. Лёжа сверху на Сириусе, девушка могла чувствовать эрекцию, упирающуюся в её бедро, — продолжим? — Чего ты хочешь, детка? — ухмыльнулся тот. — Тебя, во мне, глубоко, — одна рука нашла волшебную палочку, заранее призванную невербальными чарами. Несколько слов и живот девушки пронзило лёгкое покалывание от противозачаточного заклинания. — Твоё слово для меня — закон, — одной рукой, мужчина принялся снова возбуждать Гермиону, а второй взял свой орган, направляя его в лоно девушки. — Ты знаешь, что будет больно. — Главное, что ты рядом.       Войдя в возлюбленную одним движением, он замер, давая привыкнуть к новым ощущениям. Как ни странно, боль была лёгкой, словно тянущей. Растягивая узкую дырочку, он заметил как выражение неудовольствия сменилось наслаждением. Когда она легонько тронула бёдрами, Сириус начал движение. Сначала нежно, медленно, но вскоре, после очередного толчка девушки, не выдержал. — Как ты просила взять тебя? — рыкнул он. — Грубо, жёстко, сильно, — точно также ответила Гермиона, утягивая мужчину в новый поцелуй. — Детка, ты лучшая, — мурлыкнул он, когда через несколько минут повалился на кровать, рядом с любимой. — А знаешь, почему? — уткнувшись в плечо, прошептала она. — И почему же? — Я хотела понравится самому лучшему человеку на свете. — Так и кто же мой конкурент? — тот, смеясь, прикусил доступный кусочек кожи. — Ну, надо подумать… Конечно же ты, Сириус, — имя прозвучало, будто песня. Настолько это слово ласкало уши Гермионы. — Я люблю тебя, малышка. Всем сердцем, — тихо-тихо проговорил Блэк и, приподнявшись, посмотрел в глаза своей возлюбленной. — Я люблю тебя, Сириус Блэк. Больше, чем сердцем, всем своим существом, — на это раз поцелуй был другим. Целомудренным, в который было вложено гораздо больше, чем просто страсть.

***

      Альбус Дамблдор прибыл на собрание через камин. За столом сразу же воцарилась мертвая тишина. Не было слышно даже дыхания рядом сидящих. Но счастливый директор школы, казалось, ничего не замечал. Он весело напевал какую-то песенку себе под нос, одновременно с этим осматривая стол в поисках виновника торжества. — А где Сириус? У меня для него радостная новость, — быстро проговорил старик после минутного молчания. — Он наверху, — быстро отозвался Рон, радостно оглядывая всех вокруг. Никто не понял, что именно он задумал, но это заставило насторожиться каждого. — Позови его, Рональд, пожалуйста. — Рон, сидеть. Он не спустится сегодня, — будто в подтверждение сказанного Джинни, сверху раздался громкий стон, следом за которым ещё один. — Он уже знает? Решил отпраздновать? — Альбус явно не понимал причину переменного настроения рыжеволосого, поэтому решил поинтересоваться. — Что знает? Нет, он не празднует. А точнее празднует, но не то, о чем вы говорите, — мгновенно ответила Уизли. — Хорошо, допустим, а с кем он там? — немного задумчивым голосом протянул тот, — И где мисс Грейнджер? — Боюсь, вы сами ответили на свои вопросы, директор, — хихикнула Джиневра, смех которой подхватили почти все за столом, за исключением старого волшебника и угрюмого Рона. — Так уже полчаса точно! — простонал тот. — Кажется, понял, но, я думаю, мы поставим отталкивающие звуки, чары, на нашу комнату, чтобы ничего не отвекало нас от нашего собрания. Все согласны? — все кивнули в ответ и принялись слушать отчёты каждого члена, желая, побыстрее очутиться в своих кроватях и уснуть, либо же повторить то, чем занимаются сейчас влюбленные наверху.

***

      Прошло около двух часов, когда новоиспеченная пара смогла насладиться обществом друг друга. Лёжа в объятиях, каждый думал о том, что произошло. Осмысливая, желая повторить и просто размышляя о своём счастье. — Малышка, кушать хочешь? — тихо поинтересовался Сириус, одной рукой оглаживая изгибы фигуры любимой. — Да, я проголодалась, слишком уж насыщенным получился день, — хитро сверкнув глазками, девушка поднялась с постели, не желая даже прикрыться. Мужчина же одним взглядом пожирал её фигуру, уже не желая выходить никуда из комнаты. Накидывая мужскую рубашку, девушка завязала волосы, не желая запачкать их едой. — Собрание уже закончилось наверное, внизу тихо, — проговорила Гермиона и взяв своего возлюбленного за руку, повела на кухню, желая покушать. В одном из коридоров, когда её бедро снова оголилось, Блэк силой прижал её к стене, сразу же запуская руку под её нижнее белье. — Хватит меня провоцировать, дорогая, — рыкнул тот, надавливая пальцем на вход и вызывая негромкий стон у девушки. — Я… Может не тут? Может не надо? — пролепетала она, — давай сначала покушаем. Ещё хоть один раз и я в обморок упаду. — Ещё раз, что? — ухмыльнулся тот. — Даже не знаю, никогда подобного не испытывала, — сказала гриффиндорка, но, заметив хищный взгляд мужчины, испуганно попятилась, упираясь в какую-то дверь, — Я пошутила. Но четыре раза за час… Мне покушать надо сначала. Я не смогу ещё раз, дорогой. — А может, тебе не это надо? — все так же улыбаясь прошептал он и надавил на дерево, по обе стороны от головы Гермионы. Когда она провела рукой по выпирающей части брюк, он чуть сильней надавил на дерево, отчего рука соскользнула и опустившись на ручку, открыла её. — Мисс Грейнджер, мистер Блэк, как мы рады, что вы решили к нам присоединиться, — добродушный голос мог принадлежать только одному магу, а значит собрание ещё не закончено. А значит, сейчас она стоит перед всеми в одной рубашке, которая, возможно, ничего и не прикрывает. Но ещё больше её смущали руки хозяина дома, которые на данный момент покоились не совсем там, где должны быть порядочные ладони. Медленно разворачиваясь, девушка посмотрела в улыбающиеся лица друзей и перевела взор на Сириуса, который точно также ухмылялся. — Бродяга, ты бы дал ей перекусить, а то она ночь не выдержит таким-то темпом, четыре раза за час всё-таки… Да ты - мощь, — сколько бы Ремус не пытался держать свой язык за зубами у него это не получилось. Смех вырвался из его груди яростным лаем, который был подхвачен остальными. — А? Что?! — закричала Гермиона и быстро рванула в сторону двери, пытаясь пробежать мимо Блэка, лишний раз не задевая его кожу. — Куда собралась? — в последний момент он поймал её за талию и притянул к себе. Она, начав брыкаться, быстро успокоила свой пыл, когда оказалась перекинутой через плечо. Чуть пихнув его в спину, гриффиндорка получила звучный шлепок по попе, отчего смех в помещении стал ещё сильней. — Сириус, — все ещё успокаиваясь попытался произнести Люпин его имя. — Покормлю я её, покормлю. Кто ещё будет? — почти все подняли руки и решив перекусить в гостиной, Сириус позвал Кикимера. Посадив красную девочку на стул рядом с собой, мужчина непринуждённо завёл разговор со взрослыми магами. — Что. Это. Было. — когда в их диалоге появился промежуток, девушка повернулась к нему. — Мы должны это попробовать, — наклонившись к её уху, прошептал возлюбленный. Ремус, с другой стороны стола попытался скрыть смех за кашлем, но очень неумело. — Что. Ты. Твою мать. Несёшь, — казалось, что ещё секунда и Гермиона взорвётся. Настолько злой она выглядела. — Детка, что тебе не нравится? — попытавшись сделать невинное лицо, мужчина провел пальцами по бедру, приподнимая рубашку. — То, что выставил меня полной дурой, — его прикосновения за мгновение успокоили молодую особу. — Все прекрасно знают, что это не так, — оттянув резинку трусиков, Блэк отвернулся от Грейнджер, дабы не вызывать подозрения у более старых Орденовцев. Рука же достигла укромного местечка, которое уже полыхало. Она прекрасно понимала, что ничего не сможет сделать. Она была просто не в состоянии остановить свою-самую-самую-любимую кисть. Поэтому все, что ей оставалось — это пытаться сохранять невозмутимое выражение лица и сжимать одной рукой локоть Джинни, которая широко распахнула глаза, глядя на происходящую рядом ситуацию. — Мистер Блэк… — Просто Сириус, Джинни. И на «ты», — улыбнулся он ей. — Сириус, ты просто зверь, — явно намекая на то, что он вытворял сейчас, прошептала она. — Но, кому-то это нравится, правда? — легонько ущипнув её за половую губу, поинтересовался хозяин дома. — Чёрт возьми, Блэк, — прошипела та, не давая ответа на вопрос, а лишь сильней сжимая локоть подруги.       Перед Гермионой сидел Рональд, который постоянно что-то бормотал себе под нос, время от времени поглядывая на веселившихся подростков. В какой-то момент рука Сириуса прекратила свои движения, а взгляд оказался прикован к рыжеволосому, точно также, как и Люпина. «Значит, они услышали что-то, что недоступно другим» — заключили сидящие рядом подруги. — Что ты сказал? — одновременно спросили мародёры и поднялись из-за стола, наступая на парня. В помещении воцарилась тишина, нарушаемая лишь дыханием ни-хре-на не понимающей и капец-какой-возбужденной Гермионы и нервным постукиванием ноги об пол от Молли. — Нич-чего, — когда Уизли начинал заикаться, можно было отчетливо сказать, что он всего лишь врёт и боится. — Ты же понимаешь, что мы всё слышали, и если ты прямо сейчас не извинишься за эти слова перед своей уже-бывшей подругой и Сириусом, я закопаю тебя под этим же стулом, — грозного оборотня явно стоило бы бояться. Один только взгляд не предвещал ничего хорошего. — Простите, мистер Блэк, Гермиона. — Расскажи всем. Что ты сказал? — лицо Бродяги было приковано к палочке друга, который был готов разорвать за него. И это успокаивало. — Нет! Я не хотел этого говорить, правда, — казалось, что ещё чуть-чуть, и парень заплачет. — Всё равно. Расскажи всем, как ты отзываешься о крёстном Гарри, возлюбленном Гермионы и ей же самой. Либо скажем мы, но тогда будет хуже тебе. — Я назвал тебя грязнокровной шлюхой и подстилкой для старого извращенца, — после его слов по столу прошёл шепот, который прервался поднятой рукой темноволосой. — Значит, шлюха и подстилка? — ухмыльнулась она, — Так что же ты на протяжении двух лет пытался затащить меня в постель к себе? Как видишь, не получилось. Я сохранила свою невинность и отдала её человеку, которому она на самом деле нужна. Ты же заслужил лишь её остатки, которые можешь слизать с пола, в комнате Сириуса. И то, если он тебе разрешит. — Замолчи. — Нет. Я только начала. Весь вечер я довольно много услышала из того, что ты бормотал себе под нос. И знаешь. Я не удивлена, что твоей единственной девушкой была Лаванда, которая только и могла, что ублажать своим ротиком, доводя до конца за две секунды. Да, я слишком часто ловила Вас на этом в коридорах. И пока доходила до кабинета, кое-кто уже выходил из-за статуи, — около его уха раздался смешок. — А ты что смеешься? — зло выплюнул Рон, смотря на хозяина дома. — А ему позволительно. Он же не заканчивает за две секунды, — на лице довольной девушки появилась блаженная улыбка, — И это не намёк. А прямой текст. Итак, на чём я остановилась? Ах да. — Не подходи ко мне! — как только она начала движение, юноша дёрнулся, будто от тока и попытался сбежать, что ему не дали сделать два мужчины, крепко схватившие его под обе руки. — Дорогой, поддержи его, — наклонившись к его уху, она что-то зашептала, из-за чего его глаза, полезли на лоб. Сириус лишь усмехнулся, а Ремус смущённо закашлял, говоря что-то типа: «почему я не удивлён». — Вот такая я: грязнокровная подстилка и шлюха. Только тебе не светит попробовать даже маленький кусочек того счастья, что я рассказала тебе. Отпустите его, мне противно осознавать, что я общалась с таким гнилым человеком. Как говорят магглы: «в семье не без урода». Миссис и мистер Уизли, я очень сожалею, что Вам пришлось жить с таким отбросом, — тряхнув волосами, девушка покинула комнату, даже не обращая внимание на то, что её рубашка поднялась выше, чем необходимо. Не замечая того, как рука Гарри покоится на промежности Джинни. Не смотря на возбудившегося Рональда. Но единственное она знала точно - следом за ней шла любовь всей её жизни.